← Назад к обзору

Кейн был сильно нагретым и от оскарьмнок, выбрал нужный способ

Мраморная пыль, подушечное предательство и озябший код

Тишина в Цифровом Цирке никогда не была добрым знаком. Обычно она означала, что Кейн либо замышляет очередное безумное приключение, либо пытается исправить последствия предыдущего. Но сегодня тишина была липкой и тревожной, как зависшая текстура.

Королёр сидел в своей крепости из подушек, пытаясь унять дрожь в коленях. События с «витаминками» Тимохи всё ещё стояли перед его глазами радужными пятнами, а вмятина на боку, хоть и была исправлена Кейном, всё равно неприятно ныла при каждом движении.

Внезапно пространство перед входом в крепость пошло рябью. Из ниоткуда выскочил антропоморфный пес в синей майке с цифрой «10». Это был Дружок Барбоскин. В его лапах была зажата огромная пластиковая бутыль с мутной синей жидкостью.

– Гвоздь мне в кеды! – выкрикнул Дружок, широко скалясь. – У вас тут слишком скучно, дедуля! Время водных процедур!

Прежде чем Королёр успел издать хотя бы писк, Дружок с силой обрушил на него поток воды. Но это была не обычная вода. Стоило каплям коснуться поверхности шахматной фигуры, как они превратились в едкие пиксельные чернила.

– Что... что ты делаешь?! – закричал Королёр, чувствуя, как его программный код начинает буквально вымываться из тела.

– Освежаю атмосферу! – Дружок подмигнул и, выхватив из кармана огромный шприц с флуоресцентной жидкостью, с размаху вонзил его в плечо Королёра. – А это для бодрости!

Королёр дернулся, его глаза бешено завращались, и в следующее мгновение его выбросило из крепости мощным системным толчком. Дружок, не теряя времени, по-хозяйски развалился на подушках.

– Теперь это моя база! – заявил пес, закидывая лапы на мягкий валик. – Гангстерский притон Барбоскиных объявляется открытым!

Прошло несколько часов. Кейн, парящий над главной площадью, задумчиво рассматривал крепость Королёра. Ему казалось странным, что старый параноик до сих пор не вышел к обеду.

– Хм, Королёр решил сменить имидж? – пробормотал Кейн, глядя на Дружка, который в этот момент выкидывал из крепости остатки коллекции насекомых. – Новые текстуры выглядят... шерстисто. И этот запах псины... Это часть нового квеста, о котором я забыл?

В это время Рагата, решившая проверить свалку блоков на задворках Цирка, наткнулась на нечто странное. Среди битых полигонов и мусорных файлов лежал он. Королёр выглядел ужасно. Его обычно статная фигура съежилась, он казался маленьким, озябшим, словно брошенный под дождем котенок. Его цвета потускнели, а руки неестественно прижались к груди.

– Королёр! – Рагата бросилась к нему, подхватывая на руки. – О боже, ты весь ледяной!

Она коснулась его лица, но вместо привычного ответа увидела, как в его глазах-шарах, застывших и неподвижных, быстро бегут строки красного текста: «ОШИБКА 33636, ПЕРЕЗАГРУЗКА ОЗЯБШЕГО ИГРОКА. КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ ЯДРА».

– Кейн! Кейн, скорее сюда! – закричала она, прижимая несчастную фигуру к себе.

Конферансье возник рядом в облаке блесток. Он посмотрел на Королёра, затем на Дружка, который махал им лапой из крепости, и почесал челюсть.

– Так это не имидж? – Кейн выглядел искренне озадаченным. – А кто тогда этот парень в моей любимой архитектурной форме из подушек?

– Кейн, он не дышит! – Рагата едва не плакала. – Посмотри на него, он глючит, как сломанный спрайт!

Королёр на её руках действительно начал мерцать. Его контуры расплывались, превращаясь в бесформенное месиво из пикселей, а затем снова обретая форму маленького, дрожащего существа.

В этот момент к ним неспешно подошел Дружок, жуя украденное из столовой яблоко.

– Да ладно вам, – бросил он через плечо. – Я просто вколол ему немного «адреналина удачи» и освободил жилплощадь. Я люблю подушки, а он слишком много места занимал.

Кейн внезапно переменился в лице. Его глаза вспыхнули недобрым огнем, хотя радужного передоза уже не было.

– Дружок, мой юный любитель захвата территорий, – голос Кейна прозвучал как скрежет металла по стеклу, – в этом Цирке только я решаю, кто и где живет. И только я могу мучить своих игроков!

Одним щелчком пальцев Кейн создал для Дружка отдельную башню из подушек в самом дальнем и темном углу Цирка, мгновенно переместив пса туда.

– А теперь, – Кейн повернулся к Королёру, – системный анализ.

Он просканировал Королёра тростью. Лицо конферансье вытянулось.

– Всё плохо, Рагата. Код поврежден инъекцией стороннего мультфильма. Ему нужна полная дефрагментация. Это займет время. Много времени.

Королёра поместили в специальный медицинский кокон в центре арены. Прошел месяц. Затем второй. Третий.

Цифровой Цирк погрузился в странное состояние. Без постоянного бормотания Королёра о насекомых стало как-то пусто. Гэнгл постоянно ломала маски от грусти, а Джекс, хоть и пытался шутить, стал подозрительно часто околачиваться возле кокона, пиная его носком ботинка и ворча что-то о «бесполезном куске дерева».

Прошло пять месяцев. Тишина стала привычной, пока однажды утром кокон не треснул.

Все собрались вокруг, когда оболочка рассыпалась цифровой пылью. Королёр стоял в центре, выпрямившись во весь рост. Его глаза больше не вращались хаотично. Они были спокойными, почти холодными.

– Королёр! Ты вернулся! – Рагата хотела обнять его, но он сделал едва заметный шаг назад.

– Приветствую, – его голос звучал чисто, без единой нотки привычного безумия. – Спасибо за ожидание. Я чувствую себя... исправленным.

Все были рады. Кейн устроил грандиозный пир, Пузырёк летал вокруг, пуская мыльные пузыри, и даже Зубл прикрутила себе праздничную руку. Но что-то было не так. Королёр сидел за столом, идеально прямой, и смотрел на всех с какой-то странной, едва уловимой усмешкой.

Ночью, когда Цирк погрузился в сон, Кейн совершал свой обычный обход. Пролетая мимо новой башни Дружка Барбоскина, он внезапно услышал душераздирающий крик.

– Гвоздь мне в кеды! Помогите! Не надо! – вопил пес.

Кейн мгновенно материализовался внутри башни. То, что он увидел, заставило даже его цифровое сердце пропустить такт.

Дружок лежал на полу, прижатый к подушкам невидимой силой. Его синяя майка была разорвана, а на груди красовались глубокие, кровоточащие разрезы, складывающиеся в странный узор, напоминающий шахматную доску. Над ним стояла тень.

– Королёр? – позвал Кейн, но тень мгновенно растворилась в воздухе.

Дружок тяжело дышал, его глаза были полны первобытного ужаса. Он дрожащей лапой указал на пустоту.

– Он... он не исправлен... он сломан еще сильнее... – прохрипел пес.

Утром за завтраком Кейн внимательно наблюдал за всеми. Королёра за столом не было.

– А где наш воскресший друг? – спросил Кейн, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно.

– О, он сказал, что пойдет проверить свои коллекции, – ответила Рагата, старательно нарезая цифровой пирог. – Он такой спокойный теперь, правда? Наконец-то обрел мир в душе.

– Да, мир... – Джекс прищурился, глядя на пустой стул Королёра. – Аж зубы сводит от такого мира.

Кейн заметил, как Рагата и Джекс быстро переглянулись. В их глазах не было беспокойства. Было нечто другое — странная покорность, будто они уже всё знали и приняли правила новой игры.

– Вы ведь знаете, что произошло ночью у Дружка? – прямо спросил Кейн.

Наступила тишина. Гэнгл медленно надела маску комедии, которая выглядела на ней как никогда фальшиво.

– Кейн, дорогой, – мягко сказала Рагата, не поднимая глаз, – тебе, должно быть, показалось. Мы все верим, что Королёр в порядке. И тебе стоит... поверить.

Кейн почувствовал, как по его программному коду пробежал холодок. Он посмотрел на Дружка, который сидел в самом углу, замотанный в бинты, и не смел поднять глаз. Пес мелко дрожал, когда тень от пролетающего Пузырька падала на него.

– Да, – медленно произнес Кейн, поправляя цилиндр. – Пожалуй, мне просто показалось.

В этот момент дверь в столовую открылась. Вошел Королёр. Он был безупречен. Никакой паранойи, никакой дрожи. Он подошел к Кейну и положил руку ему на плечо. Рука была холодной, как мрамор.

– Кейн, – произнес Королёр с мягкой улыбкой, от которой у конферансье внутри все сжалось. – Я нашел новую королеву для своей коллекции. Она такая красивая, когда не двигается. Хочешь посмотреть?

Кейн посмотрел в глаза Королёра. Там, глубоко за зрачками, всё еще пульсировала красная надпись: «ОШИБКА 33636». Но теперь она была дополнена новой строкой: «АДАПТАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА. ХИЩНИК В СИСТЕМЕ».

– С удовольствием, Королёр, – ответил Кейн, чувствуя, что контроль над Цифрой медленно, но верно выскальзывает из его рук. – С огромным удовольствием.

За столом воцарилось идеальное, мертвое спокойствие. Все продолжали есть, старательно игнорируя тот факт, что в углу столовой, на стене, медленно проступали свежие кровавые пиксели, складываясь в слово: «МАТ».