← Назад к обзору

Хан хотел найти нормальную работу

Наследники, тренды и семейные узы

Стеклянная башня «L-Trend» в лучах утреннего солнца казалась гигантским кристаллом, пронзающим небо Сеула. Для большинства жителей столицы это здание было символом недосягаемого успеха и диктатуры моды. Для троих молодых людей, выходивших из черного представительского седана, это был просто «офис родителей», место, где они выросли среди рулонов ткани, графиков и бесконечных совещаний.

Прошло четыре года с тех пор, как Минсок, Мина и Суа впервые официально переступили порог компании в качестве стажеров. Теперь, в свои двадцать лет, они уже не были теми любопытными подростками. Образованные, амбициозные и чертовски привлекательные, они влились в структуру корпорации так естественно, словно были деталями идеально отлаженного механизма, спроектированного Ли Минхо и Ханом Джисоном.

– Минсок, ты опять выглядишь так, будто собираешься уволить половину совета директоров еще до полудня, – Мина поправила лацкан своего безупречного белого жакета, взглянув на брата. – Расслабься, это всего лишь понедельник.

– В отделе аналитики не бывает «всего лишь понедельников», Мина, – отозвался Минсок, не отрываясь от экрана планшета. – Если мы пропустим корреляцию между ростом цен на шелк в Таиланде и падением спроса на аксессуары в Европе, отец нас по головке не погладит.

– Ой, да ладно тебе, – Суа, одетая в авангардное платье собственного дизайна, весело подтолкнула брата плечом. – Папа Хан всегда говорит, что цифры — это просто ритм, под который нужно уметь танцевать. Я вот в отделе планирования уже чувствую, что следующий сезон будет про «агрессивный минимализм».

– Агрессивный минимализм? – Мина фыркнула, заходя в лифт. – Звучит как описание стиля нашего отца Ли, когда он не выспался. Кстати, в отделе продаж говорят, что сегодня будет крупная проверка.

Лифт плавно скользил вверх. Каждое утро они расходились по своим этажам, становясь частью огромной империи, но оставаясь при этом неразлучной троицей.

***

Отдел аналитики встретил Минсока тихим гулом компьютеров. Здесь царил порядок, который так любил Ли Минхо. Минсок прошел к своему рабочему столу, который находился в непосредственной близости от кабинета отца. Его уважали не за фамилию, а за пугающую точность прогнозов. Он видел закономерности там, где другие видели хаос.

Дверь кабинета открылась, и вышел Минхо. За эти годы он почти не изменился, лишь в уголках глаз добавилось несколько морщинок, а взгляд стал еще более проницательным.

– Минсок-а, ты проверил отчет по логистике? – голос Минхо был ровным, деловым.

– Да, отец. Я внес правки в три часа ночи. Мы можем сократить расходы на пятнадцать процентов, если перенесем хаб в Пусан.

Минхо подошел ближе, положил руку на плечо сына и на мгновение его строгая маска дала трещину, обнажив гордость.

– Хорошая работа. Вечером обсудим это подробнее. Твой папа просил напомнить, что сегодня семейный обед в кафетерии на крыше. Не опаздывай.

***

Тем временем на этаже планирования царила творческая вакханалия, которую возглавлял Хан Джисон. Суа чувствовала себя здесь как рыба в воде. Она была любимицей отдела, потому что её идеи часто граничили с гениальностью и безумием — точь-точь как у её папы Хана.

– Суа-я! – Джисон, размахивая каким-то лоскутом ткани неонового цвета, подлетел к дочери. – Посмотри на это! Это же будущий хит для летней коллекции! Что думаешь?

– Слишком ярко для основной линии, пап, – Суа прищурилась, прикладывая ткань к манекену. – Но если сделать из этого подкладку для строгих пиджаков... Это будет как скрытый бунт. То, что нужно для офисного планктона, который мечтает о свободе.

Джисон замер, а потом радостно ущипнул дочь за щеку, как делал это в детстве.

– Моя школа! Запиши это в концепт-бук. И не забудь, обед в час. Если Минхо придет раньше нас, он начнет ворчать о непунктуальности планировщиков.

***

Мина в отделе продаж была настоящей хищницей в самом лучшем смысле этого слова. Она обладала обаянием Джисона и железной хваткой Минхо. Она могла продать зимнюю коллекцию в разгар тропической жары, и клиенты уходили бы счастливыми.

Сидя за обедом с Суа, Мина лихорадочно печатала что-то в телефоне.

– Ты видела нового стажера из отдела маркетинга? – прошептала Мина, не поднимая глаз от экрана. – Того, который пришел из французского филиала.

– Который похож на модель с обложки Vogue? – Суа отпила свой смузи. – Видела. Говорят, он сын одного из наших главных инвесторов.

– Не просто сын, – Мина наконец отложила телефон и подалась вперед. – В курилке шепчутся, что он приехал сюда специально, чтобы познакомиться с «принцессами L-Trend». Но он не знает, что у принцесс есть старший брат, который проверяет биографию каждого встречного до третьего колена.

– И отец, который может испепелить взглядом, – добавила Суа, хихикнув. – Кстати, о птичках. Смотри, идут.

К столику подошли Минхо, Джисон и Минсок. Вся семья в сборе вызывала у сотрудников компании невольный трепет. Они выглядели как ожившая реклама идеальной жизни: успешные, красивые и невероятно сплоченные.

– О чем сплетничаем? – Джисон уселся рядом с дочерьми, сразу же потянувшись к тарелке Суа, чтобы стащить кусочек брокколи.

– О новых кадрах, папа, – улыбнулась Мина. – Мир моды тесен, ты же знаешь.

– Главное, чтобы эти «кадры» работали, а не строили глазки моим дочерям, – проворчал Минхо, усаживаясь во главе стола. – Минсок, ты выглядишь бледным. Ты ел сегодня?

– Я в порядке, отец. Просто анализирую поведение рынка, – Минсок устало улыбнулся.

– Рынок подождет пятнадцать минут, – отрезал Джисон, пододвигая сыну тарелку с рисом. – Ешь. Это приказ от начальника отдела планирования.

В кафетерии было шумно, но вокруг их стола словно существовал невидимый защитный купол. Они обсуждали всё: от новых контрактов до того, какую собаку Суа хочет завести в своей новой квартире.

– Знаете, – вдруг сказал Джисон, обводя взглядом своих детей, – когда мы с вашим отцом только начинали... Ну, то есть, когда всё это только закрутилось в ту дождливую ночь в офисе без света... Я и представить не мог, что через двадцать лет буду сидеть здесь с тремя взрослыми коллегами, которые носят нашу фамилию.

– Папа, ты сейчас расплачешься? – подколола его Мина, хотя в её глазах тоже блеснули искорки нежности.

– Имею право, – Джисон фыркнул и посмотрел на Минхо. – Правда, Минхо-я?

Минхо, который обычно был скуп на проявления чувств на публике, накрыл ладонь Джисона своей.

– Правда. Это был лучший прогноз в моей жизни, Хан-и. Хотя аналитика тогда говорила, что смешивать личное и рабочее — плохая идея.

– Иногда лучшие тренды создаются вопреки аналитике, – заметил Минсок, поднимая свой стакан с соком. – За «L-Trend»?

– За семью, – поправила его Суа.

– За нас, – заключил Минхо.

Они чокнулись стаканами, и в этот момент каждый из них чувствовал, что никакие кризисы, обвалы рынков или конкуренты не смогут пошатнуть эту империю. Потому что в её фундаменте лежала не жажда наживы, а та самая безумная, резкая и всепоглощающая страсть, которая когда-то вспыхнула между строгим боссом и талантливым омегой в пустом офисе.

После обеда они снова разошлись по своим этажам. Мина отправилась закрывать сделку, Суа — подбирать ткани для новой коллекции, а Минсок вернулся к своим цифрам. Но в течение дня в их общем семейном чате постоянно всплывали сообщения:

Суа: «Мина, видела, как отец Ли только что посмотрел на того стажера? Парень чуть в обморок не упал!»

Мина: «Ха-ха! Отец охраняет периметр. Минсок, ты там как?»

Минсок: «Работаю. Но если стажер подойдет ближе чем на пять метров к вашему отделу, я запущу вирус в его базу данных. Случайно».

Джисон: «Дети, я всё вижу! Работайте, а то уволю всех троих и отправлю на стажировку к Чанбину в спортзал!»

Минхо: «Хан-и, не отвлекай сотрудников. И зайди ко мне через десять минут. Без отчетов».

Жизнь в «L-Trend» кипела, мода менялась, сезоны сменяли друг друга, но одно оставалось неизменным: Ли Минхо и Хан Джисон создали не просто компанию. Они создали мир, где любовь была самым главным и никогда не выходящим из моды трендом. И их дети, образованные, дерзкие и бесконечно преданные своей семье, были готовы нести это знамя дальше, в ослепительное неоновое будущее Сеула.