← Назад к обзору

Кости и пепел

Приговор прошлому

Зал суда был переполнен, несмотря на то что процесс объявили закрытым. Высокие потолки, тяжелые дубовые двери и гнетущая тишина, которую нарушал лишь шелест бумаг. На стороне истца сидел Юки. Он выглядел безупречно: строгий черный костюм подчеркивал его высокий рост и широкие плечи, а волосы были аккуратно уложены. Но главным в его облике был холод, исходящий от него волнами.

Рядом с ним сидел Чон Ли Вон — ведущий адвокат страны и единственный человек, которому Юки позволял находиться в своем личном пространстве. Ли Вону было двадцать три, у него были глубокие серые глаза, напоминающие грозовое небо, и черные как смоль волосы. Он был не просто адвокатом; он был тем, кто вытащил Юки из бездны ненависти и дал ему повод дышать. Они были вместе уже год, и Ли Вон знал о Юки всё: каждый шрам на его душе и каждую искру его непомерной силы.

На противоположной стороне сидели Сон Джин Ву и Ча Хэ Ин. Они выглядели так, будто не спали несколько недель. Теневой Монарх, чье присутствие обычно заставляло содрогаться континенты, сейчас казался лишь тенью самого себя.

– Суд удаляется для принятия окончательного решения, – провозгласил судья, чей голос дрожал от осознания того, какую ответственность он на себя берет. – Перерыв тридцать минут.

Юки встал, не глядя на родителей. Его движения были плавными и хищными.

– Я выйду покурить, – негромко бросил он Ли Вону.

– Я буду рядом, – отозвался Ли Вон, коснувшись его ладони. Этот короткий жест был наполнен такой нежностью и поддержкой, что Джин Ву, заметивший это, невольно сжал подлокотник кресла до хруста.

Юки вышел в пустой коридор, ведущий к закрытому балкону. Он достал сигарету и щелкнул зажигалкой. Дым медленно поплыл вверх, смешиваясь с серым небом за окном. Он уже официально сменил фамилию. Больше никакого «Сона». Теперь он был Юки Окумура. Имя, которое он выбрал сам, чтобы окончательно отсечь гнилые корни.

Двери позади него открылись. Он не обернулся — он и так знал, кто это. Запах сирени и маны Теневого Монарха был ему слишком знаком.

– Юки, сынок... – Голос Ча Хэ Ин был надломленным. Она подошла ближе, её глаза были красными от слез. – Пожалуйста, прекрати это безумие. Зачем нам суды? Мы же семья... Давай просто вернемся домой и всё обсудим.

Юки медленно выпустил струю дыма, глядя в окно.

– Семья? – Он наконец повернул голову, и в его взгляде вспыхнул опасный голубой огонек. – Хэ Ин, ты никак не можешь усвоить урок. Я подал иск, чтобы вы больше никогда не имели права называть меня своим сыном. Для закона и для меня вы — посторонние люди.

– Брат, прекращай это представление, – подал голос Сухо, стоящий за спинами родителей. Его лицо выражало смесь обиды и высокомерия. – Ты всех нас позоришь. Отец готов простить тебе этот демарш, если ты сейчас же заберешь иск.

Юки раздраженно фыркнул, стряхивая пепел прямо на дорогой ковер.

– Боже, вы действительно настолько тупые? – Он искренне рассмеялся, но в этом смехе не было ни капли веселья. – Что именно в словах «оставьте меня в покое» вам непонятно? Вы пришли сюда, чтобы давить на жалость? После шестнадцати лет игнорирования?

– Мы совершили ошибки, я признаю это, – глухо произнес Сон Джин Ву, делая шаг вперед. – Но ты — моя кровь. Ты носишь силу, которую не понимаешь. Ты не можешь просто уйти к этому... человеку и делать вид, что нас нет.

Юки затушил сигарету о перила и медленно выпрямился. Его рост в 195 сантиметров заставил даже Джин Ву почувствовать давление.

– Вы хотите увидеть, что будет, если вы не остановитесь? – тихо спросил Юки.

Он щелкнул пальцами.

В ту же секунду мир вокруг них исказился. Реальность пошла трещинами, и Джин Ву, Хэ Ин и Сухо оказались внутри видения, созданного чистой волей Костяного Короля.

Они увидели Сеул в руинах. Небо было затянуто пеплом, а на троне из обломков особняка Сон сидел Юки. Под его ногами лежали сломанные мечи Игриса и Бериона. Видение было настолько детальным, что они чувствовали запах крови и гари.

В этом будущем Джин Ву лежал у подножия трона, пронзенный сотнями костяных шипов. Хэ Ин кричала, пытаясь дотянуться до безжизненного тела Сухо, но огромный бластер-череп, парящий над ней, медленно заряжал свой луч.

– Это... это не может быть правдой... – прошептал Сухо в видении, захлебываясь кровью.

Юки на троне медленно поднял руку, и гигантские челюсти за его спиной сомкнулись, превращая всё вокруг в ослепительную вспышку боли и небытия.

Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Хэ Ин упала на колени, тяжело дыша и хватаясь за сердце. Сухо трясло, а Джин Ву стоял неподвижно, его глаза были широко распахнуты. Он, Монарх Теней, только что увидел собственную смерть от рук того, кого считал «слабым звеном».

– Надеюсь, этого достаточно, чтобы вы оставили меня в покое, – ровным голосом произнес Юки, поправляя манжеты пиджака. – Это не просто картинка. Это обещание. Если вы сделаете хоть один шаг в сторону моей жизни, это видение станет реальностью. Я не буду колебаться.

– Как ты можешь... – Хэ Ин подняла на него взгляд, полный ужаса. – Мы же твои родители...

– У меня своя, новая семья, – отрезал Юки. – И она не имеет к вам никакого отношения. Ли Вон — мой муж. И у нас скоро родится ребенок. Мой наследник, который никогда не узнает, что такое «холодный дом Сон Джин Ву».

Джин Ву вздрогнул, как от удара.

– Ребенок? – переспросил он севшим голосом. – Ты...

– Да. И если вы попробуете приблизиться к нему или к Ли Вону, я лично вырву ваши тени и скормлю их своим псам, – в глазах Юки на мгновение проявились красные зрачки, и пространство вокруг него задрожало от невыносимой гравитации. – Перерыв окончен. Пойдемте, послушаем, как закон официально освободит меня от вашего присутствия.

Юки развернулся и пошел обратно в зал. У дверей его ждал Ли Вон. Заметив состояние Юки, адвокат мягко обнял его за талию, прижимая к себе.

– Всё в порядке? – тихо спросил Ли Вон, заглядывая ему в глаза.

– Теперь — да, – ответил Юки, и его лицо мгновенно смягчилось, становясь человечным и теплым только для этого человека. – Пойдем закончим это. Нам еще нужно заехать в магазин за кроваткой.

Ли Вон улыбнулся — его серые глаза потеплели, отражая искреннюю любовь.

– Обязательно заедем.

Они вошли в зал суда рука об руку.

Сон Джин Ву и Ча Хэ Ин вошли следом, но теперь они шли медленно, словно глубокие старики. Они смотрели на спину сына и понимали, что проиграли не суд. Они проиграли саму возможность быть частью его величия.

Судья занял свое место и откашлялся.

– Рассмотрев все обстоятельства дела, социальные отчеты и предоставленные доказательства эмоционального отчуждения... – Судья сделал паузу, глядя на Теневого Монарха, а затем на Юки. – Суд удовлетворяет иск Юки Окумуры в полном объеме. С этого момента любые родственные связи с семьей Сон аннулированы. Запретительный приказ вступает в силу немедленно. Сон Джин Ву, Ча Хэ Ин и Сон Сухо запрещено приближаться к истцу и членам его семьи ближе чем на пятьсот метров.

Удар молотка прозвучал как выстрел.

Юки даже не обернулся, чтобы увидеть реакцию родителей. Он просто взял Ли Вона за руку, и они вместе направились к выходу.

На ступенях суда их ждала толпа журналистов, но как только Юки вышел, вокруг него возник невидимый барьер, отталкивающий всех лишних. Он вел своего мужа к черному автомобилю, не обращая внимания на вспышки камер.

– Юки! – крикнул кто-то из толпы. – Что вы чувствуете, официально перестав быть сыном Монарха?

Юки остановился у дверцы машины и на мгновение обернулся. Его взгляд был ясным и спокойным.

– Я чувствую, что наконец-то начал жить, – ответил он.

Машина тронулась, увозя их прочь от здания суда, от теней прошлого и от семьи, которая так и не поняла, что истинная сила рождается не из маны, а из способности защитить тех, кого любишь.

В зеркале заднего вида Юки видел три одинокие фигуры на ступенях. Сон Джин Ву смотрел вслед уезжающей машине, и в этот момент величайший охотник в мире выглядел самым несчастным человеком на земле.

Юки перевел взгляд на Ли Вона, который уже что-то увлеченно рассказывал о планировке детской комнаты. Юки положил руку на живот партнера, чувствуя едва уловимую пульсацию новой жизни — жизни, которая будет согрета любовью, а не обожжена светом чужой славы.

– Всё будет по-другому, – прошептал Юки.

– Я знаю, – улыбнулся Ли Вон.

И в этой улыбке было больше магии, чем во всех тенях мира. Юки Окумура наконец-то обрел свой трон, и этот трон стоял не на костях врагов, а в тихом доме, где его всегда ждали. Проклятие семьи Сон было разрушено окончательно.