Кровный сын Короля Монстров
Пепел королей и пламя Бездны
Земля на кладбище деревни Литтл-Хэнглтон пахла застарелой сыростью, гниющими корнями вековых тисов и тяжелым, удушливым духом некромантии.
Пространственный штопор выплюнул чемпионов с высоты пяти футов. Флёр Делакур сгруппировалась еще в воздухе: подошвы ее зачарованных титановых ботинок взрезали скользкую глину, она сделала короткий перекат и мгновенно вскинула палочку, припадая на одно колено. Пальцы левой руки легли на рукоять рунического стилета. Ее дыхание оставалось ровным, а лазурные глаза хищно сканировали густые сумерки, прорезая клубящийся между замшелыми надгробиями туман.
Рядом, смачно шлепнувшись лицом в раскисшую жижу, истошно взвыл Годрик Поттер.
– Папа!.. Мама!.. – хрипел «национальный герой», судорожно пытаясь выплюнуть изо рта набившуюся грязь. Его мантия промокла, руки мелко тряслись, а потерянная палочка из терновника валялась в трех футах, бесполезно тускнея в пожухлой траве. – Где мы?! Это не лабиринт! Где трибуны?!
– Заткнись, идиот, – процедила сквозь зубы Флёр.
Ее взгляд выхватил мрачный силуэт заброшенной церкви на холме и гигантский гранитный склеп с выбитой фамилией: «РЕЙДДЛ». Но еще раньше, чем глаза различили очертания могил, ее кожа ощутила удушливое падение температуры. Подвеска под ее курткой — угольно-черная чешуйка Годзиллы — внезапно нагрелась, начав пульсировать размеренными, тяжелыми толчками.
Из-за массивного надгробия вынырнула низкая, сгорбленная фигура в темном балахоне с капюшоном. Человек нес в руках тяжелый узел из грязных пеленок, напоминавший уродливого, скорчившегося младенца.
– Убей лишнюю… – раздался из свертка леденящий, шелестящий шепот, похожий на шипение ядовитой змеи. – Мальчишка… нужен для ритуала… девку… уничтожь…
– *АВАДА КЕДАВРА!* – взвизгнул Питер Петтигрю, вскидывая выхваченную из складок тряпья палочку.
Ослепительный, мертвенно-зеленый луч рассек сгустившуюся тьму, устремляясь прямо в грудь французской чемпионки. Годрик зажмурился, издав жалобный, бабий писк.
Но смерти не произошло.
В тот миг, когда смертельное проклятие должно было испепелить душу девушки, чешуйка на ее груди вспыхнула яростным, нестерпимым лазурным огнем. Защитный контур, напитанный кровью и плазмой Короля монстров, раскрылся полусферой чистой термоядерной энергии. Луч «Авады» с гулким электрическим треском ударился о сияющую мембрану… и преломился.
Смертоносная магия не просто отрикошетила — чешуйка поглотила ее разрушительный импульс, мгновенно конвертировав темные чары в каскад ионизированного озона. Волна плотного жара смела Петтигрю с ног, отбросив предателя на каменные плиты, а пучок отраженного изумрудного света снес верхушку соседнего склепа, обратив вековой гранит в раскаленный щебень.
– Ч-что это?! – в ужасе заверещал Хвост, роняя сверток в траву и хватаясь за обожженное лицо.
– Глупец! – прошипел уродец в пеленках, яростно барахтаясь в грязи. Его чешуйчатые ручки судорожно скребли землю. – На ней… на ней метка Древнего! Вяжи мальчишку! Быстрее, пока ОНО не пришло!
Петтигрю, скуля от боли, взмахнул палочкой в сторону парализованного страхом Годрика. Черные веревки взметнулись из земли, обвивая тело Мальчика-Который-Выжил, подняли его в воздух и намертво прижали к мраморному ангелу смерти на могиле Тома Реддла-старшего.
– Помогите! – зашелся в рыданиях Годрик, чувствуя, как каменные крылья статуи смыкаются вокруг его шеи. – Флёр! Спаси меня! Я отдам тебе кубок! Я все отдам! Папа-а-а!
Флёр не слушала его жалкий вой. Она шагнула вперед, посылая веер режущих чар в сторону котла, уже дымившегося в центре кладбища, но из темноты с ядовитым шипением выскользнула Нагини. Двенадцатиметровая чудовищная змея сделала резкий бросок, вынуждая вейлу уйти в защитный перекат.
Тем временем Петтигрю действовал с отчаянием обреченного. Его палочка заплясала над гигантским котлом, откуда вырывались клубы ядовито-белого пара.
– Кость отца, отданная без согласия… – бормотал предатель, заставляя могильную плиту расколоться и отправляя полуистлевший прах в кипящую жижу. – Плоть слуги… добровольно принесенная в жертву…
С леденящим душу визгом Хвост полоснул серебряным кинжалом по собственному запястью. Отрезанная кисть с глухим всплеском упала в котел, окрасив пар в багровый цвет.
– Кровь недруга… взятая силой…
Петтигрю, истекая кровью и пошатываясь, подскочил к рыдающему Годрику. Кинжал глубоко вонзился в предплечье гриффиндорца. Мальчишка пронзительно завизжал, когда темная алая струя наполнила стеклянный фиал.
– Воскреси своего врага! – прохрипел Хвост, выплескивая кровь Поттера в кипящую бездну котла.
Земля под ногами задрожала мелкой, противной дрожью. Котел раскалился до белого каления, пламя вокруг него взметнулось на тридцать футов, пожирая туман. Сквозь клубы ядовитой гари медленно поднялся высокий, костлявый силуэт.
Белая, словно полированная кость, безволосая кожа. Узкие щели ноздрей на змеином лице. Алые глаза с вертикальными зрачками, пылающие чистым, незамутненным безумием.
Волан-де-Морт вернулся.
***
В этот же миг на стадионе Хогвартса умирало само понятие реальности.
Когда пространственные датчики зафиксировали перенос Кубка в Йоркшир, а Дамблдор выронил Бузинную палочку, капитан Дуглас Гордон лишь сплюнул окурок сигары на доски платформы.
– Парень. Твой выход, – бросил американец, не оборачиваясь.
Гарри Саэгуса стоял на краю трибуны. Его офицерская шинель уже лежала на руках Одзаки. Ткань черной тактической водолазки затрещала, расползаясь на куски под напором разрастающихся мышц.
– Гарри, стой! – в панике закричал Джеймс Поттер, перемахивая через ограждение ложи. Его лицо было белее снега, палочка дрожала в пальцах. – Там Годрик! Мой сын в беде! Ты должен использовать свои магловские штучки, чтобы перенести туда авроров! Ты обязан спасти брата!
Гарри медленно повернул голову.
Его лицо уже не было человеческим. Черная, угольная чешуя с базальтовым отливом стремительно покрывала скулы и шею. Пасть удлинилась, обнажая ряды бритвенно-острых клыков, а из спины с влажным, жутким скрежетом пробились наружу три ряда колоссальных зазубренных шипов.
– Я иду не за твоим ничтожным щенком, Поттер, – пророкотал юноша. Звук его голоса заставил лопнуть зачарованные стекла в очках Джеймса, осыпав щеки старшего аврора кровавыми царапинами. – Я иду за своей женщиной. А если твой ублюдок встанет на пути… от него не останется даже пепла.
– Мистер Саэгуса, закон магии запрещает… – попытался вмешаться Дамблдор, но слова застряли в его пересохшем горле.
Гарри не стал ждать.
Он согнул мощные, преображенные трехпалые ноги, покрытые пластинчатой броней. Плиты гранитного фундамента стадиона под его стопами мгновенно раскрошились в пыль.
*БА-А-А-АХ!*
Звуковой барьер лопнул с грохотом разорвавшейся фугасной бомбы.
Ударная волна смела первые три ряда зрителей, опрокинув деревянные навесы и судейский помост. Черная молния весом в тридцать тонн живой биологической массы устремилась не по земле — она взмыла в багровое шотландское небо под углом в сорок пять градусов.
Спинные пластины Гарри вспыхнули ослепительным лазурным светом прямо в полете. Используя направленные импульсы термоядерной плазмы из малых хвостовых каналов и подошвенных желез, он двигался со скоростью гиперзвукового перехватчика. Небо над Британией раскололось надвое: пылающий синий инверсионный след протянулся от нагорий Шотландии к холмам Йоркшира за считанные минуты, сжигая облака и порождая непрерывный громовой раскат, от которого выли собаки в трех графствах.
***
На кладбище Литтл-Хэнглтона Волан-де-Морт упивался своим триумфом.
Он медленно опустил бледную руку в чан с водой, любуясь длинными паучьими пальцами, затем принял из дрожащих рук Хвоста свою палочку из тиса.
– Одень меня, Питер, – прошипел Темный Лорд, набрасывая на плечи черную шелковую мантию.
Его алые глаза скользнули по привязанному к надгробию Годрику. Мальчишка продолжал всхлипывать, не в силах даже поднять голову.
– Мальчик-Который-Выжил… – насмешливо протянул возрожденный тиран, подходя ближе и проводя бледным пальцем по шраму в виде буквы «V». – Какое разочарование. Я ждал воина. Я ждал того, кто сокрушил меня той роковой ночью… А вижу перед собой дрожащего червя. Твоя мать защитила тебя древней магией, щенок. Но сегодня ее кровь течет во мне! Я могу коснуться тебя… видишь?
Он прижал длинный ноготь к щеке Годрика. Мальчик истошно закричал от невыносимой боли, когда темная магия обожгла его плоть.
Затем Волан-де-Морт обернулся. Его взгляд устремился на Флёр Делакур. Вейла стояла в двадцати шагах, прижимая палочку к боку Нагини, которая шипела и извивалась, не решаясь атаковать защищенную лазурным ореолом девушку.
– А ты… редкий цветок, – прошептал Темный Лорд, слегка наклонив голову. – Чемпионка Шармбатона. Я чувствую в тебе кровь огненных дев… но не только. На тебе лежит печать чужой, первобытной силы. Маглы… маглы пытаются создать своих богов из атомов и шестеренок. Жалкие потуги слепцов. Ты станешь первой добычей новой эры, дитя. Встань на колени, и, возможно, я позволю моим слугам сохранить тебе жизнь в качестве трофея.
Флёр лишь презрительно усмехнулась. Ее подбородок взметнулся вверх, в лазурных глазах не было ни тени страха — лишь холодный отсчет секунд на наручном мониторе.
– Единственный, кто сегодня встанет на колени, Реддл, – это ты, – четко, на чистом английском произнесла она. – Твое время вышло четырнадцать лет назад. А сейчас… прибыл хозяин этой земли.
Волан-де-Морт нахмурился, его тонкие губы скривились в зловещей гримасе:
– Дерзкая девка. *КРУЦИ…*
Он не успел договорить.
Воздух над кладбищем внезапно стал тяжелым, словно жидкий свинец. Стрелка на наручном мониторе Флёр забилась в красной зоне, издав пронзительный писк: уровень радиации в радиусе мили подскочил до трех тысяч рентген в час. Трава под ногами магов мгновенно пожелтела, иссохла и вспыхнула холодным фосфорным огнем.
С запада донесся звук.
Это не был раскат грома. Это был свист падающего астероида.
Небо разорвало лазурным сиянием. Огромный пылающий метеор, окутанный ореолом сине-голубой термоядерной плазмы, пробил грозовые тучи над Литтл-Хэнглтоном и на гиперзвуковой скорости рухнул прямо в центр кладбищенского холма.
*УДАР.*
Сейсмическая волна силой в семь баллов вывернула наизнанку вековые склепы. Взрыв колоссальной кинетической энергии выбил кратер глубиной в тридцать футов, разметав чугунные ограды, надгробия и деревья, словно сухие спички. Волан-де-Морта сбило с ног ударной волной, швырнув на каменные обломки, а привязанный к статуе Годрик зашелся в ультразвуковом визге, ослепленный вспышкой.
Из клубящейся пыли, раскаленного щебня и столбов ионизированного пара медленно поднялся силуэт.
Это был не человек.
Это был истинный кошмар древней эпохи.
Пятиметровый бронированный титан в промежуточной, ультра-боевой форме Годзилла-гибрида. Матово-черная чешуя с серебристыми гранями отражала свет догорающих пожаров. Три ряда бритвенно-острых спинных гребней — зазубренных, массивных пластин Кириу-Годзи — вздымались вдоль хребта, вибрируя от переполнявшей их энергии. Длинный, усыпанный шипами хвост с глухим гулом рассек воздух, выбив фонтан каменной крошки из ближайшей могильной плиты.
Золотые глаза чудовища пылали холодным, разумным, безжалостным пламенем высшего хищника планеты.
Гарри шагнул из кратера. Земля под его трехпалыми стопами шипела, обращаясь в стекловидный шлак.
– Гарри! – выдохнула Флёр, опуская палочку.
Титан скользнул по ней взглядом. Заметив, что на ее теле нет повреждений, он тихо, утробно заурчал — звук походил на работу низкооборотного дизельного двигателя линкора. Но когда его морда повернулась к поднимающемуся из грязи Темному Лорду, урчание сменилось оглушительным, металлическим скрежетом обнажаемых челюстей.
– Что… что это за тварь?! – зашипел Волан-де-Морт, вскакивая на ноги. Его мантия была изодрана, с рассеченного лба сочилась темная жижа.
Хлопки аппарации зазвучали со всех сторон. На кладбище начали прибывать Пожиратели смерти, призванные меткой: Люциус Малфой, Эйвери, Крэбб, Гойл, Макнейр. Тридцать магов в черных шелковых мантиях и серебряных масках окружили кратер, сжимая палочки.
– Повелитель! – выкрикнул Малфой, но тут же застыл, увидев колоссального ящера. Маска сползла с его лица, открывая перекошенные от ужаса черты. – Это… это он! Тот монстр из Шармбатона!
– Убейте его! – взвизгнул Волан-де-Морт, вскидывая тисовую палочку. – Все вместе! Испепелите эту мерзость! *АВАДА КЕДАВРА!*
Тридцать смертельных проклятий сорвались одновременно. Небо над кладбищем окрасилось в ядовито-изумрудный цвет. Шквал чистой магии смерти ударил прямо в широкую, массивную грудь гибрида.
Результат заставил чистокровных магов онеметь.
Зеленые лучи не причинили вреда. Они ударились в базальтовую броню и… начали впитываться. Спинные пластины Гарри зажглись ярче сверхновой. Его биологический реактор, поглощавший миллионы беккерелей на Острове Монстров, воспринял заклятия смерти как питательный энергетический коктейль.
– Моя очередь, – раздался скрежещущий, синтезированный голос из глубины клыкастой пасти.
Хвост монстра метнулся с быстротой пушечного ядра.
Тяжелый бронированный хлыст снес шестерых Пожирателей смерти за один взмах. Кости магов переломились с сухим треском ломающихся веток, тела отлетели на сотню футов, пробив кирпичную стену старой церкви.
Нагини, повинуясь безмолвному приказу хозяина, попыталась броситься на Гарри со спины, раскрыв пасть с ядовитыми клыками.
Гарри даже не обернулся. Его левая рука, увенчанная полуметровыми адамантиновыми когтями, молниеносно метнулась назад, перехватив гигантскую змею прямо под челюстью.
– Грязный червь, – пророкотал юноша.
Пальцы сжались. Чудовищная сила титана просто раздавила череп крестража в кровавое месиво. Черная, оскверненная душа Волан-де-Морта с визгом вырвалась из пасти дохлой рептилии в виде призрачного дыма, но Гарри глубоко вдохнул, и лазурная вспышка из его ноздрей мгновенно сожгла эфирного паразита без остатка.
– Нагини! – вскрикнул Темный Лорд, хватаясь за сердце: уничтожение частицы души отозвалось в его теле физической агонией.
– Макнейр! Крэбб! В атаку! – безумно орал Волан-де-Морт.
Но пожиратели уже бежали. Малфой первым попытался аппарировать, но гравитационное и радиационное поле вокруг Гарри сделало пространство плотным, словно бетон. Аппарация провалилась, расщепив двоих беглецов прямо в воздухе.
Гарри сделал шаг вперед. Его движения были пугающе быстрыми для существа такого веса. Одним ударом когтистой лапы он оторвал руку палачу Макнейру, вторым движением впечатал Крэбба в землю, оставив от чистокровного мага лишь мокрое пятно.
Кладбище превратилось в скотобойню.
Питер Петтигрю, прижимая культю к животу, попытался превратиться в крысу и юркнуть в нору под склепом.
Тяжелая трехпалая стопа Годзиллы опустилась на камень прямо над ним.
*ХРУСТ.*
Склеп провалился внутрь, раздавив предателя вместе с тоннами гранита и векового мусора. Имя Питера Петтигрю навсегда растворилось в йоркширской грязи.
Остался лишь один.
Волан-де-Морт пятился назад, спотыкаясь о тела своих сторонников. Его лицо было серым, из ноздрей текла черная кровь, а палочка плясала в сведенных судорогой пальцах.
– Ты… ты не волшебник… – шептал он, задыхаясь от исходящего от монстра жара. – Кто ты?! Демон преисподней?! Порождение бездны?!
Гарри остановился в десяти шагах от него.
Спинные пластины на его спине начали издавать нарастающий, оглушительный вой:
*ВЖ-Ж-Ж-Ж-И-И-И-У-У-У!*
Свет стал невыносимым. Деревья на склонах холма начали обугливаться и тлеть от одного лишь излучения. Пасть гибрида приоткрылась, обнажая пылающее ядро концентрированного атомного распада.
– Я тот, кого вы выбросили в темноту, Реддл, – прозвучал голос Гарри прямо в разуме темного мага. – Я сын Короля, который правил этой планетой за миллиард лет до того, как твой первый предок научился разжигать костер. Ты назвал себя повелителем смерти? Узри силу, которая зажигает и гасит звезды.
– *АДРИАНТО ИНФЕРНО-О-О!* – в отчаянии взвыл Волан-де-Морт, извергая колоссальный столб Адского пламени в форме трехглавого огненного змея.
Гарри просто выдохнул.
*ЛУЧ.*
Спиральный тепловой луч сине-голубой плазмы ударил из его пасти сплошным потоком чистой энергии.
Адское пламя было сметено мгновенно — первобытная температура в миллион градусов поглотила магический огонь, словно спичку в струе автогена. Поток плазмы прошил Волан-де-Морта насквозь.
Темный Лорд даже не успел закричать.
Его физическое тело, созданное из костей отца и крови врага, распалось на субатомные частицы за микросекунду. Луч прочертил землю, испарив массивную статую ангела смерти, срезал вершину кладбищенского холма и ушел в ночное небо, пробив облачный фронт на высоту пятидесяти миль.
На месте ритуального котла и могилы Тома Реддла-старшего остался лишь идеально гладкий, светящийся вишневым жаром кратер из расплавленного стекла.
Черный бесплотный дух Реддла — жалкий, рваный клочок уцелевшего сознания — с леденящим потусторонним воем взмыл в небо и в ужасе бросился прочь на восток, понимая, что в Британии для него больше нет места среди живых.
Тишина рухнула на холмы Литтл-Хэнглтона.
***
Гарри медленно закрыл пасть.
Лазурный огонь на спинных гребнях плавно угас. С тихим шипением и треском остывающей чешуи его колоссальное тело начало сжиматься. Биологическая масса втягивалась обратно в сверхплотное ядро, кости с глухими щелчками вставали на человеческие места.
Через минуту посреди дымящихся руин кладбища стоял девятнадцатилетний юноша.
Его черная водолазка сгорела, обнажая литой, покрытый мелкими шрамами торс, от которого поднимался легкий дымок. Золотые глаза медленно возвращали нормальный круглый зрачок.
Флёр подошла к нему не колеблясь.
Она не смотрела на пепел и разорванные тела Пожирателей смерти. Ее руки мягко, уверенно обвили его горячую шею, притягивая юношу к себе. Она уткнулась лицом в его плечо, вдыхая знакомый, успокаивающий запах озона и грозы.
– Ты опоздал на тридцать секунд, mon amour, – тихо, с легкой дрожью в голосе произнесла она на французском.
Гарри обнял ее за талию, прижимая хрупкое тело к своей груди, и позволил легкой улыбке коснуться губ:
– Пробки над Манчестером, принцесса. Ветер был встречный.
Она тихо рассмеялась, запрокинув голову, и запечатала его губы долгим, соленым от слез облегчения поцелуем. В этом поцелуе не было места кошмарам турнира. Они победили. Стая была в безопасности.
– Эй… – раздался сзади слабый, хриплый писк.
Они обернулись.
В десяти шагах от них, среди обломков мрамора, лежал Годрик Поттер. Веревки сгорели при ударе атомного луча, но мальчик не мог встать. Его штаны были мокрыми, лицо перемазано соплями и копотью, а взгляд… взгляд Избранного был абсолютно пустым.
Он видел все.
Он видел, как его брат — брошенный, забытый калека из чулана — пришел с небес в облике первобытного бога. Он видел, как тридцать лучших дуэлянтов Британии были разорваны на куски за сорок секунд. И он видел, как непобедимый Темный Лорд испарился в луче синего огня, словно мотылек в костре.
Вся ложь его жизни, все сказки Дамблдора о «великой судьбе» и «чистоте света» сгорели в этом кратере.
– Гарри… – пролепетал Годрик, протягивая дрожащую, испачканную кровью руку. – Брат… спаси меня… забери меня домой…
Гарри медленно подошел к нему.
Его взгляд, холодный и далекий, смотрел на мальчика сверху вниз, словно на раздавленного жука на обочине дороги.
– Твой дом в руинах, Годрик, – ровно произнес юноша. – Ты хотел славы? Ты получил ее. Ты привел своего врага к возрождению ценой собственной трусости. А победу одержали те, кого ты презирал.
Гарри нагнулся, поднял валявшийся в траве Кубок Трех Волшебников — заколдованный артефакт чудом уцелел при взрыве, слегка закоптившись по краям. Затем юноша схватил брата за шкирку мантии, словно нашкодившего щенка, и поставил на ноги.
– Держись за ручку, герой, – процедил Гарри. – Пора возвращаться на твой парад.
Флёр взялась за вторую ручку Кубка, прижавшись плечом к Гарри. Юноша активировал возвратный контур порт-ключа коротким импульсом биоэлектричества.
Синий вихрь пространства закружил троих над мертвым кладбищем, унося их обратно в Шотландию.
***
На стадионе Хогвартса царила похоронная тишина, нарушаемая лишь гулом двигателей зависшего в небе десантного челнока СЗЗ.
Тысячи магов застыли на трибунах. Джеймс Поттер сидел на траве у входа в лабиринт, обхватив голову руками. Лили стояла чуть в стороне, ее палочка светилась тревожным маяком, а Альбус Дамблдор беспрерывно творил сложные поисковые чары, каждое из которых гасло, не находя цели.
Внезапно в самом центре лабиринта вспыхнул ослепительный лазурный свет.
Раздался хлопок пространственного схлопывания, и живые стены терновника с треском рухнули в стороны, расплющенные остаточной гравитационной волной.
На выжженной поляне стояли трое.
Флёр Делакур держала в высоко поднятой руке сверкающий Кубок Трех Волшебников. Ее боевой комбинезон был безупречно чист, серебряная диадема сияла в свете прожекторов, а осанка излучала величие триумфатора.
Рядом с ней стоял Гарри Саэгуса.
Обнаженный по пояс, покрытый сажей и пеплом сожженных врагов, со светящимися золотыми глазами и спокойствием титана, выполнившего свою работу.
А у их ног, в луже собственной грязи и слез, скорчился Годрик Поттер, цепляясь за подол мантии брата и бессвязно бормоча:
– Он сжег его… он сжег их всех… луч… синий луч…
– ГОДРИК! – закричал Джеймс, бросаясь вперед.
– СТОЯТЬ! – рявкнул капитан Дуглас Гордон, спрыгивая с трибуны прямо на газон арены. Его катана блеснула в свете факелов, отсекая старшего аврора от чемпионов. – Лейтенант Одзаки, взять периметр под охрану!
Шесть бойцов подразделения «М» в тяжелых экзоскелетах мгновенно окружили поляну, взяв британских магов на прицел плазменных карабинов.
Альбус Дамблдор медленно, тяжело подошел к границе оцепления. Его взгляд упал на обгоревшую мантию Годрика, на следы крови и на пепел, покрывавший плечи Гарри.
– Что произошло? – осипшим голосом спросил директор. – Где… где Том?
Гарри повернулся к великому магу. В его взгляде не было злобы. Была лишь бесконечная, ледяная бездна превосходства существа иного порядка.
– Твоего «Тома» больше нет, старик, – громко, так, чтобы каждое слово разнеслось по онемевшим трибунам стадиона, произнес Гарри. – Его слуги — пепел. Его крестраж — пыль. А его новая плоть испарилась в ядерном огне. Ты растил из моего брата наживку, надеясь победить в своей маленькой, убогой войне за школьные коридоры. Но настоящую войну ведут не палочками.
Он бросил закопченную палочку Волан-де-Морта из тиса прямо под ноги Дамблдору. Древнее дерево с треском раскололось о гранитный бордюр.
– Кубок принадлежит Шармбатону. Безоговорочно.
Мадам Максим на трибуне вскинула руки, и французская делегация взорвалась оглушительными, победными криками. Тысячи шармбатонцев размахивали синими знаменами, заглушая растерянный, испуганный шепот британцев.
Лили Поттер сделала шаг вперед, глядя на Гарри сквозь пелену слез:
– Гарри… сынок… ты спас его… ты спас Годрика…
Юноша даже не замедлил шаг, направляясь к аппарели опускающегося челнока Сил Защиты Земли. Флёр шла рука об руку с ним, не отпуская его ладонь ни на секунду.
– Я спас честь этой планеты, мадам Поттер, – бросил он через плечо, не оборачиваясь. – А вашего сына я просто вернул владельцам. Как бракованный товар.
Тяжелая титановая аппарель десантного корабля со скрежетом поднялась. Мощные плазменные двигатели взревели, вжимая траву квиддичного поля в землю, и двухсотметровый черный крейсер СЗЗ плавно взмыл в ночное шотландское небо, беря курс на юг — туда, где над просторами Тихого океана вздымались скалы Острова Монстров.
Туда, где спал истинный Отец.
А на развороченном поле Хогвартса, среди обломков терновника и пепла чужой войны, на коленях стояли величайшие волшебники Англии, с ужасом осознавая: их мир больше никогда не будет прежним. Эра магов закончилась.
Наступала эпоха Титанов.