Квадрат
Неожиданные Альянсы и Секретные Шипперства
Гермиона брела по коридорам Хогвартса, не замечая ни куда идет, ни кто встречается ей на пути. Ее мысли были подобны рою разъяренных ос, каждая из которых жалила ее сердце. Драко и Пэнси... Их смех, их близость, то, как он смотрел на нее. Это было невыносимо. Она чувствовала себя глупой, наивной, абсолютно нелогичной. Как она могла влюбиться в него? В того, кто был ее полной противоположностью, кто заставлял ее страдать?
Внезапно она наткнулась на кого-то, и стопка книг, которую она несла, с грохотом полетела на пол.
– Ой, простите! – воскликнула Гермиона, приседая, чтобы собрать книги.
– Ничего страшного, Гермиона, – раздался над ней спокойный, мечтательный голос. – Вселенная иногда любит устраивать небольшие перестановки.
Это была Полумна Лавгуд. Она стояла рядом, с легкой улыбкой на лице, ее огромные глаза устремлены куда-то вдаль.
– Полумна, – Гермиона подняла взгляд, чувствуя себя немного неловко. – Ты как всегда невозмутима.
– А зачем волноваться? – Полумна наклонилась, помогая собрать книги. – Все происходит так, как должно. Даже если это кажется хаосом.
Гермиона скептически посмотрела на нее.
– Иногда хаос – это просто хаос, Полумна.
– А иногда хаос – это скрытый порядок, – загадочно ответила Полумна, протягивая Гермионе последнюю книгу. – Вот, держи. Твоя "История Хогвартса" хочет рассказать тебе что-то новое.
Гермиона взяла книгу. Она чувствовала себя немного лучше в присутствии Полумны, ее странное спокойствие всегда действовало умиротворяюще.
– Спасибо, Полумна. Слушай, а ты... ты когда-нибудь чувствовала себя так, будто... будто твои чувства идут вразрез со всем, что ты знаешь о себе?
Полумна кивнула, ее глаза снова устремились в пустоту.
– О, постоянно. Мои чувства к пушистым нарглам, например, всегда были предметом споров. Но разве это отменяет их существование?
Гермиона усмехнулась.
– Нет, наверное. Просто... это тяжело.
– Тяжело, да, – согласилась Полумна. – Но и интересно. Ведь именно в таких моментах мы узнаем о себе что-то новое, не так ли?
Гермиона посмотрела на нее. Возможно, Полумна была права. Возможно, это было не просто хаосом, а новым этапом, который она должна была пройти.
– А ты? – спросила Гермиона, внезапно заинтересовавшись. – У тебя есть кто-то? В смысле... кто-то, кто заставляет твое сердце делать кульбит?
Полумна задумчиво приложила палец к губам.
– Ну, я всегда находила, что Гарри и Драко... они очень хорошо смотрятся вместе. Их ауры переплетаются так интересно. Как два противоборствующих вихря, которые на самом деле стремятся к единению.
Гермиона опешила.
– Гарри и Драко? Полумна, ты шутишь? Они же ненавидят друг друга!
– Ненавидят? – Полумна наклонила голову. – Или же просто не могут признаться в своих истинных чувствах, прячась за ширмой вражды? Это ведь так часто бывает. Сильные эмоции, будь то любовь или ненависть, имеют очень похожую природу. Просто их векторы направлены в разные стороны. Но иногда эти векторы могут смениться.
Гермиона стояла, открыв рот. Это было настолько... настолько по-полумновски, что она даже не знала, что ответить. Ее собственный любовный квадрат казался уже не таким запутанным по сравнению с этим.
– Мне надо идти, Полумна, – наконец выдавила Гермиона. – Спасибо за... разговор.
– Всегда пожалуйста, Гермиона, – Полумна улыбнулась. – И помни, иногда самые неожиданные пары оказываются самыми гармоничными.
Гермиона ушла, ее голова кружилась. Гарри и Драко? Это было слишком даже для нее.
***
Тем временем, Рон Уизли сидел в своей комнате, уставившись в потолок. Его обычно беззаботное лицо было омрачено глубокой задумчивостью. Он наблюдал за своими друзьями, и его сердце сжималось от боли за Гарри. Он видел, как Гарри страдает, как он смотрит на Гермиону, а она – на Малфоя. Это было невыносимо.
Рон всегда был тем, кто воспринимал мир просто. Добро, зло, Гриффиндор, Слизерин. Но, глядя на эту запутанную ситуацию, он понимал, что все не так однозначно.
Он перевернулся на бок, его взгляд упал на старую потрепанную книгу, которую он случайно нашел на чердаке. Это был сборник маггловских историй, и одна из них была о... двух девушках, которые любили друг друга, несмотря на все преграды. Рон прочитал ее несколько раз, и каждый раз он чувствовал странное, теплое чувство в груди.
В его голове созревал план. Сумасшедший, совершенно не роновский план. Но он был уверен, что это единственный способ помочь своим друзьям.
Он встал и начал расхаживать по комнате.
– Так, – пробормотал он себе под нос. – Гермиона влюблена в Малфоя. Гарри влюблен в Гермиону. Пэнси влюблена в Гарри. А Малфой влюблен в Пэнси. Какой-то дурдом.
Он остановился у окна, глядя на темнеющее небо.
– Но что, если... что, если поменять все местами?
В его голове внезапно вспыхнула идея. Он вспомнил, как Гермиона иногда смотрела на Пэнси, когда та проходила мимо. Не с ненавистью, не с презрением, а с какой-то странной... заинтересованностью. И как Пэнси, в свою очередь, иногда бросала на Гермиону взгляды, полные любопытства.
– Точно! – воскликнул Рон, хлопая себя по лбу. – Это же очевидно! Гермиона и Пэнси!
Он знал, что это звучит абсурдно. Две самые непримиримые врагини. Но в его голове это начинало обретать смысл. Обе умные, обе сильные, обе независимые. Они могли бы быть идеальной парой!
И тогда... если Гермиона будет с Пэнси, то Гарри будет свободен. А если Пэнси будет с Гермионой, то Малфой... Малфой тоже будет свободен.
– Но с кем тогда Малфой? – Рон снова впал в задумчивость. – Он же не может быть один.
И тут он вспомнил разговор с Полумной несколько дней назад. Она, как всегда, говорила о каких-то нарглах и о том, что "истинные пары часто скрываются за завесой очевидного". И потом она сказала что-то про "два вихря, которые на самом деле стремятся к единению".
Рон тогда не придал этому значения, но теперь...
– Гарри и Малфой! – вырвалось у него. – Полумна! Она же говорила об этом!
Он почувствовал прилив энергии. Это было гениально! Это был выход из этого любовного лабиринта!
– Значит, так, – Рон начал расхаживать по комнате, жестикулируя. – Гермиона и Пэнси. Гарри и Драко. И тогда все будут счастливы!
Он достал перо и пергамент и начал набрасывать план действий. Ему нужно было как-то свести эти пары вместе. Как-то заставить их увидеть друг в друге то, что видел он, Рон Уизли, великий шиппер.
Он знал, что это будет тяжело. Что Гермиона и Пэнси будут сопротивляться. Что Гарри и Драко будут возмущаться. Но он был уверен в своей правоте.
– Ради дружбы! – прошептал Рон, решительно кивая. – Ради любви!
***
На следующее утро Гермиона сидела в Большом зале, пытаясь съесть свой тост, но в горло ничего не лезло. Ее взгляд, как всегда, скользнул к столу Слизерина, где Драко смеялся над какой-то шуткой Пэнси.
Внезапно рядом с ней приземлилась Полумна, ее глаза были еще более мечтательными, чем обычно.
– Доброе утро, Гермиона. Ты выглядишь так, будто тебе нужно немного больше лунных лучей.
– Доброе утро, Полумна, – устало ответила Гермиона. – Мне, скорее, нужно немного больше логики.
– Логика – это хорошо, – кивнула Полумна. – Но иногда чувства важнее. Я вот сегодня видела очень интересное переплетение аур. У Гарри и Драко. Они словно предназначены друг для друга, чтобы уравновесить свои энергии.
Гермиона чуть не подавилась тостом.
– Полумна, пожалуйста, перестань. Это просто... немыслимо.
– Разве? – Полумна невозмутимо посмотрела на нее. – Вселенная полна сюрпризов. И иногда самые сильные связи рождаются из самых сильных противоречий.
В этот момент к ним подсел Рон, его глаза горели каким-то странным, лихорадочным блеском.
– Гермиона! Полумна! У меня есть идея! Гениальная!
– Рон, – Гермиона посмотрела на него с подозрением. – Что ты опять придумал?
– Нет, нет, это серьезно! – Рон наклонился к ним, понизив голос. – Я думаю, я нашел решение нашей... нашей проблемы.
– Какой проблемы? – Полумна спокойно спросила.
– Ну, этой! – Рон махнул рукой в сторону стола Слизерина, где Пэнси и Драко сидели рядом, а Гарри, напротив, сидел один, уныло ковыряя свою овсянку. – Это же очевидно, что все страдают!
– И какое же у тебя решение? – Гермиона скрестила руки на груди.
– Гермиона, – Рон посмотрел на нее серьезным взглядом, – ты и Пэнси.
Гермиона моргнула. Раз. Два. Три.
– Что? – наконец выдавила она.
– Ну, подумай! – Рон активно зашептал. – Вы обе умные, сильные, независимые! Вы могли бы быть такой мощной парой! И тогда... тогда Пэнси не будет с Малфоем, и Гарри будет свободен, и...
– Рон Уизли! – Гермиона вскочила, ее лицо покраснело. – Ты сошел с ума! Я и Пэнси Паркинсон? Ты представляешь, что ты говоришь?
– А что такого? – Рон не сдавался. – Вы же могли бы быть... как две королевы!
Полумна, которая все это время спокойно слушала, внезапно закивала.
– Рон, ты прав. Их ауры тоже очень интересны. Как две противоположные стороны одной монеты, которые, если их соединить, создадут идеальный баланс.
Гермиона посмотрела на Полумну, потом на Рона. Она чувствовала, как ее мозг начинает перегреваться.
– Вы... вы оба сумасшедшие!
– Нет, Гермиона, – Рон покачал головой. – Мы просто видим то, что не видят другие. И мы хотим помочь.
– И тогда Гарри и Драко смогут быть вместе, – добавила Полумна, снова погрузившись в свои мысли. – Их энергии так хорошо дополняют друг друга.
Гермиона схватилась за голову. Это был полный абсурд. Ее лучший друг и самая странная девушка в Хогвартсе, объединившись, чтобы свести ее с Пэнси Паркинсон, а Гарри – с Драко Малфоем. Это было немыслимо.
Но, глядя на их серьезные лица, Гермиона не могла отделаться от мысли, что в этом безумии есть какая-то странная логика. Логика, которая была совершенно чужда ее собственному, упорядоченному миру.
– Вы... вы правда так думаете? – тихо спросила Гермиона.
– Абсолютно! – Рон кивнул. – Просто дай этому шанс, Гермиона. Что ты теряешь?
– Ну, свою репутацию, например, – пробормотала Гермиона, но уже не так уверенно.
– А может, ты найдешь что-то гораздо более ценное, – сказала Полумна, ее глаза сияли. – Например, истинную любовь.
Гермиона посмотрела на Гарри, который все еще сидел один, на Драко и Пэнси, которые продолжали смеяться. И на своих двух друзей, которые, казалось, были полны решимости перевернуть весь Хогвартс ради их счастья.
Ее алгоритм сломался. Полностью. И теперь, возможно, пришло время попробовать новый, совершенно нелогичный путь. Путь, который прокладывали Рон Уизли и Полумна Лавгуд, самые неожиданные Купидоны Хогвартса. Это было страшно. Но и... немного интригующе.