← Назад к обзору

Любовь

Танец расплавленной земли

Врата ранга S, возникшие в пригороде Сеула, выглядели как пульсирующий разлом в самой реальности, затянутый багровой дымкой. Ассоциация была на взводе: внутри фиксировались аномальные всплески маны, и было принято решение отправить туда группу во главе с самим Теневым Монархом. Сон Джин Ву редко брал с собой семью на зачистки, но сегодня был особый случай — Сухо нужно было набираться опыта в экстремальных условиях, а Ча Ха Ин, как всегда, была незаменимым мечом.

Юки присоединился к ним в последний момент. Он стоял у входа в портал, поправляя ремни на своих брюках-карго. Белый бомбер он оставил в машине, оставшись в одной черной водолазке, которая плотно облегала его натренированное тело. Его голубые глаза горели азартом, а на губах играла та самая легкая, чуть дерзкая полуулыбка.

– Ну что, идем? – Юки щелкнул пальцами, и под его ногами на мгновение вспыхнула рыжая искра. – Не терпится посмотреть, что там за монстры решили испортить нам утро.

Внутри подземелье оказалось гигантским гротом, где вместо сталактитов с потолка свисали острые кристаллы застывшей магмы. Температура зашкаливала. Как только группа продвинулась вглубь, из теней начали выходить стражи — колоссальные существа, закованные в обсидиановую броню.

– Сухо, прикрой левый фланг! – скомандовал Джин Ву, призывая своих теней.

Но прежде чем Теневой Монарх успел отдать следующий приказ, Юки сделал шаг вперед. Его аура внезапно изменилась. Она перестала быть просто «сильной» и стала подавляющей, тяжелой, как давление на глубине океана.

– Позвольте мне, – бросил Юки через плечо. – Хочу немного размяться.

Он резко припал к земле, коснувшись ладонью потрескавшегося камня. В ту же секунду по залу прошла мощная вибрация.

– Сдвиг пласта! – негромко произнес японец.

Пол под ногами обсидиановых стражей превратился в кипящее месиво. Камень стал жидким, как вода, затягивая многотонных монстров вглубь. Те пытались выбраться, но Юки сжал кулак, и лава, мгновенно поднявшаяся из недр, застыла, превращаясь в металл. Монстров буквально впаяло в структуру пещеры.

Юки не остановился. Он вскинул руки вверх, и из стен вырвались длинные, острые как бритва пики из чистого железа. Он управлял ими с грацией дирижера: металл летал по воздуху, рассекая оставшихся врагов на части. В его движениях не было лишней суеты — только первобытная мощь, направляемая железной волей.

Ча Ха Ин, наблюдавшая за этим со стороны, невольно опустила меч. Она видела многих магов, но то, как Юки чувствовал структуру мира, было за гранью понимания. Он не просто колдовал — он переписывал химический состав окружения под свои нужды.

– Значит, это и есть тот парень, который покорил сердце моего сына? – Хэ Ин тихо подошла к мужу и мило улыбнулась, глядя, как Сухо завороженно смотрит на сражающегося Юки.

Джин Ву коротко кивнул, не сводя глаз с японского охотника.

– Его контроль над материей... он уникален. Он не берет силу извне, он заставляет саму планету откликаться на его зов.

Когда последний страж рассыпался в пыль, Юки выпрямился. Его татуировки на правой руке казались раскаленными, а в глазах еще не угас отблеск лавы. Он обернулся к остальным, вытирая пот со лба, и его лицо мгновенно приняло привычное жизнерадостное выражение.

– Фух, жарковато тут, правда? – Он весело подмигнул Сухо, который стоял с открытым ртом. – Ты видел, как я ту махину впечатал? Это была техника «Железная дева», я тебе о ней рассказывал!

– Это было... невероятно, Юки, – выдохнул Сухо, чувствуя, как в груди снова разгорается то самое чувство восхищения, граничащее с обожанием. – Ты двигался быстрее, чем я успевал следить глазами.

Группа двинулась дальше, к логову босса. По пути Джин Ву, который обычно был немногословен, поравнялся с Юки.

– Окумура-сан, твоя техника отточена до совершенства. Видно, что за этим стоят годы изнурительных тренировок. Твои родители, наверное, очень гордятся тобой, – спокойно произнес Монарх, и в его голосе прозвучало искреннее уважение.

Юки на мгновение замолчал. Его шаг не сбился, но улыбка стала чуть менее яркой, приобретая оттенок светлой грусти. Он посмотрел на свои ладони, покрытые мелкими шрамами от работы с металлом.

– Наверное... – Юки пожал плечами. – Хотя я плохо их помню. Их не стало, когда мне было шесть. Очередной прорыв врат в Киото. С тех пор пришлось выживать самому.

Сухо, шедший рядом, резко остановился. Он знал, что Юки приехал из Японии один, но никогда не задумывался о том, что скрывается за его вечным оптимизмом. Мальчик, оставшийся сиротой в мире, полном монстров, и сумевший подняться до S-ранга своими силами...

– Ты был совсем ребенком, – тихо сказала Ча Ха Ин, в её глазах отразилось сочувствие. – Как же ты справился?

– Ну, – Юки снова улыбнулся, на этот раз более открыто. – Земля всегда была под ногами. Она была моим единственным другом долгое время. Сначала я научился греться у маленьких разломов с лавой, потом понял, что могу строить себе убежища из камня. Ассоциация нашла меня, когда я уже вовсю гонял мелких монстров по лесам. Знаете, когда тебе не на кого положиться, ты либо становишься сильнее скалы, либо рассыпаешься в песок. Я выбрал первое.

Сухо почувствовал, как к горлу подкатил комок. Он смотрел на широкие плечи Юки, на его уверенную походку и понимал, что за этой легкостью скрывается стальной стержень, выкованный в огне одиночества.

– Юки, я... – Сухо сделал шаг к нему, желая сказать что-то важное, но японец уже перепрыгнул через очередной завал.

– О, смотрите! Кажется, мы пришли! – воскликнул Юки, указывая на огромные ворота в конце зала. – Сухо, не отставай! После этого подземелья ты обещал показать мне тот ресторан с лучшим кимчи в городе. Я зверски проголодался!

– Обязательно покажу, – прошептал Сухо, сжимая кулаки.

Босс подземелья — огромный дракон, состоящий из живого пламени и камня — пал быстрее, чем ожидалось. Юки и Сухо работали в паре: пока Сухо отвлекал монстра своими быстрыми атаками, Юки сковал движения дракона, создав вокруг его лап массивные кандалы из переплавленной руды. Финальный удар нанес Джин Ву, но все понимали: без поддержки Юки бой был бы куда тяжелее.

Когда они вышли из портала, солнце уже клонилось к закату. Журналисты и другие охотники обступили их, но Юки лишь отмахнулся от камер, накидывая на плечи свой белый бомбер.

– Увидимся завтра в Ассоциации? – Юки похлопал Сухо по плечу, собираясь уходить.

– Подожди! – Сухо схватил его за рукав. – Юки, то, что ты сказал там... про родителей. Я не знал.

Юки остановился и внимательно посмотрел на парня. Его ярко-голубые глаза в лучах заката казались прозрачными.

– Всё нормально, Сухо. Это старая история. У меня теперь есть новая жизнь здесь, в Корее. И, кажется, у меня появились отличные друзья.

Он снова использовал это слово. «Друзья». Но на этот раз Сухо не почувствовал боли. Он увидел в этом слове высшую степень доверия от человека, который привык быть один.

– Знаешь, – Сухо набрался смелости и посмотрел прямо в глаза Юки. – Мой отец сказал, что земля не сдвинется, пока на нее не надавят с силой. Я буду очень сильно на тебя «давить», Юки. Пока ты не поймешь, что я хочу быть для тебя кем-то большим, чем просто тот, с кем можно поесть кимчи.

Юки замер. Секунду он смотрел на Сухо в полном молчании, а затем внезапно расхохотался — громко, искренне, запрокинув голову назад. Несколько черных сережек в его ушах блеснули на свету.

– Ты действительно сын своего отца, – сквозь смех проговорил Юки. – Ладно, Сон Сухо. Я принимаю вызов. Посмотрим, хватит ли у тебя сил сдвинуть гору.

Он развернулся и пошел к парковке, насвистывая ту же мелодию, что и утром. Сухо стоял и смотрел ему вслед, чувствуя, как его собственная мана резонирует с уходящим теплом Юки.

– Он потрясающий, правда? – Ча Ха Ин подошла к сыну, мягко положив руку ему на плечо.

– Да, мам, – ответил Сухо, не отрывая взгляда от удаляющейся фигуры в белом бомбере. – И я сделаю всё, чтобы он больше никогда не был один.

Джин Ву, стоявший чуть поодаль, едва заметно улыбнулся. Он знал, что впереди у его сына долгий путь, но сегодня он увидел нечто важное: Юки Окумура, маг земли и лавы, впервые за долгое время позволил кому-то подойти к себе чуть ближе, чем на расстояние вытянутой руки. И это было только начало.