← Назад к обзору

Любовь

Танцы на грани извержения

Прошло еще несколько недель с того памятного рейда, и присутствие Окумуры Юки в Сеуле стало чем-то само собой разумеющимся. Его ярко-голубые глаза и вечно растрепанные черные волосы мелькали в новостях чаще, чем лица айдолов. Юки обладал редким даром — он притягивал людей, не прилагая к этому никаких усилий. Однако для Сон Сухо это обожание толпы стало настоящим испытанием.

Сухо тренировался до изнеможения. Он хотел соответствовать, хотел быть тем, на кого Юки сможет опереться не только в бою, но и в жизни. Но Юки оставался Юки: он был теплым, как нагретый солнцем камень, и таким же непробиваемым, когда дело касалось романтики.

В один из душных вечеров, когда город задыхался от влажности, Юки вытащил Сухо на крышу одного из небоскребов. У японца была привычка забираться повыше, чтобы «почувствовать ветер». Юки сидел на самом краю парапета, свесив ноги в пустоту. Его куртка была брошена рядом, а черная водолазка подчеркивала каждый изгиб его атлетического тела. Татуировки в сумерках казались глубокими провалами в иную реальность.

– Ты знал, что земля под Сеулом очень «разговорчивая»? – Юки затянулся сигаретой, глядя на огни города. – Она здесь старая, плотная. Совсем не такая, как в Японии, где всё вечно дрожит и плавится.

Сухо сел рядом, но на безопасном расстоянии от края. Он смотрел не на город, а на профиль Юки, на то, как дым извивается вокруг его черных сережек-гвоздиков.

– Ты часто говоришь с землей? – спросил Сухо, пытаясь уловить настроение друга.

– Постоянно, – Юки легко улыбнулся и повернул голову. – Она честнее людей. Она не умеет лгать о своих намерениях. Если она хочет взорваться — она взрывается. Если хочет стоять твердо — стоит. Знаешь, Сухо, ты мне ее напоминаешь. Ты такой же прямой и надежный.

– Прямой? – Сухо горько усмехнулся. – Я признался тебе в чувствах посреди тренировочного зала. Куда уж прямее.

Юки рассмеялся, и этот звук, как всегда, заставил сердце Сухо пропустить удар.

– Это было смело! Я до сих пор под впечатлением. Но понимаешь... я маг лавы. Моя стихия — это то, что разрушает и переплавляет. Я боюсь, что если подпущу кого-то слишком близко, то просто сожгу его.

– Ты не сожжешь меня, – Сухо подался вперед, его голос зазвучал твердо. – Я сын Теневого Монарха. Я привык к тьме и холоду, так что твое тепло — это то, что мне нужно.

Юки затушил сигарету о подошву своего кроссовка и внимательно посмотрел на парня. В его глазах промелькнуло что-то, чего Сухо раньше не видел — тень сомнения, смешанная с нежностью.

– Ты упрямый, – прошептал Юки. – Ладно, «упрямый Сон Сухо», давай проверим твою теорию на практике. Завтра открываются новые врата S-ранга в Пусане. Ассоциация хочет, чтобы мы зачистили их вдвоем. Только ты и я. Без твоего отца.

Сухо замер. Это был не просто вызов, это было испытание.

– Я буду готов, – ответил он, чувствуя, как внутри закипает решимость.

Пусан встретил их соленым ветром и тяжелой аурой разлома. Врата находились прямо на побережье, и их багровое сияние отражалось в темных водах моря. Вокруг была выстроена зона отчуждения, но для двух охотников S-ранга проход был открыт.

– Готов повеселиться? – Юки поправил воротник своего белого бомбера, который сегодня казался ослепительно ярким на фоне серого неба.

– Как никогда, – кивнул Сухо, призывая свои парные клинки.

Внутри врат их ждал кошмар магов — подземелье типа «Зеркальный лабиринт». Стены состояли из высокопрочного прозрачного кристалла, который искажал пространство и время. Но для Юки это не было проблемой. Он просто положил ладонь на стену, и кристалл под его пальцами начал краснеть, превращаясь в вязкую массу.

– Металл, камень, стекло — для меня это всё одно и то же, – пояснил он, проплавляя путь вперед.

Внезапно из-под земли вырвались огромные тени. Это были не обычные монстры, а отражения их собственных страхов. Перед Сухо возник образ его отца, смотрящего на него с холодным разочарованием.

– Это иллюзия, Сухо! Не смотри! – крикнул Юки, но сам застыл.

Перед ним стояла маленькая девочка, державшая за руку женщину. Они обе были покрыты пеплом, а их глаза были пусты. Юки побледнел. Его аура, обычно стабильная и мощная, начала хаотично пульсировать. Вокруг него из пола стали бесконтрольно вырываться пики металла, круша всё подряд.

– Юки! Приди в себя! – Сухо бросился к нему, уворачиваясь от смертоносных шпилей.

Японец не слышал. Он видел только свое прошлое — тот самый день в Киото, когда земля разверзлась и поглотила его мир. Температура в коридоре начала стремительно расти. Пол под ногами Юки начал превращаться в настоящую лаву.

– Я не смог... я не успел... – шептал Юки, и по его щеке скатилась капля пота, смешанная с пеплом.

Сухо понял: если он сейчас ничего не сделает, Юки просто уничтожит это подземелье вместе с ними обоими, потеряв контроль над своей колоссальной силой. Он отбросил мечи и, игнорируя жар, исходящий от тела мага, шагнул прямо в эпицентр его маны.

– Юки, посмотри на меня! – Сухо схватил его за плечи, чувствуя, как ткань куртки начинает дымиться. – Ты больше не в Киото! Ты здесь, со мной!

Юки вскинул голову. Его глаза были залиты неестественным оранжевым светом, а татуировки на груди светились, словно раскаленные угли.

– Уйди, Сухо... я сожгу тебя... – прохрипел он, пытаясь оттолкнуть парня.

– Не уйду! – закричал Сухо и, повинуясь порыву, притянул Юки к себе, крепко обнимая. – Слышишь? Я никуда не уйду. Ты не один. Больше никогда не будешь один.

Сухо почувствовал невыносимую боль — жар от тела Юки был таким сильным, что казалось, кожа вот-вот обуглится. Но он не разрывал объятий. Он вливал свою ману, холодную и спокойную, в раскаленное ядро Юки, пытаясь стабилизировать его состояние.

Постепенно гул в ушах начал стихать. Лава на полу застыла, превращаясь в гладкий обсидиан. Температура в зале упала. Юки тяжело дышал, уткнувшись лбом в плечо Сухо. Его тело била крупная дрожь.

– Ты... ты сумасшедший, – наконец выдавил Юки, отстраняясь. Его глаза вернули свой ярко-голубой цвет, но в них теперь читалось потрясение. – Ты хоть понимаешь, что я мог тебя убить?

Сухо посмотрел на свои руки — на ладонях остались ожоги, но он только улыбнулся.

– Я же сказал, что я упрямый. И я сказал, что не боюсь твоего огня.

Юки смотрел на него долго, словно видел впервые. Он протянул руку и осторожно коснулся обожженной ладони Сухо. Под его пальцами кожа начала затягиваться — одна из скрытых способностей мага земли, умение восстанавливать структуру живой материи.

– Никто никогда не заходил в мой «шторм» добровольно, – тихо произнес Юки. – Все всегда бежали прочь. Даже наставники в Японии говорили, что я слишком опасен, когда теряю контроль.

– Значит, они просто не знали, за что нужно держаться, – ответил Сухо.

Юки вдруг порывисто выдохнул и прислонился спиной к стене, сползая вниз. Он закрыл лицо руками, и Сухо увидел, как его плечи мелко подрагивают.

– Знаешь, почему я всегда улыбаюсь? – голос Юки звучал глухо. – Потому что если я перестану, я просто вспомню, как пахнет горелая земля. Я приехал в Корею, чтобы сбежать от этого запаха. Думал, новая страна, новые люди... А встретил тебя.

Сухо сел рядом с ним на холодный пол.

– И что теперь? Хочешь сбежать и от меня?

Юки убрал руки от лица и посмотрел на Сухо. На его губах появилась улыбка, но на этот раз она не была «жизнерадостной маской». Это была слабая, искренняя и бесконечно усталая улыбка человека, который наконец-то нашел тихую гавань.

– Нет, – Юки качнул правой рукой, и на его ладони из воздуха сформировался маленький цветок из чистого золота. – От тебя, кажется, не сбежишь. Ты слишком крепко вцепился.

Он протянул золотой цветок Сухо.

– Это металл из самого сердца этого подземелья. Самый прочный материал, который я могу создать. Пусть будет у тебя. Как напоминание о том, что ты сегодня... сдвинул гору.

Сухо взял подарок, чувствуя, как тепло металла согревает пальцы.

– Это значит, что у меня есть шанс? – спросил он, затаив дыхание.

Юки поднялся на ноги и протянул Сухо руку, помогая встать. Его взгляд стал прежним — лукавым и немного дерзким, но теперь в нем появилось нечто новое.

– Шанс? Сухо, ты только что выжил в эпицентре моего извержения. Думаю, мы перешли стадию «просто друзей» еще в ту секунду, когда ты меня обнял. Но учти...

Юки притянул Сухо к себе за воротник куртки, так что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

– ...со мной будет непросто. Я стихия, а стихию нельзя приручить до конца. Ты готов к этому?

Вместо ответа Сухо сократил оставшееся расстояние. Это не был поцелуй из сказки — в нем чувствовался вкус пепла, пота и опасности, но еще в нем было столько жизни, сколько Сухо не чувствовал никогда раньше. Юки ответил на поцелуй с неожиданной страстью, его руки, покрытые татуировками, крепко сжали плечи парня.

Когда они отстранились друг от друга, Юки выглядел немного ошарашенным, но довольным. Он поправил свои растрепанные волосы и усмехнулся.

– Вау. Ладно. Похоже, Теневой Монарх вырастил настоящего хищника.

– Я просто знаю, чего хочу, – ответил Сухо, чувствуя, как внутри него разливается неописуемое счастье.

– Ладно, герой, – Юки хлопнул его по плечу и зашагал вглубь подземелья, где их всё еще ждал главный босс. – Пойдем закончим здесь. А потом... потом ты купишь мне самый дорогой ужин в Пусане. И никакой уличной еды! Я сегодня слишком много нервничал.

Сухо рассмеялся и последовал за ним. Он смотрел на широкие плечи Юки, на его легкую походку и понимал, что впереди их ждет еще много трудностей. Ассоциация, мнение отца, разница в культурах — всё это будет. Но теперь, когда он почувствовал настоящий жар сердца Окумуры Юки, он знал: никакая сила в мире не заставит его отступить.

Потому что даже самая твердая земля рано или поздно поддается тому, кто любит ее достаточно сильно. И сегодня в недрах пусанского подземелья японский S-ранг наконец-то перестал быть одиноким странником, обретя свой дом в руках наследника теней.