Любовь без границ
Шепот кудрявого пламени
Вечер в доме Волковых пролетел уютно и шумно. Тетя Лена старалась вовсю: манты, домашний пирог с яблоками и тот самый торт, который они с Гелей украшали вместе. Было много смеха, теплых слов и взглядов, от которых у Гели внутри всё замирало. Егор сидел рядом, его рука почти всегда лежала либо на спинке её стула, либо на её колене под столом. Он словно заново обозначал свои права на неё после того дурацкого случая с подарком однокурсника. Глеб и его насадки были забыты, вытеснены мощным присутствием Волкова.
Когда пришло время уходить, тетя Лена крепко обняла Гелю.
– С днем рождения еще раз, девочка. Будь счастлива. И присматривай за этим оболтусом, – она ласково кивнула на сына.
– Я постараюсь, теть Лен, – улыбнулась Геля, чувствуя себя по-настоящему принятой в эту семью.
Они вышли в морозную ноябрьскую ночь. Снег под ногами весело хрустел, а небо было усыпано звездами, редкими для города. Егор довез её до дома, но когда машина остановилась у подъезда, Геля не спешила выходить. Она посмотрела на свои окна на третьем этаже. Там было темно.
– Мама написала, что они с Андреем уехали к его сестре за город на все выходные, – тихо сказала она. – Отмечать его удачную сделку.
Егор заглушил мотор. В салоне стало тихо, только остывающий двигатель издавал легкие щелчки. Он повернулся к ней, и в свете тусклого уличного фонаря его глаза казались черными провалами, в которых горел опасный огонь.
– Значит, ты сегодня совсем одна? – его голос стал ниже, приобретая ту самую хрипотцу, от которой у Гели по позвоночнику пробежали мурашки.
– Да, – выдохнула она, чувствуя, как сердце начинает разгоняться. – Совсем.
– Я не оставлю тебя одну в твой день рождения, Кудрявая, – он потянулся к ней, обхватил ладонью затылок и притянул к себе.
Поцелуй был глубоким, собственническим, со вкусом мороза и мятной жвачки. Геля ответила на него с неожиданной для самой себя жадностью. Всё напряжение последних недель, все страхи перед отчимом и неопределенность будущего — всё это плавилось в этом поцелуе.
Через пять минут они уже поднимались по лестнице. Геля дрожащими руками открыла дверь квартиры. Внутри пахло чистотой и почему-то корицей. Как только дверь закрылась, Егор прижал её к стене прихожей, не давая даже включить свет.
– Ты уверена? – прошептал он ей в самые губы. – Если ты скажешь «нет», я просто останусь рядом, мы будем смотреть кино и я уйду утром. Я не хочу на тебя давить, Гель.
Она посмотрела на него — на его четкие скулы, на шрам над бровью, на эти сильные руки, которые умели быть такими нежными. Она знала, что Егор — её первый и единственный. Человек, который спас её от тени отчима и от собственного страха.
– Да, – твердо сказала она. – Я хочу этого. С тобой.
Егор подхватил её на руки, как тогда в парке, но на этот раз в его движениях не было грубости — только бережная сила. Он донес её до спальни и осторожно опустил на кровать. В комнате было прохладно, но Геле казалось, что воздух вокруг них наэлектризован до предела.
Он начал медленно снимать с неё одежду, замирая после каждого движения, словно спрашивая разрешения. Когда его ладони коснулись её кожи, Геля вздрогнула. Его руки были горячими, шершавыми от тренировок, и этот контраст с её нежной кожей сводил с ума.
– Ты такая красивая, – выдохнул он, глядя на неё с таким неприкрытым обожанием, что Геле стало жарко. –