← Назад к обзору

Мафия

Аромат пепла и ванили

– Ты слишком сильно давишь на газ, Юки, – голос Джинву, донесшийся из-за спины, был едва слышен из-за свиста ветра, но Юки почувствовал его вибрацию всем телом.

– Тебе ли жаловаться на скорость, Повелитель Теней? – Юки усмехнулся, сильнее выкручивая ручку газа. – Я думал, ты привык перемещаться быстрее звука.

– Одно дело — пространственный переход, и совсем другое — твой железный зверь, который, кажется, держится на честном слове и твоем упрямстве, – Джинву плотнее сжал руки на талии Юки, и тот ощутил, как по спине пробежала волна жара, вовсе не связанная с его магией.

Мотоцикл пролетел через мост Панпхо, оставляя за собой лишь размытый неоновый след. Юки чувствовал себя живым. Впервые за пять лет он не просто скрывался в тени, он вел игру на своих условиях. Костюм-тройка, который он надел для совета, стеснял движения, но придавал ту самую уверенность, которая была необходима Боссу Мортэ.

Они затормозили у заброшенного складского комплекса на окраине промышленного района. Здесь воздух был тяжелым, пропитанным запахом дешевых химикатов и застоявшейся воды. Это была одна из крупнейших лабораторий семьи Верде — место, где человеческая жадность встречалась с извращенной магией.

Юки спрыгнул с мотоцикла, небрежно откинув подножку. Он снял пиджак и бросил его на сиденье, оставаясь в одной жилетке и белоснежной рубашке с закатанными рукавами. На его предплечьях, обнаженных и напряженных, черные татуировки начали пульсировать, словно под кожей текла не кровь, а расплавленный свинец.

– Чувствуешь? – спросил Юки, всматриваясь в темноту ангаров.

– Четверо Охотников ранга А и около двадцати рангом ниже, – Джинву стоял рядом, его фигура казалась частью самой ночи. – Плюс что-то странное... искусственное. Их мана искажена.

– Продукты их экспериментов, – Юки сплюнул на землю и достал из кармана жилета пачку сигарет. – Верде пытались создать солдат, способных противостоять теням. Иронично, не правда ли? Сегодня они увидят оригинал.

Он щелкнул зажигалкой, но вместо обычного огонька из его пальцев вырвался хлыст черного пламени, который мгновенно поджег сигарету. Юки глубоко затянулся, и его глаза вспыхнули ледяным неоном.

– Джинву, не вмешивайся, пока я не попрошу. Это личное.

– Как пожелаешь, Босс, – в голосе Охотника проскользнула тень улыбки. – Но если они испортят твою рубашку, я не гарантирую их быструю смерть.

Юки пошел вперед, его шаги были бесшумными. Охрана у входа даже не успела поднять оружие. Юки просто прошел мимо, и двое мужчин рухнули на колени, хватаясь за горло — черное пламя, невидимое для обычного глаза, выжгло их легкие изнутри.

Внутри склада было светло от магических ламп. В центре стояли огромные стеклянные капсулы, заполненные зеленоватой жидкостью, в которой плавали существа, лишь отдаленно напоминающие людей.

– Кто здесь?! – выкрикнул один из Охотников ранга А, выходя из тени стеллажей. Он удерживал в руках массивный зачарованный молот. – Этот сектор закрыт!

Юки остановился в круге света, выпуская струю дыма.

– Сектор закрыт навсегда, – тихо произнес он. – Я пришел забрать долги семьи Мортэ.

Охотник побледнел. Он узнал этот голос, узнал эту ауру, которая давила на плечи, заставляя колени дрожать.

– Наследник... Ты должен быть мертв! Убить его!

Со всех сторон на Юки бросились люди и те самые существа из капсул. Юки не шелохнулся. Он медленно вынул сигарету изо рта и отбросил ее в сторону. В ту же секунду его тело окутал вихрь черного огня. Это не было обычное пламя — оно не давало света, оно поглощало его.

Юки двигался как танцор. Первый противник попытался разрубить его мечом, но Юки просто перехватил лезвие голой рукой. Черный огонь мгновенно перекинулся на металл, превращая его в пыль. Юки ударил наотмашь, и наемник отлетел в стену, вспыхнув, как факел.

– Слишком медленно, – прошептал Юки, оказываясь за спиной следующего врага.

Его движения были божественны и ужасающи одновременно. Он не использовал оружие, его руки, которыми он еще утром нежно замешивал тесто для круассанов, теперь превратились в орудия казни. Каждый его удар сопровождался вспышкой темной энергии. Юки наслаждался этим. Ярость, которую он копил пять лет, наконец нашла выход.

Охотник с молотом замахнулся для мощного удара, вкладывая в него всю свою ману. Юки даже не стал уклоняться. Он выставил ладонь, и когда молот соприкоснулся с его кожей, раздался звон битого стекла. Магический артефакт разлетелся на куски, а Юки, схватив Охотника за воротник, притянул его к себе.

– Кто отдал приказ об эксперименте "Теневой резонанс"? – спросил он, и его голос вибрировал от скрытой мощи.

– Мы... мы не знаем... это всё глава Верде... – прохрипел мужчина.

– Ложь, – Юки улыбнулся, и в его глазах Охотник увидел бездну. – Ты был там, в ту ночь пять лет назад. Я помню твое лицо. Ты держал нож, когда убивали моих слуг.

Пальцы Юки вспыхнули черным. Мужчина даже не успел закричать — он просто перестал существовать, рассыпавшись мелким пеплом, который тут же подхватил сквозняк.

Остальные наемники в ужасе попятились. Они поняли, что перед ними не просто сильный маг, а само воплощение концепции смерти, которой когда-то поклонялась семья Мортэ.

В этот момент одна из капсул в глубине зала взорвалась. Оттуда вырвалось нечто огромное, покрытое хитиновыми пластинами и сочащееся черной слизью. Это была вершина экспериментов Верде — попытка создать искусственного Охотника S-ранга. Тварь издала оглушительный рев и бросилась на Юки.

Юки приготовился к удару, но внезапно пространство перед ним искривилось. Из пола выросли длинные, острые тени, которые мгновенно пронзили монстра, пригвоздив его к потолку.

– Я же просил не вмешиваться, – Юки обернулся, вытирая каплю крови (не своей) с щеки.

Джинву медленно вышел из тени, его взгляд был прикован к Юки. В этом взгляде было восхищение, смешанное с темным, необузданным желанием.

– Ты заигрался, Юки, – ровно произнес Сон. – Эта тварь могла задеть твое лицо. А мне оно очень нравится.

– Я бы справился, – Юки фыркнул, но магию развеял. Черное пламя послушно втянулось в его татуировки, оставляя на коже лишь легкое свечение.

Джинву подошел вплотную. Вокруг них всё еще догорали остатки лаборатории, а выжившие наемники в ужасе забились в углы, понимая, что их судьба теперь решается между этими двумя монстрами в человеческом обличье.

– Ты весь в пыли, – Джинву протянул руку и коснулся шеи Юки, там, где висел металлический кулон. – И твоя мана... она поет. Ты счастлив, Юки?

Юки посмотрел ему прямо в глаза. Ярко-голубой встретился с фиолетовым свечением бездны.

– Счастлив? Нет. Я чувствую облегчение. Словно я наконец-то снял слишком тесную обувь. Но это только начало, Джинву. Семья Верде — лишь пешки. Те, кто действительно виноват, сидят гораздо выше.

Джинву внезапно притянул его к себе, сокращая расстояние между ними до минимума. Юки почувствовал холодную ауру Повелителя Теней, которая, странным образом, не конфликтовала с его собственным жаром, а дополняла его.

– Тогда давай сожжем их всех, – прошептал Джинву. – Вместе.

Юки почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он всегда был один. Сирота, изгнанник, тайный босс. Он привык полагаться только на свои руки и свое пламя. Но сейчас, в объятиях сильнейшего человека на планете, он впервые почувствовал, что его ноша стала легче.

– Ты ведь понимаешь, что после этого пути назад не будет? – спросил Юки, его голос стал хриплым. – Если ты встанешь рядом со мной открыто, Ассоциация объявит тебя предателем. Мир Охотников не простит союза с мафией.

Джинву усмехнулся, и в этой усмешке было столько же высокомерия, сколько и в улыбке самого Юки.

– Пусть попробуют. Я сам — Ассоциация. Я сам — закон. И если этот закон говорит, что я должен быть с тобой, значит, так тому и быть.

Юки медленно поднял руки и положил их на плечи Джинву. Его пальцы коснулись черного плаща Охотника.

– Хорошо. Но сначала...

– Ужин? – перебил его Джинву с легкой искоркой в глазах.

– Сначала мы закончим здесь, – Юки кивнул на оставшееся оборудование лаборатории. – Я не хочу, чтобы хоть одна крупица этих данных уцелела.

Он щелкнул пальцами, и по всему залу начали расцветать черные лотосы пламени. Они пожирали металл, стекло и бумагу, не оставляя после себя ничего, кроме пустоты. Юки смотрел на огонь, и в его отражении он видел будущее — кровавое, опасное, но впервые за пять лет не одинокое.

Они вышли из горящего здания, когда первые лучи рассвета начали пробиваться сквозь смог Сеула. Воздух стал чище, словно огонь выжег не только лабораторию, но и часть ночного кошмара.

Юки подошел к мотоциклу и надел пиджак. Он снова выглядел как безупречный аристократ, если не считать растрепанных волос и дикого блеска в глазах.

– Куда теперь, Босс? – спросил Джинву, садясь позади него.

– В университет, – ответил Юки, заводя мотор. – У меня через три часа экзамен по кондитерскому делу. Я обещал профессору Ли идеальный "Шоколадный фондан".

Джинву рассмеялся — искренне и громко.

– Ты только что уничтожил элитный отряд наемников и сжег лабораторию стоимостью в миллиарды вон, а теперь переживаешь из-за десерта?

– Кулинария — это точность, Джинву, – Юки обернулся через плечо, и на его губах играла та самая легкая, почти невинная улыбка. – Ошибка в граммах сахара может испортить всё. Так же, как ошибка в расчетах может стоить жизни. Я не люблю ошибаться.

Мотоцикл сорвался с места, унося их прочь от пепелища.

Через два часа Юки уже стоял на университетской кухне. Запах гари сменился ароматом дорогого бельгийского шоколада и свежих сливок. Его руки двигались с той же уверенностью, что и во время боя. Он аккуратно взбивал белки, следя за тем, чтобы пики были достаточно крепкими.

Джинву сидел на подоконнике в пустом классе, скрытый от посторонних глаз теневой завесой. Он наблюдал за Юки, и в его голове не укладывалось, как этот человек может быть одновременно безжалостным палачом и творцом такой хрупкой красоты.

– Попробуй, – Юки подошел к нему, протягивая маленькую ложечку с теплой шоколадной массой.

Джинву послушно приоткрыл рот. Вкус был божественным — горьковатый шоколад с нотками апельсиновой цедры и чего-то еще, неуловимого, что было под силу создать только Юки.

– Это... невероятно, – выдохнул Джинву.

– Это вкус победы, – Юки подмигнул ему. – И это только дегустация. Настоящий триумф будет вечером.

В этот момент дверь кухни распахнулась, и вошел профессор Ли — пожилой мужчина с добрыми глазами, который души не чаял в своем самом талантливом ученике.

– Окумура-кун! Вы сегодня рано. Надеюсь, вы готовы? Сегодня важный день.

– Готов как никогда, профессор, – Юки поклонился, и в этот момент он снова был просто студентом. – Я подготовил кое-что особенное.

Профессор Ли прошел к столу, осматривая ингредиенты.

– Хорошо, хорошо... О, Юки, у тебя на воротнике... – старик потянулся, чтобы смахнуть что-то.

Юки на мгновение замер. На серой ткани жилета виднелось маленькое пятнышко сажи, которое он пропустил. Но прежде чем профессор коснулся его, тень на полу странно дернулась, и пятнышко просто исчезло, словно его и не было.

– А, нет, показалось, – старик протер очки. – Старею. Приступай, мой мальчик.

Юки бросил короткий взгляд на подоконник, где Джинву едва заметно кивнул ему.

Экзамен прошел блестяще. Десерт Юки был признан лучшим за всю историю факультета. Когда он выходил из здания университета, солнце стояло в зените. Он чувствовал себя странно спокойным.

На парковке его ждал черный седан с тонированными стеклами. У машины стояла женщина в строгом костюме — Арджин, одна из немногих, кто остался верен Мортэ до конца.

– Господин, – она склонила голову. – Семья Ким начала действовать. Они узнали о разгроме лаборатории Верде и стягивают силы к порту. Они думают, что вы будете атаковать их склады там.

Юки надел солнечные очки, скрывая свои ярко-голубые глаза.

– Они думают, что я буду играть по их правилам, – он обернулся к Джинву, который бесшумно появился рядом. – Джинву, ты готов к небольшой морской прогулке?

– Мои тени уже там, – ответил Сон. – Ждут твоего сигнала.

Юки сел в машину, и Арджин закрыла за ним дверь. Прежде чем автомобиль тронулся, Юки опустил стекло.

– Арджин, передай остальным: сегодня вечером Сеул должен вспомнить, почему наш герб — черная роза в пламени. Никакой пощады. Никаких пленных.

– Будет исполнено, Босс, – в глазах женщины блеснули слезы гордости.

Машина рванула с места. Юки откинулся на кожаное сиденье и закрыл глаза. В его голове уже выстраивался идеальный план следующего сражения. Он знал, что впереди еще много крови, предательства и боли. Но теперь у него было то, чего не было у его родителей — абсолютная сила Теней на его стороне и пламя, которое больше не нужно было прятать.

– Знаешь, – тихо сказал Джинву, нарушая тишину в салоне. – Тот шоколад... он был действительно вкусным. Когда всё это закончится, я хочу, чтобы ты приготовил мне целый торт.

Юки открыл один глаз и посмотрел на Охотника.

– Только один? Я думал, ты попросишь что-то более существенное. Например, мою верность или... мою голову.

Джинву протянул руку и накрыл ладонь Юки своей. Его пальцы были холодными, но прикосновение обжигало сильнее любого огня.

– Твоя голова мне нужна на плечах. А верность... я ее уже получил. Я хочу твое время, Юки. Всё твое свободное время.

Юки улыбнулся — на этот раз тепло и искренне.

– Договорились. Но предупреждаю: я очень требовательный шеф-повар.

Машина мчалась в сторону порта, где уже собирались тучи. Гряла буря, какой Сеул еще не видел. И в центре этой бури стоял Окумура Юки — повар-кондитер, сирота и истинный Бог мафии, готовый подать своим врагам их последний ужин.