← Назад к обзору

Мафия

Пламя Альянса: Сделка на крови и шелке

Италия встретила их не ласковым солнцем Тосканы, а тяжелым, влажным маревом Палермо. Частный самолет семьи Мортэ приземлился на закрытой полосе, где их уже ждал кортеж из черных бронированных лимoзинов. Юки вышел на трап, щурясь от яркого света. На нем был безупречный темно-серый костюм, сшитый на заказ, который подчеркивал его атлетичное сложение, но не сковывал движений. На шее поблескивала всё та же тонкая цепочка с кулоном — единственная вещь, напоминавшая о его сиротском детстве до того, как он принял мантию босса.

Сон Джинву шел следом. Его присутствие было почти физически ощутимым; тени вокруг него словно сгущались, несмотря на полдень. Сухо остался в Сеуле под охраной лучших бойцов — Юки настоял на этом. Мир мафии в Италии был куда более древним, запутанным и коварным, чем корейские разборки. Здесь кровная месть могла длиться столетиями, а улыбка за обедом часто означала смертный приговор.

Особняк Вонголы представлял собой величественную крепость, скрытую за фасадом ренессансного дворца. Внутри всё дышало историей и силой. Когда Юки и Джинву вошли в главный зал совещаний, атмосфера мгновенно натянулась.

За длинным столом из темного дерева сидела Савада Тсунаеши. Рядом с ней расположились её Хранители: Гокудера Хаято, чей взгляд обещал немедленную расправу любому, кто косо посмотрит на Десятую, и Ямамото Такэши, чья расслабленная поза не обманывала Юки — он знал, как быстро этот человек обнажает меч. В углу, в тени, расположились представители Варии. Занзас, развалившись в кресле, смерил Юки презрительным взглядом, а Скуало что-то злобно шептал, потирая эфес своего меча.

Юки прошел к своему месту во главе стола напротив Тсунаеши. Джинву встал за его правым плечом, сложив руки на груди. Его холодные глаза сканировали помещение, подавляя волю любого, кто пытался проявить агрессию.

– Я вас слушаю, – произнес Юки, откидываясь на спинку кресла и привычным жестом доставая сигарету. Он не спрашивал разрешения — в этом доме он был равным. – Вы пригласили меня в такую даль не для того, чтобы обсуждать цены на оливковое масло.

Тсунаеши переглянулась со своим репетитором, Реборном, который сидел на её плече в крошечном костюме и не сводил с Юки внимательного взгляда. Девушка глубоко вздохнула и сложила руки перед собой.

– Юки-кун, ситуация в мире изменилась, – начала она, и её голос был твердым. – Возвращение семьи Мортэ всколыхнуло те структуры, которые мы считали уничтоженными. Мелкие семьи объединяются в альянсы, боясь твоего черного пламени. Они видят в тебе угрозу статусу-кво.

– Пусть видят, – сухо усмехнулся Юки, выпуская облако дыма. – Страх — хорошая мотивация для того, чтобы не совершать глупостей.

– Страх также толкает на отчаянные шаги, – подал голос Реборн, его черный хвостик на шляпе качнулся. – Мы хотим создать союз, который станет незыблемым. Такой, который ни у кого не вызовет сомнений в своей легитимности и мощи. Мы предлагаем объединить две величайшие линии пламени: Небо Вонголы и Черное Пламя Мортэ.

Юки прищурился, чувствуя подвох.

– Мы уже союзники, Реборн. Наши подписи стоят на одних и тех же соглашениях.

– Этого недостаточно для старых семей Европы, – Тсунаеши посмотрела ему прямо в глаза, и в её взгляде не было ни капли смущения, только железная решимость босса. – Чтобы закрепить этот союз на века и прекратить любые попытки переворотов, Совет Старейшин и мы... мы предлагаем вам политический брак. Брак между Десятым Боссом Мортэ и Десятым Боссом Вонголы.

В зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как догорает сигарета в руке Юки. Пепел упал на дорогой ковер. Юки замер, его глаза расширились, а челюсть едва заметно дрогнула.

– Что, простите? – переспросил он, искренне надеясь, что его итальянский внезапно ухудшился. – Брак?

– Вонгола и Мортэ, – рявкнул Занзас из своего угла, – это идеальный союз крови. Твои тени и её Небо. Это заставит всех остальных заткнуться навсегда.

Юки медленно повернул голову к Тсуне. Он искал в её лице признаки того, что это шутка, политическая игра или давление со стороны Хранителей. Но Тсунаеши сидела прямо, её щеки слегка порозовели, но взгляд оставался непоколебимым.

– Тсуна... – Юки заговорил тише, игнорируя остальных. – Ты понимаешь, что они предлагают? Это не просто контракт на бумаге. Это наши жизни.

– Я сама это предложила, Юки, – перебила она его, и в её голосе проскользнула мягкость, которую она позволяла себе только с близкими друзьями. – Я долго думала об этом. Мир мафии пожирает одиночек. Даже таких сильных, как мы. Мы с тобой — сироты в этом мире власти. Ты понимаешь меня лучше, чем кто-либо другой. Ты знаешь, каково это — нести ответственность за тысячи жизней в двадцать лет.

Юки молчал. Его мысли неслись с бешеной скоростью. Он вспомнил их гонки по Сеулу, их разговоры о том, как трудно скрывать свою истинную сущность от обычных людей. Он вспомнил, как Тсуна смотрела на него, когда он сжигал врагов — не с ужасом, а с пониманием.

– Это безумие, – наконец выдохнул он, потирая виски. – Мы же студенты. У нас... у нас даже свидания нормального не было, если не считать того ужина, где я едва не прирезал официанта-шпиона.

– У боссов мафии не бывает нормальных свиданий, Юки-кун, – Ямамото Такэши улыбнулся своей привычной, немного грустной улыбкой. – У нас бывают только битвы и союзы. Но Тсуна верит, что с тобой этот союз будет чем-то большим.

Гокудера, казалось, готов был взорваться от негодования, но сдерживался из уважения к Десятой.

– Если ты обидишь её, Окумура, – прошипел он, – я взорву твой маслкар вместе с твоим черным пламенем.

Юки проигнорировал угрозу. Он посмотрел на Джинву. Теневой Монарх сохранял спокойствие, но в его глазах Юки увидел одобрение. Джинву знал цену верности и понимал, что в этом жестоком мире любовь и политика часто переплетаются самым причудливым образом.

– Джинву-сан, что вы думаете? – спросил Юки.

– Семья Мортэ всегда следовала зову сердца и логике силы, – негромко ответил Джинву. – Этот союз даст тебе армию, которую не сможет победить никто. Но важнее то, что он даст тебе человека, который разделит твою ношу. Решать тебе, Юки. Ты — Босс.

Юки снова повернулся к Тсунаеши. Она ждала. В её присутствии пламя в его крови, обычно буйное и разрушительное, странным образом успокаивалось.

– Брак, значит... – Юки встал, медленно обошел стол и остановился рядом с ней.

Он протянул руку и осторожно коснулся её подбородка, заставляя поднять голову. Его голубые глаза встретились с её карими. В этот момент в зале не осталось ни Хранителей, ни Варии, ни Монарха Теней. Были только двое молодых людей, чьи судьбы были сломаны и перекованы в огне власти.

– Если я соглашусь, – прошептал он, – это не будет просто политическим жестом. Мортэ не делят свою постель и свою жизнь ради выгоды. Если ты станешь моей женой, ты станешь частью моей души. Мое пламя будет твоим, мои враги станут твоим пеплом. Ты готова к этому, Тсуна?

Тсунаеши накрыла его ладонь своей рукой. Её кожа была теплой, а пульс — ровным и частым.

– Я готова, Юки. Я не ищу защиты. Я ищу равного.

Юки усмехнулся, и в этой улыбке впервые за долгое время не было горечи.

– Что ж... тогда, думаю, нам стоит обсудить детали свадьбы. Но предупреждаю сразу: готовить на приеме буду я. Я не доверяю итальянским поварам свою репутацию.

Раздался громкий хохот Занзаса, а Скуало что-то проорал про «чертовых влюбленных боссов». Реборн довольно поправил шляпу.

– Поздравляю, Десятый Мортэ, – произнес малыш. – Ты только что сделал самый важный ход в истории этой эпохи.

Позже, когда официальная часть была окончена, и они остались вдвоем на балконе, выходящем в сад с цветущими лимонами, Юки наконец позволил себе расслабиться. Он снял пиджак, накинув его на плечи Тсуны, которая зябко поежилась от вечернего бриза.

– Знаешь, – сказал он, глядя на заходящее солнце, – Сухо меня убьет. Он надеялся, что мы с ним пойдем в клуб в эти выходные.

– Мы можем пойти в клуб все вместе, – улыбнулась Тсуна, прислоняясь к его плечу. – Только представь лица охраны, когда в зал войдут два Десятых Босса и Теневой Монарх.

– Боюсь, клуб этого не переживет, – Юки приобнял её, чувствуя, как черное пламя внутри него довольно ворчит, словно сытый хищник. – Тсуна, ты ведь понимаешь, что теперь начнется? Старейшины будут пытаться контролировать нас через этот брак.

– Пусть пытаются, – она подняла на него взгляд, и в её глазах на мгновение вспыхнуло оранжевое пламя. – Они забывают, что мы — те, кто выжил в аду. Мы сами будем писать свои законы.

Юки кивнул. Он посмотрел на свои татуированные руки, которые теперь будут держать не только рукоять пистолета и руль автомобиля, но и руку этой удивительной девушки. Его сиротство закончилось здесь, под небом Италии. Семья Мортэ не просто вернулась — она обрела новую жизнь, более яркую и мощную, чем когда-либо.

– Значит, Вонгола и Мортэ... – прошептал он, целуя её в макушку. – Мир еще не знает, что его ждет.

– Мир узнает об этом завтра, – ответила Тсуна. – А сегодня... сегодня я просто хочу, чтобы ты приготовил мне тот самый рамен, о котором так много рассказывал Сухо.

Юки рассмеялся, и этот звук улетел в сумерки Палермо, знаменуя начало новой эры. Эры, где черное пламя и небесный огонь горели в унисон, обещая выжечь любую гниль, посмевшую встать на их пути.

Джинву, наблюдавший за ними из глубины комнаты, едва заметно улыбнулся. Его миссия по защите наследника Мортэ приняла неожиданный оборот, но он чувствовал, что именно так и должно было быть. Тень и Пламя нашли свой баланс.

– Пойдем, Сухо, – тихо произнес Джинву в пустоту, словно обращаясь к сыну в Сеуле. – Похоже, нам пора покупать подарок на свадьбу, которая изменит историю.

А на балконе Юки уже что-то увлеченно рассказывал Тсуне о секретах своего бульона, и в этот момент они были просто двумя влюбленными, за спинами которых стояли самые могущественные армии мира. И это было самое опасное и прекрасное сочетание во вселенной.