← Назад к обзору

Мафия

Наследие, высеченное в тенях

– Папа, ему же всего двенадцать лет! – Сухо нарушил гнетущую тишину, едва за гостями закрылась дверь. – Как такой ребенок может возглавлять семью, которую боится весь преступный мир? Это же... это неправильно.

Джинву не спешил с ответом. Он подошел к столу и коснулся пальцами поверхности папки, оставленной Юки. На коже все еще ощущалось покалывание от ауры мальчика – ледяной, отстраненной и пугающе стабильной.

– В мире мафии, Сухо, нет понятия «детство», – Джинву обернулся к сыну, его взгляд был серьезен как никогда. – Особенно если ты наследник Мортэ. Эти люди живут по законам, которые старше системы охотников. Там не смотрят на возраст, там смотрят на силу и способность удержать власть. Если Юки – десятый босс, значит, он уже прошел через такое, что многим S-ранговым и не снилось.

– Его воспитывали как инструмент, – тихо добавила Ча Хэ Ин, подходя к мужу. – Ты видел его движения? То, как он сидел, как держал дистанцию... В нем нет лишних эмоций. Только расчет и сталь. Мафиози воспитывают своих детей как будущих королей: языки, этикет, владение всеми видами оружия, стратегии подавления. Для них это не жестокость, а единственный способ выжить.

Сухо нахмурился, пытаясь осознать масштаб пропасти между своей жизнью и жизнью этого мальчика. Он, сын сильнейшего человека на планете, рос в любви и заботе, несмотря на все опасности. А Юки... Юки рос как новый бог подземелья.

– У нас есть неделя, – отрезал Джинву, и его глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым светом. – Юки дал нам понять: либо мы сами вычистим грязь в Ассоциации, либо он сделает это своими методами. И если Черное Пламя вырвется на улицы города, последствия будут катастрофическими. Мы отправляемся в Ассоциацию сейчас же.

***

Тем временем кортеж семьи Мортэ бесшумно скользил по вечерним улицам Сеула. Внутри центрального «Лимузина» царил полумрак. Юки Окумура сидел, закрыв глаза, и прислонившись затылком к кожаному сиденью. Его лицо, только что казавшееся маской бесстрастия, теперь выдавало легкую усталость, едва заметную в складке между бровей.

Он чувствовал это. Тень. Тонкая, почти неосязаемая нить чужого присутствия, которая следовала за ними от самого здания «Аджин».

– Господин Юки, – негромко произнес сидевший напротив советник, пожилой мужчина с глубоким шрамом на подбородке. – За нами хвост. Один из призывов Сон Джинву. Прикажете устранить?

Юки приоткрыл один глаз. Небесно-голубой зрачок сверкнул в темноте, как драгоценный камень.

– Нет, – голос мальчика был холодным и четким. – Это не слежка врага. Это... опека. Повелитель теней хочет убедиться, что я доберусь до дома в целости. Пусть наблюдает. Если он решит вмешаться в наши дела – мы узнаем об этом первыми.

Когда кортеж въехал на территорию закрытого особняка, скрытого за высокими стенами и усиленной магической защитой, Юки первым вышел из машины. Он не бежал в дом, как сделал бы любой ребенок, возвращающийся из школы. Он шел неспешно, с достоинством, принимая поклоны охраны.

В своей спальне Юки сбросил пиджак и начал расстегивать пуговицы белоснежной рубашки. Зеркало в полный рост отразило его хрупкое тело. На бледной, фарфоровой коже правого плеча и груди во всю мощь расцветала татуировка – сложнейшая вязь цветов и ритуальных символов, скрывающая под собой не только магические каналы Черного Пламени, но и старые отметины.

На спине, пересекая лопатку, белел длинный, неровный шрам. Память о «крещении», которое он прошел в девять лет, когда верные люди его отца проверяли, достоин ли он занять трон. В семье Мортэ любовь проявлялась через боль: если ты не можешь выдержать удар клинка, ты не сможешь выдержать груз короны.

Юки переоделся в легкое домашнее кимоно из черного шелка и прошел в кабинет, где его уже ждал накрытый ужин и стопки документов. Он сел за стол, но вместо отчетов о поставках мана-кристаллов взял в руки тонкую папку, помеченную красным грифом «Лично».

– Ты принес то, что я просил? – спросил он, не поднимая головы.

Из угла комнаты отделилась фигура начальника его личной разведки.

– Да, босс. Здесь полная биография Сон Джинву за последние пятнадцать лет. Включая период «Великого Изменения» и его личные связи.

Юки открыл папку. Его взгляд скользил по строчкам: «Ранг E», «Двойное подземелье», «Пробуждение», «Теневой Монарх». На одной из страниц была прикреплена старая, нечеткая фотография Джинву двенадцатилетней давности – того самого периода, когда отношения охотника с Ча Хэ Ин дали трещину.

Мальчик замер. Он долго всматривался в черты лица мужчины на снимке, затем перевел взгляд на свое отражение в темном окне. Сходство было не в цвете глаз – глаза он унаследовал от матери, дочери девятого босса. Сходство было в самой сути. В том, как они оба несли на плечах тяжесть целого мира.

– Почему... – прошептал Юки, и в его ладони непроизвольно вспыхнуло крошечное черное пламя, мгновенно обуглив край бумаги. – Почему, глядя на него, я чувствую не гнев врага, а тепло, которое мне не положено по статусу?

Он вспомнил взгляд Сон Джинву в кабинете. Охотник смотрел на него не как на опасного мафиози, а как на загадку, которую отчаянно пытался разгадать.

– Выясни всё о той ночи двенадцать лет назад в Осаке, – приказал Юки, закрывая папку. – Мне нужны имена всех, кто был в отеле «Рюген». И подготовьте группу зачистки. Если Ассоциация не начнет действовать через сорок восемь часов, мы сожжем их филиал в Каннаме.

***

Здание Ассоциации Охотников Кореи сияло огнями, несмотря на поздний час. Председатель Ассоциации, грузный мужчина с усталыми глазами, едва не выронил кружку с кофе, когда дверь его кабинета буквально вмялась внутрь под давлением чудовищной маны.

Сон Джинву вошел первым. За ним следовали Хэ Ин и Сухо. В комнате сразу стало тесно от присутствия Теневого Монарха.

– Сон Джинву-ним? – заикаясь, произнес председатель. – Что случилось? Почему такая спешка?

Джинву швырнул на стол документы, переданные Юки.

– В вашем ведомстве завелись крысы, – голос Джинву вибрировал от сдерживаемой ярости. – Похищение детей с потенциалом пробуждения. Использование маршрутов Ассоциации для контрабанды «живого товара». И всё это происходит под носом у вашего отдела безопасности.

Председатель побледнел, перелистывая страницы.

– Это... это невозможно. Мы проверяем каждого...

– Плохо проверяете, – перебила Хэ Ин, ее рука лежала на рукояти меча, и от нее исходила жажда битвы. – Семья Мортэ уже в курсе. Вы понимаете, что это значит? Если мы не найдем виновных в течение недели, мафия объявит войну охотникам прямо на улицах города.

– Мортэ? – председатель в ужасе осел в кресло. – Те самые? Но их босс... говорят, это призрак. Никто его не видел!

– Я видел, – отрезал Джинву. – И поверьте, этот «призрак» гораздо эффективнее всей вашей службы контроля. У вас есть доступ к архивам перемещений за последние три месяца. Сухо, иди с их техниками. Проверь логи магических врат. Если найдешь хоть одно несовпадение в координатах – сообщай мне.

Сухо кивнул и быстро вышел из кабинета. Он чувствовал, как в нем просыпается азарт охотника, но в глубине души его не отпускал образ Юки. Мальчик-босс сидел в его мыслях, как заноза. Сухо не мог перестать думать о том, что, пока он учился в школе и тренировался с отцом, этот ребенок, возможно, отдавал приказы об устранении конкурентов или учился пытать врагов, чтобы сохранить свою семью.

– Отец прав, – прошептал Сухо, идя по коридору. – Это другой мир. Но почему у меня такое чувство, что этот мир гораздо ближе к нам, чем кажется?

***

Прошло три дня. Напряжение в Сеуле росло. Обычные люди ничего не замечали, но охотники высоких рангов чувствовали, как город наполняется странной энергией. Тени в подворотнях стали гуще, а в элитных районах всё чаще видели черные автомобили с золотым волком на дисках колес.

Юки сидел в своем саду, наблюдая за тем, как черное пламя на его пальцах медленно пожирает сухой лист. Он тренировал контроль. Для него магия не была системой уровней, она была частью его крови, передающейся из поколения в поколение.

– Босс, – подошел телохранитель. – Сон Джинву начал зачистку. Сегодня утром были арестованы трое высокопоставленных чиновников Ассоциации. Еще двое пытались бежать, но... их перехватили тени.

Юки слегка улыбнулся. Это была холодная, расчетливая улыбка.

– Он работает быстро. Хорошо. Значит, он ценит мир в этом городе так же высоко, как и я.

– Есть еще кое-что, – замялся подчиненный. – Наши агенты в Осаке нашли записи. Двенадцать лет назад ваша мать, госпожа Акеми, действительно встречалась с иностранным охотником в ту ночь. Имя в регистрационном журнале было скрыто магическим протоколом, но... мы восстановили структуру маны из архивных слепков системы безопасности.

Юки замер. Его сердце, обычно работавшее как четкий часовой механизм, пропустило удар.

– И? – выдохнул он.

– Подпись маны идентична той, что зафиксирована в нашем офисе три дня назад. Это мана Сон Джинву.

Тишина в саду стала абсолютной. Даже птицы смолкли, почувствовав, как воздух вокруг двенадцатилетнего мальчика начал искажаться. Черное пламя на его руке внезапно взметнулось вверх, превращаясь в призрачный силуэт волка.

Юки медленно поднялся. Его небесно-голубые глаза теперь светились внутренним огнем.

– Значит, легендарный Теневой Монарх – мой отец, – произнес он так тихо, что звук едва коснулся воздуха. – Человек, который олицетворяет свет и закон этого мира, породил того, кто правит его тьмой.

Он посмотрел на свои руки, покрытые татуировками. Вся его жизнь была подготовкой к тому, чтобы стать идеальным лидером мафии. Его учили ненавидеть слабость и презирать тех, кто живет под защитой закона. И теперь оказалось, что его корень – в самом сердце этого закона.

– Босс, какие будут приказания? – спросил телохранитель, склонив голову. – Мы должны использовать эту информацию? Это даст нам безграничную власть над Ассоциацией.

Юки обернулся к нему, и его взгляд был настолько тяжелым, что мужчина невольно отступил на шаг.

– Нет, – отрезал Юки. – Семья Мортэ не опускается до шантажа. Сон Джинву... он еще не знает. И я не хочу, чтобы он узнал об этом от кого-то другого.

Мальчик подошел к пруду и посмотрел на свое отражение. В двенадцать лет он был боссом величайшей преступной империи. Он был богат, силен и одинок.

– Мы дождемся конца недели, – приказал Юки. – Когда он закончит зачистку, я встречусь с ним снова. Но на этот раз – без масок и без охраны. Я хочу увидеть, что почувствует Король Теней, когда поймет, что его тень обрела плоть и кровь в мире, который он клялся уничтожить.

***

В это же время в офисе «Аджин» Сон Джинву сидел перед монитором, на котором отображались данные о финансовых потоках предателей. Но его мысли были далеко. Он снова и снова прокручивал в голове встречу с Юки.

– Джинву, ты слишком долго смотришь в одну точку, – Хэ Ин положила руку ему на плечо. – Тебя что-то беспокоит в этом деле?

– Не в деле, Хэ Ин, – Джинву вздохнул и потер виски. – В этом мальчике. Ты чувствовала его ману? Она... она не просто черная. В ней есть отголоски моей силы. Но как это возможно? Черное Пламя Мортэ – это древняя магия, а мои способности получены от Системы.

Хэ Ин промолчала. Она знала, что муж винит себя за ту старую ошибку, хотя они давно простили друг друга.

– Мы найдем ответы, – сказала она. – Но сначала мы должны спасти детей. Сухо нашел след. Последний транспорт с похищенными детьми готовится к отправке из порта Инчхон через три часа.

Джинву встал, и его тень мгновенно расширилась, заполняя всю комнату. Из нее начали выходить рыцари в черных доспехах, их глаза горели синим пламенем.

– Игрис, Берион, Бер, – скомандовал Джинву. – Перекройте все выходы из порта. Никто не должен уйти. Сухо, ты идешь со мной. Хэ Ин, возьми на себя прикрытие с воздуха.

– А как же Мортэ? – спросил Сухо, проверяя свое снаряжение. – Они ведь тоже будут там.

– Пусть приходят, – Джинву направился к выходу. – Сегодня мы работаем вместе. Но если я увижу, что люди Юки переходят черту... я напомню им, почему тени всегда сильнее пламени.

Две силы – законная и теневая – неумолимо сближались. В порту Инчхона, под покровом ночи, должна была решиться судьба не только похищенных детей, но и тайны, способной изменить баланс сил в мире навсегда. Сын Монарха и Сын Мафии готовились к своей первой совместной битве, еще не зная, что они – братья по крови, разделенные лишь цветом пламени в их душах.