← Назад к обзору

Мафия и тени

Стеклянное пламя правды

В кабинете Сон Джинву воздух, казалось, превратился в свинец. Слова Ча Хэ Ин всё ещё вибрировали в пространстве, заставляя сердце величайшего охотника пропускать удары. Сходство было не просто случайным — оно было пугающим. Те же резкие черты лица, та же манера держать спину и, самое главное, взгляд, в котором затаилась бездна, способная поглотить весь мир.

– Папа, ты серьёзно? – Сухо всплеснул руками, нарушая затянувшееся молчание. – Он же всего лишь ребёнок! Тринадцать лет максимум! Какая мафия? Какая жена? Какой шрам? Это же просто бред! Он наверняка какой-нибудь пробуждённый с манией величия, который начитался комиксов.

– Сухо, замолчи, – голос Джинву прозвучал непривычно резко.

Сын осекся, удивлённо глядя на отца. Джинву редко повышал голос, особенно в кругу семьи. Но сейчас его лицо было бледным, а челюсти плотно сжаты.

– Ты не понимаешь, – продолжил Джинву, медленно обходя свой стол. – Мир мафии, о котором говорил этот мальчик, не имеет ничего общего с рейдами в подземелья или славой охотников. Если ты рос в любви и достатке, зная, что закон всегда на твоей стороне, то Окумура Юкио рос в условиях, где единственное право — это право сильного. Там нет детства. Там есть только выживание.

– Но это не даёт ему права приходить сюда и угрожать тебе! – не унимался Сухо, в котором вскипала юношеская гордость. – Мы — гильдия «Арджин»! Ты — Монарх Теней! Один твой щелчок, и вся эта мафия превратится в пыль.

Джинву остановился у панорамного окна, глядя вслед уходящей фигурке в черной кепке, которая уже скрылась в толпе на улице.

– Сила не всегда измеряется рангами, Сухо. Семья Мортэ... я слышал о них. Они — теневой фундамент этого мира. Если они решат, что Охотники нарушили договор, начнется война, в которой не будет победителей. И сейчас наша задача — найти тех идиотов из Ассоциации, которые решили нажиться на сиротах, пока «Черное пламя» не выжгло Сеул дотла.

– Я всё равно не понимаю, – Сухо упрямо скрестил руки на груди. – Как двенадцатилетний пацан может внушать такой ужас?

Джинву вздохнул. Он понял, что слова здесь бессильны. Его сын, несмотря на свои восемнадцать и немалую силу, всё ещё видел мир в ярких красках. Он не знал вкуса крови, смешанной с грязью подворотни.

– Хорошо. Раз ты не веришь словам, я покажу тебе разницу между вами, – Джинву подошёл к компьютеру.

Его пальцы стремительно заплясали по клавиатуре. Как правитель теней и человек, обладающий доступом к самым сокровенным архивам разведки, он мог достать информацию, скрытую за десятками уровней шифрования. Хэ Ин подошла ближе, положив руку на плечо мужа. Её сердце колотилось: она чувствовала, что сейчас откроется дверь, которую лучше было бы оставить запертой.

– Это видео из архивов Интерпола, – негромко произнес Джинву. – Ему около года. Запись с камер наблюдения одного из портовых складов в Палермо.

На экране монитора появилось зернистое изображение. Темное помещение, заставленное контейнерами. В центре кадра — группа вооруженных людей, профессиональных наемников S-ранга, судя по их экипировке и ауре, которую даже камера едва фиксировала. Они выглядели напряженными, целились в темноту.

И тут из тени вышел он. Юкио. Год назад он был ещё ниже, совсем крошечный на фоне этих гигантов. На нём был безупречный черный костюм-тройка, который смотрелся на ребёнке странно, почти сюрреалистично.

– Смотри внимательно, Сухо, – прошептал Джинву.

На видео Юкио шел вперед спокойным шагом. В его правой руке был зажат тяжелый пистолет, а левая... левая рука внезапно вспыхнула густым, непроглядным черным пламенем. Это не был огонь в обычном понимании — это была концентрированная тьма, пожирающая свет.

Наемники открыли огонь. Пули, касаясь черного пламени, просто испарялись. Юкио даже не ускорил шаг. Он поднял пистолет. Выстрел — и один из наемников упал с дырой во лбу. Еще выстрел — второй. Движения мальчика были отточены до автоматизма, в них не было ни капли сомнения или страха.

Когда патроны закончились, он просто отбросил оружие в сторону. Один из выживших охотников бросился на него с огромным мечом, напитанным маной. Юкио лишь слегка повел рукой, и черное пламя метнулось вперед, подобно живому существу. В одно мгновение человек превратился в пепел.

Видео закончилось крупным планом. Юкио стоял посреди горы трупов. Его лицо было абсолютно спокойным. Он поправил галстук, и в его небесно-голубых глазах не отразилось ни тени жалости, ни капли раскаяния. Это был взгляд хищника, который только что закончил скучную трапезу.

В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом вентилятора компьютера. Сухо стоял, вцепившись пальцами в спинку дивана. Его лицо приобрело землистый оттенок.

– Ему там одиннадцать... – прошептал он, сглатывая комок в горле. – Он... он даже не моргнул.

– У него не было детства, Сухо, – Джинву закрыл файл. – Его учили убивать раньше, чем он научился писать. Мортэ не выбирают наследников, они их выковывают в крови. И если этот мальчик пришел ко мне за помощью, значит, ситуация действительно критическая.

– Джинву, – Хэ Ин коснулась его руки, её голос дрожал. – Тот шрам, который он показал... Это не просто рана. Это след от «Клыка Дракона», оружия, которое используют только спецподразделения Ассоциации для усмирения S-ранговых преступников. Его пытались ликвидировать свои же.

Джинву кивнул. Его глаза опасно блеснули фиолетовым светом.

– Я знаю. И это значит, что в моей собственной организации завелись крысы. Они похищают детей, прикрываясь щитом охотников, и думают, что мафия будет молчать.

Он резко встал, и тени в углах комнаты начали удлиняться, подчиняясь его гневу.

– Сухо, ты хотел понять разницу? Вот она. Пока ты тренировался в безопасных залах, этот ребёнок держал на своих плечах целую криминальную империю. Теперь слушай мой приказ. Ты лично отправишься по координатам, которые указаны в папке Окумуры. Проверь приюты в районе Инчхона. Но делай это тихо. Если Юкио узнает, что мы медлим, он устроит в городе бойню, и я не смогу его остановить, не уничтожив при этом половину Сеула.

Сухо молча кивнул. Весь его прежний задор исчез, сменившись тяжелым осознанием реальности. Он взял папку со стола и, не говоря ни слова, вышел из кабинета.

Когда дверь закрылась, Хэ Ин подошла к мужу вплотную и заглянула ему в глаза.

– Джинву, не молчи. Ты ведь тоже это почувствовал, верно?

Джинву отвернулся к окну, сжимая кулаки.

– Его мана... – начал он хрипло. – В ней есть отголоски моей тени. Очень слабые, смешанные с этим проклятым черным пламенем, но они есть.

– Двенадцать лет назад, – Хэ Ин горько усмехнулась, – когда мы были на грани развода... Ты уехал в Италию на ту конференцию. Ты вернулся совсем другим. Сказал, что много пил и ничего не помнишь.

– Я действительно не помнил, Хэ Ин, – Джинву повернулся к ней, в его глазах читалась мука. – Я проснулся в отеле один. Там была только записка на итальянском, которую я не смог разобрать и просто выбросил. Я думал... я надеялся, что это был просто кошмар.

– Девятый босс Мортэ, – прошептала Хэ Ин. – Её дочь. Видимо, она получила от тебя больше, чем просто воспоминание о ночи. Она родила сына, в котором течет кровь Монарха и боссов мафии. Юкио — твой сын, Джинву.

Джинву ударил кулаком по подоконнику. Стекло жалобно звякнуло, но выдержало.

– И теперь этот сын пришел к своему отцу, которого он, скорее всего, ненавидит, чтобы потребовать справедливости для других детей. Какая ирония.

– Он не знает, кто ты для него, – Хэ Ин покачала годовой. – Или делает вид, что не знает. Но он упомянул свою жену. Тсунакши. Она приедет через два дня. Если мы хотим узнать правду и не дать Юкио уничтожить себя в этой жажде мести, нам нужно подготовиться.

Джинву глубоко вздохнул, стараясь унять бушующую внутри бурю. Он вспомнил холодные, расчетливые глаза мальчика. Юкио не просил защиты. Он ставил ультиматум. Он вел себя как истинный правитель, не признающий над собой власти.

– Я найду тех, кто похищал детей, – твердо сказал Джинву. – И я сделаю это до того, как Юкио решит, что время вышло. Но Хэ Ин... если он действительно мой сын... как мне смотреть ему в глаза?

– Так же, как ты смотрел в глаза смерти, – ответила она, беря его за руку. – С честью.

Тем временем на темной крыше соседнего небоскреба маленькая фигура в черной кепке сидела на самом краю, свесив ноги в бездну. Юкио смотрел на здание гильдии «Арджин». Его правое плечо нещадно саднило под повязкой — шрам от «Клыка Дракона» медленно затягивался, но магия, заложенная в рану, продолжала отравлять кровь.

Он вытащил из кармана старую, помятую фотографию. На ней была красивая женщина с длинными черными волосами, которая улыбалась, держа на руках младенца. Это была единственная вещь, оставшаяся у него от матери.

– Ну что, «папочка», – прошептал Юкио, и в его голосе не было ни капли детской нежности. – Посмотрим, стоишь ли ты тех легенд, что о тебе слагают. Или мне придется сжечь и твой мир тоже.

Он поднял руку, и на кончиках его пальцев сплясало черное пламя, в котором на мгновение промелькнула фиолетовая искра — истинный знак наследия Тени. Юкио усмехнулся, обнажив клыки, и растворился в ночном воздухе, оставив после себя лишь едва уловимый запах озона и гари.

Через два дня в аэропорту Инчхон должен был приземлиться частный рейс из Сицилии. И вместе с ним в Корею должна была прибыть та, кого Юкио называл своей женой — единственное существо, которому он доверял в этом жестоком мире. Игра только начиналась, и ставки в ней были выше, чем когда-либо в истории охотников и мафии.