Мафия в моем теле
Призраки прошлого и запретный инстинкт
Тэхён стоял в коридоре пентхауса, прислонившись плечом к холодной стене. В его руке всё еще был зажат новый смартфон, но мысли были далеки от мафиозных разборок и информаторов. В голове пульсировала странная смесь ощущений: триумф от возвращения ресурсов и непривычная легкость в этом новом, хрупком теле.
Однако за этой легкостью скрывался зверь, который никуда не исчез. Ким Тэхён, альфа до мозга костей, привыкший брать то, что хочет, и подчинять себе обстоятельства, всё еще жил внутри этого омежьего обличья. Его натура, выкованная в крови и пороке Каннама, требовала выхода.
– Тэ, ты идешь? Тут кнопки какие-то странные, я боюсь что-нибудь сломать! – голос Чонгука из ванной звучал звонко и радостно, как у ребенка, впервые попавшего в парк аттракционов.
Тэхён усмехнулся. Этот мальчишка был его единственным слабым местом, его единственной связью с человечностью. Он толкнул тяжелую дверь из матового стекла и шагнул внутрь.
– Не бойся, Гук-и, это просто техника, она не кусается...
Слова застряли в горле.
Ванная комната была залита мягким светом встроенных ламп. Чонгук стоял у края огромной чаши джакузи, спиной к двери. Он уже успел скинуть школьную форму, оставшись лишь в нижнем белье. Пар от горячей воды, которую он уже начал набирать, окутывал его фигуру легкой дымкой.
Тэхён замер. Как мафиози, он видел сотни омег. В его прошлой жизни постель была местом сброса напряжения, а партнеры — лишь безликими инструментами для удовольствия. Он привык к идеальным телам, к изысканным изгибам, к покорности, купленной за бриллианты.
Но Чонгук... Чонгук был другим. Его тело, еще не до конца сформировавшееся, но уже поразительно гармоничное, казалось Тэхёну произведением искусства. Широкие для омеги плечи, тонкая талия, сильные ноги и кожа, которая в свете ламп казалась сияющим фарфором. Но дело было даже не во внешности.
Запах.
От Чонгука исходил аромат чистоты, свежего дождя и чего-то неуловимо сладкого, что мгновенно ударило Тэхёну в голову. В этом теле омеги его собственные инстинкты сработали иначе. Если раньше он чувствовал себя охотником, то теперь внутри него что-то отозвалось на биологическом, первобытном уровне. Грань между «братом» и «желанием» на мгновение истончилась до предела.
В голове Тэхёна всплыли воспоминания о тех ночах в закрытых клубах Сеула, где он, властный альфа, брал всё, что хотел, не спрашивая разрешения. Зверь внутри него, одурманенный внезапным приливом гормонов и близостью прекрасного тела, рванулся с цепи.
Тэхён сделал шаг вперед, почти не осознавая своих действий. Его взгляд потемнел, став тяжелым и хищным.
– Тэ? – Чонгук обернулся, услышав шаги. Его глаза расширились, когда он увидел выражение лица брата. – Что-то не так?
Тэхён не ответил. Он подошел вплотную, сокращая дистанцию до минимума. Чонгук, инстинктивно почувствовав исходящую от него угрозу — ту самую, мафиозную, подавляющую ауру, — вжался поясницей в бортик джакузи.
– Ты такой... – прошептал Тэхён. Его голос стал низким, с хрипотцой, которая обычно предвещала либо приказ об убийстве, либо начало акта обладания.
Он протянул руку и коснулся плеча Чонгука. Кожа была горячей и невероятно нежной. Пальцы Тэхёна скользнули выше, к шее, почти туда, где у омег находится железа, источающая феромоны.
– Тэ, ты меня пугаешь... – голос Чонгука дрогнул. Он не пытался вырваться, его преданность брату была настолько абсолютной, что он готов был принять от него даже боль. Но в глазах младшего плескался чистый, незамутненный страх.
Тэхён наклонился к его уху, вдыхая запах. В его сознании всё перемешалось: старые привычки альфы-доминанта и новые реакции омежьего тела. Ему хотелось прижать, подчинить, заклеймить...
– Тэхён-а, пожалуйста... – всхлипнул Чонгук, и этот звук прорезал туман в голове мафиози, как выстрел снайпера.
Тэхён резко отшатнулся, словно его ударило током. Он посмотрел на свои руки, которые только что сжимали плечи брата, и ужас — настоящий, ледяной ужас — сковал его сердце.
Что он творил?
Перед ним стоял не очередной омега из клуба. Перед ним стоял Чонгук. Его брат. Единственный человек, который любил его — того, настоящего, слабого Ким Тэхёна — просто так. Мальчик, которого он поклялся защищать от всего мира, едва не стал жертвой его собственных демонов.
Тэхён тяжело задышал, прикрыв глаза рукой. Его трясло.
– Прости... – выдавил он из себя, пятясь к двери. – Прости меня, Гук-и. Я... я просто... голова закружилась. Слишком много событий за один день.
Чонгук стоял, обхватив себя руками, всё еще дрожа. В его взгляде страх медленно сменялся непониманием и тревогой за брата.
– Тэ, тебе плохо? Может, вызвать врача? Ты стал таким странным после того, как очнулся...
– Нет! – Тэхён почти выкрикнул это, уже стоя в дверном проеме. – Не надо врача. Просто... помойся и ложись спать. Ужин на столе. Я... мне нужно проветриться.
Он вылетел из ванной, захлопнув дверь, и прислонился к ней лбом. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица.
«Идиот, – проклинал он себя, сжимая кулаки до белых костяшек. – Ты больше не тот человек. Ты не можешь просто брать. У тебя есть ответственность. Ты должен оберегать его чистоту, а не осквернять её своими грязными привычками мафиози».
Тэхён прошел на кухню и залпом выпил стакан ледяной воды. Ему нужно было взять себя в руки. Город ждал его, враги точили ножи, а он едва не сорвался из-за гормонального всплеска.
Через полчаса, когда Чонгук вышел из ванной, уже одетый в мягкую пижаму и выглядящий гораздо спокойнее, Тэхён сидел в гостиной, изучая какие-то бумаги. Он не поднял глаз, когда младший прошел мимо.
– Тэ? – тихо позвал Чонгук.
– Иди спать, Гук-и, – голос Тэхёна был ровным, почти холодным. – Завтра тяжелый день. Нам нужно решить вопрос с твоим переводом в элитную школу. Там тебя никто не посмеет тронуть.
Чонгук постоял мгновение, явно желая что-то сказать, но потом лишь тихо вздохнул.
– Спокойной ночи, брат.
– Спокойной ночи.
Когда шаги Чонгука стихли в глубине квартиры, Тэхён наконец поднял голову. В его глазах снова горел тот самый огонь — холодный, расчетливый и беспощадный.
Он понял одну важную вещь: его старая натура никуда не делась, она просто трансформировалась. И теперь ему придется бороться не только с внешними врагами, но и с самим собой. Чтобы защитить Чонгука, он должен стать для него идеальным щитом, а не мечом, который может его ранить.
Тэхён взял телефон и набрал Хвана.
– Хван, отмени сбор информации по «Драконам» на сегодня. Есть другое задание. Найди мне лучших учителей боевых искусств для омег. И еще... мне нужны подавители. Самые сильные, какие только есть на черном рынке.
– Босс? Но зачем вам... – начал было Хван.
– Не задавай вопросов, – отрезал Тэхён. – Просто сделай. И найди кого-то, кто сможет обучить Чонгука самообороне. Я не всегда смогу быть рядом.
Он закончил разговор и подошел к окну. Ночной Сеул мерцал миллионами огней, обещая власть и опасность. Тэхён знал, что этот инцидент в ванной был предупреждением. Его новое тело было слабым, его инстинкты — запутанными, но его воля оставалась стальной.
– Я не позволю себе сломать тебя, Чонгук, – прошептал он в темноту. – Даже если для этого мне придется убить в себе последнего альфу.
В ту ночь Ким Тэхён, великий мафиози в теле хрупкого омеги, долго не мог уснуть. Он слушал мерное дыхание брата из соседней комнаты и планировал свою войну. Войну за будущее, в котором они оба будут свободны. И в этой войне он не имел права на ошибку. Ни на одну.