← Назад к обзору

Маг оня и воды

Лед и пламя в одном сердце

– Юки, я хочу познакомить тебя с отцом. Хочу рассказать ему о нас, – голос Катары прозвучал удивительно твердо в тишине ночного балкона, когда первые лучи рассвета только начали окрашивать горизонт в нежно-розовый цвет.

Юки, который в этот момент задумчиво вертел в пальцах свою трубку, замер. Его небесно-голубые глаза, обычно такие спокойные и проницательные, широко распахнулись. Он медленно повернулся к ней, и на его фарфоровом лице отразилось целое созвездие эмоций: от легкого испуга до глубокого сомнения.

– Ты... ты уверена? – переспросил он, и в его голосе проскользнула несвойственная ему хрипотца. – Катара, Хакода — вождь Южного Племени Воды. Он герой войны. И он... ну, он видел достаточно магов огня за свою жизнь, чтобы ненавидеть их до конца своих дней. А я, как ни крути, несу в себе это пламя.

Катара подошла ближе и накрыла его ладонь своей. Она чувствовала, как под кожей Юки пульсирует жар, который всегда согревал её, но знала, что для её отца этот жар мог стать триггером горьких воспоминаний.

– Мой отец — мудрый человек, – мягко ответила она, заглядывая ему в глаза. – Он ценит честь и преданность превыше всего. Он увидит в тебе то же, что вижу я. Ты не просто маг огня, Юки. Ты человек, который помог закончить эту войну. Ты — часть нашей семьи.

Юки тяжело вздохнул, глядя на свои руки. На левом плече всё ещё тускло поблескивал золотой орнамент его парадного лонгслива, напоминая о его принадлежности к аристократии Страны Огня.

– Хорошо, – наконец произнес он, сжимая её пальцы в ответ. – Если ты считаешь, что время пришло, я не стану бежать. Но не удивляйся, если мне придется вызвать его на дружеский поединок, чтобы доказать, что я достоин его дочери.

– О, поверь, – Катара хитро улыбнулась, – поединок будет меньшей из твоих проблем. Тебе придется пережить его «отцовский допрос», а это куда страшнее любой магии.

Спустя неделю ледяные просторы Южного полюса встретили их ослепительным блеском снега и пронзительным, колючим ветром. Для Юки, выросшего в теплом климате Страны Огня, этот холод был почти осязаемым, но его спасала внутренняя техника дыхания, которой он обучился у лучших мастеров.

Когда они сошли с корабля, Юки выглядел совершенно иначе. Чтобы проявить уважение к традициям матери и культуре Катары, он сменил свой привычный черный наряд на традиционный костюм Племени Воды, выполненный в глубоких синих и голубых тонах.

Это была добротная куртка с V-образным вырезом и широкими плечами, украшенная декоративными вставками с узорами в виде завитков, имитирующих морские волны. На талии был плотно завязан темно-синий широкий пояс, подчеркивающий его стройную фигуру. Свободные брюки были заправлены в высокие ботинки с защитными накладками, а на левой голени красовался светлый символ стилизованной волны.

Однако Юки не мог полностью отречься от своей второй половины. На наручах и по краям куртки, если присмотреться, были вышиты тонкие, почти незаметные алые узоры, характерные для Страны Огня — дань уважения отцу. Это сочетание стихий в его одежде выглядело необычно и даже вызывающе, но в этом был весь Юки.

– Ты выглядишь... потрясающе, – прошептала Катара, поправляя меховую оторочку его капюшона. – Тебе очень идет синий. Это делает твои глаза еще ярче.

– Я чувствую себя так, будто пытаюсь замаскироваться под ледяную глыбу, – признался Юки, нервно поправляя пояс. – Мои ладони потеют, и я боюсь, что случайно растоплю под собой снег, если разволнуюсь еще сильнее.

– Просто дыши, – подбодрила его она. – Идем, они ждут нас в главном шатре.

Деревня сильно изменилась с тех пор, как Катара и Сокка покинули её. Теперь это было процветающее поселение с крепкими ледяными домами и оживленной торговлей. Люди провожали их любопытными взглядами, шепчась о «парне с черными волосами», который шел под руку с их героиней.

У входа в главный шатер стоял Хакода. Его лицо, изборожденное морщинами и шрамами, казалось высеченным из камня. Рядом с ним стоял Сокка, который, завидев сестру и Юки, широко заулыбался, но тут же попытался придать себе серьезный и важный вид, скрестив руки на груди.

– Отец! – Катара подбежала к Хакоде и крепко обняла его.

– Здравствуй, дочка, – вождь прижал её к себе, но его взгляд был прикован к фигуре Юки, который остановился в нескольких шагах, сохраняя почтительную дистанцию.

Юки медленно подошел ближе и склонил голову в глубоком, церемонном поклоне, который обычно предназначался лишь Хозяину Огня.

– Вождь Хакода, – произнес он ровным, но слегка напряженным голосом. – Для меня большая честь наконец встретиться с вами лично.

Хакода медленно отстранился от Катары и сделал шаг навстречу юноше. Он оглядел Юки с ног до головы, задержав взгляд на алых узорах Племени Огня, вплетенных в синюю ткань.

– Юки, сын Каи и Рена, – произнес Хакода, и от звука его голоса у Юки по спине пробежал холодок, не имеющий отношения к погоде. – Я много слышал о тебе от своих детей. Сокка говорит, ты неплохо управляешься с мечом, а Катара... Катара говорит о тебе так, как не говорила ни об одном человеке.

– Я надеюсь, что мои поступки в прошлом и мои намерения в будущем перевесят то предубеждение, которое может вызвать моя магия, – ответил Юки, выпрямляясь и смело глядя вождю в глаза.

– Смелые слова для того, кто находится в центре ледяной пустыни, – Хакода прищурился. – Заходи в шатер. Нам нужно поговорить. Наедине.

Катара хотела что-то возразить, но Юки мягко коснулся её локтя, давая понять, что он справится. Сокка лишь сочувственно хмыкнул и одними губами произнес: «Удачи, она тебе понадобится».

Внутри шатра пахло костром, вяленой рыбой и кожей. Хакода уселся на шкуры и жестом пригласил Юки сесть напротив.

– Ты любишь мою дочь? – без лишних предисловий спросил вождь.

– Больше жизни, – просто ответил Юки. – Она — свет, который помог мне найти путь, когда я запутался в тени своей собственной страны.

– Война оставила много ран, парень, – Хакода подался вперед, его голос стал тише и суровее. – Я видел, как маги огня сжигали наши дома. Я потерял жену из-за их амбиций. И теперь передо мной сидит человек, чье дыхание может превратить этот снег в пар. Почему я должен доверить тебе самое дорогое, что у меня есть?

Юки глубоко вдохнул, чувствуя, как внутри него просыпается тепло. Он не стал демонстрировать силу, напротив, он максимально расслабился.

– Потому что я знаю цену этой потере, – тихо сказал он. – Моя мать была из вашего племени. Её забрали из моего дома так же, как забрали вашу жену. Мой отец, маг огня, до конца своих дней не мог простить себе, что не смог её защитить. Я рос в мире, где меня считали либо слабым из-за моей крови, либо опасным из-за моей силы. Я не выбирал, кем родиться, но я выбрал, на чьей стороне сражаться.

Хакода долго молчал, изучая лицо юноши. Он видел в его небесно-голубых глазах ту же решимость, которую видел в глазах Катары.

– Знаешь, Юки, – наконец заговорил вождь, и в его голосе появилось некое подобие теплоты, – Сокка рассказал мне, как ты прикрыл его своим телом во время финальной битвы, когда на него обрушилась горящая балка. Он сказал, что ты даже не вскрикнул, хотя твоя спина была обожжена.

Юки невольно коснулся своего плеча, где под одеждой скрывался старый шрам.

– Сокка — мой друг. Я бы сделал это снова.

– Именно это я и хотел услышать, – Хакода поднялся на ноги. – В нашем племени говорят: «Вода смывает грязь, но огонь закаляет сталь». Катара — вода. Она мягкая, но способна сокрушить скалы. Ей нужен кто-то, кто сможет выдержать её напор и при этом не даст ей замерзнуть.

Вождь протянул руку, и Юки, вложив свою ладонь в его мозолистую кисть, почувствовал крепкое, мужское рукопожатие.

– Добро пожаловать в семью, Юки. Но предупреждаю: если ты хоть раз заставишь её плакать, никакая магия огня не спасет тебя от моего гнева.

– Я запомню это, вождь, – с облегчением улыбнулся Юки.

Когда они вышли из шатра, Катара, которая всё это время мерила шагами снег снаружи, тут же бросилась к ним. Увидев спокойное лицо отца и едва заметную улыбку Юки, она выдохнула.

– Ну как? – спросила она, переводя взгляд с одного на другого. – Вы не разрушили деревню?

– Мы пришли к соглашению, – Хакода потрепал дочь по щеке. – Твой выбор... необычен, но я вижу в нем смысл.

Сокка, стоявший неподалеку с куском сушеного мяса в руке, подошел к Юки и хлопнул его по плечу.

– Ну всё, парень, ты прошел испытание. Теперь самое сложное: сегодня вечером будет праздничный ужин в твою честь. И тебе придется съесть морскую пену, приготовленную по рецепту моей бабушки. Вот это будет настоящая проверка твоего желудка на прочность!

Юки рассмеялся, чувствуя, как напряжение последних дней окончательно покидает его. Он посмотрел на Катару, которая сияла от счастья, и понял, что этот холодный край стал для него таким же родным, как и залитые солнцем сады Страны Огня.

– Я справлюсь, Сокка, – ответил Юки, притягивая Катару к себе. – После того как я выжил в разговоре с твоим отцом, мне не страшна никакая морская пена.

Вечер опустился на Южный полюс, зажигая в небе всполохи северного сияния. В главном поселении горели костры, и звуки барабанов разносились далеко над ледяными торосами. Юки сидел рядом с Катарой, чувствуя себя на своем месте. Его сине-голубой костюм с алыми искрами вышивки был символом того, что мир действительно изменился.

– Ты в порядке? – тихо спросила Катара, прислонившись к нему.

– Да, – Юки посмотрел на танцующие огни костра, которые казались ему теперь не угрозой, а символом домашнего уюта. – Знаешь, здесь действительно холодно. Но я никогда не чувствовал себя в такой безопасности.

– Это потому, что ты дома, – прошептала она.

И в этот момент Юки понял: неважно, в какой одежде он стоит и какая магия течет в его жилах. Важно лишь то, что его сердце, в котором уживались лед и пламя, наконец нашло свой истинный ритм рядом с женщиной, которую он любил больше всего на свете.