← Назад к обзору

Маг земли

Шепот забытых корней

Южный Храм Воздуха казался непривычно пустым и тихим без присутствия Юки. Его тяжелые шаги, уверенный голос и даже едва слышный звон серег создавали тот самый невидимый каркас, на котором держалось спокойствие Аанга. Теперь же, когда Юки отправился в близлежащий город Царства Земли, чтобы помочь с восстановлением ирригационных каналов, Аватар чувствовал себя словно планер без ветра.

Аанг сидел на вершине самой высокой башни, скрестив ноги. Его свежевыбритая голова холодила на ветру, а татуировки, казалось, пульсировали в такт его беспокойным мыслям. Разговор о детях, произошедший несколько дней назад, не выходил у него из головы. Слова Юки о том, что он «перевернет землю и расплавит горы», согревали сердце, но Аанг, как мост между мирами, понимал: иногда физической силы недостаточно. Природа имела свои законы, а духи — свои капризы.

– Ты слишком громко думаешь, Аанг, – прострекотал Момо, приземляясь ему на плечо и пытаясь найти что-нибудь съедобное в складках его оранжевого одеяния.

– Извини, малыш, – Аанг погладил лемура по мягкой шерстке. – Просто... мир так сильно изменился. Почему же некоторые вещи кажутся такими невозможными?

Он глубоко вздохнул, наполняя легкие разреженным горным воздухом, и закрыл глаза. Если ответ не лежал на поверхности этого мира, значит, пришло время заглянуть глубже.

Аанг вошел в состояние медитации. Окружающий мир — крики птиц, свист ветра, запах старого камня — начал блекнуть, сменяясь мягким, фосфоресцирующим сиянием. Реальность истончилась, и Аватар скользнул в Мир Духов.

Он оказался на поляне, окруженной деревьями с листьями цвета заката. Воздух здесь был густым и сладким, как патока. Аанг знал это место — это была окраина владений старых лесных духов, тех, кто помнил мир еще до появления первого Аватара.

– Пришел искать ответы на вопросы плоти в мире теней? – раздался скрипучий, похожий на треск сухих веток голос.

Из-за массивного ствола дерева, покрытого светящимся мхом, вышел дух. Он напоминал огромного оленя, но вместо рогов у него росли цветущие ветви вишни, а глаза светились мягким молочным светом.

– Приветствую тебя, Мудрый Хранитель, – Аанг склонился в глубоком поклоне. – Я пришел просить совета. Не для спасения мира, но для спасения надежды.

Дух подошел ближе, его копыта не оставляли следов на траве. Он склонил голову, изучая Аватара.

– Ты — последний из своего племени, – проговорил дух. – И ты носишь в сердце любовь к тому, чья стихия — колыбель жизни и её же погибель. Маг лавы и маг воздуха... странный союз.

– Юки — моя опора, – твердо сказал Аанг. – Мы хотим продолжить наш путь в детях. Но природа... она не дала нам этого пути. Скажи, есть ли способ? Может ли дух помочь человеку обрести то, что кажется невозможным?

Хранитель замер, и цветы на его рогах-ветвях начали осыпаться, превращаясь в маленьких светящихся бабочек.

– Смертные всегда просят о невозможном, забывая, что всё в этом мире — лишь поток энергии, – дух начал медленно обходить Аанга по кругу. – Ты хочешь знать, может ли земля породить жизнь от ветра?

– Да, – выдохнул Аанг. – Мы готовы на любую жертву.

Дух остановился и посмотрел Аангу прямо в душу.

– Жертвы не нужны там, где есть истинное созидание. Послушай меня, Аватар. В глубоких пещерах под этим храмом, там, где корни гор встречаются с дыханием небес, есть Источник Первозданной Глины. Это место, где духи земли и воздуха когда-то танцевали вместе, создавая первых существ.

Аанг подался вперед, ловя каждое слово.

– Если маг земли, чье сердце чисто, а воля тверда как металл, принесет туда частицу своей силы, – продолжал дух, – а маг воздуха вдохнет в неё жизнь своим дыханием... вы сможете сотворить чудо. Но помни: это дитя не будет рождено из плоти в обычном понимании. Оно будет плотью от вашей магии и духом от вашей любви. Оно будет требовать больше сил, чем любой обычный ребенок.

– Юки справится, – уверенно сказал Аанг, и перед его глазами встал образ его парня, сильного, высокого, с небесно-голубыми глазами. – Он самый сильный человек, которого я знаю.

– Силы будет недостаточно, – предупредил дух. – Потребуется терпение. Магия лавы разрушительна, она сжигает. Чтобы создать жизнь, Юки должен будет найти в своей лаве не жар уничтожения, а тепло материнского лона земли. Сможет ли он усмирить свой гнев ради созидания?

– Он уже это делает, – прошептал Аанг. – Каждый день, ради меня.

Дух кивнул, и его образ начал медленно растворяться в золотистом тумане.

– Иди, Аватар. Жди своего спутника. Когда луна станет полной и коснется пика Южного Храма, спуститесь в пещеры. Но будьте осторожны: то, что создано магией, навсегда свяжет ваши души. Если один из вас падет, часть дитя угаснет вместе с ним.

Аанг хотел спросить что-то еще, но Мир Духов начал стремительно отдаляться. Он почувствовал резкий толчок и открыл глаза на вершине башни. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая горы в фиолетовые тона.

Прошло два дня, прежде чем на горизонте показалась знакомая фигура. Юки возвращался на большой каменной платформе, которую он мастерски гнал по горной тропе, используя магию земли. Даже издалека он выглядел внушительно — высокий, широкоплечий, в своих неизменных серьгах, которые поблескивали на солнце.

Аанг не выдержал и спрыгнул с башни, используя магию воздуха, чтобы плавно приземлиться прямо перед Юки. Тот едва успел остановить свою платформу и спрыгнуть на землю, как Аанг врезался в него, крепко обнимая за шею.

– Ого, – Юки рассмеялся, подхватывая Аватара под бедра и кружа его на месте. – Я отсутствовал всего три дня, а прием такой, будто я вернулся с десятилетней войны. Соскучился?

– Ты даже не представляешь как, – Аанг отстранился и внимательно посмотрел в лицо Юки.

Парень выглядел немного уставшим, его фарфоровая кожа была покрыта тонким слоем дорожной пыли, а черные волосы растрепались. Но глаза — небесно-голубые, глубокие — светились нежностью.

– Что случилось? – Юки мгновенно почувствовал перемену в настроении Аанга. Он поставил его на землю, но рук не отпустил. – Ты выглядишь так, будто нашел потерянный свиток с секретами мироздания. Или Сокка снова пытался приготовить обед и сжег кухню?

– Нет, Юки, – Аанг взял его за руки, чувствуя мозоли на ладонях мага земли. – Я медитировал. Я был в Мире Духов.

Улыбка сошла с лица Юки. Он стал серьезным, и в его глазах отразилась готовность защищать.

– И что они сказали? Опять катаклизмы? Новые заговоры?

– Нет, – Аанг прижался лбом к его плечу. – Они рассказали мне о детях. О том, как нам завести ребенка.

Юки замер. Его хватка на плечах Аанга стала чуть крепче, но не болезненной. Он молчал несколько долгих секунд, переваривая услышанное.

– Это возможно? – спросил он наконец, и его голос дрогнул — редкое явление для человека, который не боялся смотреть в лицо смерти.

– Да, – Аанг поднял голову. – Но это потребует от тебя всего, что у тебя есть. Твоей магии, твоего спокойствия, твоей любви. Нам нужно спуститься в пещеры под храмом.

– Я готов, – без колебаний ответил Юки. – Если есть хоть один шанс, что у нас будет кто-то, в ком будет течь твоя доброта и... ну, может, немного моей упрямости, я сделаю это.

Они провели вечер в тишине, готовясь к предстоящему. Юки принял ванну, смывая дорожную пыль, и Аанг снова помог ему привести в порядок его короткие черные волосы. В воздухе висело предвкушение чего-то великого и пугающего одновременно.

Когда полная луна взошла над пиками гор, освещая мир холодным серебряным светом, они начали спуск. Пещеры под Южным Храмом Воздуха были старыми и заброшенными. Стены здесь были покрыты древними письменами магов воздуха, которые когда-то искали здесь уединения.

Юки шел впереди, освещая путь небольшим сгустком раскаленного камня, который парил над его ладонью. Его обнаженный торс блестел в неверном свете магии лавы, а мышцы были напряжены, как натянутые струны.

– Ты чувствуешь это? – прошептал Аанг, следуя за ним.

– Да, – Юки остановился. – Земля здесь... она не просто твердая. Она живая. Она дышит.

Они вышли в огромный грот. В центре него находилось небольшое озеро из странной, светящейся субстанции — той самой Первозданной Глины. Она медленно переливалась, меняя цвета от глубокого коричневого до небесно-голубого.

– Дух сказал, – Аанг подошел к краю озера, – что ты должен принести частицу своей силы, а я должен вдохнуть в неё жизнь.

Юки подошел к озеру и опустился на колени. Он закрыл глаза, настраиваясь на вибрации этого места. Его небесно-голубые глаза распахнулись, и в них отразилось сияние глины.

– Это будет непросто, Аанг, – произнес Юки, и его голос стал глубже, вибрируя в унисон с пещерой. – Лава внутри меня... она хочет вырваться, она хочет течь и сжигать. Мне нужно превратить её в созидательное тепло. Помоги мне.

Аанг сел напротив него, беря Юки за руки.

– Я здесь. Я твой ветер, я твое дыхание.

Юки медленно опустил одну руку в светящуюся глину. Он начал концентрироваться. Под его кожей запульсировали оранжевые жилки — магия лавы начала подниматься из самых глубин его существа. Но вместо того, чтобы выплеснуть её разрушительным потоком, Юки начал медленно, по капле, отдавать тепло субстанции в озере.

Его лицо исказилось от напряжения. По фарфоровой коже покатились капли пота. Серьги в ушах бешено зазвенели, реагируя на мощнейший выброс энергии.

– Медленнее, Юки, – шептал Аанг, чувствуя, как жар от мага земли становится почти невыносимым. – Не сжигай. Согревай. Представь, что это не камень, а сердце.

Юки заскрежетал зубами. Его мышцы вздулись, вены на висках стали отчетливо видны. Он боролся с собственной природой. Для него, лучшего мага лавы, всегда было проще разрушить, чем создать что-то столь хрупкое. Но любовь к Аангу была сильнее его инстинктов.

Постепенно светящаяся глина начала собираться вокруг руки Юки, формируя небольшой кокон. Он пульсировал в ритме сердца Юки.

– Теперь ты, – выдохнул Юки, его голос был полон боли и восторга. – Дыши, Аанг!

Аанг склонился над коконом. Он вложил в свой выдох всю свою надежду, всю радость, которую он познал за эти пять лет мира, всю свою любовь к этому высокому, сложному и невероятному парню перед ним. Магия воздуха, чистая и прозрачная, окутала кокон, проникая внутрь.

Грот наполнился ослепительным светом. На мгновение Аангу показалось, что он видит лица всех предыдущих Аватаров, одобряюще кивающих ему. А Юки почувствовал, как земля под ними вздрогнула в приветственном поклоне.

Когда свет погас, в руках Юки остался небольшой, мягко светящийся объект, напоминающий теплый, гладкий камень. Он пульсировал тихой, спокойной жизнью.

Юки тяжело дышал, его руки дрожали, но он не выпускал свою ношу. Он посмотрел на Аанга, и в его глазах стояли слезы.

– Мы сделали это? – спросил он, и в его голосе было столько детского удивления, что Аанг не выдержал и заплакал.

– Мы сделали это, Юки, – Аанг прижался к нему, обнимая и его, и их маленькое сокровище. – Теперь нам нужно время. Дух сказал, что он будет расти, питаясь нашей силой.

Юки осторожно прижал светящийся кокон к своей груди, туда, где билось его собственное сердце.

– Я буду защищать его, – прошептал он, и в его голосе снова зазвучала та самая непоколебимая сталь. – Я построю для него крепость из самого прочного металла. Я согрею его самой мягкой лавой. Никто и ничто не причинит ему вреда.

Они сидели в пещере еще долго, прижавшись друг к другу. Вокруг них дышала древняя земля, а над ними свистел вечный ветер. Они были магом воздуха и магом земли, фарфором и камнем, ветром и лавой. И теперь у них была общая тайна, общая жизнь, которая родилась из невозможности и стала реальностью.

– Знаешь, – сказал Юки, когда они начали медленный подъем обратно к свету звезд. – Сокка сойдет с ума, когда узнает. Он потребует стать крестным отцом и наверняка захочет подарить ребенку бумеранг из метеоритного железа.

– Пусть дарит, – улыбнулся Аанг, вытирая слезы. – У нашего ребенка будет самая большая и странная семья в мире. Но самая любящая.

Юки остановился и посмотрел на Аанга. Его высокая фигура в лунном свете, пробивающемся сквозь вход в пещеру, казалась божественной. Он наклонился и нежно поцеловал Аанга.

– Спасибо, что не побоялся попросить у духов невозможного, – прошептал Юки. – Ты мой мир, Аанг. И теперь наш мир стал еще больше.

Они вышли из пещер под сияющее небо Южного Храма. Ветер приветственно зашумел в арках, а где-то вдалеке прокричал летучий зубр. Жизнь продолжалась, но теперь она обрела новый, глубокий смысл. И пока Юки держал в руках их будущее, Аанг знал — они справятся со всем. Потому что нет ничего прочнее земли, согретой любовью, и нет ничего свободнее ветра, нашедшего свой дом.