← Назад к обзору

Маг земли

Кровь на камнях и пепел надежды

Жизнь в Южном Храме Воздуха превратилась в упорядоченный хаос, наполненный детским смехом, запахом присыпок и бесконечными спорами о том, чья очередь менять пеленки. Прошло два месяца, и Сора с Каи стали центром вселенной для всей команды Аватара. Сокка, когда впервые увидел племянников и узнал правду о «даре» Аанга, разрыдался так громко, что его пришлось успокаивать всей компанией. Он клялся, что станет самым крутым дядей в мире и научит мальчишек метать бумеранг раньше, чем они заговорят.

Зуко, наблюдая за тихим счастьем Аанга и Юки, тоже изменился. Суровость Хозяина Огня таяла, когда он видел, как Юки — этот грозный маг лавы — неуклюже пытается баюкать Сору. Глядя на них, Зуко набрался смелости и признался Катаре в чувствах, которые копились в нем годами. К всеобщей радости, Катара ответила взаимностью, и теперь между Народом Огня и Племенем Воды ковался союз куда более крепкий, чем любые политические договоры.

Но идиллия была недолгой. Неделю назад Юки пришлось покинуть храм. На границе между Страной Огня и Царством Земли вспыхнул конфликт — остатки старой гвардии Озая объединились с радикальными повстанцами земли, недовольными новыми границами. Юки, как лучший дипломат и одновременно самый опасный боец, отправился туда, чтобы предотвратить кровопролитие.

Он обещал вернуться через пять дней. Прошло семь.

– Он не отвечает на мои послания через почтовых ястребов, – Аанг мерил шагами террасу, прижимая к груди Каи. Малыш чувствовал тревогу отца и капризничал. – Катара, я чувствую... что-то в земле не так. Вибрации... они прерывистые.

– Успокойся, Аанг, – Катара подошла к нему и положила руку на плечо. – Юки — один из сильнейших магов в мире. Его не так-то просто задеть. Возможно, переговоры просто затянулись.

– Нет, Сахарная, Аанг прав, – раздался резкий голос Тоф. Она сидела на парапете, ее босые ноги были плотно прижаты к камню. Лицо ее было бледным. – Земля стонет там, на границе. Час назад я почувствовала мощный выброс лавы. Такой силы, что его отголоски дошли даже сюда. Но сейчас... там тишина. Слишком мертвая тишина.

В этот момент во двор храма влетел гонец на быстроногом страусе-лошади. Он был измотан, его одежда была в пыли и копоти.

– Срочное донесение для Аватара! – прохрипел он, протягивая свиток.

Аанг передал ребенка Катаре и дрожащими руками развернул бумагу. С каждым прочитанным словом его лицо становилось всё белее.

– На лагерь переговоров напали, – прошептал Аанг, и его голос сорвался. – Применили экспериментальное оружие... взрывчатые смеси и тяжелые метательные машины. Донесение говорит, что в эпицентре боя был маг, управляющий лавой. Он удерживал обвал, чтобы дать мирным жителям уйти. Но потом всё рухнуло.

– Мы летим туда. Сейчас же, – отрезала Тоф, спрыгивая с парапета. Ее кулаки сжались так, что костяшки побелели. – Если этот фарфоровый красавчик позволил себе сдохнуть, я достану его из-под земли и убью лично.

***

Граница встретила их запахом гари и разорванной плотью земли. Когда Аппа приземлился среди дымящихся руин, Аанг первым спрыгнул на землю. Его сердце колотилось в горле. Вокруг виднелись следы страшной битвы: расплавленные куски металла, застывшие реки лавы и глубокие борозды в скалах.

– Юки! – закричал Аанг, и его голос эхом отразился от разрушенных утесов. – Юки, отзовись!

Тоф присела, ударив кулаком по земле. Ее лицо сосредоточилось, она «слушала» недра.

– Там... – она указала пальцем в сторону заваленного ущелья. – Глубоко под завалами. Пульс очень слабый. Почти незаметный.

Аанг не стал ждать. С мощным взмахом рук он создал воздушную воронку, разбрасывая камни в стороны. Тоф помогала ему, поднимая целые пласты породы. Катара и Зуко, прибывшие следом, расчищали путь от остатков огня и дыма.

Наконец, в глубокой воронке, окруженной острыми пиками застывшего металла, они увидели его.

Юки лежал на боку, прижавшись спиной к огромному валуну, который он, очевидно, удерживал до последнего. Его когда-то безупречная фарфоровая кожа была покрыта слоем пыли, копоти и засохшей крови. Из левого бока торчал обломок металлического копья, и земля вокруг него пропиталась багровым. Его небесно-голубые глаза были полуприкрыты, а дыхание было тяжелым, свистящим.

– О, духи... – Катара бросилась к нему, на ходу доставая воду из фляги.

Аанг упал на колени рядом с мужем, его руки дрожали, когда он коснулся лица Юки.

– Юки... Юки, посмотри на меня! Я здесь. Ты слышишь? Ты не можешь уйти, только не сейчас!

Маг земли медленно, с видимым трудом открыл глаза. Когда он увидел Аанга, на его разбитых губах появилась слабая, едва заметная улыбка.

– Искорка... – прохрипел он, и изо рта брызнула кровь. – Ты... прилетел.

– Замолчи, не трать силы! – Катара уже наложила сияющие водяные плети на его рану, пытаясь остановить кровотечение. Ее лицо было предельно серьезным. – Рана глубокая, задето легкое. Зуко, помоги мне перевернуть его, осторожно!

Зуко подошел с другой стороны, его взгляд был полон боли за друга.

– Держись, брат, – тихо сказал Хозяин Огня. – Ты еще не видел, как Сора пытается ползать. Ты обещал научить его стоять на ногах.

Юки вскрикнул, когда Катара начала извлекать обломок металла. Его пальцы судорожно впились в землю, и камни вокруг него задрожали, откликаясь на его боль.

– Аанг... – прошептал Юки, ловя руку Аватара. – Если я... если я не справлюсь...

– Даже не думай об этом! – Аанг прижал его ладонь к своей щеке, не обращая внимания на грязь и кровь. – Ты вернешься домой. Мы построим тот дом, о котором ты мечтал. Ты слышишь? Это приказ Аватара!

Юки тяжело дышал, его грудь вздымалась неровными толчками.

– Они... они напали на деревню... – он говорил прерывисто, борясь за каждый вздох. – Я не мог... не мог позволить им пройти. Лава... она была слишком горячей... даже для меня.

– Ты спас их, Юки. Все живы, – Катара продолжала магическое лечение, ее лоб покрылся испариной. – Но сейчас мне нужно, чтобы ты сосредоточился на своем теле. Помогай мне. Ты маг земли, ты должен удерживать свою жизнь так же крепко, как ты удерживал тот обвал!

Тоф стояла чуть поодаль, ее спина была напряжена. Она не могла помочь в лечении, но она чувствовала каждое движение внутри Юки.

– Не смей сдаваться, придурок, – пробормотала она, и в ее голосе слышались слезы, которые она так старательно скрывала. – Кто еще будет спорить со мной о чистоте металла? Кто будет защищать Аанга, когда я буду занята?

Юки снова закрыл глаза. Его пульс под пальцами Катары начал замедляться.

– Аанг... дети... – его голос стал совсем тихим. – Поцелуй их за меня...

– Нет! – Аанг почувствовал, как внутри него закипает первобытная сила. Его глаза на мгновение вспыхнули белым светом. – Ты сам их поцелуешь!

Аватар положил руки поверх рук Катары. Он не был целителем, но он был связан с энергией жизни через Рааву. Он закрыл глаза, направляя всё свое тепло, всю свою любовь в тело Юки.

– Живи, – прошептал Аанг. – Ради нас. Ради любви, которая сильнее смерти.

Пространство вокруг них забрибрировало. Воздух стал плотным, а земля под Юки начала излучать мягкое золотистое свечение. Катара почувствовала, как ее магия воды усилилась в десятки раз. Рана на боку Юки начала затягиваться прямо на глазах, а его дыхание стало более ровным.

Прошло несколько бесконечных минут. Наконец, Катара обессиленно опустила руки.

– Кризис миновал, – выдохнула она, вытирая пот со лба. – Он будет жить. Но он очень слаб. Ему нужен долгий покой и лучший уход.

Аанг прижал голову к груди Юки, слушая мерный, хотя и слабый стук сердца. Он плакал — на этот раз от облегчения.

Юки снова открыл глаза. Блеск в них был тусклым, но это был блеск жизни.

– Ты... ты применил состояние Аватара, чтобы подлечить меня? – едва слышно спросил он. – Это... нечестно. Использование служебного положения.

Аанг сквозь слезы рассмеялся, целуя лоб мужа.

– Я Аватар, я могу делать всё, что захочу, чтобы спасти своего мага лавы.

Зуко подошел и осторожно поднял Юки на руки, чтобы перенести его на Аппу.

– Пойдем домой, герой, – сказал Зуко. – Тебя там заждались.

***

Когда они вернулись в храм, уже наступила глубокая ночь. Юки устроили в их общей с Аангом комнате. Катара настояла на том, чтобы он спал на специальных медицинских подушках, а Тоф создала из земли удобную опору, которая идеально повторяла контуры его тела, чтобы не тревожить рану.

Аанг сидел у постели, не смыкая глаз. Дети спали рядом в своих колыбелях. Сора во сне смешно причмокивал, а Каи раскинул ручки, словно пытался обнять весь мир.

Юки пришел в себя ближе к рассвету. Он долго смотрел в потолок, осознавая, что он дома, в безопасности. Затем его взгляд переместился на Аанга.

– Ты не спал, – констатировал Юки. Его голос всё еще был слабым, но в нем уже чувствовалась былая сила.

– Я боялся, что если закрою глаза, это окажется сном, – признался Аанг, пересаживаясь поближе к нему. – Юки, обещай мне... больше никогда. Никаких одиночных миссий в зоны конфликта.

Юки протянул руку и коснулся кольца на пальце Аанга.

– Я не мог иначе, Аанг. Там были люди. Дети... такие же маленькие, как наши. Я не мог стоять и смотреть.

– Я знаю, – вздохнул Аанг. – Именно за это я тебя и люблю. Твое сердце такое же горячее, как лава, которой ты управляешь. Но ты должен помнить — ты больше не принадлежишь только себе. Ты часть нас.

Юки посмотрел на колыбели. В его глазах отразилось бесконечное раскаяние.

– Когда я лежал там, под камнями, – тихо начал он, – я думал о том, что Сора никогда не узнает, как я его люблю. А Каи... он так похож на меня, что мне было больно до крика от мысли, что он вырастет, не зная своего отца. Эта мысль была страшнее копья в боку.

– Теперь это в прошлом, – Аанг наклонился и нежно поцеловал его в губы. Поцелуй был со вкусом соли и лекарственных трав, но для Юки это был вкус самой жизни. – Мы здесь. Мы вместе.

В этот момент Каи проснулся и издал требовательный крик. Юки попытался приподняться, но Аанг мягко удержал его.

– Лежи. Я сам.

Аанг подошел к колыбели, взял сына на руки и принес его к Юки. Малыш, почувствовав запах отца, мгновенно успокоился. Он потянулся крошечной ручкой к лицу Юки и схватил его за нос.

Юки рассмеялся, и хотя это причинило ему боль в боку, его глаза сияли.

– Привет, маленький воин, – прошептал он, целуя пальчики сына. – Прости, что напугал вас. Папа просто немного застрял в камнях.

Аанг сел рядом, обнимая их обоих. В окно заглядывали первые лучи солнца, окрашивая комнату в нежно-розовый цвет. Мир снаружи всё еще был полон опасностей, конфликтов и политических интриг. Но здесь, в этой комнате, царил покой, который не могла разрушить ни одна армия мира.

– Знаешь, Аанг, – сказал Юки, глядя на то, как просыпается Сора в соседней колыбели. – Я понял одну вещь там, на границе.

– Какую?

– Металл можно сломать. Лаву можно остудить. Но связь, которую мы создали... она вечна. Я чувствовал тебя, даже когда терял сознание. Твой голос вел меня обратно через пустоту.

Аанг прижался лбом к плечу Юки.

– Это и есть равновесие, Юки. Не в отсутствии битв, а в том, чтобы всегда находить дорогу домой.

Они сидели так долго, встречая новый день. Юки восстанавливался медленно, но верно. Его фарфоровая кожа со временем очистилась от шрамов, но один след — тонкая линия на боку — остался навсегда, как напоминание о том, какую цену иногда приходится платить за мир.

Через неделю Юки уже мог самостоятельно выходить на террасу. Он стоял там, вдыхая горный воздух, и смотрел, как Аанг учит Сору и Каи чувствовать потоки ветра. Мальчики еще не могли управлять стихиями, но они уже чувствовали мир так, как это дано только детям великих мастеров.

Юки коснулся своей серьги, которая ярко блестела на солнце. Он был магом земли, магом металла и лавы. Но прежде всего он был мужем Аватара и отцом двух прекрасных сыновей. И это была самая важная битва, которую он когда-либо выигрывал — битва за право быть счастливым вопреки всему.