Меч в мире духов
Золото на обломках иллюзий
Лифтовая шахта центрального узла башни DEM Industries содрогалась от непрерывных разрывов.
Металл выл. Стены из армированного титана, рассчитанные на прямое попадание противобункерных снарядов, вздувались и трескались, словно тонкая фанера под ударами штормового прибоя.
На восьмидесятом этаже пахло не лабораторией. Пахло горелым силиконом, испарившейся машинной смазкой и запекшейся кровью.
– Уходите! – звонкий, срывающийся на механический скрежет выкрик Маны Такаямии разорвал вой аварийных сирен.
Девушка стояла в центре развороченного коридора. Ее поврежденный экзоскелет «Ванарганд» дымился, стабилизирующие закрылки на спине были срезаны лазерным огнем, но вибро-клинок в правой руке вибрировал с яростным, слепящим голубым свечением. Навстречу ей из боковых шлюзов накатывала новая волна — тяжелые ударные андроиды серии «Бэндирснэтч-Гамма», чьи сдвоенные плазменные турели уже наводились на перекресток:
– Братик! Широ-сан! Я заблокирую этот сектор! Если они перекроют лифтовую магистраль, вы окажетесь в ловушке!
– Мана, нет! – вскрикнул Шидо, пытаясь броситься назад, но черная шелковая перчатка мягко, но непреклонно легла ему на плечо.
– Не трать время на сантименты, Шидо-сан, – промурлыкала Куруми Токисаки.
Кошмар скользила рядом с ними, не касаясь окровавленного пола. Ее рубиновый глаз искрился хищным весельем, а золотые часы в левой глазнице отсчитывали доли секунд:
– Девочка права. Если мы застрянем здесь, Току-сан препарируют раньше, чем мы поднимемся на крышу. К тому же... в нижних архивах меня ждет моя собственная, маленькая тайна.
Куруми взмахнула длинным дулом кремневого мушкета. Пол под ногами наступающих андроидов мгновенно провалился в маслянистую, колышущуюся бездну. Десятки белых бледных рук вырвались из тьмы Города Пожирающего Времени, утягивая многотонные боевые машины в небытие под их предсмертный электронный вой:
– Идите. Я присмотрю за твоей сестренкой, Шидо-сан. А взамен... ты пообещаешь мне еще одно свидание. Идет?
Шидо судорожно сглотнул, кивнув:
– Обещаю! Береги себя, Мана!
– Так точно! – донеслось сквозь дым, прежде чем взрыв плазменной гранаты отрезал нижний ярус сплошной стеной огня.
Остались четверо: Шидо, Широ и Идзаёи Мику, которая бежала следом, судорожно прижимая к разорванному серебряному платью свой микрофон. Ее лицо было бледным, аквамариновые глаза метались по горящим переборкам, а губы беззвучно шевелились. Она шла в самое пекло за людьми, которых презирала всю свою сознательную жизнь, и этот внутренний раскол терзал ее сильнее любого физического страха.
Широ шел первым.
Его левая рука — обнаженная, смуглая, совершенная — была слегка согнута в локте. Контуры под кожей не тлели, они пели. Чистый, плотный изумрудно-золотой свет струился по предплечью, наполняя каждый мускул силой пробужденного Авалона. Впереди замаячили массивные бронированные створки главного лабораторного купола — «Сектора Ноль».
– За ними, – коротко бросил Широ. – Приготовьтесь.
Он не стал замедлять шаг.
*– Структурный анализ.*
Материал: композитная броня с добавлением гальванического карбида вольфрама. Восемь независимых гидравлических замков. Энергетический контур защиты пятого класса.
*– Трассировка: включение.*
В правой руке Широ с сухим, металлическим звоном материализовался огромный, грубый тесак из черного монолитного камня — фрагмент погребальной плиты, оружие Геракла.
Юноша сделал плавный, текучий шаг вперед — тот самый шаг, которому он учил Току на рассвете. Вес тела сместился в бедра. Левая рука Арчера легла на рукоять позади правой, удваивая рычаг.
*– Девять жизней!*
Один удар.
Никакой ярости. Только чистая, спрессованная кинетическая мощь полубога, сфокусированная в одну точку.
*ГРОХОТ.*
Титановые створки толщиной в полметра не просто распахнулись — их вырвало из направляющих пазов вместе с тоннами бетонной крошки и перекрученной арматуры. Обломки шлюза с визгом улетели внутрь гигантского зала, открывая взору святилище технологического кошмара DEM.
***
Лабораторный купол верхнего яруса представлял собой колоссальный амфитеатр из стекла и хрома, накрытый куполом ночного неба. За прозрачными панелями мерцали огни спящего города Тенгу, а в центре зала возвышалась чудовищная конструкция.
Шестиугольная платформа, окруженная двенадцатью излучателями реайзер-полей абсолютной изоляции. Внутри этого мерцающего фиолетового кокона, прикованная энергетическими цепями к стальному кольцу, висела Ятогами Тока.
Ее школьная форма была изорвана. Лицо девушки пересекала полоса запекшейся крови, длинные темно-фиолетовые волосы висели спутавшимися прядями. Излучатели вокруг платформы непрерывно гудели, прошивая ее тело чудовищными электрическими разрядами высокой частоты.
Рядом с контрольной консолью, заложив руки за спину и невозмутимо попивая шампанское из хрустального бокала, стоял сэр Айзек Рэй Пелэм Уэсткотт. Его пепельные волосы были безупречно уложены, а на губах играла та самая мягкая, вежливая улыбка маньяка, не знающего сострадания.
А перед платформой, охраняя алтарь этой пытки, замер исполинский рыцарь.
«Пендрагон». Белоснежный боевой экзоскелет, вокруг которого струились лепестки гравитационных искажений. Эллен Мира Мазерс стояла с опущенным забралом шлема. В ее правой бронированной перчатке гудел клинок «Калибурн» — двухметровый меч из сжатой бело-голубой плазмы, способный рассекать материю на субатомном уровне.
– Тока! – истошный, сорванный крик Шидо разорвал гул генераторов.
Уэсткотт медленно повернул голову. Он даже не удивился, увидев ворвавшихся беглецов. Напротив, его глаза вспыхнули неподдельным восторгом ученого, чей эксперимент вступил в финальную, самую зрелищную фазу:
– О, как вовремя, мой дорогой Ицука Шидо! И ты, наш таинственный кузнец из иного мира. Вы успели как раз к началу увертюры.
– Ублюдок... – Шидо шагнул вперед, сжимая кулаки до белых костяшек. – Отпусти ее! Немедленно прекрати это!
– Прекратить? – Уэсткотт тихо, искренне рассмеялся, отставив бокал на панель. – Зачем же прерывать рождение шедевра? Посмотри на нее, мальчик. Посмотри, как прекрасна скорбь. Люди так наивны... Вы думаете, что Духи — это спасители или ангелы. Но они — сосуды первобытной пустоты. Достаточно лишь немного сломать их волю. Показать им, что их надежды — прах. Что тот, кому они доверили свои глупые сердца, слаб и беспомощен.
Он коснулся сенсорного экрана.
Напряжение в излучателях утроилось. Тока выгнулась дугой, из ее горла вырвался душераздирающий, полный нечеловеческой муки вопль. Ее фиолетовые глаза начали стремительно темнеть, затягиваясь непроглядной, смоляной чернью.
Над ее головой пространство треснуло, и из разлома начал медленно проступать исполинский, черный, словно высеченный из ночи трон — кощунственная форма ее Ангела, предвестник Инверсии.
– Тока! Держись! Я здесь! – кричал Шидо, бросаясь к платформе.
– Стоять, – раздался холодный синтезированный голос Эллен.
Один взмах плазменного меча.
Волна сжатого воздуха и ионизированного жара сорвалась с острия «Калибурна», сбивая Шидо с ног и швыряя его на холодный мраморный пол. Юноша проехался по камню, сдирая кожу на ладонях, и замер, тяжело дыша и глядя на приближающегося железного монстра.
– Субъект «Шидо Ицука»: сопротивление бессмысленно, – бесстрастно произнесла Эллен, поднимая сияющий клинок над его головой. – Уровень физической угрозы: минимальный. Устранение неизбежно.
– Шидо! – закричала Мику, в ужасе закрывая рот ладонями.
Тока на платформе дернулась. Сквозь черную пелену безумия в ее глазах на долю секунды пробился чистый фиолетовый свет. Она увидела Шидо на коленях, увидела занесенный над ним клинок палача.
– Ш... Шидо... – прохрипела она губами, с которых капала кровь. – Не... трогайте... его...
– Твоя вера убивает его, Дух, – сладко прошептал Уэсткотт в микрофон громкой связи. – Ты бесполезна. Твой рыцарь — просто сопливый мальчишка в разорванном платье. Он не может даже защитить себя. Сдайся тьме. Открой врата Нахемы.
Шидо лежал на полу, глядя в ледяные лазурные фотоэлементы шлема Эллен.
Боль в содранных ладонях отступила. Страх исчез. Осталось только всепоглощающее, жгучее чувство собственной беспомощности, которое вдруг начало стремительно выгорать, уступая место чему-то древнему, неистовому и святому.
«Я обещал ей... – пронеслось в его угасающем сознании. – Я обещал, что стану ее домом. Что она больше никогда не останется одна в этой холодной пустоте».
В его груди — прямо там, где сходились запечатанные духовные каналы Токи, Йошино и сестер Ямай — вспыхнуло солнце.
Не чужое. Его собственное.
– Не смей... – прошептал Шидо, упираясь окровавленными ладонями в мрамор.
Эллен опустила меч:
– Ликвидация.
– НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ МОЮ ТОКУ!
Крик Шидо разорвал пространство лаборатории.
Это был не человеческий крик. Это был рык пробуждающегося дракона.
Колоссальный столб фиолетового пламени ударил из его тела прямо в зенит, пробивая бронированный потолок купола. Ударная волна духовной энергии была настолько чудовищной, что «Пендрагон» Эллен, весивший несколько тонн, отбросило назад на десять метров, а защитные экраны лаборатории лопнули с оглушительным звоном.
В небе над башней раздался громовой раскат.
Черный трон Инверсии над платформой Токи содрогнулся, пошел паутиной трещин и... рассыпался миллионами фиолетовых искр.
А за спиной поднявшегося на ноги Шидо материализовался настоящий, священный трон. Величественный, вытесанный из монолитного серого камня, увитый серебряными лозами и пылающий чистейшим светом Первой Сефиры.
– Невозможно... – пробормотал Уэсткотт, впервые за всю свою жизнь выронив хрустальный бокал, который с тонким звоном разбился о пол. – Он... он манипулирует духовной энергией без кристалла Сефиры?!
Шидо стоял в центре фиолетового тайфуна.
Его глаза горели первобытным огнем. Он протянул правую руку назад, к спинке материализовавшегося трона.
Пальцы юноши сомкнулись на рукояти, скрытой в толще камня.
*– САНДАЛФОН!*
С громоподобным треском, расколовшим гранитный монолит надвое, Шидо выдернул оружие.
Гигантский палаш. Широкое, тяжелое лезвие из темной полированной стали с золотой гравировкой по долу, охваченное яростными фиолетовыми всполохами чистейшего реяна. Меч Короля. Клинок, рожденный из любви и абсолютной решимости спасти ту, кто отдала ему свое сердце.
Шидо сделал шаг.
Он не просто держал оружие — он держал его так, как учил Широ. Локти прижаты, центр тяжести внизу, дыхание ровное, взгляд сфокусирован на цели.
*Шаг озерной девы.*
Шидо сорвался с места.
Один взмах гигантского палаша. Фиолетовая дуга рассекла воздух, врезавшись прямо в шестиугольную платформу заключения. Двенадцать излучателей реайзер-полей были срезаны одним идеальным, выверенным ударом, а энергетические цепи, сковывавшие Току, лопнули, осыпавшись безвредной пылью.
Тока начала падать, но Шидо уже был рядом.
Он перехватил тяжелый меч левой рукой, а правой бережно, с бесконечной нежностью подхватил падающую девушку, прижимая ее к своей груди:
– Я здесь, Тока. Все закончилось.
Девушка слабо приоткрыла глаза. Чернота окончательно ушла из ее зрачков, сменившись чистым, слепящим фиолетом. Ее дрожащие пальцы коснулись его щеки:
– Шидо... Мой меч... Он в твоих руках...
– Потому что это наш общий меч, – ответил он, улыбаясь сквозь слезы.
– Восхитительно, – донесся из клубов дыма механический голос Эллен Мазерс. – Аномалия подтверждена. Объект «Шидо Ицука» классифицирован как боевая единица высшего ранга. Протокол зачистки переведен в режим максимальной мощности.
Шесть плазменных излучателей за спиной «Пендрагона» развернулись веером, наводясь на обнявшихся подростков. Меч «Калибурн» в ее руках взвыл на запредельной частоте, ослепляя лабораторный зал белым сиянием:
– Умрите вместе.
– Ты забыла обо мне, Мазерс, – раздался спокойный, низкий голос за ее правым плечом.
Эллен среагировала с быстротой боевого компьютера.
Ее экзоскелет развернулся на сто восемьдесят градусов за сотую долю секунды, а плазменный клинок описал смертоносную горизонтальную дугу, целя точно в шею говорившего.
*КЛАНГ!*
Звук столкновения двух клинков заставил задрожать уцелевшие стекла купола.
Плазменный меч Эллен замер намертво.
Его белое, высокотехнологичное лезвие, способное плавить титан, уперлось в сталь.
Эмия Широ стоял перед сильнейшим волшебником человечества.
Его левая рука — темная, закаленная рука Героического Духа — сжимала рукоять меча двумя пальцами, не проявляя ни малейшего признака напряжения. Но это был не черный Кансё. И не грубый тесак Берсеркера.
В руках Широ сиял шедевр.
Длинный, изящный меч с прямым крестообразным эфесом, украшенным золотой гравировкой и лазурной эмалью. По белоснежному, полированному до зеркального блеска лезвию струились древние кельтские руны, излучающие теплое, мягкое, но бесконечно плотное золотое сияние.
*Калибурн. Золотой Меч Сулящий Победу.*
Меч из камня. Оружие, даровавшее юной Артурии Пендрагон право стать королем Британии. Клинок, кристаллизовавший в себе не разрушение, а непорочную справедливость и бремя власти, несущей свет своему народу.
– Что это за... – прозвучало из-под шлема Эллен.
Бортовые сканеры «Пендрагона» взвыли от критической ошибки. На дисплее Мазерс замелькали красные строки: *«Внимание: фиксируется неизвестная энергетическая сигнатура. Структурный состав оружия: не определяется. Соответствие историческим базам данных: клинок Короля Артура. Вероятность совпадения: сто процентов»*.
– Твой меч носит гордое имя, Эллен Мазерс, – негромко, но так, что каждое слово отдавалось в ушах звоном наковальни, произнес Широ. Его золотисто-карие глаза смотрели сквозь смотровой визор шлема прямо в лазурные глаза женщины. – Вы назвали свое оружие «Калибурном». Вы собрали его из микросхем, плазменных форсунок и генераторов реайзер-полей. Но вы забыли одну простую вещь.
Широ сделал короткий, скользящий шаг вперед.
*Стойка белого дракона.*
– Имя меча — это не пустой ярлык на вооружении корпорации. Калибурн — это клятва. Это вес жизней тех, кого ты поклялся защищать ценой собственного сердца. Ваша машина... это просто жалкая, бездушная подделка.
Широ слегка повел кистью.
*СКРЕЖЕТ.*
Золотой клинок в его руках вспыхнул ослепительным, чистейшим полуденным солнцем. Концептуальная масса истинного фантазма ударила в плазменное лезвие Эллен.
Высокотехнологичный меч корпорации DEM, венец человеческой инженерной мысли, задрожал, его световое поле пошло рябью, и с сухим треском плазменный луч лопнул, осыпавшись на пол горстью искр.
Эллен отшатнулась, но боевые рефлексы сильнейшего мага сработали мгновенно:
– Излучатели — залп!
Шесть автономных плазменных лезвий за ее спиной сорвались с креплений, устремившись к Широ с шести разных направлений на сверхзвуковой скорости.
– Бесполезно, – выдохнул Широ.
Он не стал закрываться щитом.
В его памяти ожили уроки Сейбер. Те самые часы в пыльном додзё Фуюки, где Артурия раз за разом ломала его неуклюжие попытки контратаковать, вбивая в его тело законы королевского фехтования.
Один взмах золотого клинка.
Движение было настолько чистым, легким и грациозным, словно Широ просто стряхнул каплю росы с ветки сакуры.
Золотая дуга рассекла воздух.
Первый излучатель был разрублен пополам. Второй — сбит навершием эфеса. Третий и четвертый разлетелись на осколки от легкого кругового движения запястья.
Широ скользнул сквозь строй вражеских орудий, словно вода сквозь пальцы, оказавшись вплотную к белоснежному корпусу «Пендрагона».
Эллен вскинула левую руку, пытаясь активировать контактный электромагнитный разрядник в перчатке:
– Дистанция поражения!..
Но Широ уже закончил движение.
Его левая рука — рука Арчера, усиленная вечным благословением Авалона — легла на рукоять Калибурна рядом с правой. Вся его прана, расширенная в шесть раз, хлынула в клинок единым, не знающим преград потоком.
Руны на лезвии вспыхнули нестерпимым светом.
– Пусть этот свет укажет тебе дорогу, – произнес Широ.
*– КАЛИБУРН!*
Он не стал рубить человека внутри доспеха.
Широ ударил плоскостью клинка — точно в центральный узел сопряжения генератора реайзер-поля на груди экзоскелета.
*ВСПЫШКА.*
Золотой вихрь колоссальной мощи взорвался внутри лабораторного купола. Это не был огненный взрыв взрывчатки — это был взрыв чистого света, развеивающего любую тьму и разрушающего фальшивые концепции.
Сверхпрочная броня «Пендрагона» треснула. Реайзер-поле схлопнулось с оглушительным вакуумным хлопком, сервоприводы экзоскелета заискрили и отключились, а сама Эллен Мазерс, подхваченная золотой волной, вылетела через пробитый стеклянный купол наружу, рухнув на посадочную вертолетную площадку ярусом ниже.
Тишина.
Ослепительная, звенящая тишина накрыла разрушенный амфитеатр.
Золотой свет Калибурна медленно угасал, растворяясь в воздухе россыпью мягких искр. Широ стоял посреди оплавленного пола, тяжело дыша. На его обнаженном левом плече мерно пульсировала серебристая линия закалки, а в груди тепло бился Авалон, мгновенно восстанавливая потраченные силы.
Уэсткотт стоял у разбитой консоли.
Его пепельные волосы растрепались, на щеке темнела царапина от осколка стекла, но на его лице... на его лице не было страха.
Там застыло безумное, благоговейное восхищение исследователя, заглянувшего в бездну истинной магии:
– Истинный артефакт... Не духовная энергия. Не реайзер-поле. Концептуальное воплощение человеческой легенды... Какое великолепие.
Он медленно отступил к дверям аварийного эвакуационного шлюза:
– Сегодняшняя партия за вами, Эмия Широ. Но семена уже посеяны. Мы еще встретимся на пепелище этого мира.
Шлюз с шипением захлопнулся, и тяжелая бронеплита заблокировала проход.
Широ не стал преследовать его. Он медленно опустил руки, позволяя спроецированному Калибурну растаять в воздухе, словно сон.
– Широ... – раздался сзади тихий голос.
Он обернулся.
Шидо сидел на полу, бережно уложив голову спящей Токи себе на колени. Гигантский палаш Сандалфона растворился в воздухе, вернувшись в духовное хранилище. Шидо поднял на названого брата глаза — усталые, полные слез, но невероятно счастливые:
– Мы успели. Мы спасли ее.
– Вы спасли друг друга, – мягко ответил Широ, подходя ближе и опускаясь на одно колено рядом с ними.
Его теплая ладонь коснулась лба Токи. Контуры слабо вспыхнули, передавая девушке каплю исцеляющего тепла Авалона:
– С ней все будет в порядке. Ей просто нужен отдых. И хороший, плотный ужин.
– Ужин... – раздался всхлип у входа в зал.
Они подняли головы.
В дверном проеме стояла Идзаёи Мику.
Ее серебряное платье превратилось в лохмотья, туфли были потеряны, а по щекам, смывая косметику, ручьями текли слезы. Она смотрела на них — на юношу, готового умереть ради своей любимой, на рыжеволосого мага, чей золотой меч разорвал технологии корпорации в клочья, и на девушку, мирно спящую на коленях своего спасителя.
Вся ее ненависть. Все ее презрение ко всему мужскому роду, выстроенное на боли прошлого, рассыпалось в прах перед этой простой, чистой картиной.
– Почему?.. – прошептала Мику, опускаясь на колени прямо в битое стекло. Ее плечи мелко дрожали: – Почему вы такие?.. Вы же самцы... Вы должны были предать... Вы должны были убежать...
Шидо мягко улыбнулся ей сквозь слезы:
– Потому что семья не бросает своих, Мику. Кем бы ты ни была — Духом, человеком или айдолом. Если тебе больно... мы всегда протянем руку.
Мику закрыла лицо ладонями и зарыдала — горько, безудержно, смывая слезами годы одиночества и страха.
Широ подошел к ней, снял свою ветровку и осторожно накинул ей на плечи, укутывая от холодного ветра, врывающегося сквозь разбитый купол:
– Пойдем домой, Мику. Завтра утром я приготовлю французские тосты с карамелизированными яблоками. Ты ведь любишь сладкое?
Девушка подняла заплаканное лицо, шмыгнула носом и, судорожно вцепившись пальцами в ткань его куртки, пахнущей дымом и специями, тихо прошептала:
– Да... Очень люблю...
***
Ночное небо над городом Тенгу медленно светлело.
Первые лучи холодного осеннего солнца коснулись истерзанного шпиля цитадели DEM. В портовой зоне, на крыше одного из складов, материализовалась Токисаки Куруми.
В руках девушки был старый, потрепанный электронный планшет с зашифрованными данными, извлеченный из самого глубокого архива корпорации. Она посмотрела в сторону башни, где в лучах рассвета затухали последние отблески золотого сияния:
– Калибурн... Какая поразительная сила, Эмия-сан. Похоже, наша маленькая игра только начинается.
Она растворилась в тенях, оставив город встречать новый день.
А на посадочной площадке разрушенной башни, опираясь на обломки вертолета, стояла Эллен Мазерс.
Ее экзоскелет «Пендрагон» был безнадежно разбит. Забрало шлема раскололось, открывая бледное лицо и растрепавшиеся платиновые волосы. Из уголка ее рта текла тонкая струйка крови, но в ее лазурных глазах не было поражения.
Там горел холодный, фанатичный огонь истинного воина, нашедшего достойного соперника:
– Эмия Широ... – прошептала она, сжимая рукоять сломанного плазменного меча. – Ты носишь имя истинного короля. В следующий раз... я заберу этот клинок себе. Вместе с твоей жизнью.
Ветер подхватил ее слова, унося их в просыпающийся город, где в маленьком двухэтажном доме на окраине уже зажигался свет на кухне.