← Назад к обзору

медийная любовь

Какао со вкусом риска

Ноябрьский снег, едва коснувшись асфальта, превращался в серую кашицу, но Настю это совершенно не заботило. Она стояла у ворот РГУП, кутаясь в длинный шарф, и то и дело поглядывала на часы. В семь вечера к обочине бесшумно подкатил массивный черный внедорожник. Стекло опустилось, и Настя увидела знакомую легкую небритость и внимательные глаза.

– Прыгай скорее, а то превратишься в ледяную скульптуру, – улыбнулся Влад.

В салоне пахло кожей и тем самым парфюмом, который она запомнила в кофейне. Музыка играла тихо — какой-то ненавязчивый лаунж. Пока они ехали в центр, Влад вел себя на удивление просто: спрашивал про зачеты, смеялся над её рассказами о строгой вахтерше и ни словом не обмолвился о своих миллионах или популярности.

Они приехали в небольшое, скрытое в переулках заведения. Там не было неоновых вывесок и толп школьников, только приглушенный свет и аромат какао.

– Самый лучший в городе, – утвердительно сказал Влад, пододвигая к ней чашку с густым напитком, украшенным веточкой розмарина. – Пробуй.

Настя сделала глоток и зажмурилась. Это было божественно.

– Ну как? – он подпер подбородок рукой, не сводя с неё глаз.

– Справедливость восторжествовала, – серьезно ответила она. – Это действительно лучший какао.

Они проговорили больше двух часов. Настя поймала себя на мысли, что ей с ним невероятно легко. Влад был умным, харизматичным и умел слушать так, будто каждое её слово имело значение. Но в его взгляде она видела некое замешательство, которое он пытался скрыть. Он смотрел на её чистую кожу, на живую мимику, на то, как она поправляет прядь волос.

– Слушай, Насть, – он сделал паузу, когда они уже вышли на улицу, чтобы немного прогуляться по заснеженному бульвару. – Ты только не обижайся на вопрос. Но сколько тебе лет?

Настя на мгновение замерла, глядя, как снежинки тают на его черном пальто.

– Восемнадцать. В сентябре исполнилось.

Влад на секунду отвел взгляд и усмехнулся про себя. Восемнадцать. Ему тридцать четыре — разница в шестнадцать лет. Когда она пошла в первый класс, он уже вовсю строил бизнес и крутился в медиа-пространстве. Его всегда тянуло к девушкам помоложе, в них была та энергия и искренность, которую не встретишь у светских львиц, но цифра «восемнадцать» всё равно заставила его внутренне присвистнуть.

– Понятно, – он снова посмотрел на неё, и в его глазах вспыхнул знакомый азарт. – Совсем еще ребенок, который хочет сажать преступников.

– Я не ребенок, – мягко, но уверенно возразила она. – Я просто точно знаю, чего хочу.

– Это я уже понял, – он вызвал такси через приложение. – Пора домой, а то завтра на лекциях будешь клевать носом.

– Влад, не стоило вызывать бизнес-класс, – Настя взглянула на экран его телефона, когда подъехала машина. – Тут метро рядом, я доеду за полчаса. Это же дорого...

Влад рассмеялся, и этот звук был теплым, как тот какао.

– Настя, давай договоримся: про «дорого» ты мне больше не говоришь. Это моя забота. Садись, напиши, как доедешь.

Следующая неделя превратилась для Насти в какой-то сюрреалистичный сон. Из-за плотного графика — съемок, встреч и бизнеса — Влад не мог вырваться на второе свидание, но его присутствие в её жизни стало почти осязаемым.

Всё началось во вторник. Настя сидела на лекции по гражданскому праву, когда телефон завибрировал от сообщения в ТГ: «Проверь лобби через десять минут».

Когда она вернулась в общежитие, у поста охраны стоял курьер с огромной охапкой нежно-розовых пионов.

– Вишневская Анастасия? – сурово спросила вахтерша тетя люда, поправляя очки. – Это что еще за веники? У нас тут не ботанический сад!

– Это мне... – пролепетала густо покрасневшая Настя под любопытными взглядами проходящих студентов.

В четверг приехал другой курьер. На этот раз это был пакет из дорогого ресторана — внутри оказались стейки, авторские салаты и десерты, от которых по всей общаге поплыл такой аромат, что Света и Даша чуть не съели свои конспекты от зависти.

– Настька, он тебя просто заваливает! – Света с упоением жевала мраморную говядину. – Цветы, еда, вчера вот духи привезли... Ты видела, сколько этот флакон стоит? Это же моя годовая стипендия!

– Я чувствую себя неловко, – призналась Настя, глядя на коробочку «Tom Ford» на своем столе. – Будто я ему что-то должна за всё это.

– Глупости, – Даша, как всегда, была рассудительна. – Для него это карманные расходы. Но вахтерша на тебя реально косо смотрит. Сегодня ворчала, что «развелись тут содержанки».

– Пусть ворчит, – Настя вздохнула, набирая сообщение: «Влад, спасибо, но это слишком. Пожалуйста, не трать столько».

Ответ пришел через минуту: «Я трачу не деньги, а внимание. Ешь и не спорь с адвокатом дьявола».

Наконец, в начале декабря, Влад написал: «В пятницу вечером будь готова. Идем в кино».

На этот раз такси ждало её ровно в семь. Машина привезла её к элитному закрытому кинотеатру в центре. На входе её встретил администратор в костюме и проводил в зал. Настя ожидала увидеть толпу, но зал был абсолютно пуст, если не считать одного человека на заднем ряду.

– Привет, – Влад поднялся ей навстречу. Он выглядел уставшим, но при виде неё его лицо посветлело.

– Мы тут одни? – прошептала Настя, оглядываясь.

– Я подумал, что нам никто не должен мешать, – он жестом пригласил её сесть в глубокое кожаное кресло. – Фильм на твой вкус, я попросил поставить что-то из классики.

На экране начались титры какого-то старого нуара, но Настя быстро поняла, что фильм — лишь декорация. Влад не смотрел на экран. Он сидел вполоборота, подперев голову рукой, и открыто любовался ею в полумраке зала.

– Тебе не интересен сюжет? – спросила она, когда на экране произошла первая кража.

– Сюжет я знаю, – тихо ответил он. – Мне гораздо интереснее наблюдать, как меняется твое лицо, когда ты переживаешь за героев.

Его голос в пустом зале звучал интимно и глубоко. Настя почувствовала, как по коже пробежали мурашки. В какой-то момент, когда на экране зазвучала тревожная музыка, Влад медленно протянул руку и накрыл её ладонь своей. Его кожа была горячей.

Затем его рука переместилась на её бедро. Сначала это было просто легкое прикосновение, но постепенно он начал вести ладонью чуть выше, сминая ткань её платья. Настя затаила дыхание. Внутри боролись два чувства: странное, дурманящее влечение к этому взрослому мужчине и холодный голос разума, твердящий, что всё происходит слишком быстро.

Влад наклонился к ней. Она почувствовала его дыхание на своей щеке. Он явно намеревался поцеловать её, но в последний момент Настя инстинктивно отодвинулась, чуть повернув голову. Губы Влада лишь скользнули по её коже возле уха.

В зале повисла неловкая пауза. Настя смотрела на экран, хотя буквы в титрах расплывались.

– Прости, – тихо сказала она. – Я... я, наверное, еще не готова.

Влад не разозлился. Он медленно убрал руку и откинулся на спинку кресла, кривовато усмехнувшись.

– Ты удивительная, Настя. Другая бы на твоем месте уже... – он не договорил, качнув головой. – Ладно. Я не хочу на тебя давить.

Оставшуюся часть фильма они досмотрели в тишине, но напряжение между ними можно было резать ножом. Когда пошли финальные титры, Влад помог ей надеть пальто.

– Опять такси? – спросила она, когда они вышли на морозный воздух.

– Опять такси, – подтвердил он, уже нажимая кнопки в телефоне. – До общаги.

Он проводил её до дверцы машины, придержал её, но сам внутрь не сел.

– Знаешь, Настя, – сказал он, глядя на неё сверху вниз. – С тобой всё не так, как я привык. И это меня пугает и манит одновременно.

– Спокойной ночи, Влад, – ответила она, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

– Спокойной ночи, будущий прокурор.

Машина тронулась. Настя смотрела в заднее стекло, как фигура Влада растворяется в свете фонарей и падающем снеге. Она знала, что в комнате её ждут расспросы Светы и Даши, но сейчас ей хотелось только одного — тишины. Она коснулась щеки, которой только что коснулись его губы, и поняла: игра, в которую она ввязалась, становится слишком серьезной. И правил в этой игре, кажется, не существовало вовсе.