медийная любовь
Искры на снегу и шёпот в темноте
Новогодняя Москва за окном общежития РГУП сияла миллионами огней, но в комнате на троих было непривычно тихо. Даша уехала к родителям в Подмосковье, и теперь её пустая кровать, застеленная ровным покрывалом, только подчёркивала камерность момента. Настя и Света решили не унывать. Билеты до Магнитогорска и Краснодара в предпраздничные дни стоили как крыло самолёта, поэтому девушки, подсчитав свои скромные студенческие бюджеты, решили устроить праздник здесь.
На столе, накрытом импровизированной скатертью, красовался салат «Оливье», нарезанная колбаса и бутылка детского шампанского — Света настояла, что «настоящее» они купят, когда закроют первую сессию без хвостов.
– Ну что, Вишневская, готова к моменту истины? – Света поправила на голове блестящий ободок с оленьими рожками. – Пять минут осталось. Доставай свой секретный пакет.
Настя с трепетом вытащила из тумбочки сверток, который хранила как величайшую тайну последние две недели. Сердце колотилось в ритме кремлевских курантов, которые уже начали свой торжественный отсчёт на экране ноутбука.
– Десять... девять... восемь... – хором считали девушки.
На двенадцатом ударе Настя потянула за красную ленту. Бумага зашуршала, открывая взгляду лаконичную белую коробку с узнаваемым логотипом надкушенного яблока.
– Настя, это что... семнадцатый про? Серый титан? – Света чуть не подавилась бутербродом, подавшись вперед.
Настя дрожащими пальцами открыла коробку. Внутри, помимо самого смартфона, лежал мягкий нежно-розовый силиконовый чехол и маленькая записка, написанная размашистым, мужским почерком: «Чтобы ты всегда была на связи, Вишня. С Новым годом. В.».
– Обалдеть... – выдохнула Настя, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Светик, он же стоит как полгода моего обучения. Я не могу это взять. Это слишком.
– Дура ты, Настька, – по-доброму отозвалась подруга, рассматривая гаджет со смесью восторга и зависти. – Человек от чистого сердца подарил. Для него это как нам за хлебом сходить. Но чехольчик... чехольчик — это прямо в сердечко. Розовый! Значит, думал о тебе, а не просто ассистента в магазин отправил.
Настя тут же схватила старый телефон. Пальцы не слушались, пока она набирала сообщение в Telegram.
– Влад, я открыла подарок. Я в шоке. Это безумно красиво, но я не могу принять такую дорогую вещь. Пожалуйста, не сердись, но это чересчур. Я чувствую себя неловко.
Ответ пришел почти мгновенно, хотя в Дубае сейчас был самый разгар праздника.
– Приняла — значит приняла. Обратного пути нет, Вишня. У меня на тебя слишком серьезные планы, чтобы ты пропадала из сети из-за севшего аккумулятора или плохого качества камеры. С праздником. Скоро буду.
Настя прижала телефон к груди, глупо улыбаясь. Весь остаток ночи они со Светой просидели, обсуждая, что означают эти «серьезные планы». Света, как будущий экономист, пыталась высчитать стоимость всех подарков Влада, но в итоге сдалась и просто радовалась за подругу, хотя в глубине души и вздыхала о том, что её собственные кавалеры ограничивались лишь мемами в личку.
Январь ворвался в Москву с колючими морозами, но для Насти он был самым теплым месяцем в жизни. Влад вернулся. Он позвонил ей на второй день после прилета и голос его, чуть охрипший после дубайской жары и кондиционеров, заставил её вздрогнуть.
– Привет, студентка. Собирайся. Илья снимает новый ролик, вся банда в сборе. Хочу, чтобы ты приехала.
– Влад, я не хочу сниматься, – сразу занервничала Настя. – Я не медийная, я буду глупо смотреться в кадре рядом с вами.
– Никто не заставляет тебя лезть в кадр, – рассмеялся он. – Просто посидишь в студии, посмотришь, как мы работаем. Познакомлю тебя с пацанами официально, а то они уже замучили вопросами, кому я пионы в общагу заказываю.
Студия Ильи Эксайла встретила Настю хаосом: провода, софиты, громкий смех и запах энергетика. Илья, увидев её, широко улыбнулся и помахал рукой, Парадеевич что-то крикнул про «прокурорскую проверку», а Кореш просто вежливо кивнул. Но больше всего Настю смутил взгляд Влада Куертова. Миллионер и бизнесмен, он сидел в кресле, потягивая кофе, и его холодные, проницательные глаза то и дело останавливались на Насте, словно он оценивал её по какой-то своей шкале.
Съемки затянулись. Блогеры спорили, переснимали дубли, дурачились. Настя сидела на диванчике в углу, завороженно наблюдая за процессом. Влад Раговский в кадре был воплощением харизмы, но как только объявляли перерыв, он тут же шел к ней, приносил воду или просто касался плеча, проверяя, не заскучала ли она.
Когда Илья наконец крикнул: «Всё, пацаны, это пушка! Смена окончена!», Настя взглянула на экран своего нового телефона.
– Боже, два часа ночи! – вскрикнула она, вскакивая.
– Что такое? – Влад подошел к ней, вытирая лицо полотенцем.
– Общага! Влад, у нас вход до одиннадцати вечера. Тетя Люда меня убьёт, она и так на меня косо смотрит. Я не попаду внутрь!
Влад на секунду задумался, бросив взгляд на парней, которые уже собирались ехать в ресторан.
– Так, без паники. К тете Люде ты сегодня не пойдешь. Переночуешь у меня.
Настя замерла. Её сердце пустилось вскачь.
– Влад, я не знаю... это как-то...
– Настя, – он взял её за руки, глядя прямо в глаза. – Я не кусаюсь. У меня есть свободная кровать, чистые полотенца и полная безопасность. Поехали.
Квартира Влада оказалась именно такой, какой она её представляла: современный ЖК, панорамные окна с видом на ночную Москву, строгий, но очень дорогой ремонт в серых тонах. Никакого лишнего декора — только функциональность и стиль.
– Душ там, – он указал на дверь из матового стекла. – Сейчас принесу во что переодеться.
Через минуту он протянул ей огромную черную футболку с каким-то дизайнерским принтом.
– Вот, должна подойти. Она чистая, не переживай.
Настя вышла из душа, чувствуя себя невероятно маленькой в этой огромной футболке, которая доходила ей почти до колен. Влад в это время расстилал диван в гостиной.
– Я лягу здесь, а ты иди в спальню, – сказал он, не оборачиваясь.
– Влад, – позвала она тихо. Он обернулся. – Не надо на полу. Диван огромный, и кровать в спальне тоже... Если ты не против, мы можем лечь вместе. Я тебе доверяю.
Он внимательно посмотрел на неё, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на уважение, смешанное с нежностью.
– Хорошо. Иди ложись, я сейчас приду. Только покурю на балконе.
Настя забралась под тяжелое одеяло, которое пахло им. Через пару минут она услышала щелчок балконной двери. Любопытство и какое-то странное томление погнали её следом. Она вышла на балкон, обхватив себя руками — морозный воздух мгновенно пробрался под тонкую ткань футболки.
Влад стоял у перил, глядя на огни города. Увидев её, он нахмурился.
– Ты чего вылезла? Холодно же.
– Тут красиво, – прошептала она, подходя ближе.
Влад молча притянул её к себе, накрывая своими руками, чтобы согреть. Настя уткнулась носом в его плечо. От него пахло табаком и тем самым парфюмом, который стал для неё запахом безопасности.
– Настя, – он произнес её имя так, будто это было заклинание.
Он взял её за подбородок, заставляя поднять голову. В свете ночного города его лицо казалось высеченным из камня, но глаза были мягкими. Он медленно наклонился и коснулся её губ своими.
Это был её первый настоящий поцелуй. Настя замерла, не зная, что делать, но уже через секунду её руки сами собой нашли его шею. Влад почувствовал её неопытность, её робкий ответ, и на мгновение отстранился.
– Ты... это первый раз? – спросил он шепотом, его дыхание обжигало её губы.
Настя лишь едва заметно кивнула, чувствуя, как краснеют щеки.
– Черт, Вишня... – выдохнул он и снова притянул её к себе, на этот раз настойчивее и глубже.
Этот поцелуй длился вечность. Весь мир — РГУП, сессия, строгая Света, Дубай, миллионы подписчиков — всё исчезло. Остался только этот балкон и вкус его губ.
Когда они наконец легли в кровать, Влад просто обнял её со спины, прижав к себе.
– Спи, – прошептал он ей в затылок. – Завтра я отвезу тебя на пары.
Но Насте было не до сна. Её телефон, оставленный на тумбочке, то и дело вибрировал от уведомлений. Она осторожно взяла его, стараясь не разбудить Влада.
Экран светился от сообщений Светы.
– Настька! Ты где?!
– Два часа ночи, комендантша рвет и мечет!
– Ты у Раговского?! Ответь немедленно!
– Настя, если ты не ответишь, я звоню в полицию! Или в МЧС!
– О боже... ты реально у него?! Напиши хоть смайлик, что ты жива!
Настя улыбнулась и быстро напечатала: «Свет, я жива. Всё хорошо. Расскажу завтра. Спи».
Она отложила телефон и закрыла глаза, чувствуя мерное дыхание Влада у себя на шее. Магнитогорск казался другой планетой, а эта квартира в центре Москвы — единственным местом на земле, где она была по-настоящему на своем месте. Она еще не знала, какие испытания принесет ей этот союз, но в ту ночь, засыпая в объятиях самого харизматичного стримера страны, Анастасия Вишневская была абсолютно счастлива.