← Назад к обзору

Мертвый?

Шепот угасших солнц

В школе Мидтауна на месте Эфира осталась лишь пустота, которую учителя поспешно заполнили скучными объяснениями. «Вернулся на родину», «семейные обстоятельства», «проблемы с визой» — сухие фразы оседали пылью на пустой парте, за которой когда-то сидело существо, знавшее имена каждой звезды по отдельности. Нед Лидс еще долго косился на подоконник в рекреации, ожидая увидеть там золотое сияние волос, а Питер Паркер каждый вечер смотрел в небо, надеясь уловить в мерцании созвездий знакомый холодный прищур. Но небо молчало.

Прошли годы. Искра внутри Питера не угасла, но она обросла слоями металла, ответственности и потерь. Тони Старк стал для него больше чем наставником, он стал якорем в мире, который стремительно катился в бездну. И вот эта бездна наконец обрела имя — Танос.

Башня Мстителей гудела от напряжения. Голограммы с данными о Камнях Бесконечности мерцали в воздухе, подсвечивая осунувшиеся лица героев. Стив Роджерс, Наташа Романофф, Брюс Беннер и Тони Старк спорили о стратегии, пока Питер, сжимая в руках шлем «Железного Паука», чувствовал, как его паучье чутье не просто покалывает, а буквально разрывает голову от предчувствия чего-то неизбежного.

– Мы не можем просто ждать, пока он придет за Камнем Вижена, – голос Тони сорвался на хрип. – Если эта фиолетовая катастрофа соберет все шесть, щелчок пальцев — и половина Вселенной превратится в удобрения.

– Тони, мы работаем над этим, – Стив положил руку на стол, его взгляд был тяжелым. – Но нам нужно единство, а не паника.

Внезапно свет в зале начал меркнуть. Это не было похоже на перепад напряжения. Реальность вокруг них словно начала выцветать, терять насыщенность, превращаясь в старую черно-белую пленку. Разговоры смолкли. Брюс Беннер испуганно огляделся, а Наташа инстинктивно выхватила пистолеты.

– ПЯТНИЦА, что происходит? – крикнул Старк, активируя перчатку костюма.

– Я... я не могу определить источник аномалии, босс, – голос ИИ дрожал и прерывался статикой. – Пространство-время в радиусе башни сворачивается в...

Голос ПЯТНИЦЫ исчез. В самом центре зала, прямо на голографической карте Земли, возникла точка абсолютной тьмы. Она расширилась, превращаясь в воронку, из которой потянуло холодом, не знающим границ.

– Назад! – приказал Стив, закрывая собой Питера.

Из воронки первым вышел Смотрящий. Его черная шуба казалась дырой в ткани мироздания, а белые звезды глаз в недрах капюшона светили так ярко, что на стенах зала заплясали причудливые тени. Время вокруг него замерло: пылинки повисли в воздухе, а капля пота на лбу Тони Старка застыла, не желая падать.

Вслед за ним, плавно и бесшумно, ступил Эфир.

Он не изменился. Всё те же волосы цвета расплавленного золота, заплетенные в тугую косу с черной лентой, те же мягкие черты лица и полуоткрытая одежда в тонах ночного неба. Но теперь от него исходила мощь, перед которой меркли даже Камни Бесконечности. Его присутствие заполняло комнату, вытесняя кислород и заменяя его чистой энергией творения.

Эфир обвел взглядом присутствующих. Его глаза остановились на Питере, и на мгновение в их золотой глубине промелькнуло нечто, похожее на узнавание.

– Ты повзрослел, искра, – произнес Эфир. Его голос прозвучал не в ушах, а в самой сути их душ. – Но ты всё еще носишь это железо. Оно стало тебе тесно.

– Эфир? – Питер сделал шаг вперед, несмотря на предостерегающий жест Тони. – Ты вернулся? Где ты был всё это время?

– Я раскладывал миры по их местам, – Эфир слегка наклонил голову. – Но один из миров решил, что он вправе нарушить баланс. Титaн возомнил себя судьей.

– Эй, Златовласка, – Тони Старк, обретя дар речи, наставил репульсор на пришельца. – Ты выбрал не самое удачное время для эффектных появлений. У нас тут конец света на носу, если ты не заметил. Что тебе нужно?

Смотрящий издал звук, похожий на шелест осыпающихся песочных часов. Воздух вокруг Старка завибрировал, и его рука с репульсором бессильно опустилась.

– Не трать энергию на суету, смертный, – голос Смотрящего был лишен эмоций, он был сух, как прах веков. – Мы здесь не для того, чтобы сражаться с вами. Мы здесь, чтобы засвидетельствовать конец одной эпохи и начало другой.

– Конец? – Стив Роджерс нахмурился. – Вы пришли сказать нам, что мы проиграем?

Эфир подошел к окну, за которым раскинулся Нью-Йорк. Город, который он когда-то считал слишком шумным, теперь казался ему хрупким стеклянным шаром, готовым разбиться.

– Победа и поражение — это термины для тех, кто заперт в линейном времени, – Эфир повернулся к героям. – Танос ищет Камни. Он думает, что они — ключ к власти. Он не понимает, что это лишь осколки колыбели, которую мой создатель разбил, когда создавал вас.

– Тогда помоги нам! – воскликнул Питер. – У тебя есть сила, я видел, что ты сделал в Германии! Ты можешь остановить его одним движением руки!

Эфир подошел к Питеру вплотную. Его золотые волосы коснулись металлической брони «Железного Паука», и наночастицы костюма жалобно заскрежетали, реагируя на близость первозданной материи.

– Я — порядок, Питер, – тихо сказал Эфир. – Если я вмешаюсь напрямую, я уничтожу саму концепцию вашего выбора. Если я убью титана, я стану таким же тираном, как он. Порядок не навязывается силой. Он прорастает изнутри.

– Значит, ты просто пришел посмотреть, как нас убьют? – Наташа Романофф сжала рукояти своих жезлов. – Очень мило с твоей стороны.

Смотрящий сделал шаг вперед, и тени в комнате удлинились, касаясь ног героев.

– Мы принесли предупреждение, – произнес он. – Нити времени сплелись в узел. Есть только один путь, где искра не погаснет. Но цена этого пути будет выше, чем вы можете себе представить.

Эфир протянул руку и коснулся груди Питера, там, где под броней билось сердце.

– Ты — его отражение, – прошептал он, и его глаза на мгновение вспыхнули ярче солнца. – Мой брат отдал себя, чтобы жизнь могла быть хаотичной и прекрасной. Теперь твоя очередь решать, стоит ли эта жизнь того, чтобы за нее платить.

– Я уже решил, – твердо ответил Питер, глядя прямо в золотые глаза. – Я буду сражаться. С тобой или без тебя.

Эфир едва заметно улыбнулся. Эта улыбка была полна печали и гордости.

– Я знаю. Именно поэтому я здесь.

Он обернулся к Тони Старку.

– Ты, строитель из железа. Ты ищешь способ спасти всех, но спасение придет не от твоих машин. Оно придет от твоей готовности стать частью того, что ты не можешь контролировать.

– Ты говоришь загадками, парень, – Тони прищурился. – Дай нам что-то конкретное. Оружие, знание, путь.

– Я даю вам шанс, – Эфир взмахнул рукой, и в центре комнаты возникла сфера из золотой пыли. Внутри нее проносились образы: титан на троне, летящие планеты, прах, уносимый ветром. – Смотрящий удержит время для вас на один краткий миг, когда всё будет казаться потерянным. Этот миг будет вашим единственным шансом изменить предначертанное.

– Почему ты это делаешь? – спросил Стив. – Ты ведь сказал, что не вмешиваешься.

– Потому что я обещал брату присматривать за его любимым творением, – Эфир посмотрел на свои ладони, которые начали медленно растворяться в свете. – И потому что мне нравится, как этот мальчик собирает лего.

Питер вздрогнул от этого воспоминания. В этот момент Эфир снова показался ему тем странным подростком из школы, который видел в деталях конструктора связи между мирами.

– Нам пора, – Смотрящий коснулся плеча Эфира. – Тюрьма времени не может долго оставаться пустой. Надзиратель должен вернуться.

– Эфир! – крикнул Питер, когда золотое сияние начало поглощать фигуры гостей. – Мы еще увидимся?

Эфир уже почти исчез, превратившись в столб ослепительного света. Его голос донесся словно из самого сердца космоса:

– Смотри на звезды, Питер Паркер. Когда станет совсем темно, я буду той искрой, которую ты увидишь первой. Не дай металлу заглушить твой свет.

Свет вспыхнул и погас. Башня Мстителей снова погрузилась в привычное электрическое освещение. Голограммы вернулись на свои места, ПЯТНИЦА начала тараторить отчеты о сбоях, а Тони Старк стоял, тяжело дыша, и смотрел на пустое место в центре зала.

– Что это было? – Брюс Беннер осел на стул, вытирая лоб. – Это были... боги?

– Нет, Брюс, – Тони медленно снял перчатку. – Это было что-то гораздо более древнее. И, кажется, мы только что получили единственный чертов шанс на победу.

Питер подошел к окну. В небе над Нью-Йорком, сквозь смог и огни, проглядывала одна-единственная звезда. Она мерцала необычайно ярко, золотистым, теплым светом.

– Он не просто так пришел, – тихо сказал Питер, сжимая кулаки. – Он верит в нас.

– Значит, нам лучше не облажаться, – Стив Роджерс подошел к нему и положил руку на плечо. – Слышал, что он сказал? Цена будет высокой.

– Я готов, – ответил Питер, и в его глазах отразился золотой блеск далекой звезды.

В этот вечер подготовка к войне с Таносом изменилась. Страх не исчез, но в нем появилась твердость. Герои Земли не знали, что ждет их впереди, но они знали, что за ними наблюдает сама вечность. И где-то там, в пустоте между мирами, Эфир снова заплетает свою золотую косу, готовясь к тому моменту, когда ему придется поймать последнюю искру угасающего мира, чтобы не дать ей исчезнуть навсегда.

– ПЯТНИЦА, – позвал Тони, его голос был непривычно спокойным. – Начни симуляцию с учетом новых данных. И... добавь в алгоритм переменную «золотая пыль».

– Слушаюсь, босс, – ответила ИИ. – Но должна предупредить: эта переменная не поддается математическому описанию.

– Знаю, – Тони посмотрел на Питера. – Она поддается только упрямству и добру. А этого у нас в избытке.

За окном Башни Мстителей Вселенная затаила дыхание. Великая шахматная партия близилась к финалу, и фигуры, расставленные Эфиром, были готовы сделать свой ход.