← Назад к обзору

Ми амор

Призрак справедливости и шелковые путы

Утро в Национальной академии права всегда пахло свежезаваренным кофе и типографской краской свежих юридических вестников. Но для Тэхена это утро пахло иначе. Сквозь плотные ароматы библиотеки он отчетливо улавливал едва заметный, фантомный шлейф горького шоколада, который, казалось, преследовал его повсюду.

Тэхен сидел за дальним столом, заваленным томами по уголовному процессу. Его пальцы методично выстукивали ритм по корешку книги. Он пытался сосредоточиться на лекции профессора Ли, но мысли постоянно возвращались к кулону, который теперь лежал на дне его рюкзака, обжигая холодом металла.

– Тэ, ты опять ушел в себя, – Чимин осторожно опустил поднос с соком на край стола. – Ты после того визита в небоскреб сам не свой. Расскажи мне, что он тебе сказал?

Тэхен поднял глаза на друга. Чимин выглядел обеспокоенным, его мягкие черты лица выдавали недосып.

– Он сказал, что я принадлежу ему, Чимини. Сказал это так буднично, будто покупал новую машину, – Тэхен горько усмехнулся. – Но самое страшное не это. Самое страшное, что он купил это место для нас обоих. Грант, стипендия... всё это его деньги.

Чимин вздрогнул, чуть не пролив сок.

– Значит, мы теперь... его должники?

– Нет, – отрезал Тэхен, и в его глазах вспыхнул тот самый стальной блеск, который заставлял школьных задир отступать. – Мы студенты, которые заслужили это своими знаниями. А то, что он подложил под нас этот «золотой фундамент», – это его проблема. Я использую каждый вон его денег, чтобы выучиться и стать тем, кто сможет ему противостоять.

– Ты играешь с огнем, – прошептал Чимин, оглядываясь по сторонам. – Ты видел тех людей в черных костюмах у входа? Они не похожи на обычную охрану академии.

Тэхен знал. Он видел их каждое утро. Юнги, правая рука Чонгука, иногда мелькал в толпе, оставаясь незаметным для других, но не для Тэхена, который привык «читать» людей.

– Пусть смотрят, – Тэхен захлопнул книгу. – Пусть видят, что я не боюсь.

***

В офисе «Чон Индастриз» царила иная атмосфера. Чонгук сидел в своем кресле, наблюдая за прямой трансляцией с камер видеонаблюдения академии. На одном из экранов Тэхен что-то увлеченно объяснял Чимину, активно жестикулируя.

– Он выглядит злым, – Намджун вошел в кабинет, не дожидаясь приглашения. – И он очень умен, Чонгук. Он уже понял, откуда текут деньги.

– Я и не ждал, что он не поймет, – голос Чонгука был хриплым. – Его злость делает его еще более живым. Ты нашел то, что я просил о его тете?

Намджун кивнул, положив на стол тонкую папку.

– Ким Суён. Работает на двух работах, чтобы оплатить счета. Она не знает о твоем существовании, думает, что племянник просто гений. Но у нее есть долги по кредитам, которые остались от родителей Тэхена. Я могу закрыть их одним кликом.

– Не смей, – Чонгук поднял на него тяжелый взгляд. – Тэхен не простит мне, если я начну покупать его семью. Он должен прийти сам.

– Ты думаешь, он придет? – Сокджин, стоявший у окна, обернулся. – Ты видел его взгляд в переулке. Он скорее пойдет на плаху, чем добровольно наденет твой ошейник.

Чонгук медленно встал, подходя к панорамному окну.

– Ошейник? Нет, Джин. Я не хочу раба. Мне нужен равный. Тот, кто сможет выдержать мой холод и не сгореть. Его запах... он не просто манит. Он обещает покой, которого у меня никогда не было.

– Босс, звонил Хосок, – Намджун прервал тишину. – Японцы зашевелились. Они знают, что ты нашел истинного. Думают, что это твоя ахиллесова пята.

Лицо Чонгука мгновенно превратилось в маску из льда.

– Пусть попробуют. Юнги! – крикнул он.

В дверях мгновенно появился бледный альфа.

– Слушаю.

– Удвой охрану вокруг академии. Тэхен не должен заметить, но если хоть один волос упадет с его головы, ты лично сожжешь тот квартал, откуда придет угроза. И... – Чонгук замялся на секунду. – Привези его ко мне сегодня. Но не силой. Скажи, что мне нужна его помощь как будущего юриста.

Юнги коротко кивнул и исчез.

***

Занятия закончились поздно. Тэхен и Чимин вышли на крыльцо академии, вдыхая прохладный вечерний воздух.

– Тэ, я пойду, мне нужно в библиотеку заскочить, – Чимин неловко улыбнулся. – Ты иди, я догоню.

Тэхен кивнул, провожая друга взглядом. Он не успел сделать и десяти шагов, как перед ним плавно затормозил знакомый черный седан. Стекло опустилось, и Юнги посмотрел на него своим непроницаемым взглядом.

– Господин Ким.

– Я уже сказал, что не поеду, – Тэхен даже не замедлил шаг.

– На этот раз дело не в «хотелках» босса, – голос Юнги был сухим. – У нас возникла юридическая коллизия в одной из дочерних компаний. Чонгук хочет, чтобы вы взглянули на документы. Он сказал, что доверяет вашему «свежему взгляду» больше, чем своим адвокатам, которые зажрались.

Тэхен остановился. Это был вызов. Чонгук бил по самому больному — по его профессиональной гордости и желанию практиковаться.

– Вы думаете, я поверю, что главе мафии нужен совет первокурсника? – Тэхен развернулся к машине, скрестив руки на груди.

– Он считает, что вы видите скрытые мотивы там, где другие видят только параграфы, – Юнги открыл дверь. – Один час. Если вам не понравится, я лично отвезу вас домой и больше не побеспокою до конца недели.

Тэхен закусил губу. Психолог внутри него кричал, что это ловушка. Но юрист требовал доказательств.

– Хорошо. Но только один час.

Поездка прошла в молчании. Тэхен смотрел в окно, замечая, как город меняет свои краски с ярких неоновых на глубокие сумеречные. Когда они подъехали к офисному зданию, он почувствовал, как сердце начинает биться чаще.

Его провели в тот же кабинет. Чонгук сидел за столом, заваленным бумагами. На нем не было пиджака, рукава черной рубашки были закатаны, открывая сильные предплечья, покрытые татуировками. В свете настольной лампы он выглядел менее пугающим и более... настоящим.

– Ты пришел, – Чонгук не поднял головы, продолжая что-то подчеркивать в документе.

– Юнги сказал, что у вас проблемы с законом, – Тэхен прошел к столу, стараясь сохранять дистанцию. – Хотя, я уверен, у вас с ним всегда проблемы.

Чонгук наконец посмотрел на него. В его глазах не было льда, только усталость и что-то еще, что Тэхен не смог сразу идентифицировать.

– Сядь, Тэхен. Пожалуйста.

Это «пожалуйста» ударило Тэхена сильнее, чем любой приказ. Он медленно опустился в глубокое кожаное кресло напротив.

– Вот контракт, – Чонгук пододвинул к нему увесистую папку. – Одна из наших строительных фирм в Пусане. Местные власти пытаются аннулировать лицензию, ссылаясь на экологические нормы. Но я чувствую, что там что-то другое.

Тэхен взял папку. Он ожидал увидеть там схемы отмывания денег, но перед ним были реальные отчеты, графики и юридические претензии. Он углубился в чтение, забыв о времени и о том, кто сидит перед ним.

Чонгук наблюдал за ним. Он видел, как Тэхен хмурится, как его длинные пальцы перелистывают страницы, как он закусывает губу, когда находит несостыковку. Запах горького шоколада в кабинете стал гуще, смешиваясь с ароматом вишни, исходящим от Тэхена.

– Здесь, – Тэхен ткнул пальцем в мелкий шрифт на восемнадцатой странице. – Они ссылаются на закон, который был отменен полгода назад. Но дело не в экологии. Посмотрите на подписи. Этот чиновник, который подал иск, три года назад работал в компании вашего конкурента. Это личная вендетта, замаскированная под заботу о природе.

Чонгук подался вперед, вглядываясь в указанное место. Их головы оказались совсем рядом. Тэхен почувствовал жар, исходящий от альфы, и его дыхание сбилось.

– Ты прав, – прошептал Чонгук, не отрывая взгляда от Тэхена. – Я пропустил это. Мои юристы искали дыры в законе, а нужно было искать дыры в людях.

– Вы всегда ищете врагов, Чонгук-ши, – Тэхен попытался отодвинуться, но Чонгук перехватил его руку.

– Я ищу надежность, Тэхен. В моем мире всё — песок. Ты единственный, кто кажется мне скалой.

– Скалы со временем разрушаются от ветра и воды, – Тэхен попытался высвободить руку, но хватка альфы была мягкой, но непреклонной.

– Только если они стоят одни под штормом, – Чонгук медленно поднялся, не выпуская руки Тэхена, и обошел стол. – Ты ненавидишь меня за то, кто я есть. Но ты не можешь отрицать то, что чувствуешь сейчас.

Тэхен тоже встал. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно во всем кабинете. Истинность была как яд — она медленно проникала в кровь, парализуя волю.

– Мои чувства — это ошибка природы, – голос Тэхена дрогнул. – Вы жестокий человек. Вы живете во тьме.

– Тогда стань моим светом, – Чонгук сократил расстояние до минимума. – Я не прошу тебя становиться частью моего криминального мира. Я прошу тебя быть моей совестью. Быть тем, ради кого я захочу сделать этот мир чище.

– Это манипуляция, – Тэхен покачал головой, но не отстранился. – Вы психологически давите на меня, используя мою потребность помогать людям.

Чонгук усмехнулся, и в этой улыбке было столько неприкрытой боли, что Тэхен на мгновение забыл, как дышать.

– Ты видишь меня насквозь, не так ли? Маленький психолог. Да, я манипулирую. Да, я собственник. Но я никогда не лгал тебе о том, что чувствую.

Чонгук протянул вторую руку и осторожно коснулся лица Тэхена. Его пальцы были мозолистыми и грубыми, но прикосновение было невероятно нежным.

– Позволь мне доказать тебе, что я могу быть другим. Дай мне шанс не как главе клана, а как мужчине, который нашел свою душу в тебе.

Тэхен смотрел в эти черные омуты и видел в них свое отражение. Он видел страх, надежду и бесконечную преданность. Его внутренний омега закричал от восторга, требуя подчиниться, прижаться к этому сильному телу и никогда не отпускать.

– Один ужин, – прошептал Тэхен, сдаваясь. – Без охраны в комнате. Без разговоров о бизнесе. И вы отпустите Чимина от слежки Хосока.

– Договорились, – Чонгук склонился ниже, его губы почти коснулись лба Тэхена. – Но Хосок... он тоже нашел своего истинного. Я не могу запретить ему любить.

– Любовь — это не слежка, – парировал Тэхен, восстанавливая самообладание.

– Я научу его, – пообещал Чонгук. – А ты научишь меня.

В этот момент дверь кабинета распахнулась без стука. Влетел запыхавшийся Хосок.

– Чонгук, у нас проблемы. Намджун засек сигнал. Японцы... они в академии. Они ищут Чимина. Думают, что он твоя слабая точка, раз ты так часто посылаешь туда машины.

Тэхен почувствовал, как мир вокруг него рушится. Чимин. Его добрый, стеснительный Чимин попал в этот ад из-за него.

– Что?! – Тэхен рванулся к выходу, но Чонгук перехватил его поперек талии.

– Пусти меня! Ему больно! Я чувствую, что ему страшно!

– Тихо! – рявкнул Чонгук, и этот голос заставил Тэхена замереть. – Хосок, бери группу «Альфа». Юнги уже там?

– Он на парковке, ждет приказа, – быстро ответил Хосок, его лицо было бледным, а глаза горели яростью.

– Тэхен, слушай меня внимательно, – Чонгук развернул его к себе, сжимая плечи. – Ты остаешься здесь под охраной Намджуна. Я лично привезу твоего друга обратно. Клянусь своей жизнью.

– Нет! Я поеду с вами! – Тэхен пытался вырваться, но Чонгук был непоколебим.

– Там будет стрельба, Тэхен. Ты — будущий юрист, а не боец. Если с тобой что-то случится, мне не за чем будет возвращаться. Останься здесь. Пожалуйста.

В глазах Чонгука была такая мольба, что Тэхен на мгновение замер. Он понял, что сейчас его присутствие там только свяжет Чонгуку руки.

– Привези его живым, – прошептал Тэхен, хватая Чонгука за лацканы рубашки. – Если с ним что-то случится, я никогда тебя не прощу.

Чонгук коротко кивнул, коснулся губами его виска и вылетел из кабинета.

Тэхен остался один в огромном кабинете, наполненном запахом горького шоколада и страха. Он подошел к окну, глядя, как внизу срываются с места черные машины, уносясь в сторону академии.

– О боже, Чимини... – прошептал он, прижимая руки к груди.

В этот момент он понял: его жизнь больше не принадлежит только ему. Он втянут в войну, о которой читал только в книгах. И человек, которого он считал своим врагом, теперь был его единственной надеждой на спасение самого дорогого, что у него осталось.

Прошло около сорока минут, которые показались Тэхену вечностью. Он мерил кабинет шагами, пытаясь анализировать ситуацию, но психология была бессильна перед первобытным ужасом.

Наконец дверь открылась. На пороге стоял Чонгук. Его рубашка была разорвана на плече, на скуле виднелась свежая ссадина, а руки были в крови. Но в глазах светилось облегчение.

За его спиной показался Хосок, который буквально на руках нес дрожащего Чимина.

– Чимини! – Тэхен бросился к другу.

Хосок осторожно опустил омегу на диван. Чимин вцепился в Тэхена, заливаясь слезами.

– Тэ... они... у них были ножи... они спрашивали про тебя... – всхлипывал Чимин.

– Всё хорошо, я здесь, мы в безопасности, – Тэхен гладил его по волосам, чувствуя, как у самого подкашиваются ноги.

Он поднял взгляд на Чонгука. Тот стоял в стороне, тяжело дыша. Хосок сидел рядом с Чимином, и Тэхен впервые увидел, как этот жестокий боец осторожно, почти невесомо касается руки омеги, пытаясь передать ему свое спокойствие. Запах горького апельсина в комнате стал защитным, обволакивающим.

– Они мертвы? – тихо спросил Тэхен.

– Те, кто коснулся его — да, – коротко ответил Чонгук. – Остальные в подвале. Намджун выяснит, кто их послал.

Тэхен встал, подошел к Чонгуку и, не говоря ни слова, обнял его. Это не было актом подчинения. Это была благодарность.

Чонгук замер на секунду, а затем крепко прижал Тэхена к себе, зарываясь носом в его волосы.

– Спасибо, – прошептал Тэхен.

– Я сказал, что буду защищать тебя, – ответил Чонгук. – И я сдержу свое слово. Даже если мне придется превратить этот город в пепел.

Тэхен отстранился и посмотрел ему прямо в глаза.

– Начни с того, что вымой руки от крови, Чонгук-ши. Нам предстоит долгий разговор о том, как мы будем жить дальше. Потому что теперь я точно никуда не уйду. Не пока ты в такой опасности.

Чонгук усмехнулся, чувствуя, как внутри него впервые за долгие годы воцаряется мир. Его маленький юрист только что вынес свой первый вердикт. И этот вердикт был — жизнь. Вместе.

Миры окончательно столкнулись, и из этого столкновения начала рождаться новая реальность, где закон и сила должны были найти хрупкое равновесие ради любви, которая не выбирала, но которая стала единственным смыслом в океане тьмы.