← Назад к обзору

Минги, студент третьего курса, учится вместе с Хонджуном, Сонхва, Юнхо, Ёсаном, Саном, Чонхо и Уёном. Сана, первокурсница на курсе лингвистики, уже пять недель встречается с Минги.

Розовые очки и стальные нервы

Утро в университете началось с того, что Минги, вопреки всем законам физики и здравого смысла, действительно надел ту самую кепку с меховыми ушками. Это было зрелище, достойное первых полос студенческой газеты: высокий, широкоплечий парень с низким голосом, который обычно внушал трепет первокурсникам, шел по главному холлу, сияя как начищенный медный таз. Рядом с ним, едва доставая ему до плеча, семенила Сана. Она снова была в своей любимой розовой кофте, и сегодня этот дуэт выглядел настолько гармонично, что даже самые заядлые скептики невольно улыбались.

– Минги-я, ты уверен, что тебе удобно? – Сана то и дело поглядывала на его головной убор, едва сдерживая смех. – Ушки немного съехали на левый бок.

– Пусть съезжают, – Минги поправил козырек, ничуть не смущаясь. – Это придает мне шарм «плохого парня», который в душе любит котиков. Разве не так?

– Именно так, – подтвердила она, крепче сжимая его ладонь.

Они подошли к расписанию, где уже толпилась кучка студентов. Среди них Сана сразу заметила Тэхена. Он стоял в окружении своих друзей и что-то увлеченно рассказывал, активно жестикулируя. Увидев Минги и Сану, он мгновенно замолчал, а его рука так и застыла в воздухе. Взгляд Тэхена метнулся от розовой кофты Саны к кепке Минги и обратно. Казалось, его мозг судорожно пытался обработать информацию, но система выдавала критическую ошибку.

Минги остановился прямо напротив него. Он не выглядел угрожающе, скорее, в его позе читалось какое-то снисходительное превосходство.

– Доброе утро, Тэхен, – ровным голосом произнес Минги. – Как тебе мой сегодняшний лук? Кажется, розовые акценты сейчас в тренде, не находишь?

Тэхен сглотнул, покосившись на своих приятелей, которые, вопреки его ожиданиям, не спешили надсмехаться над Минги. Напротив, один из них даже одобрительно кивнул.

– Э-э... да, необычно, – выдавил из себя Тэхен. – Слушай, Минги, я вчера, может, немного перегнул палку...

– Немного? – Сана вышла чуть вперед, глядя на второкурсника в упор. – Ты назвал меня зефириной и сказал, что подарок моего парня — это безвкусица.

– Я просто выразил свое мнение... – Тэхен попытался вернуть себе былую уверенность, но под взглядом Минги она таяла быстрее, чем мороженое в июле.

– Твое мнение интересно ровно до тех пор, пока оно не задевает чувства других людей, – отчеканил Минги. – Сане идет этот цвет. И если ты еще раз решишь прокомментировать её стиль, я предложу тебе обсудить это со всей нашей компанией. Юнхо, например, очень любит дискуссии о вежливости.

Тэхен побледнел. Юнхо, несмотря на свой солнечный характер, в гневе был страшен, и об этом в университете знали все.

– Ладно, замяли, – пробормотал Тэхен и, подхватив сумку, поспешил скрыться в толпе.

Сана облегченно выдохнула и посмотрела на Минги.

– Ты был таким... серьезным. Даже в этой кепке.

– Потому что я не шучу, когда дело касается тебя, – он притянул её к себе и поцеловал в макушку. – Иди на пары, малыш. Я встречу тебя после лингвистики. У нас сегодня по плану поход в магазин милых вещей, помнишь? Ты хотела те розовые тетрадки с блестками.

– Помню! – Сана просияла. – До встречи, Минги!

Она побежала по лестнице, чувствуя себя так, будто у неё за спиной выросли крылья. Весь учебный день пролетел как одно мгновение. На лекциях она ловила на себе любопытные взгляды сокурсниц, но теперь в них не было насмешки — скорее, жгучий интерес. Еще бы, ведь «тот самый Минги из топовой компании» не просто встречался с ней, но и открыто демонстрировал это всему миру.

После пар, как и обещал, Минги ждал её у выхода. Но он был не один. Рядом с ним стояли Хонджун и Ёсан.

– О, Сана! – Хонджун помахал ей рукой. – Мы решили составить вам компанию. Минги сказал, что вы идете за канцтоварами, а мне как раз нужны новые маркеры для эскизов.

– И мне нужно купить подарок для сестры, – добавил Ёсан, поправляя воротник пальто. – Ты не против, если мы нарушим ваше свидание?

– Конечно нет! – Сана была искренне рада. – Вместе веселее.

Они направились в огромный торговый центр неподалеку. По дороге парни продолжали подшучивать над Минги, который всё еще не снял свою кепку с ушками.

– Знаешь, Минги, – задумчиво произнес Хонджун, глядя на друга, – я думаю, нам стоит сделать это частью нашего мерча. «Ушки Минги» — звучит как золотая жила.

– Только если Сана будет моделью, – парировал Минги, обнимая девушку за плечи.

Магазин, в который они пришли, был настоящим раем для любителей милоты. Полки ломились от плюшевых игрушек, пастельных блокнотов, ручек с пушистыми насадками и прочей дребедени, которую Сана просто обожала.

– Смотри! – она схватила с полки огромную плюшевую клубнику. – Минги, она же точь-в-точь как та, что мы видели в кино!

Минги посмотрел на игрушку, потом на сияющие глаза Саны.

– Берем.

– Но у меня уже столько игрушек... – робко возразила она.

– Лишней клубники не бывает, – отрезал он, забирая у неё мягкий плод и кладя его в корзину.

Ёсан тем временем стоял у стенда с брелоками и сосредоточенно выбирал что-то.

– Сана, какой лучше? – он протянул ей два брелока: один в виде маленького дрона, другой — в виде крошечного цыпленка.

– Цыпленок милее, – уверенно сказала Сана. – Твоей сестре понравится.

– Вообще-то, это я хотел себе на ключи, – невозмутимо ответил Ёсан, но цыпленка в корзину положил.

Пока они бродили между рядами, Минги постоянно следил за тем, чтобы Сану не задели другие покупатели. Он вел себя как настоящий телохранитель в магазине игрушек. Когда они дошли до отдела с одеждой, Сана замерла перед витриной с огромными худи оверсайз.

– Ого, какие они пушистые! – она коснулась нежно-голубой ткани.

Минги подошел сзади, его подбородок коснулся её плеча.

– Хочешь?

– Нет, просто... они выглядят такими уютными.

Минги хмыкнул и снял с вешалки самое большое худи — ярко-розового цвета, под стать её кофте.

– Примерь.

– Минги, оно же мужское! И огромное! – засмеялась Сана.

– Тем лучше. Ты в нем утонешь, и это будет максимально мило. Давай, я хочу посмотреть.

Через пять минут Сана вышла из примерочной. Худи доходило ей почти до колен, рукава полностью закрывали ладони, и только кончики пальцев робко выглядывали из-под ткани. Она выглядела как маленькое розовое облачко.

Минги замер. Хонджун и Ёсан, которые до этого спорили о качестве бумаги в блокнотах, тоже замолчали.

– Ну как? – тихо спросила Сана, пряча лицо в высоком воротнике.

– Так, – Минги повернулся к друзьям. – Если кто-то скажет, что это «слишком», я заставлю его съесть тот брелок-цыпленок.

– Это... – Хонджун покачал головой. – Это просто незаконно мило. Минги, ты понимаешь, что теперь ты обязан это купить?

– Уже на кассе, – ответил Минги, не сводя глаз с Саны. – Малыш, не снимай его. Оно твое.

Вечер закончился в небольшом кафе на фуд-корте. Они сидели за столом, заваленным покупками: огромная клубника, гора тетрадок, худи, маркеры и, конечно же, цыпленок Ёсана.

– Знаешь, Сана, – сказал Хонджун, помешивая свой чай. – Мы поначалу немного переживали, когда узнали, что Минги от нас что-то скрывает. Он стал каким-то... задумчивым, часто пропадал. Мы думали, может, проблемы какие.

– А оказалось, это просто любовь, – вставил Ёсан, аккуратно прикрепляя брелок к ключам.

– Я не скрывал, – проворчал Минги, пододвигая к Сане тарелку с чизкейком. – Я просто оберегал.

– И правильно делал, – Сана взяла его за руку под столом. – Но я рада, что теперь всё знают. Мне нравится проводить время с вами всеми.

– Мы тоже рады, – улыбнулся Хонджун. – Кстати, Сана, на следующей неделе у нас выступление на университетском фестивале. Ты же придешь?

– Конечно! Я буду в первом ряду.

– И обязательно в этой розовой кофте, – добавил Минги. – Чтобы я видел тебя со сцены и знал, ради кого я так стараюсь.

Когда они наконец вышли из торгового центра, на улице уже стемнело. Хонджун и Ёсан попрощались, пообещав скинуть в общий чат фотографии «розового Минги», которые они успели наделать втихаря.

Минги и Сана остались одни. Он набросил ей на плечи свою куртку поверх нового огромного худи, хотя она и так была укутана в него, как в кокон.

– Устала? – спросил он, притягивая её к себе.

– Немного. Но это была самая лучшая прогулка.

Они шли по освещенным улицам, и Сана чувствовала, как внутри неё растет чувство абсолютной защищенности. Ей было всё равно, что скажет Тэхен или кто-то другой. У неё был её Минги — парень, который не боится носить ушки на кепке, который покупает ей плюшевые фрукты и который готов бросить вызов всему миру ради её улыбки.

– Минги-я, – позвала она тихо.

– Да?

– Спасибо. За то, что ты такой.

Он остановился под светом фонаря и посмотрел на неё — серьезно и нежно одновременно.

– Тебе не за что меня благодарить, Сана. Это я должен благодарить тебя за то, что ты пришла в мою жизнь и раскрасила её в розовый. Раньше мой мир был черно-белым, как мои рэп-партии. А теперь в нем есть ты.

Он наклонился и поцеловал её — долго, сладко, со вкусом клубничного чизкейка и счастья. В этот момент для них не существовало ни университета, ни сплетен, ни модных трендов. Были только они двое и этот бесконечный вечер, пропитанный нежностью.

Когда Сана вернулась в общежитие, её соседка по комнате так и ахнула, увидев гору покупок и новое худи.

– Ого! Это тот самый парень подарил? – спросила она, рассматривая плюшевую клубнику.

– Да, – Сана улыбнулась, снимая кепку с ушками, которую Минги всё-таки отдал ей «на хранение». – Он самый лучший.

Она легла в кровать, обняв новую игрушку, и достала телефон. В общем чате «Восемь и одна зефирка» уже вовсю шло обсуждение сегодняшней прогулки.

Уён: «Смотрите, какую фотку я нашел! Минги пытается втиснуться в розовое худи в примерочной. Это шедевр!»

Минги: «Уён, я тебя убью завтра на тренировке».

Чонхо: «Сана, ты в этом худи правда как облачко. Минги молодец, вкус у него прорезался».

Сана: «Спасибо, ребята! Это был отличный день».

Она закрыла глаза, чувствуя, как сон плавно накрывает её. Последней мыслью было то, что завтра она обязательно наденет это новое худи на пары. И пусть весь мир смотрит. Ведь когда ты любима таким человеком, как Минги, тебе не нужны никакие доспехи — достаточно просто быть собой.

А где-то в другом конце города Минги сидел в своей комнате, пересматривая видео, где Сана поет про котят. Он улыбался, и эта улыбка была настолько искренней, что если бы его друзья увидели его сейчас, они бы точно не узнали своего «сурового рэпера». Но ему было всё равно. Он нашел свое сокровище, и теперь его главной задачей было сделать так, чтобы это сокровище сияло как можно ярче.

И розовый цвет был для этого самым подходящим.