← Назад к обзору

Мир футанари

Цепь Единства

– Ты уверена, что это хорошая идея? – Джосс с сомнением посмотрела на листок бумаги, который Анна держала в руках. – Это выглядит… как-то слишком прямолинейно.

– А как ещё? – Анна пожала плечами, перечитывая текст. – «Две футанари ищут единомышленниц для обмена опытом и создания безопасного пространства. Полная анонимность и конфиденциальность гарантированы». По-моему, всё предельно ясно и при этом достаточно сдержанно. Тот, кто в теме, поймёт. А случайные люди просто пройдут мимо.

Они стояли посреди комнаты, залитой мягким светом послеполуденного солнца. Прошла почти неделя с тех пор, как они открыли для себя феномен «двойного удовольствия». Эта неделя была наполнена не только учёбой, но и бесконечными беседами, нежными прикосновениями и новыми, ещё более глубокими экспериментами. Каждая их близость теперь становилась открытием, исследованием невероятной чувствительности их тел. Джосс окончательно сбросила оковы стеснения, с головой окунувшись в мир чувственности, который открыла для неё Анна.

Идея создать сообщество, родившаяся в порыве энтузиазма, не покинула их. Наоборот, она окрепла, превратившись в чёткий план. Они хотели найти других, таких же, как они. Поделиться знаниями, оказать поддержку и, возможно, найти новых друзей… или нечто большее.

– Ладно, – вздохнула Джосс, уступая. – Твоя взяла. Но куда мы это повесим? На доску объявлений в главном корпусе?

– С ума сошла? – рассмеялась Анна. – Нет, конечно. Мы создадим закрытую группу на одном из студенческих форумов. И ссылку на неё в виде QR-кода разместим в нескольких укромных местах. В женских туалетах, в раздевалке спортзала… Там, где на неё наткнутся только те, кому нужно.

Сказано – сделано. Через час несколько маленьких, неприметных стикеров с QR-кодом были расклеены по самым укромным уголкам кампуса. Девушки вернулись в комнату, чувствуя одновременно и волнение, и тревогу. Что, если никто не откликнется? Или, что ещё хуже, откликнется кто-то не тот?

Первые два дня прошли в томительном ожидании. Страничка их группы оставалась пустой. Джосс уже начала думать, что вся затея была глупостью, но Анна оставалась невозмутимо оптимистичной.

– Терпение, Джосси, – говорила она, обнимая подругу. – Такое решение требует смелости. Дай им время.

И вот, на третий день, когда они, вернувшись с занятий, открыли ноутбук, их ждал сюрприз. В группе появился один новый участник. Анонимный профиль с ником «Ищущая». И короткое сообщение в личку: «Привет. Я увидела ваше объявление. Это правда?»

Сердце Джосс забилось чаще. Анна, сидевшая рядом, сжала её руку.

– Отвечай, – прошептала она.

Пальцы Джосс слегка дрожали, когда она печатала ответ: «Привет. Да, это правда. Мы тоже искали кого-то вроде нас».

Переписка завязалась быстро. «Ищущая», которую, как выяснилось, звали Лина, оказалась студенткой с факультета физической культуры. Она писала открыто и немного отчаянно. Рассказывала, что всю жизнь чувствовала себя чужой, скрывала свою природу, боясь осуждения и непонимания. Она никогда не встречала других футанари и уже начала думать, что она единственная такая в целом мире.

Их слова поддержки и понимания, казалось, подействовали на неё как бальзам на душу. После часа переписки Лина сама предложила встретиться.

– Я хочу увидеть вас вживую, – написала она. – Убедиться, что вы настоящие. Пожалуйста.

Анна и Джосс переглянулись. Риск был, но интуиция подсказывала, что этой девушке можно доверять. Они договорились встретиться на следующий день в небольшой кофейне за пределами кампуса.

Лина оказалась высокой, атлетически сложенной девушкой с копной огненно-рыжих волос и веснушками, рассыпанными по носу и щекам. В её зелёных глазах читалась смесь настороженности и робкой надежды. Она сидела за столиком в углу, нервно теребя край салфетки.

– Привет, я Анна, а это Джосс, – улыбнулась Анна, присаживаясь напротив. Джосс молча кивнула, внимательно изучая новую знакомую.

– Лина, – тихо ответила та, поднимая на них взгляд. – Спасибо, что пришли. Я… я очень волновалась.

– Мы тоже, – призналась Джосс, и эта честность, кажется, немного расслабила Лину.

Разговор потек сам собой. Лина рассказывала о своём одиночестве, о том, как тяжело постоянно притворяться «нормальной», подавлять свои желания и бояться близости. Анна и Джосс, в свою очередь, поделились своей историей – о недавнем знакомстве, о «пике совместимости», об открытии «двойного удовольствия».

С каждым словом напряжение в глазах Лины таяло, сменяясь изумлением и восторгом.

– Значит… вы можете… вдвоём? – прошептала она, когда Анна в общих чертах описала их близость. – И вам… хорошо?

– Более чем хорошо, – усмехнулась Анна, бросив тёплый взгляд на покрасневшую Джосс. – Это совершенно новый уровень ощущений.

– Я… я никогда… – Лина опустила глаза. – Я всегда была одна. Я даже не знала, что так бывает. Я думала, это просто… физиология. Что-то, что нужно скрывать.

– Это не то, что нужно скрывать, – мягко сказала Джосс, протягивая руку и накрывая ладонь Лины своей. – Это то, чем можно наслаждаться. Особенно, если ты не одна.

От этого простого прикосновения Лина вздрогнула, но руку не отняла. Она посмотрела на их сцепленные пальцы, а затем снова на Джосс, и в её глазах блеснули слёзы.

– Спасибо, – прошептала она.

Они просидели в кофейне ещё час, и к концу встречи напряжение окончательно ушло. Лина оказалась весёлой и открытой, стоило лишь пробиться через её защитную оболочку. Они смеялись, шутили, и казалось, будто знают друг друга целую вечность.

– Может, пойдём к нам? – неожиданно предложила Анна, когда они уже собирались расходиться. – У нас в комнате уютнее. Можем посмотреть фильм, заказать пиццу.

Джосс удивлённо посмотрела на неё, но тут же поняла её замысел. Атмосфера располагала. Лина явно искала не просто собеседников, а близости, принятия. И, возможно, чего-то большего.

– Я… я не хочу навязываться, – смутилась Лина.

– Ты не навязываешься, мы приглашаем, – твёрдо сказала Анна, вставая из-за стола. – Пойдём.

В их маленькой комнате в общежитии Лина поначалу чувствовала себя немного скованно. Она с любопытством осматривалась, словно пытаясь по деталям интерьера больше узнать о хозяйках. Анна включила тихую музыку и предложила всем устроиться на большой кровати Джосс, подперев спины подушками.

Они не стали заказывать пиццу или включать фильм. Разговор, начатый в кафе, продолжился, становясь всё более откровенным. Воздух в комнате постепенно накалялся, пропитываясь невысказанным желанием. Три молодых, сильных тела, так долго сдерживавших свою истинную природу, оказались в одном пространстве, и энергия между ними буквально искрилась.

Лина, осмелев, рассказала, что её член почти такой же большой, как у Джосс, но она всегда считала его уродливым, неправильным. Джосс, вспоминая собственные недавние комплексы, горячо её разубеждала.

– Это не уродство, это сила, – говорила она, чувствуя, как слова Анны теперь звучат из её собственных уст. – Это часть тебя. Прекрасная часть.

Анна молча наблюдала за ними с лёгкой улыбкой, а затем придвинулась ближе и обняла обеих девушек за плечи.

– Вы обе прекрасны, – промурлыкала она, прижимаясь к ним. – Невероятно сильные, красивые, желанные.

Её слова подействовали как спусковой крючок. Лина глубоко вздохнула и повернула голову, оказываясь лицом к лицу с Анной. Их взгляды встретились, и в следующий миг их губы слились в неуверенном, но жадном поцелуе. Джосс замерла, чувствуя, как по её телу пробегает электрический разряд. Она видела, как рука Анны скользнула на затылок Лины, притягивая её ближе, как их языки сплелись в страстном танце.

Затем Анна, не разрывая поцелуя, повернулась к Джосс, приглашая её присоединиться. Сердце Джосс колотилось в груди. Тройной поцелуй… это было что-то новое, пугающее и невероятно возбуждающее. Она подалась вперёд и коснулась губами сначала щеки Лины, а затем губ Анны.

Мир сузился до этого мгновения. Три пары губ, три языка, три сбившихся дыхания. Они целовались хаотично, жадно, пытаясь распробовать друг друга на вкус, насытиться этой новой, запретной близостью. Руки сами находили дорогу, скользя по спинам, талиям, бёдрам. Одежда стала невыносимой помехой.

Первой не выдержала Анна. Она отстранилась, тяжело дыша, и её глаза горели тёмным огнём.

– Слишком много ткани, – выдохнула она и одним движением стянула с себя футболку.

Лина и Джосс, как по команде, последовали её примеру. Через минуту вся троица была обнажена. Три великолепных футанари-тела в тусклом свете ночника. Упругие груди с напрягшимися сосками, стройные талии, длинные ноги и, конечно, три члена, уже вставшие в полную боевую готовность, подрагивающие от возбуждения. Член Лины действительно был внушительным, тёмным, с тугой головкой, уже покрытой блестящими каплями смазки.

Они смотрели друг на друга с восхищением и похотью.

– Боги, – прошептала Лина, не отрывая взгляда от их тел. – Вы… вы настоящие.

– И ты тоже, – улыбнулась Джосс, чувствуя, как её собственное тело отзывается на этот вид волной жара. Её «двойное удовольствие» давало о себе знать – и киска, и член пульсировали в унисон, требуя ласки.

Анна снова взяла инициативу на себя. Она опустилась на колени перед Линой и, обхватив её член рукой, медленно провела по нему языком от основания до самой головки. Лина ахнула и откинула голову назад, вцепившись пальцами в простыню. Джосс завороженно наблюдала за этой сценой, чувствуя, как её собственная киска становится мокрой.

Затем Анна подняла голову и посмотрела на Джосс.

– Иди сюда, – позвала она. – Помоги мне.

Джосс подчинилась. Она опустилась на колени с другой стороны от Лины и начала покрывать поцелуями её плоский живот, спускаясь всё ниже. Лина металась между ними, стонала, её тело дрожало от переизбытка ощущений. Анна продолжала виртуозно работать языком, а Джосс целовала её бёдра, лобок, и, наконец, добравшись до влажной щёлки, нежно провела по ней языком.

Лина закричала, выгибаясь дугой. Одновременная стимуляция члена и киски была для неё чем-то запредельным.

– Я… я сейчас кончу! – простонала она.

– Ещё нет, – прошептала Анна, отрываясь от её члена. Она посмотрела на Джосс, затем на Лину, и в её глазах мелькнула безумная идея. – Девочки, я хочу попробовать кое-что. Кое-что совершенно новое. То, что возможно только с нами.

– Что? – выдохнула Джосс, чувствуя, как предвкушение смешивается с тревогой.

– Я хочу, чтобы мы соединились, – медленно произнесла Анна, и её голос звучал гипнотически. – Все трое. Чтобы стали единым целым. Одной цепью.

Лина и Джосс непонимающе уставились на неё.

– Как это? – спросила Лина.

– Я войду в Джосс, – объяснила Анна, глядя прямо в глаза Джосс. – А ты, Джосси… ты войдёшь в Лину.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь их тяжёлым дыханием. Джосс ошарашенно смотрела на Анну. Быть проникающей стороной она уже пробовала, но быть одновременно и принимающей, и проникающей… и всё это втроём… Это казалось немыслимым.

– Я… я не знаю, смогу ли я, – пролепетала она.

– Сможешь, – уверенно сказала Анна. Она взяла руку Джосс и поднесла к своему рту, нежно целуя кончики пальцев. – Ты сильная. Я это чувствую. А ты, Лина? Ты готова стать последним звеном нашей цепи? Принять нас обеих?

Лина, чьи глаза горели от возбуждения и предвкушения, яростно закивала.

– Да! О, боги, да! Я хочу! Я хочу почувствовать вас обеих внутри себя!

Её энтузиазм передался Джосс. Страх отступил, сменившись жгучим любопытством и желанием. Она посмотрела на Анну, на Лину, на их возбуждённые, жаждущие тела, и поняла, что хочет этого больше всего на свете.

– Хорошо, – твёрдо сказала она. – Я согласна.

– Тогда за дело, – Анна хищно улыбнулась и потянулась к тумбочке за флаконом со смазкой. – Нам понадобится много смазки.

Подготовка была похожа на священный ритуал. Анна щедро полила смазкой свой член, затем помогла Джосс смазать её киску, а после этого они вместе подготовили Лину. Та лежала на животе, подложив под бёдра подушку, и дрожала от нетерпения. Её задранная попка с плотно сжатым колечком ануса выглядела невероятно соблазнительно.

– Сначала ты, Джосси, – скомандовала Анна. – Пристройся.

Джосс встала на колени между разведённых ног Лины. Она глубоко вздохнула, собираясь с духом, и, обильно смазав свой член, приставила его головку к анусу Лины. Та тихо застонала, подаваясь назад.

– Медленно, – прошептала Лина. – Пожалуйста, медленно.

Джосс подчинилась. Она начала входить в неё, сантиметр за сантиметром. Узкое, горячее нутро Лины неохотно поддавалось, но смазка делала своё дело. Лина стонала, но в её стонах не было боли – только чистое, концентрированное удовольствие от наполнения. Когда Джосс вошла примерно наполовину, она остановилась, давая Лине привыкнуть.

– Теперь я, – раздался сзади голос Анны.

Джосс почувствовала, как горячая, твёрдая головка члена Анны прижалась к её собственной киске. Она инстинктивно раздвинула ноги шире.

– Расслабься, милая, – прошептала Анна ей на ухо и начала входить.

Ощущения были ошеломляющими. Джосс чувствовала, как её собственное тело наполняет большой, пульсирующий член Анны, и одновременно ощущала, как её собственный член погружается в узкое, горячее тело Лины. Она была зажата между двумя телами, являясь одновременно и сосудом, и оружием. Это было невероятно. Её разум взорвался фейерверком ощущений. «Двойное удовольствие» умножилось в несколько раз, превратившись в нечто божественное, непередаваемое.

– О боги… Анна… – простонала Джосс, чувствуя, как Анна входит в неё до самого основания.

– Да, детка, чувствуешь? – выдохнула Анна ей в шею. – Мы связаны.

Лина впереди застонала громче, когда Джосс, движимая толчком Анны, невольно продвинулась в ней глубже.

– Да… да! Ещё! – кричала она.

И они начали двигаться. Медленно, в едином ритме. Анна задавала темп, толкаясь в Джосс, а Джосс, в свою очередь, входила в Лину. Три тела, соединённые в живую цепь, двигались как единый организм. Стоны слились в один протяжный гимн удовольствию. Пот стекал по их спинам, смазка смешивалась с соком, члены тёрлись о стенки горячих, жадных туннелей.

Джосс потеряла счёт времени. Она не понимала, где кончается её тело и начинаются тела её партнёрш. Она чувствовала пульсацию члена Анны глубоко внутри себя, сокращения мышц Лины, сжимающих её собственный член, и всё это сливалось в одну гигантскую волну экстаза, которая росла с каждым толчком. Она обхватила руками талию Лины, прижимаясь к её потной спине, а сзади её крепко держала Анна, чьи руки лежали на её бёдрах.

– Быстрее, – простонала Лина. – Пожалуйста, быстрее!

Анна подчинилась. Она ускорила темп, и их движения стали более резкими, животными. Кровать скрипела под их единым ритмом. Джосс чувствовала, как приближается оргазм – не её собственный, а какой-то общий, всепоглощающий. Её член, зажатый в анусе Лины, предательски дёрнулся. Киска, насаженная на член Анны, начала яростно сокращаться.

– Я сейчас…! – закричала Джосс.

Это стало сигналом для всех.

Первой взорвалась Анна. С громким, гортанным криком она начала изливаться в Джосс, заполняя её горячим семенем. Её толчок передался по цепи, и в ту же секунду Джосс, выгибаясь и крича, кончила в Лину. Её оргазм был двойным, невероятно мощным – она чувствовала, как сокращается её киска, принимая сперму Анны, и как её член извергает потоки в узкий анус Лины.

И почти сразу за ней, с протяжным, счастливым воплем, кончила и Лина. Её тело содрогнулось в мощной конвульсии, мышцы ануса яростно сжались на члене Джосс, выжимая из неё последние капли, а её собственный член, до этого беспомощно тёршийся о простыню, разрядился обильной струёй на смятое бельё.

Они замерли, тяжело дыша, всё ещё соединённые вместе. Комнату наполнили запахи пота, спермы и абсолютного счастья. Волна удовольствия была настолько сильной, что у всех троих потемнело в глазах.

Первой пришла в себя Анна. Она медленно вышла из Джосс и обессиленно упала рядом на кровать. Джосс, почувствовав свободу, тоже осторожно извлекла свой обмякший член из Лины и рухнула на спину, раскинув руки. Лина перевернулась и осталась лежать на животе, уткнувшись лицом в подушку. Её плечи мелко подрагивали.

Несколько минут они просто лежали, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

– Это… – наконец хрипло произнесла Лина, не поднимая головы. – Что это было?

– Это была Цепь Единства, – тихо ответила Анна, переводя дух.

Джосс молчала. Она смотрела в потолок, и по её щекам текли слёзы. Это были не слёзы горя или боли. Это были слёзы катарсиса. Она никогда в жизни не чувствовала ничего подобного – ни такой физической близости, ни такого эмоционального единения. Она чувствовала себя полностью опустошённой и одновременно наполненной до краёв.

Лина повернула голову и посмотрела на неё.

– Ты плачешь? Тебе было больно?

– Нет, – улыбнулась Джосс сквозь слёзы. – Мне было… идеально.

Лина приподнялась на локтях, её лицо сияло.

– Мне тоже, – прошептала она. – Я… я всю жизнь этого ждала. Этого чувства… что я не одна. Что я на своём месте.

Она подползла к Джосс и неуверенно обняла её. Джосс обняла её в ответ. Затем к ним присоединилась Анна, заключая их обеих в свои сильные руки. Они лежали так, втроём, в липком беспорядке на смятых простынях, и чувствовали себя одной семьёй.

– Добро пожаловать в наш маленький клуб, – прошептала Анна, целуя Лину в макушку.

– Это лучший клуб в мире, – выдохнула Лина, прижимаясь к ним ещё крепче.

Они заснули прямо так, в объятиях друг друга, измотанные, счастливые и навсегда изменённые этим опытом. Они больше не были просто тремя отдельными футанари. Они стали звеньями одной цепи. И это было только начало.