← Назад к обзору

Мировой легион. История Гражданина.

Ничья земля

***

Тяжелые стальные ворота сомкнулись с оглушительным скрежетом, отсекая их от поля боя. Грохот битвы мгновенно стих, сменившись гулкой, давящей тишиной туннеля, в которой эхом отдавалось лишь их собственное тяжелое дыхание. Они стояли в полумраке, освещаемые редкими красными лампами аварийного освещения. Позади остался кипящий котел войны. Впереди – уходящая вглубь скалы тьма.

– Все целы? – спросил Лёня, его голос в тишине прозвучал неестественно громко.

Ответом ему были утвердительные кивки и короткие возгласы. Они выжили. Прорвались. Но расслабляться было рано.

Они двинулись вглубь туннеля, держа оружие наготове. Асфальт под ногами был покрыт слоем пыли и свежими следами от гусениц выехавшей техники. Воздух был спертым, пахнущим озоном и чем-то еще, незнакомым и неприятным.

И тут, метрах в двадцати впереди, воздух замерцал и пошел рябью, словно над раскаленным асфальтом. В центре ряби разверзся рваный, изумрудно-зеленый портал, из которого, перебирая тонкими конечностями, вывалились пять тварей. Пять жукоподобных существ с мощными спинными пластинами и руками-клешнями, из которых торчали острые костяные наросты. Вольтигоры.

– Вот гадость! – вырвалось у Иккинга, который инстинктивно вскинул свой трофейный «Штурмгевер».

Он открыл огонь, и автоматная очередь с сухим треском прошила воздух.

– Убить их всех! – вставила Райя, ее лицо было сосредоточенным и злым.

Она тоже нажала на спуск своего пистолета-пулемета, и туннель наполнился грохотом выстрелов. Вся команда, не сговариваясь, открыла ураганный огонь. Вольтигоры не успели даже толком развернуться. Пули рвали их хитиновые панцири, и существа начали лопаться одно за другим с влажным, омерзительным звуком, забрызгивая стены и пол зеленой слизью.

– Прям как воздушные шарики! – удовлетворенно хмыкнул Сэм, опустив свой миниган.

– Двигаемся дальше, – скомандовал Лёня, переступая через дымящиеся останки. – Они могут быть не последними.

Они прошли еще метров сто, миновав раздавленный легковой автомобиль, когда из-за бокового технического прохода, закрытого массивными решетчатыми воротами, вышли еще шестеро. Это были не жуки. Это были высокие, паукообразные существа, чьи нижние части тела представляли собой механизированные платформы на шести ногах, а верхние – гуманоидные торсы, закованные в броню. В каждой из четырех рук они держали по скорострельному пулемету. Арахноиды.

– Сюда, в укрытие! – крикнул Лёня, указывая на широкую нишу в стене туннеля.

Там, в красном свете пожарной сигнализации, стояли два разобранных пожарных автомобиля. Команда молниеносно метнулась за спасительные остовы машин, и в ту же секунду воздух над их головами прошил свинцовый ливень. Пули с визгом рикошетили от бетона и металла.

– Черт, и кого там еще эти мерзавцы приготовили против нас? – прорычал Джим, выглядывая из-за колеса пожарной машины.

– Да тут за наши головы пошлют кого ни попадя! – ответил Лёня, перезаряжая автомат. – А этих нужно снять! Быстро и тихо!

– У меня к ним есть подарочек! – раздался веселый голос Грейсона Ханта.

Он высунулся из-за капота, вскидывая свою снайперскую винтовку «Скальпировщик». Нажав пару кнопок на прикладе, он зарядил особый снаряд. Прицел налился красным. Грей выстрелил. Из ствола вырвался не просто снаряд, а тонкий, как игла, луч раскаленной энергии. Он с хирургической точностью пронзил голову первого Арахноида. Тот дернулся, но не упал. Грей, усмехнувшись, нажал еще одну кнопку на винтовке. Тело пронзенного монстра вспыхнуло и с оглушительным грохотом взорвалось, разрывая на части второго Арахноида, стоявшего рядом.

– А теперь ваша очередь, мальчики и девочки! – крикнул Грей.

Лёня, Геральт, Мерида и Бласковиц, вооружившись своими снайперскими винтовками, заняли позиции. Четыре одновременных выстрела, четыре сухих хлопка глушителей – и оставшиеся четыре Арахноида, с пробитыми головами, один за другим рухнули на землю.

– Чисто, – констатировал Лёня. – Идем дальше. По плану, за этим туннелем должен быть склад.

Они вышли из туннеля в огромное, гулкое помещение. Это действительно был склад. Высоченные, уходящие в сумрак потолка стеллажи были заставлены тысячами ящиков, контейнеров и бочек. Запах машинного масла, картона и пыли висел в воздухе.

– Рассредоточиться! – приказал Лёня. – Ищем все полезное. Оружие, боеприпасы, медикаменты. Нам все пригодится.

Команда разделилась. Это было похоже на рождественское утро для армии мародеров. Ящики, помеченные красным крестом, оказались набиты армейскими аптечками, стимуляторами и обезболивающими. Катя с Анной и Моаной тут же принялись организовывать импровизированный медпункт, пополняя свои сумки. Другие ящики, с оружейной маркировкой, скрывали в себе целые арсеналы: автоматы, дробовики, пистолеты-пулеметы, гранаты всех мастей и горы патронов. Нашлись даже несколько стационарных зарядных устройств для брони, к которым тут же подключились Думгай и Мастер Чиф.

Пока остальные методично опустошали контейнеры, Нари, юная волшебница, вдруг замерла посреди склада. Она медленно повернула голову, ее глаза были устремлены на большой, ничем не примечательный металлический контейнер в дальнем углу.

– Там… что-то есть, – прошептала она. – Я чувствую. Сила.

Лёня подошел к ней.

– Что ты чувствуешь?

– Не знаю. Похоже на магию, но… другую. Горячую. Яростную.

Они подошли к контейнеру. Думгай без лишних слов подошел и одним движением оторвал массивную стальную дверь.

Внутри, на мягкой бархатной подложке, лежал странный предмет. Это был массивный, грубо отесанный краеугольный камень из черного, как ночь, обсидиана. А на его вершине, в специальном углублении, медленно вращался огромный, ограненный рубин. Он был размером с человеческое сердце и пульсировал глубоким, кроваво-красным светом, излучая волны ощутимого жара.

– Что это? – спросила Мирабель, с опаской заглядывая внутрь.

Мерлин подошел ближе, его брови сошлись на переносице. Он протянул руку, но не коснулся камня, лишь провел ладонью в нескольких сантиметрах над ним.

– Хм, похоже на какой-то очередной волшебный артефакт! – пробормотал он. – И причем он почти тот же самый, что был на вышке, но только совсем другой! Тот был холодным, чистым. А этот… этот полон ярости. Гнева.

– Значит, он может снабдить нас другой энергией? – спросил Бласковиц, с интересом разглядывая рубин.

– Не энергией, а силой! – поправил его Мерлин. – Чистой, необузданной боевой мощью. Это очень опасно, но… его можно использовать.

Лёня посмотрел на пульсирующий рубин, затем на лица своих товарищей. Они были измотаны. Энергии, полученной от первого артефакта, хватило, чтобы продержаться, но впереди их ждал спуск в каньон и штурм сектора «Лямбда». Им нужна была любая помощь.

– Делаем, – решительно сказал он. – Как в прошлый раз. Все, возьмитесь за руки.

Они снова образовали живую цепь вокруг контейнера. Лёня глубоко вздохнул и, протянув руку, коснулся теплой, гладкой поверхности краеугольного камня.

В тот же миг его тело пронзил удар. Не электрический, как в прошлый раз, а огненный. По венам хлынул поток раскаленной лавы, заставляя каждую мышцу напрячься до предела. Он почувствовал не холодную решимость, а кипящую, первобытную ярость. Желание рвать, крушить, уничтожать. И вместе с этим пришло знание. Новое знание. Он инстинктивно поднял свободную руку, растопырив пальцы. Между ними заплясали и собрались в единое целое красные искры, формируя светящуюся, пульсирующую стрелу из чистой энергии.

Он оглядел остальных. Они тоже это чувствовали. Геральт сжал кулак, и вокруг него вспыхнули красные руны. Рапунцель с удивлением смотрела на свои руки, между которыми плясали огненные всполохи. Даже Дюк Нюкем, скептик до мозга костей, с изумлением разглядывал красное свечение, окутавшее его ладонь.

Рубин на камне вспыхнул в последний раз, ослепительно-алым, а затем погас. Весь артефакт – и камень, и рубин – за несколько секунд рассыпался в серый прах, который тут же развеял сквозняк.

Не успели они прийти в себя от новых ощущений, как со всех сторон раздался леденящий душу визг. Из-за стеллажей, из темных углов, с верхних галерей, спрыгивая на пол, начали появляться новые твари. Десятки тварей. Уродливые, безволосые гуманоиды с огромными когтями и рядами острых, как иглы, зубов. Альгули.

– Засада! – крикнул Тоби.

– Дьявол! – выплюнул Лёня. Его рука, в которой все еще плясали красные искры, сама собой поднялась. – Ладно, давайте опробуем на них этот дар!

Он выстрелил. Красная энергетическая стрела сорвалась с его пальцев и с шипением вонзилась в грудь ближайшего Альгуля. Монстр не просто упал. Его тело вспыхнуло, как факел, и за секунду он обратился в горстку пепла.

Это послужило сигналом. Весь отряд, словно по команде, обрушил на орду монстров свою новую, яростную мощь. Склад озарился десятками красных вспышек. Те, кто никогда не владел магией, с диким восторгом и удивлением стреляли энергетическими стрелами из рук, наблюдая, как враги обращаются в прах. Это было не похоже на стрельбу из автомата. Каждый выстрел был продолжением их воли, их ярости. Через полминуты от десятков Альгулей остались лишь дымящиеся кучки пепла на бетонном полу.

– Вот это я понимаю, апгрейд! – восхищенно присвистнул Дюк Нюкем, сдувая несуществующий дымок с кончиков пальцев.

Вооружившись до зубов и обретя новую, разрушительную силу, они покинули склад и направились к следующей точке на карте – большому зданию общежития для работников комплекса.

Войдя внутрь, они замерли. Вестибюль и коридоры были усеяны трупами. Но это была не односторонняя бойня. Здесь лежали вперемешку и американские военные из H.E.C.U., и инопланетные пехотинцы, и даже несколько зомби. Стены были изрешечены пулями, повсюду виднелись следы взрывов и оплавленные дыры от плазменного оружия.

– Ох, Секлос и Гилиум! – выдохнула Каранда, королева Акиридиона-5, с ужасом глядя на побоище.

– Да они тут всех друг друга перебили! – сказала Анна, прижимаясь к Эльзе.

– Нет, – тихо произнес Антон Сью, отец Мэри. Он присел на корточки у одного из тел и указал на стену за ним. – Посмотрите на вот эту пулю.

Он поддел ножом и извлек из бетона деформированный кусок металла.

– Калибр 7.92. И характерные нарезы. Это патрон от немецкого оружия.

Он подошел к другому трупу, на этот раз пришельца, и указал на дырки в его хитиновом панцире.

– А это – следы от штурмовой винтовки. Тоже немецкой.

Мэри Сью, стоявшая рядом, кивнула.

– Он прав. Я узнаю эту работу. Так действует имперская армия.

Всем стало не по себе. Значит, в этой мясорубке участвовала третья, неизвестная им сила. Кто-то, кто был достаточно силен, чтобы сражаться и с людьми, и с пришельцами одновременно. И побеждать.

Они двинулись дальше, и картина повторялась. Этаж за этажом они находили лишь трупы. Но что было самым странным – все камеры видеонаблюдения на стенах и автоматические турели на потолках были уничтожены. Не просто разбиты, а аккуратно, точечными выстрелами, выведены из строя.

– Хм, вот же хитрецы какие! – проворчал Стоик. – Все подчистили за собой.

– Умеют они заметать свои следы, – согласилась Катя.

Наконец, на одном из верхних этажей, Геральт, чье ведьмачье зрение было острее человеческого, заметил то, что остальные пропустили. На полу, едва видимый в полумраке, тянулся след. Темный, влажный, кровавый след от ботинок.

Мэри и Антон тут же узнали характерный рисунок протектора.

– Имперские сапоги, – констатировала Мэри, ее голос был холоден. – Они прошли здесь совсем недавно.

Загадка становилась все глубже. Вся команда, забыв про осторожность, двинулась по кровавому следу. Он вел их через пустые комнаты отдыха, через разгромленную столовую, и, наконец, вывел их к конечной цели – станции монорельса.

Станция была небольшой, но современной. Стеклянная крыша, ряды пластиковых сидений, и за стеклянной стеной – платформа, над которой висел изящный, обтекаемой формы поезд. Кровавый след вел прямо к краю платформы и… обрывался. Просто исчезал. Словно тот, кто его оставил, растворился в воздухе.

– Телепорт? – предположил Крел. – Или какая-то маскировочная технология?

Ответа не было. Но стоять и гадать они не могли. Лёня отошел в сторону, глядя на уходящие в темноту туннеля рельсы. Столько вопросов. И главный из них, который мучил его с самого начала этого безумия: почему он? Почему какой-то сирота из Новосибирска, ветеран никому не нужной войны, оказался в списке жертв для богохульного ритуала? Кто его родители? Была ли у него вообще семья? Он никогда не задавался этими вопросами, смирившись со своей судьбой одиночки. Но теперь, когда его жизнь и жизни его новых друзей были поставлены на карту, эти вопросы жгли его изнутри.

– Лёня? – тихий голос Кати вывел его из задумчивости.

Он обернулся. Она стояла рядом, с тревогой глядя на него.

– Все в порядке, – соврал он, выдавив из себя улыбку. – Просто задумался.

Он отложил загадки на потом. Сейчас нужно было двигаться.

– Поезд! – скомандовал он. – Проверяем.

Состав был в идеальном состоянии, но полностью обесточен. Двери заблокированы, свет не горел.

– Не проблема, – сказал король Фиалиор, отец Ажи и Крела. Он, вместе со своей женой, сыном и дочерью, подошел к щитку управления станцией.

Для семьи Тарон это было не сложнее, чем для Рапунцель испечь пирог. Их пальцы забегали по панелям, серраторы загудели, и через пару минут по всей станции вспыхнул свет, а поезд под ними мягко загудел, оживая. Двери с тихим шипением разъехались.

– Готово, – с улыбкой сказала королева Каранда.

Они все погрузились в вагон. Внутри было чисто и пусто. Лёня подошел к пульту управления в головной части. На дисплее высветилась карта монорельсовой сети.

– Нам нужен сектор «Лямбда», он на той стороне каньона, – сказал Крел, заглядывая ему через плечо. – Но прямого пути нет. Нам придется сделать остановку на промежуточной станции. Научно-исследовательская лаборатория номер 74-Х. Она находится прямо перед мостом через каньон. Оттуда можно будет пройти несколько километров пешком.

– Значит, едем до лаборатории 74-Х, – решил Лёня.

Он нажал на нужную иконку на дисплее. Поезд мягко тронулся и, набирая скорость, понесся в темноту туннеля, вися над единственным рельсом.

В вагоне воцарилась тишина. Герои расселись по удобным креслам. Впервые за много часов у них появилась возможность перевести дух. Кто-то достал флягу с водой, кто-то – энергетический батончик. Дюк Нюкем, наконец, раскурил свою сигару, выпустив в потолок облако ароматного дыма.

Лёня сидел у окна, глядя на проносящиеся мимо огни туннеля. Он чувствовал, как Катя положила голову ему на плечо. Он обнял ее, прижав к себе.

Перекур. Короткая передышка в сердце вражеской территории. Поезд уносил их все дальше, к новой неизвестности, к новой битве. Но сейчас, в эту минуту, они были вместе. И это давало силы.