← Назад к обзору

Мортэ

Наследие теней и пепел прошлого

Поместье семьи Мортэ возвышалось над скалистым берегом, словно древний бастион, высеченный из самого ночного неба. Огромное здание из черного мрамора и стекла казалось живым организмом, пульсирующим скрытой мощью. Здесь не было суеты, свойственной обычным особнякам богачей; тишина здесь была густой и тяжелой, пропитанной запахом озона и дорогого табака.

Семью Сон привели в порядок быстро и эффективно. Слуги, двигавшиеся с пугающей бесшумностью, предоставили им чистую одежду, возможность смыть с себя дорожную пыль и кровь, а также обработали мелкие ссадины. Спустя два часа Иль-Хван, Кен-хе и дети сидели в просторной зале, где высокие сводчатые потолки терялись в полумраке. Перед ними стоял стол, ломившийся от еды, но аппетита почти не было. Страх сменился гнетущим ожиданием.

Иль-Хван то и дело поглядывал на сына. Джинву сидел прямо, его взгляд был прикован к массивным дубовым дверям. Мальчик не притронулся к еде, его кулаки были сжаты до белизны в костяшках. Он всё еще чувствовал тот холодный жар, который исходил от их спасителя на складе.

Двери распахнулись.

В зал вошел Юки. На этот раз на нем не было пиджака — только белоснежная рубашка с закатанными рукавами и строгие черные брюки. В домашней обстановке его атлетическое телосложение было еще заметнее. Несмотря на возраст, в каждом его движении сквозила грация хищника, уверенного в своей абсолютной власти.

Особое внимание привлекала татуировка, покрывающая его правое плечо, часть груди и предплечье. Сложные графические узоры, переплетающиеся с изображениями цветов и абстрактными линиями, казались живыми, когда мышцы под кожей перекатывались при ходьбе.

Юки сел в массивное кресло напротив семьи Сон и жестом велел слугам удалиться. Наступила тишина, прерываемая лишь треском дров в камине.

– Думаю, мне стоит официально представиться, – начал он, и его голос, спокойный и глубокий, эхом отразился от стен. – Меня зовут Окумура Д. Юкио, или просто Юки. Я — десятый босс мафиозной семьи Мортэ.

Иль-Хван вздрогнул. Имя «Мортэ» в определенных кругах было синонимом смерти.

– Я совсем недавно занял это кресло, – продолжал Юки, не обращая внимания на их реакцию. – Мой дед скончался, а я — единственный прямой наследник. Мир мафии жесток, Иль-Хван. И он не терпит пустоты. Многие считают, что двенадцатилетний ребенок — это легкая добыча, слабое звено, которое можно вырвать с корнем. Поэтому мне нужны союзники. Верные, сильные и те, кому нечего терять.

Юки медленно встал и подошел к Пак Кен-хе. Женщина замерла, инстинктивно прижав к себе Джи-А. Иль-Хван дернулся было вперед, но тяжелый, почти осязаемый взгляд Юки пригвоздил его к месту.

– Рак, – коротко бросил Юки, глядя на Кен-хе. – Почти последняя стадия. Вы скрывали это от семьи, не так ли?

Кен-хе побледнела, ее губы задрожали. Иль-Хван замер, глядя на жену с ужасом и непониманием.

– Но я могу это исправить, – Юки мягко положил руку ей на голову.

В ту же секунду из его ладони вырвалось черное пламя. Но оно не обжигало. Оно окутало женщину нежным, пульсирующим коконом, проникая сквозь поры кожи, внутрь ее тела. Кен-хе выдохнула, ее глаза расширились, а по телу разлилось тепло, какого она не чувствовала годами. Боль, ставшая привычным фоном ее жизни, исчезла, сгорая в очищающем огне Мортэ.

Юки убрал руку и непринужденно засунул ладони в карманы брюк, возвращаясь к своему креслу.

– Считайте это авансом, – бросил он через плечо. – Теперь вы здоровы.

– Почему? – хрипло спросил Иль-Хван, глядя на жену, к которой на глазах возвращался здоровый румянец. – Зачем вам помогать нам? Мы — никто.

– Мне не нужны «никто», – Юки снова сел, закинув ногу на ногу. – Мне нужны те, кто примет силу моих самых верных подданных. Эшборн и Орэз... они служили моей семье веками. Но их время в этом мире на исходе. Им нужны преемники, сосуды, способные выдержать их мощь и продолжить их дело под моим началом.

Он перевел взгляд на Джинву, который слушал каждое слово, затаив дыхание.

– Ты, Сон Иль-Хван, и твой сын, Джинву. Вы идеально подходите. Эшборн выбрал мальчика, а Орэз — тебя.

В зале снова материализовались две тени. Огромный рыцарь в доспехах, Эшборн, встал за спиной Джинву, а изящный Орэз — за спиной Иль-Хвана. От них исходила такая мощь, что воздух в комнате стал густым, как патока.

– Взамен я обещаю полную защиту вашей семье, – голос Юки стал жестким, деловым. – Ваша дочь получит лучшее образование, какое только можно купить за деньги. Ваша жена будет жить в безопасности и достатке. Но вы... вы получите силу, чтобы больше никто и никогда не посмел вас унизить или причинить боль вашим близким.

Юки подался вперед, и его небесно-голубые глаза вспыхнули ледяным пламенем.

– Но мне нужна абсолютная преданность. У меня полно врагов. Семья Верде веками враждует с Мортэ, и они не остановятся ни перед чем, чтобы уничтожить меня. Вы станете моими клинками. Моими тенями. Согласны ли вы на такую сделку?

Иль-Хван посмотрел на жену, которая теперь дышала легко и свободно, на испуганную дочь и, наконец, на сына.

Джинву поднялся со своего места. Его маленькое тело все еще дрожало, но в глазах больше не было страха. Там горела решимость, которую Юки заметил еще на складе.

– Если я получу силу... – голос мальчика окреп. – Если я смогу защитить свою семью так же, как ты... я согласен.

Юки едва заметно улыбнулся. Это была улыбка кукловода, чей план начал воплощаться в жизнь.

– А ты, Иль-Хван? – Юки перевел взгляд на отца семейства. – Готов ли ты променять свою спокойную, но уязвимую жизнь на могущество, окропленное кровью врагов?

Иль-Хван медленно встал, чувствуя, как за его спиной Орэз положил призрачную руку ему на плечо. Он понимал, что пути назад нет. Мир, который он знал, рухнул в тот момент, когда их схватили работорговцы. Теперь был только этот мальчик-босс и шанс стать кем-то большим, чем просто жертвой.

– Я сделаю всё, чтобы мои дети были в безопасности, – твердо ответил Иль-Хван. – Я принимаю ваше предложение, господин Юки.

Юки щелкнул пальцами, и в зале внезапно погасли все светильники, кроме камина. Тьма сгустилась, становясь почти осязаемой.

– Хорошо, – произнес Юки, и в полумраке его глаза светились, как два голубых топаза. – Эшборн, Орэз... начинайте слияние. Это будет больно. Но если вы выживете, вы забудете о слабости навсегда.

В следующую секунду зал наполнился криками, которые тут же были поглощены черным пламенем. Тьма хлынула в тела Джинву и Иль-Хвана, перекраивая их мышцы, кости и саму суть. Юки наблюдал за этим процессом с холодным спокойствием, потягивая сигарету, которую он только что зажег от кончиков своих пальцев.

Он знал, что сегодня он не просто спас семью. Он создал монстров, которые станут его главной опорой в грядущей войне. Семья Верде еще не знала, что правила игры изменились.

– Добро пожаловать в семью Мортэ, – прошептал Юки, выпуская облако дыма в сторону бьющихся в агонии теней. – Постарайтесь не разочаровать меня.

Когда пламя улеглось, в зале воцарилась тишина. На полу, тяжело дыша, лежали двое. Их кожа казалась бледнее, а аура, исходящая от них, теперь была до боли похожа на ауру самого Юки.

Джинву первым поднял голову. Его глаза, прежде карие, теперь отливали стальным блеском, а в самой глубине зрачков затаилась фиолетовая искра. Он посмотрел на свои руки, чувствуя, как под кожей пульсирует мощь, способная сокрушать горы.

– Вставайте, – скомандовал Юки. – У нас мало времени. Мои шпионы доложили, что Верде уже начали стягивать силы к границам наших территорий. Завтра начнется ваше обучение.

Он подошел к окну, глядя на ночной Сеул, раскинувшийся внизу. Город огней, город порока, город, который скоро узнает имя своего нового истинного короля.

– Джинву, – позвал Юки, не оборачиваясь.

– Да, Босс? – голос мальчика изменился, стал тверже, взрослее.

– Никогда не забывай вкус своей слабости. Пусть он станет твоим топливом. В этом мире ты либо хищник, либо пепел под ногами хищника. Третьего не дано.

Джинву встал, чувствуя, как тень Эшборна внутри него одобрительно загудела. Он посмотрел на Юки — своего спасителя, своего господина и своего единственного ориентира в этом новом, жестоком мире.

– Я никогда не забуду, – пообещал он.

В ту ночь поместье Мортэ не спало. В подвалах и тренировочных залах ковалась новая сила, а в кабинете молодого босса на столе лежала карта, на которой красным цветом были отмечены цели, подлежащие уничтожению. Эпоха Черного Пламени только начиналась.