← Назад к обзору

Мортэ

Тень Волка и Зеркало Души

Семь дней в поместье Мортэ пролетели как в лихорадочном сне. Для Сон Иль-Хвана и Джинву время утратило свою привычную линейность. Оно измерялось не часами, а литрами пролитого пота, жгучей болью в мышцах и темным, вязким ощущением силы, которая теперь текла по их венам вместо обычной крови. Орэз и Эшборн были суровыми наставниками. Они не учили их драться — они учили их быть самой Тенью.

Госпожа Пак Кен-хе, впервые за долгие годы почувствовавшая себя по-настоящему живой, нашла утешение в огромных оранжереях поместья. Юки предоставил ей и маленькой Джи-А полную свободу. Девочка, быстро оправившаяся от шока благодаря заботе слуг и ощущению безопасности, теперь повсюду следовала за матерью, помогая ей ухаживать за редкими черными розами, которые, казалось, цвели здесь круглый год.

Сам же Юки, несмотря на свой возраст, редко покидал рабочий кабинет или тренировочную площадку. В этот вечер он сидел на веранде, выходящей на полигон. На нем была простая черная футболка, открывающая взору татуировки на руках, и свободные штаны. Перед ним на столе лежала стопка отчетов о передвижениях семей Верде и Чино, но его взгляд был устремлен вдаль. Он задумчиво перелистывал страницы, помечая что-то карандашом. Враги затихли, но Юки знал — это лишь затишье перед бурей. Они выжидают, когда «ребенок» совершит ошибку.

На тренировочной площадке Иль-Хван и Джинву только что закончили очередной спарринг под присмотром теней. Эшборн, чья массивная фигура в доспехах возвышалась над ними, словно статуя, убрал свой призрачный меч. Орэз, стоявший чуть поодаль, растворился в воздухе, оставив после себя лишь легкое колебание пространства.

Иль-Хван тяжело опустился на скамью, вытирая лицо полотенцем. Его тело стало суше и крепче, а взгляд — острее. Джинву присел рядом, его дыхание было частым, но он восстанавливался удивительно быстро. Мальчик посмотрел в сторону веранды, где в мягком свете ламп виднелся силуэт их спасителя.

– Папа, – тихо позвал Джинву, не отрывая глаз от Юки. – Ты когда-нибудь видел кого-то похожего на него?

Иль-Хван покачал головой, проследив за взглядом сына.

– Нет, Джинву. В мире мафии много чудовищ в человеческом обличье, но Юки... он другой. Он не просто силен. Он — сама суть этой силы.

В этот момент Эшборн, который всё еще стоял рядом, внезапно заговорил. Его голос звучал так, будто сталкивались тектонические плиты, глубоко и гулко.

– Вы хотите знать о нем, – это был не вопрос, а утверждение.

Джинву вздрогнул и обернулся к рыцарю.

– Расскажи нам, Эшборн. Кто он на самом деле? Почему в двенадцать лет он командует армией теней и заставляет дрожать целые кланы?

Тень великого воина медленно склонила голову, словно прислушиваясь к чему-то, понятному лишь ей.

– Окумура Д. Юкио — не просто наследник Мортэ, – начал Эшборн, и воздух вокруг них стал холоднее. – Семья Мортэ всегда была связана с Черным Пламенем, но Юки... он родился с Бездной внутри. Когда ему было пять лет, его отец погиб в засаде, устроенной предателями внутри семьи. Юные наследники обычно прячутся, но не он. В ту ночь поместье Мортэ окрасилось в черный цвет. Ребенок, который едва доставал до пояса взрослым мужчинам, сжег тридцать вооруженных наемников за считанные минуты.

Иль-Хван сглотнул, представив эту картину. Маленький мальчик среди пепла и крови.

– Его дед, предыдущий Босс, увидел в нем не просто преемника, а само воплощение нашей верности, – продолжал Эшборн. – Юки рос в мире, где каждый вдох мог быть последним. Его не учили играть в игрушки. Его учили убивать, управлять финансами и видеть ложь за любой улыбкой. Он прошел через ритуалы, которые свели бы с ума любого взрослого. Татуировка на его теле — это не просто украшение. Это печати, сдерживающие мощь Черного Пламени, чтобы оно не поглотило его самого.

– Значит, он всегда один? – Джинву почувствовал странный укол жалости, смешанный с восхищением.

– Один на вершине, – подтвердил Эшборн. – До того дня, как он нашел вас. Юки редко проявляет милосердие. Его действия всегда продиктованы логикой и выгодой. Но в вас он увидел то, что когда-то было выжжено в нем самом — узы, которые невозможно разорвать.

В этот момент Юки на веранде поднял голову от бумаг и посмотрел прямо на них. Несмотря на расстояние, его небесно-голубые глаза, казалось, проникали в самую душу. Он встал, взял со стола пачку сигарет и медленным, уверенным шагом направился к тренировочной площадке.

Эшборн мгновенно выпрямился и растворился в тени Джинву, как только Юки подошел ближе.

– Обсуждаете мое прошлое? – спросил Юки, останавливаясь перед ними. Он щелкнул пальцами, и на кончике его указательного пальца вспыхнул крошечный огонек, от которого он прикурил.

Иль-Хван поднялся, чувствуя инстинктивное уважение.

– Мы просто пытаемся понять, кому обязаны жизнью, господин Юки.

Юки выпустил облако дыма, которое тут же развеялось теплым вечерним бризом.

– Жизнью вы обязаны случаю, – холодно произнес он. – А вот своим будущим — только себе. Как успехи с контролем?

Джинву вскочил на ноги, желая показать, чему научился. Он сосредоточился, и его руки окутало легкое фиолетовое марево, исходящее от силы Эшборна.

– Я могу удерживать форму тени почти тридцать секунд, – отрапортовал он.

Юки подошел ближе и внимательно осмотрел ауру мальчика.

– Неплохо для недели, – он протянул руку и коснулся фиолетового пламени. К удивлению Джинву, огонь не причинил Юки вреда, а лишь покорно склонился перед его прикосновением. – Но ты пытаешься бороться с тенью, Джинву. Не делай этого. Тень — это не твой инструмент. Это часть твоего «Я». Прими её, как принимаешь свою руку или ногу.

Он повернулся к Иль-Хвану.

– Орэз говорит, что твоя воля крепка, Иль-Хван. Твоя сила — в защите. Ты станешь щитом этой семьи. Но помни: лучший щит тот, который может нанести ответный удар.

– Я понимаю, господин, – кивнул Иль-Хван. – Но что будет дальше? Верде не будут ждать вечно.

Юки ухмыльнулся, и в этой ухмылке промелькнуло что-то пугающе-детское и одновременно древнее.

– Они уже начали действовать. Сегодня вечером один из моих грузовиков в порту был задержан их людьми. Они думают, что я буду вести переговоры. Они думают, что я — напуганный ребенок, который прячется за спинами теней.

Он бросил окурок и раздавил его.

– Завтра мы отправимся в порт. Все вместе.

Джинву замер.

– Нам... нам уже можно участвовать в делах семьи?

Юки посмотрел на него сверху вниз.

– Тренировки в зале не стоят ничего, если ты не чувствуешь запаха страха врага. Завтра вы увидите, как работает Мортэ. Вы не будете сражаться на передовой — пока что. Ваша задача — наблюдать и учиться. И если кто-то из людей Верде решит проверить вас на прочность... покажите им, почему я выбрал именно вас.

– Мы не подведем, – твердо сказал Джинву.

Юки кивнул, его взгляд на мгновение смягчился, когда он посмотрел в сторону оранжереи, где мелькали силуэты Кен-хе и Джи-А.

– Идите отдыхать. Завтра будет долгий день. И, Джинву...

Мальчик обернулся.

– Не пытайся быть похожим на меня, – тихо сказал Юки. – Будь тем, кто сможет стоять рядом со мной. Мне не нужны копии. Мне нужны соратники.

С этими словами Юки развернулся и ушел обратно в дом, оставив отца и сына наедине с их мыслями и растущей внутри силой.

Ночь опустилась на поместье Мортэ. В тишине коридоров слышались лишь шаги невидимых охранников. В своей комнате Джинву лежал на кровати, глядя в потолок. Он чувствовал, как Эшборн внутри него ждет, предвкушая завтрашний выход.

– Я стану сильнее, – прошептал он в темноту. – Ради семьи. Ради него.

А в кабинете на верхнем этаже Юки сидел перед мониторами, наблюдая за камерами наблюдения в порту. На экране мелькали люди в зеленых куртках — знак семьи Верде. Они обыскивали его груз, смеясь и не подозревая, что их время уже сочтено.

Юки коснулся пальцами герба на своей груди. Золотой волк, казалось, оскалился в ответ.

– Мусор, – прошептал он, и его глаза вспыхнули ярким небесным светом. – Завтра вы узнаете, что такое настоящий гнев Мортэ.

Мир мафии был жесток, но он еще не знал, что под крылом двенадцатилетнего босса рождается легенда, которая перевернет все устои этого прогнившего общества. Сон Джинву еще не знал своего титула, но тень Эшборна уже знала — перед ней стоит будущий Монарх Теней, пусть и в мире, где нет подземелий, а есть только холодный блеск стали и черное пламя мести.