← Назад к обзору

Мой кинни

Железная клетка и запах стерильности

– Если ты еще раз попытаешься встать, я примотаю тебя к кровати армированным скотчем. И мне плевать, что скажет врач.

Голос Дракена вибрировал от сдерживаемой ярости. Он сидел на неудобном пластиковом стуле в углу больничной палаты, скрестив руки на груди. Его собственная голова была забинтована, а на скуле красовался внушительный синяк, но по сравнению с тем, как выглядела Сая, он казался образцом здоровья.

Девушка замерла, наполовину высунувшись из-под одеяла. Её загипсованная нога, подвешенная на специальном блоке, выглядела инородным телом. Рваные пряди волос разметались по подушке, а черные глаза, обычно горевшие вызовом, сейчас казались провалами в пустоту на бледном, осунувшемся лице.

– Мне нужно в туалет, Кен, – прохрипела она, пытаясь нащупать здоровой ногой пол. – И я не собираюсь пользоваться этой унизительной уткой.

– Сядь. Назад, – отчеканил брат. – Сейчас придет медсестра и поможет тебе пересесть в кресло. Сама ты не сделаешь ни шагу. Ближайшие два месяца твоя жизнь будет проходить по моему расписанию.

Сая со свистом выдохнула воздух сквозь зубы. Боль в сломанной голени пульсировала в такт сердцебиению, но ярость в груди была сильнее.

– Ты не можешь держать меня под замком!

– О, еще как могу, – Дракен подался вперед, и тень от его массивной фигуры накрыла кровать. – Ты чуть не сдохла, Сая. Из-за моей слабости и твоего идиотизма. Хамма почти перерезал тебе горло. Если бы не Майки...

Он замолчал, сглотнув ком. Сая отвернулась к окну, за которым шумел последождевой Токио. Она помнила холод стали у горла. Помнила, как хрустнула её кость под ударом арматуры. Но признать поражение означало признать свою слабость, а этого она допустить не могла.

– Это была случайность, – буркнула она. – Я просто поскользнулась в этих чертовых тапках.

– Эти «чертовы тапки» были единственным шансом сделать из тебя человека, – Дракен встал и подошел к кровати. – Но я понял свою ошибку. Свободный выгул закончился. С этого дня, Сая, ты будешь жить по правилам. Никаких драк. Никаких байков. Никаких ночных прогулок с Чифую. Ты пойдешь в школу и будешь выглядеть как нормальная девушка, даже если мне придется самому заплетать тебе косички.

Сая издала резкий, лающий смешок.

– Косички? Ты серьезно? Посмотри на мою голову, Кенчик. Тут нечего заплетать.

– Отрастут, – отрезал он. – Я уже договорился с Эммой. Она принесет тебе вещи. Твои косухи и драные джинсы я отправил в мусоросжигатель.

В палате повисла тяжелая, удушливая тишина. Для Саи это было равносильно смертному приговору. Её одежда, её стиль, её право драться наравне с парнями — это было всё, что у неё было. Её идентичность. Без этого она превращалась в просто «сестру Дракена», в тень великого человека.

– Я тебя ненавижу, – тихо сказала она, не глядя на него.

– Переживешь, – бросил он, направляясь к выходу. – Чифую ждет в коридоре. У него есть пять минут. И не вздумай просить его принести тебе сигареты или ключи от байка. Я обыщу его на выходе.

Дверь захлопнулась с негромким щелчком. Через мгновение она снова открылась, и в палату проскользнул Мацуно. Он выглядел помятым: пластырь на носу, ссадина на лбу, но в руках он бережно сжимал бумажный пакет.

– Привет, ниндзя, – он попытался улыбнуться, но улыбка вышла виноватой. – Как ты?

– Ужасно, – Сая откинулась на подушки. – Кен сошел с ума. Он хочет превратить меня в Эмму номер два. Сказал, что сжег мою куртку.

Чифую присел на край стула, на котором только что сидел Дракен. Он заглянул в пакет и достал оттуда коробку с шоколадным молоком и свежий выпуск манги.

– Он просто напуган, Сая. Ты бы видела его, когда тебя везли в операционную. Он разнес стену в приемном покое. Буквально.

– Мне плевать на его чувства, если он лишает меня свободы, – она жадно припала к трубочке с молоком. – Слушай, Чифую, мне нужно, чтобы ты забрал мой байк со стоянки и спрятал его. Если Кен доберется до него...

– Поздно, – Чифую отвел взгляд. – Дракен уже отогнал его в мастерскую. Сказал, что продаст на запчасти, если еще раз увидит тебя за рулем.

Сая едва не подавилась молоком. Кулаки сжались так, что костяшки побелели.

– И ты позволил ему?! Ты же мой лучший друг!

– Именно поэтому я не стал спорить, – Чифую посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд был непривычно серьезным. – Сая, ты чуть не погибла. Когда я увидел тебя в той луже... я подумал, что всё. Что тебя больше нет. Ты думаешь, ты одна такая крутая и независимая? А о нас ты подумала? О том, что будет со мной, если ты не проснешься?

Девушка осеклась. Гнев, бурливший внутри, наткнулся на ледяную стену его искренности. Она привыкла, что Чифую всегда на её стороне, всегда поддерживает её безумные идеи и прикрывает перед братом. Но сейчас он стоял по другую сторону баррикады.

– Ты тоже считаешь, что мне нужно «перевоспитаться»? – с горечью спросила она.

– Я считаю, что тебе нужно время, чтобы зажить, – мягко ответил он. – И если для этого нужно, чтобы ты поносила юбку и посидела дома — пускай. Я буду приходить к тебе каждый день. Будем читать мангу, играть в приставку. Но лезть в разборки... Сая, обещай мне, что ты возьмешь паузу.

– У меня нет выбора, – она кивнула на гипс. – Я даже до туалета дойти не могу.

– Это временно. Кости срастутся.

– А что будет потом? – она подняла на него свои угольно-черные глаза, в которых заблестели непрошеные слезы. – Кто я, если не пацанка из Тосвы? Если я не могу драться, если я не могу ездить... кто останется, Чифую? Пустая оболочка?

Мацуно протянул руку и осторожно накрыл её кулак своей ладонью. Его пальцы были теплыми и мозолистыми.

– Останешься ты. Сая. Та, которая любит острую лапшу, которая знает все созвездия, хотя притворяется, что ей плевать на романтику. Та, которая смеется громче всех, когда мы смотрим тупые комедии. Ты — это не твоя куртка и не твой байк.

– Красиво говоришь, – она шмыгнула носом, отворачиваясь. – Баджи научил?

– Нет, – он улыбнулся, на этот раз искренне. – Это я сам придумал. Пока ждал в коридоре.

Через неделю Саю выписали. Дракен лично привез её домой на такси, бережно перенеся на руках из машины в квартиру. Всё это время он хранил молчание, которое давило сильнее любых криков.

Когда она оказалась в своей комнате, её ждал сюрприз. Все плакаты с мотоциклами были сняты. На их месте висели аккуратные полки с учебниками. На вешалке вместо кожаной косухи висела школьная форма — чистая, отутюженная, с ненавистной клетчатой юбкой.

– Это тюрьма, – прошептала Сая, опираясь на костыли.

– Это твоя новая реальность, – Дракен стоял в дверях. – Завтра придет репетитор. Ты пропустила слишком много занятий из-за своих «подвигов». Пока нога не заживет, ты не выходишь из дома без моего сопровождения.

– Кен, это перебор! – она развернулась к нему, едва не потеряв равновесие. – Ты меня душишь!

– Я тебя спасаю, – отрезал он. – И если ты попытаешься сбежать через окно, я заколочу его досками. Поняла?

– Поняла, – выплюнула она.

Первые две недели «перевоспитания» были адом. Сая саботировала занятия, грубила репетитору и трижды пыталась сжечь школьную юбку, но Дракен словно предвидел каждый её шаг. Он проявлял ангельское терпение, которое бесило её больше, чем его гнев. Он сам готовил ей завтраки, сам приносил лед для опухшей ноги и молча забирал пустые тарелки.

Чифую приходил каждый вечер. Он стал её единственной связью с внешним миром.

– Как там Майки? – спрашивала она, пока они сидели на полу в её комнате.

– Злится, – Чифую листал журнал. – Без Дракена в банде начался беспорядок. Кенчик почти всё время проводит с тобой или в мастерской. Он отошел от дел Тосвы на время твоего восстановления.

Сая замерла с печеньем в руке.

– Из-за меня? Он бросил Майки... из-за меня?

– Он считает себя виноватым, Сая. Он думает, что если бы он больше времени уделял твоему воспитанию, ты бы не полезла в ту драку.

В груди что-то болезненно кольнуло. Она всегда думала, что Дракена заботит только банда, только Майки и их великие цели. Она была для него обузой, младшей сестрой, за которой нужно присматривать в перерывах между битвами. Но теперь, видя его осунувшееся лицо и темные круги под глазами, она поняла, какую цену он платит за её «спасение».

– Я ведь никогда не просила его об этом, – тихо сказала она.

– Ему не нужно твое разрешение, чтобы любить тебя, – Чифую отложил журнал и посмотрел на неё. – Знаешь, Сая... может, это твой шанс?

– Шанс на что? Стать домашней девочкой и варить суп?

– Шанс понять, что сила — это не только кулаки. Дракен силен не потому, что он выше всех. А потому, что он может нести ответственность за тех, кто ему дорог. Попробуй и ты. Хотя бы ради него.

Той ночью Сая долго не могла уснуть. Она смотрела на свои руки — тонкие, с заживающими ссадинами на костяшках. Она всегда гордилась тем, что она «пацанка», что она не такая, как все. Но что, если эта уникальность была просто щитом? Способом привлечь внимание брата, который всегда был слишком занят?

На следующее утро, когда Дракен зашел в её комнату с подносом, он замер на пороге.

Сая сидела за столом. На ней была школьная блузка, застегнутая на все пуговицы. Она пыталась расчесать свои короткие, неровные пряди, глядя в маленькое зеркальце.

– Кен, – она не обернулась, но он увидел её отражение. – Помоги мне с этим. У меня сзади не получается.

Дракен медленно поставил поднос на кровать. Его руки, привыкшие бить и чинить моторы, заметно дрожали, когда он подошел к ней. Он взял расческу и осторожно, почти невесомо, провел по её волосам.

– Ты... ты надела форму, – голос его охрип.

– Юбка всё еще отвратительна, – буркнула она, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Но я подумала... если я буду хорошо учиться, ты позволишь мне иногда приходить в мастерскую? Просто смотреть, как ты работаешь.

Дракен остановился. Он положил руки ей на плечи, и в зеркале их глаза встретились. Черные, как угли, и спокойные, как глубокое озеро.

– Если ты закончишь семестр без троек, – тихо сказал он, – я сам соберу тебе новый байк. Лучше прежнего.

Сая всхлипнула, шмыгнув носом, и резко развернулась, утыкаясь лицом в его живот. Она обняла его так крепко, как только могла, игнорируя боль в ноге.

– Прости меня, Кенчик. Я такая дура.

Дракен прижал её к себе, зарываясь подбородком в её колючую макушку.

– Мы оба дураки, Сая. Но мы — семья. А семья не сдается.

Прошел месяц. Гипс сняли, сменив его на эластичный бинт. Сая всё еще прихрамывала, но в её походке появилась новая уверенность. Она не стала «леди» в классическом понимании — её волосы всё еще были обрезаны криво, а под школьной юбкой она часто носила спортивные шорты, — но в её взгляде больше не было той дикой, беспричинной ярости.

Чифую ждал её у ворот школы. Он улыбнулся, увидев, как она уверенно шагает к нему, закинув рюкзак на одно плечо.

– Эй, отличница! Пойдем в кафе? Я угощаю.

– Только если там есть острый рамен, – Сая толкнула его плечом. – И не называй меня так. Я всё еще могу прописать тебе двоечку, Мацуно.

– Не сомневаюсь, – он рассмеялся, подставляя ей локоть. – Но сегодня мы будем просто гулять. Дракен дал добро до восьми вечера.

Они шли по улицам Сибуи, и Сая ловила свое отражение в витринах. Она видела девушку, которая больше не пыталась кому-то что-то доказать. Она видела Саю — сестру Дракена, лучшую подругу Чифую и человека, который наконец-то нашел мир внутри себя.

Контроль брата не сломал её. Он стал тем самым каркасом, который позволил ей вырасти заново, не превращаясь в пепел. И когда где-то вдалеке послышался рев мотора, Сая лишь улыбнулась. Её время гонок еще придет. Но теперь она знала, ради чего ей стоит возвращаться домой каждую ночь.