← Назад к обзору

Муж по контракту

Танец на грани инея и искр

Утро в ледяном замке началось не с пения птиц — в этих краях птицы не пели, их дыхание замерзало на лету, — а с резкого, бесцеремонного стука в тяжелую дубовую дверь. Блейз подскочил на кровати, путаясь в меховых одеялах. Его рыжие волосы стояли дыбом, а в глазах еще плескались остатки сна, в котором он бегал по родным солнечным дюнам.

– Просыпайся, огненное бедствие, – раздался спокойный, до невозможного бодрый голос Эйса.

Принц льда стоял у изножья кровати, полностью одетый в официальный мундир глубокого синего цвета с серебряным шитьем. На его плече покоился короткий меховой плащ, а в руках он держал поднос с дымящейся чашкой.

– Который час? – прохрипел Блейз, пытаясь пригладить волосы. – В твоем королевстве солнце вообще встает или оно тоже замерзло по пути?

– Солнце здесь — гость редкий и пугливый, – Эйс подошел ближе и поставил поднос на прикроватную тумбу. – Как и твое хорошее настроение по утрам, судя по всему. Пей. Это отвар из северных ягод и корня имбиря. Поможет твоим магическим каналам не забиться инеем.

Блейз подозрительно покосился на чашку.

– Ты туда ничего не подсыпал? Какое-нибудь сонное зелье или... я не знаю, яд для усмирения строптивых принцев?

Эйс картинно вздохнул и, наклонившись, оказался лицом к лицу с Блейзом. Его глаза, прозрачные, как лед на глубоком озере, насмешливо сузились.

– Блейз, если бы я хотел от тебя избавиться, я бы просто оставил тебя вчера в коридоре. Поверь, отравить тебя — слишком скучный финал для нашей истории. Я предпочитаю более... интерактивные методы.

Он протянул руку и внезапно щелкнул Блейза по носу. Тот вскрикнул от неожиданности, и в комнате явственно запахло озоном — маленькая искорка сорвалась с его плеча и прожгла крошечную дырочку в шелковой простыне.

– Эй! – возмутился Блейз, хватаясь за нос. – Ты невыносим!

– А ты очарователен, когда злишься, – Эйс выпрямился, довольный произведенным эффектом. – Одевайся. Сегодня мы официально принимаем послов из Земного Царства. Твой брат, Квейк, прислал дары. Тебе стоит присутствовать, если не хочешь, чтобы поползли слухи, будто я держу тебя в подземелье на цепи.

– Квейк? – глаза Блейза радостно блеснули. – Он приехал сам?

– Нет, прислал делегацию. Но там есть письмо лично для тебя. Я отдам его, когда ты приведешь себя в порядок и перестанешь выглядеть как всклокоченный птенец феникса.

Эйс вышел, оставив после себя легкий шлейф холода и аромат мяты. Блейз выругался сквозь зубы, но за напиток взялся. Отвар оказался удивительно вкусным — терпким, кислым и горячим. Тепло разлилось по венам, вытесняя ночную зябкость.

Через час Блейз уже стоял перед зеркалом, затягивая широкий кожаный пояс поверх алого кафтана. Это была одежда его родины, адаптированная под местный климат — подбитая тонким мехом, но сохранившая яркие цвета пламени. Он выглядел чужеродным пятном в этом серо-голубом мире, и это придавало ему сил.

Тронный зал встретил его торжественным безмолвием. Огромные ледяные колонны уходили высоко вверх, теряясь в тени сводов. Послы Земного Царства — крепкие мужчины в коричневых одеждах — выглядели здесь так же неуютно, как и сам Блейз.

Эйс сидел на малом троне справа от своего отца. Увидев Блейза, он едва заметно кивнул, указывая на кресло рядом с собой.

Церемония тянулась бесконечно долго. Речи о мире, дружбе и торговле камнями казались Блейзу невыносимо скучными. Он чувствовал, как внутри него закипает энергия, требующая выхода. Он начал незаметно вертеть в руках маленькую монетку, разогревая её докрасна, пока Эйс не накрыл его ладонь своей.

– Перестань, – прошептал принц льда, не меняя выражения лица и продолжая смотреть на послов. – Ты сейчас прожжешь дыру в подлокотнике. Терпи. Это часть долга.

– Мой долг — защищать, а не выслушивать отчеты о поставках гранита, – так же тихо отозвался Блейз.

– Тогда защищай нашу репутацию. Улыбнись послу, он на тебя смотрит уже пять минут с таким видом, будто ждет, что ты его испепелишь.

Блейз выдавил из себя подобие улыбки, которое больше походило на оскал. Эйс тихо хмыкнул, и его пальцы на мгновение сжали руку Блейза крепче, прежде чем он отстранился. Этот короткий жест, почти интимный на фоне официальной обстановки, заставил Блейза сбиться с дыхания.

Когда аудиенция наконец закончилась, Эйс жестом подозвал слугу, который принес небольшой ларец.

– Пойдем, – сказал принц льда. – Нам нужно поговорить без лишних ушей.

Они вышли на одну из открытых террас, выходящую на заснеженную долину. Ветер здесь был колючим, но Блейз, согретый отваром и собственной магией, почти его не чувствовал.

Эйс открыл ларец и достал запечатанный конверт с гербом Земного Царства.

– Вот, держи. Твой брат очень беспокоится о тебе. В письме, полагаю, куча наставлений о том, как не сжечь мой замок в первую же неделю.

Блейз схватил письмо, жадно пробегая глазами по строчкам. Квейк писал о доме, о том, что скучает, и о том, что верит в мудрость Блейза. В конце была приписка: «Помни, Блейз, лед не всегда враг огню. Иногда он — единственное, что может удержать пламя от саморазрушения».

Блейз сложил письмо и тяжело вздохнул.

– Он думает, что я здесь как в клетке.

– А ты? – Эйс подошел к перилам и посмотрел вниз, на обрыв. – Ты чувствуешь себя в клетке?

Блейз помолчал, глядя на профиль Эйса. В свете дня принц льда казался почти прозрачным, нереальным существом, созданным из инея и лунного света.

– Вчера я думал, что да, – честно признался Блейз. – Я боялся тебя. Боялся, что ты превратишь меня в одну из тех ледяных статуй в твоем саду. Лишишь меня воли, заставишь быть просто... дополнением к твоему трону.

Эйс медленно повернулся к нему. В его глазах не было привычной насмешки.

– Я никогда не хотел статую, Блейз. У меня их полный замок. Мне нужен был кто-то живой. Кто-то, кто сможет выдержать мой холод и не рассыпаться прахом.

– Но ты постоянно издеваешься надо мной! – Блейз сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. – Ты дразнишь меня, ты провоцируешь, ты вчера... на кровати... ты специально это сделал, чтобы показать свою власть?

Эйс вдруг рассмеялся — негромко, но искренне.

– Власть? Нет. Я хотел увидеть твой огонь. Настоящий. Не тот, который ты показываешь на тренировках, а тот, что горит у тебя внутри, когда ты теряешь контроль. Мне было любопытно, насколько сильно ты можешь вспыхнуть.

– И что? – Блейз почувствовал, как к горлу подкатывает странное раздражение, смешанное с азартом. – Увидел?

– Увидел, – Эйс протянул руку и коснулся пряди рыжих волос Блейза. – И это было... обжигающе. Но потом ты упал в обморок, и я понял, что перегнул палку. Ты всё еще слишком молод для таких игр, огненный принц. Твое сердце бьется слишком быстро.

– Я не ребенок! – Блейз перехватил его руку у своего лица. – И я не боюсь твоего холода, Эйс. Ты думаешь, что ты такой весь из себя неприступный и ледяной? Но я чувствую... я чувствую, как ты дрожишь, когда я касаюсь тебя. Твой лед тает, признай это.

Лицо Эйса на мгновение застыло. Его пальцы в руке Блейза стали ледяными, словно он пытался восстановить защиту.

– Ты слишком много на себя берешь, – голос Эйса стал опасно тихим.

– О, неужели? – Блейз придвинулся еще ближе, так что их груди почти соприкасались. – Тогда почему ты не оттолкнешь меня? Почему ты позволил мне вчера уснуть у тебя на руках? Почему ты принес мне этот отвар сегодня утром?

Эйс молчал, глядя прямо в горящие глаза Блейза. Воздух между ними задрожал от напряжения. Холод и тепло столкнулись в невидимой битве, создавая вокруг них маленькие вихри пара.

– Потому что ты — моя ответственность, – наконец выдавил Эйс.

– Ложь, – выдохнул Блейз. – Ты просто боишься признать, что тебе нравится этот жар. Тебе нравится, что в твоем мертвом замке наконец появилось что-то, что нельзя контролировать.

Блейз сам не понял, как это произошло. Возможно, это было влияние письма Квейка, или просто накопившееся напряжение последних дней. Он подался вперед и коснулся своими губами губ Эйса.

Это не было похоже на поцелуй из сказок. Это было столкновение двух стихий. Губы Эйса были холодными, как замерзшая сталь, и Блейз почувствовал, как по его коже пробежал морозный разряд. Но в следующее мгновение Эйс ответил.

Он схватил Блейза за затылок, запуская пальцы в его волосы, и притянул к себе с неожиданной силой. Его холод теперь не отталкивал, он жадно впитывал тепло Блейза, словно человек, умирающий от жажды в пустыне. Блейз застонал, чувствуя, как его собственная магия вспыхивает с новой силой, согревая их обоих.

Когда они отстранились друг от друга, оба тяжело дышали. На ресницах Эйса выступила влага — то ли от растаявшего инея, то ли от избытка чувств.

– Ты... – Эйс с трудом подбирал слова, его безупречная выдержка дала глубокую трещину. – Ты сумасшедший.

– Я принц огня, – Блейз дерзко улыбнулся, хотя его колени всё еще немного дрожали. – Мы все немного не в себе. Ну что, ледяной принц? Твой замок еще стоит?

Эйс огляделся. На каменном полу террасы, там, где они стояли, лед полностью испарился, обнажив серый камень.

– Стоит, – Эйс поправил воротник, пытаясь вернуть себе привычный вид, но его глаза всё еще горели странным светом. – Но боюсь, мне придется заказать новые ковры. Ты слишком дорого мне обходишься.

– Привыкай, – Блейз подмигнул ему. – Я только начал.

Эйс покачал головой, но на его губах появилась слабая, почти невидимая улыбка.

– Идем обратно. Послы скоро отчалят, и нам нужно проводить их по всем правилам. И постарайся больше не целовать меня на глазах у стражи, Блейз. У них и так слабая психика.

– На глазах у стражи? – Блейз оглянулся и увидел двух гвардейцев, которые старательно смотрели в противоположную сторону, хотя их уши были пунцовыми. – Ой.

– Именно, «ой», – Эйс взял его под руку, ведя обратно в замок. – Но должен признать... твой огонь действительно помогает не замерзнуть.

Вечер того дня прошел на удивление спокойно. Они сидели в библиотеке — самом теплом месте замка, где камин горел почти постоянно. Блейз читал письмо Квейка в десятый раз, а Эйс изучал какие-то карты, изредка поглядывая на своего мужа.

Между ними больше не было той колкой враждебности, которая душила их в первый день. Осталось что-то другое — хрупкое, как первый лед, и горячее, как угли в костре. Это была не любовь, по крайней мере, пока. Это было узнавание.

– Эйс? – позвал Блейз, не отрываясь от письма.

– М-м?

– Тот сад... хрустальный. Ты сказал, что красота может быть вечной, если её заморозить.

– Да, я так считаю.

Блейз поднял голову и посмотрел на принца льда.

– А я думаю, что красота в движении. В том, как пламя танцует, как лед тает, превращаясь в воду. Ничто не должно быть вечным, Эйс. Иначе оно перестает быть живым.

Эйс отложил карту и внимательно посмотрел на Блейза. В камине треснуло полено, выбросив сноп искр.

– Возможно, ты прав, – тихо сказал Эйс. – Возможно, мне стоит поучиться у тебя... жизни.

– Я отличный учитель, – Блейз усмехнулся и потянулся, чувствуя себя наконец-то на своем месте. – Но предупреждаю: мои уроки обычно заканчиваются небольшими пожарами.

– Я рискну, – Эйс поднялся, подошел к Блейзу и протянул ему руку. – Пойдем спать, мой огненный принц. Завтра будет долгий день. И на этот раз... постарайся не падать в обморок.

– Я постараюсь, – Блейз вложил свою ладонь в его. – Если ты пообещаешь не быть таким занудой.

– Не обещаю, – Эйс поцеловал кончики его пальцев, и на этот раз Блейз не вздрогнул от холода. Он почувствовал лишь легкую прохладу, которая была ему необходима, чтобы не сгореть дотла.

Лед и пламя наконец нашли свой ритм. И пусть весь мир считал их союз невозможным, здесь, в тишине северной ночи, они знали: иногда, чтобы согреться, нужно просто перестать бояться холода. А чтобы не замерзнуть — нужно позволить другому человеку зажечь в тебе искру.