← Назад к обзору

Муж по контракту

Шепот искр в чертогах инея

– Ты снова пытаешься превратить мою библиотеку в кузницу? – Голос Эйса, прохладный и ровный, раздался прямо над ухом Блейза, заставив того вздрогнуть.

Блейз сидел на полу, окруженный стопками тяжелых фолиантов, и сосредоточенно сжимал в ладонях небольшой железный слиток. Вокруг его пальцев плясали яростные оранжевые искры, а воздух в радиусе метра дрожал от невыносимого жара.

– Я просто проверяю одну теорию! – Блейз вскинул голову, и прядь его рыжих волос, опаленная на кончиках, смешно топорщилась в сторону. – Квейк писал, что металл может хранить тепло, если его правильно «заговорить». Я хочу сделать тебе подарок, который не растает через пять минут после того, как я выйду из комнаты.

Эйс медленно опустился на корточки рядом с ним. Его безупречно белые одежды контрастировали с перепачканным сажей лицом Блейза. Принц льда протянул руку и аккуратно, кончиками пальцев, стер пятно копоти со щеки своего мужа.

– Мой замок полон артефактов, Блейз. Мне не нужны зачарованные железки, чтобы помнить о тебе. Твои подпалины на шторах справляются с этой задачей куда лучше.

– Опять ты за свое! – Блейз возмущенно выдохнул, и слиток в его руках на мгновение вспыхнул белым светом. – Я серьезно, Эйс. Скоро начнется сезон Великих Буранов. Слуги говорят, что даже в королевских покоях стены покрываются коркой льда. Я не хочу, чтобы ты мерз, пока я... ну, пока я привыкаю к этой твоей вечной мерзлоте.

Эйс замолчал, и в его глазах, обычно напоминавших застывшую озерную гладь, промелькнуло нечто теплое. Он мягко накрыл ладони Блейза своими. Холод встретился с жаром, и между их пальцами повалил густой белый пар.

– Ты удивительный, – тихо произнес Эйс. – Боишься за меня, хотя сам дрожишь каждую ночь, когда думаешь, что я сплю.

– Я не дрожу! – Блейз попытался отвернуться, но Эйс не позволил, осторожно удерживая его за подбородок.

– Дрожишь. И твоя магия мечется, как пойманная птица. Блейз, я знаю, что тебе здесь тяжело. Огню нужно пространство, солнце и открытое небо. А я запер тебя в ледяном склепе.

– Ты меня не запирал, – Блейз наконец посмотрел ему прямо в глаза. – Я сам согласился. И... я не жалею. Просто иногда мне кажется, что я здесь лишний. Слишком громкий, слишком яркий, слишком... разрушительный для твоего идеального мира.

Эйс усмехнулся, и эта усмешка была лишена его привычного сарказма.

– Мой мир был мертвым до твоего приезда. Красивым, симметричным и абсолютно пустым. Ты принес сюда хаос, запах дыма и жизнь. Не смей думать, что ты лишний.

Блейз почувствовал, как к горлу подкатывает комок. Он всегда ждал от Эйса подвоха, очередной колкости или издевки, но такие моменты искренности выбивали его из колеи сильнее, чем любые магические дуэли.

– Ладно, хватит нежностей, – буркнул Блейз, стараясь скрыть смущение. – Помоги мне с этим слитком. Если ты добавишь немного своего льда в структуру, когда я буду его остужать, металл станет прочнее. Мы создадим сплав, который будет греть, но не обжигать.

– Ты предлагаешь мне смешать наши силы в физическом объекте? – Эйс приподнял бровь. – Ты понимаешь, что это фактически магическое обручение? Древний обряд, который связывает души крепче, чем любые клятвы у алтаря.

Блейз замер. Он об этом не подумал. В его королевстве магия была проще, импульсивнее.

– И... ты против? – спросил он, внезапно затаив дыхание.

Эйс не ответил словами. Вместо этого он сел по-турецки прямо напротив Блейза и положил свои руки поверх его.

– Начинай, – скомандовал он. – Разогревай металл до предела. Я буду структурировать его изнутри.

Блейз закрыл глаза. Он сосредоточился на ядре своего пламени, вытягивая из него самую чистую, золотистую энергию. Железо в их руках начало пульсировать. Оно плавилось, превращаясь в жидкое солнце, но магия Эйса не давала ему растечься. Блейз чувствовал, как холодные нити льда пронзают жар, переплетаясь с ним в невероятно сложном узоре.

Это было странное, почти интимное ощущение. Блейз чувствовал каждое движение мысли Эйса, его осторожность, его стремление защитить и сохранить. Это было похоже на танец, где каждый шаг выверен до миллиметра.

В какой-то момент жар стал почти невыносимым. Блейз почувствовал, что теряет контроль, что его огонь готов вырваться наружу и поглотить всё вокруг.

– Держись, – голос Эйса прозвучал в его сознании, как звон колокола. – Не отпускай. Я здесь.

Холод Эйса хлынул мощным потоком, окутывая Блейза, остужая его лихорадочный бред, становясь опорой. Блейз выдохнул, направляя остатки сил в слиток. Произошла яркая вспышка, и в комнате воцарилась тишина.

Когда дым рассеялся, на полу между ними лежал небольшой кулон в форме ромба. Он был странного цвета — глубокого синего, но с золотыми прожилками, которые, казалось, шевелились внутри камня. От него исходило мягкое, ровное тепло.

– У нас получилось... – прошептал Блейз, протягивая руку к артефакту.

– Невероятно, – Эйс взял кулон и поднес его к свету. – Он живой. Я чувствую твой пульс в этом металле.

– И твой холод тоже там, – Блейз улыбнулся, чувствуя невероятную легкость. – Теперь, даже если мы будем в разных концах замка, ты будешь чувствовать, что я рядом.

Эйс долго смотрел на кулон, а затем внезапно притянул Блейза к себе и крепко обнял. Блейз вздрогнул от неожиданности, но тут же расслабился, утыкаясь носом в меховой воротник мужа.

– Спасибо, – прошептал Эйс. – Это лучший подарок, который мне когда-либо дарили.

– Да ладно тебе, – Блейз попытался отшутиться, хотя его сердце колотилось как сумасшедшее. – Просто не хотел, чтобы ты превратился в ледяную статую раньше времени. Кто тогда будет меня бесить своими нравоучениями?

– О, не волнуйся, – Эйс отстранился, и на его губах снова заиграла знакомая насмешливая улыбка. – У меня припасен целый список замечаний по поводу твоего поведения на сегодняшнем ужине. Твоя привычка поджигать салфетки, когда тебе скучно, начинает утомлять придворных дам.

– Они просто завидуют, что у них нет своего личного камина! – Блейз вскочил на ноги, отряхивая штаны от пыли. – Пойдем, «принц Идеальность». Я проголодался так, будто не ел неделю. Твоя магия высасывает из меня все соки.

– Это моя магия-то? – Эйс тоже поднялся, изящно поправляя плащ. – Кто из нас только что пытался расплавить пол в библиотеке?

Они вышли из комнаты, переругиваясь и подначивая друг друга, как и в любой другой день. Но теперь на шее Эйса, скрытый под воротником, висел кулон, который мерно пульсировал золотистым светом.

Вечерний прием прошел на удивление гладко. Блейз честно старался вести себя прилично, хотя его так и подмывало наколдовать огненного зайца и пустить его бегать по столу, когда главный казначей начал зачитывать отчет о закупках соли. Эйс, чувствуя его нетерпение через кулон, лишь слегка сжимал его руку под столом, передавая успокаивающую прохладу.

Когда они наконец вернулись в свои покои, Блейз буквально рухнул на кровать, не снимая сапог.

– Всё, я труп, – простонал он в подушку. – Если завтра опять будет какой-нибудь совет, я официально объявляю забастовку.

– Завтра у нас свободный день, – Эйс присел на край кровати, снимая сапоги с Блейза. Тот даже не сопротивлялся. – Я подумал, что нам стоит выбраться к Ледяному озеру. Там сейчас сезон северного сияния.

Блейз приподнял голову, один глаз подозрительно прищурился.

– Это свидание?

– Это дипломатическая прогулка двух правителей, – невозмутимо ответил Эйс, хотя его уши слегка порозовели.

– Ну да, конечно, – Блейз усмехнулся и перекатился на спину, глядя на Эйса снизу вверх. – Скажи честно, Эйс. Тебе ведь просто нравится смотреть, как я краснею от холода?

Эйс наклонился над ним, опираясь руками по обе стороны от его головы. Его длинные волосы коснулись щек Блейза, вызывая легкую дрожь.

– Мне нравится смотреть на тебя в любом виде, – прошептал он. – Но когда ты злишься или смущаешься, твой огонь становится таким... осязаемым. Я почти могу его попробовать на вкус.

Блейз сглотнул. Воздух в комнате внезапно стал слишком густым. Весь юмор и бравада испарились, оставив место той самой искре, которая вспыхнула между ними в их первую брачную ночь и с тех пор только разгоралась.

– И какой он на вкус? – шепотом спросил Блейз, обвивая шею Эйса руками.

– Как горький шоколад и перец, – ответил Эйс, прежде чем накрыть его губы своими.

Этот поцелуй не был похож на предыдущие. В нем не было борьбы за лидерство или попытки что-то доказать. Это было признание. Сплав льда и пламени, который они создали сегодня в библиотеке, теперь горел в них самих.

Блейз чувствовал, как его магия откликается на близость Эйса. Искры срывались с его кожи, освещая комнату мягким оранжевым светом, а иней на окнах начал таять, превращаясь в причудливые узоры.

– Эйс... – выдохнул Блейз, когда поцелуй прервался. – Ты ведь знаешь, что я никогда не буду таким, как твои подданные. Я всегда буду... слишком.

– Знаю, – Эйс уткнулся лбом в его лоб, тяжело дыша. – И именно поэтому я выбрал тебя. Не меняйся, Блейз. Без твоего шума этот мир снова замерзнет.

Они пролежали в темноте еще долго, слушая, как за окном завывает ветер, предвещая скорую бурю. Но здесь, в центре ледяного королевства, в их маленьком мире, было тепло.

Блейз засыпал, чувствуя, как Эйс перебирает его волосы. Он понял одну важную вещь: дом — это не место, где тебе привычно. Дом — это там, где твой огонь не пугает, а согревает. И даже в самом холодном месте на земле можно найти свое солнце, если оно смотрит на тебя глазами цвета северного льда.

– Спи, – прошептал Эйс, целуя его в макушку. – Завтра будет новый день.

– Угу, – пробормотал Блейз уже сквозь сон. – И завтра я всё-таки научу тебя жарить зефир на магическом пламени. Это мой следующий проект.

Эйс тихо рассмеялся, и этот звук был самым прекрасным, что Блейз слышал за всё время своего пребывания здесь. Он знал, что завтра Эйс снова будет ворчать о технике безопасности, но он также знал, что Эйс обязательно попробует этот зефир. Ради него.

Потому что лед может быть твердым, но он всегда тает, если пламя достаточно искреннее. И их история, начавшаяся со страха и политических интриг, теперь писалась золотыми искрами на белоснежном снегу — история о том, как два принца нашли тепло там, где его не должно было быть.