← Назад к обзору

Наруто Король проклятий

Иерархия хищника

Наруто не шелохнулся. Его губы тронула едва заметная, полная яда ухмылка. Он чувствовал, как страх в зале густеет, становясь почти осязаемым, сладким, как переспелый плод. Это было то самое чувство, ради которого стоило дышать — осознание того, что все эти «будущие герои» перед ним не более чем мусор под ногами истинного короля.

– Опасно? – Наруто медленно повернул голову к Ируке, и его вторые глаза под основными веками широко распахнулись, приглушенно мерцая багровым светом. – Опасность — это то, чем вы, шиноби, клянетесь жить. Разве не так, сенсей? Или ваши слова стоят столько же, сколько и ваши жизни?

Черный пес сделал шаг вперед, его когти скрежетнули по деревянному полу, оставляя глубокие борозды. Киба, не выдержав давления, рухнул на колени. Акамару в его руках зашелся в истерическом визге, мочась прямо на пол. Запах страха заполнил помещение.

– Хватит! – Ирука рванулся вперед, пытаясь встать между Наруто и перепуганными учениками, но стоило ему пересечь невидимую границу ауры Узумаки, как его колени подогнулись.

Тяжесть, исходившая от мальчика, была не просто физической. Это было давление проклятой энергии, настолько чуждой этому миру, что сама реальность вокруг Наруто казалась искаженной.

– Исчезните, – бросил Наруто, небрежно махнув рукой.

Тени мгновенно втянулись обратно в его стопы, оставив после себя лишь холод и гнетущую тишину. Наруто развернулся и, не глядя ни на кого, направился к выходу из зала. Ему здесь больше нечего было делать. Уроки этих слабаков были лишь пустой тратой времени.

– Наруто, стой! Занятие еще не закончено! – крикнул Ирука вдогонку, но его голос дрожал, и в нем не было былой уверенности.

Наруто даже не обернулся. Он вышел в коридор, где прохладный воздух немного остудил его разгоряченную кровь. Внутри него, где-то в самой глубине души, раздался довольный рокот.

*«Неплохо, пацан»*, — голос Сукуны в его голове звучал как скрежет металла по кости. — *«Но эти псы — лишь игрушки. Ты едва коснулся поверхности того, что я могу тебе дать. Твоя ненависть — хорошее топливо, но тебе не хватает чистого, незамутненного эгоизма. Ты всё еще оглядываешься на них»*.

«Заткнись», — мысленно ответил Наруто, сжимая кулаки так, что когти впились в ладони. — «Я сам решу, когда мне оглядываться».

Он вышел на школьный двор и направился к старой скамье под раскидистым дубом. Но он не успел пройти и десяти шагов, как путь ему преградила тонкая фигура.

Сацуки Учиха стояла прямо перед ним. Ее дыхание было немного сбивчивым, а щеки розовели — признак того, что она бежала за ним из самого зала. Она смотрела на него не с ужасом, как остальные, а с каким-то лихорадочным восторгом.

– Это было... невероятно, – прошептала она, подходя ближе. – Те псы. Я чувствовала их. Они не из нашего мира, верно?

Наруто остановился, окинув ее скучающим взглядом. Его отметины на лице, казалось, стали еще чернее на фоне бледной кожи.

– Какая тебе разница, Учиха? Ты хочешь лекцию по призывам? Иди к Ируке, он любит болтать о всякой чепухе.

– Мне плевать на Ируку, – Сацуки сделала еще шаг, оказавшись почти вплотную к нему.

Она была ниже его, и ей приходилось закидывать голову, чтобы смотреть ему в глаза — во все четыре. Наруто почувствовал ее запах: тонкий аромат мыла и чего-то похожего на запах озона перед грозой. Она не дрожала. Напротив, ее рука медленно поднялась и, к его искреннему удивлению, коснулась черной линии на его щеке.

– Ты не урод, Наруто, – ее голос был тихим, почти нежным, лишенным всякой маски холодности. – Они называют тебя монстром, потому что боятся увидеть в тебе то, чего нет в них самих. Величие. Силу, которая не просит разрешения существовать.

Наруто перехватил ее запястье. Его хватка была железной, болезненной, но Сацуки даже не поморщилась.

– Ты играешь с огнем, девчонка, – прошипел он, его лицо оказалось в дюйме от ее лица. – Ты хоть понимаешь, кто я? Я не твой одноклассник. Я — то, что снится этому миру в кошмарах. Я бы мог разорвать тебя на куски прямо здесь, и никто бы не посмел меня остановить.

– Тогда сделай это, – выдохнула она, и в ее черных глазах вспыхнул алый отблеск пробуждающегося шарингана с одним томоэ. – Или признай, что я — единственная здесь, кто не отводит взгляд.

Наруто замер. В его разуме Сукуна расхохотался во весь голос, этот смех эхом отозвался в каждом нерве.

*«О, эта девка мне нравится! В ней есть порода, сосуд. Учихи всегда были безумцами, но эта... в ней есть искра, которая может разжечь настоящий пожар»*.

Наруто медленно разжал пальцы, отпуская ее руку. На бледной коже Сацуки остались красные следы от его пальцев, но она смотрела на них с каким-то странным удовлетворением.

– Ты странная, – констатировал Наруто, отворачиваясь. – Но, по крайней мере, ты не вызываешь у меня мгновенного желания вырвать тебе хребет. Считай, что тебе повезло.

– Это не везение, Наруто, – Сацуки поравнялась с ним, идя шаг в шаг. – Это признание. Мы с тобой... мы выше этого муравейника.

Они шли по улицам Конохи, и люди, завидев их дуэт, испуганно прижимались к стенам домов. Зрелище было пугающим: «проклятый ребенок» с демоническими метками и наследница великого клана Учиха, идущая рядом с ним с нежной, почти влюбленной улыбкой. Это был союз, который не предвещал деревне ничего, кроме хаоса.

– Куда мы идем? – спросила Сацуки, когда они миновали главные торговые ряды и направились к окраине, где начинался густой лес.

– Мне нужно место, где я смогу выпустить это дерьмо наружу, – грубо ответил Наруто. – Внутри меня всё кипит. Если я не разрушу что-нибудь в ближайшие полчаса, я начну разрушать Коноху.

– Тренировочный полигон номер сорок четыре? – предложила она. – Лес Смерти. Там нас никто не побеспокоит.

Наруто лишь хмыкнул, ускоряя шаг.

Когда они достигли высокой железной ограды Леса Смерти, солнце уже начало клониться к закату, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Наруто одним прыжком преодолел забор, Сацуки последовала за ним с грацией кошки.

Внутри леса было сыро и темно. Огромные деревья переплетались ветвями, создавая естественный купол. Наруто вышел на небольшую поляну и глубоко вдохнул.

– Отойди, – скомандовал он.

Сацуки послушно отступила к массивному стволу дерева, не сводя с него глаз.

Наруто сложил пальцы в печати. Его чакра, смешанная с черной проклятой энергией, начала вырываться наружу, создавая вокруг него видимые глазу вихри.

– Расширение территории... нет, пока еще рано, – пробормотал он, чувствуя, как Сукуна внутри него жадно тянется к управлению. – Обойдемся малым.

Он ударил ладонями по земле.

– Десять Теней: Нуэ!

С диким криком, напоминающим скрежет рвущегося металла, из тени Наруто вырвалось гигантское существо. Это была птица с телом обезьяны и змеиным хвостом, ее крылья были покрыты чешуей, а из клюва вырывались электрические разряды. Нуэ взмыла в воздух, снося верхушки деревьев одним взмахом крыла.

Наруто запрокинул голову и захохотал.

– Да! Лети! Сожги здесь всё!

Он начал двигаться по поляне, его движения превратились в смертоносный танец. С его пальцев срывались невидимые лезвия «Расщепления», превращая вековые деревья в щепки. Он не просто тренировался — он упивался разрушением, он уничтожал само пространство вокруг себя, доказывая лесу, миру и самому себе, что он здесь хозяин.

Сацуки наблюдала за ним, прижав руки к груди. Ее сердце билось так сильно, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет. Она видела в нем не разрушителя, а творца новой реальности. Каждый его жест, каждый выплеск силы вызывал в ней трепет, который она не могла объяснить. Она хотела быть частью этой силы. Она хотела, чтобы он смотрел на нее так же, как смотрит на свои тени — как на нечто, принадлежащее ему по праву силы.

Внезапно Наруто замер. Нуэ, кружившая в небе, издала предупреждающий крик и резко спикировала вниз, исчезая в тени хозяина.

– Кто здесь? – голос Наруто стал ледяным, а его вторые глаза сузились.

Сацуки мгновенно выхватила кунай, вставая в боевую стойку рядом с ним.

Из тени деревьев медленно вышел человек. На нем был стандартный жилет джонина Конохи, но его лицо было скрыто маской, а протектор был сдвинут на один глаз. Его присутствие было почти незаметным, но от него исходила аура колоссального опыта и скрытой мощи.

– Хатаке Какаши, – прошептала Сацуки, узнавая знаменитого Копирующего ниндзя.

Какаши не смотрел на нее. Его единственный открытый глаз был прикован к Наруто. Точнее, к тому, что стояло за спиной мальчика — к призрачному, едва различимому силуэту четырехрукого демона с короной из костей.

– Узумаки Наруто, – произнес Какаши, и его голос был необычайно серьезен. – Третий Хокаге просил меня присмотреть за тобой. Но я вижу, что присматривать уже поздно.

Наруто оскалился, обнажая клыки.

– Еще один пес на привязи у старика? Ты пришел прочитать мне нотацию о «воле огня», или просто хочешь сдохнуть сегодня?

Какаши медленно поднял руку к своему протектору.

– Я пришел увидеть то, что заставляет саму землю содрогаться. То, что ты показал в Академии... это не чакра Лиса. Это нечто гораздо более древнее и злое.

– Злое? – Наруто сделал шаг навстречу джонину, его проклятая энергия начала сгущаться, образуя вокруг него подобие доспеха. – Добро и зло — это сказки для тех, кто слишком слаб, чтобы диктовать свою волю. Я — сила. Я — иерархия. И если ты хочешь проверить мою природу, Хатаке, приготовься к тому, что твой хваленый глаз не сможет скопировать то, что я тебе покажу.

Какаши сдвинул повязку, открывая шаринган.

– Сацуки, уходи, – коротко бросил он. – Здесь сейчас станет очень жарко.

– Нет, – твердо ответила девушка, делая шаг к Наруто и кладя руку ему на плечо. – Я остаюсь с ним.

Наруто почувствовал тепло ее ладони сквозь свою ледяную ауру. Это было странное, почти раздражающее чувство, но он не сбросил ее руку.

– Слышал, старик? – Наруто усмехнулся, и в этот момент его лицо окончательно превратилось в маску Сукуны. – У нас тут свидание. И ты нам мешаешь.

Воздух между ними заискрился от напряжения. Какаши почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он видел сотни битв, сталкивался с самыми опасными преступниками, но то, что исходило от этого двенадцатилетнего мальчика, было за гранью человеческого понимания. Это была аура существа, которое когда-то стояло на вершине мира, попирая ногами богов и демонов.

– Что ж, – Какаши сложил печать концентрации. – Тогда проверим, насколько прочен твой трон, Король.

– Расщепление! – выкрикнул Наруто, срываясь с места.

Пространство между ними взорвалось.

Битва в Лесу Смерти только начиналась, и она должна была стать первым настоящим испытанием для того, кто нес в себе проклятие древности. Наруто Узумаки не собирался защищаться. Он собирался доминировать. И Сацуки, стоявшая за его спиной, знала, что с этого дня мир шиноби никогда не будет прежним. Хищник вышел на охоту, и первой его добычей должен был стать тот, кого считали легендой.