← Назад к обзору

наша тайна

Безмолвный договор

Утро в школе началось не с привычного гула голосов, а с тяжелого, почти осязаемого напряжения. Когда черный байк Дани с ревом заложил вираж перед главным входом, разговоры на крыльце мгновенно стихли. Даша, крепко обхватив Даню за талию, чувствовала спиной каждый его вдох. Она спрыгнула с сиденья, поправляя юбку, которая сегодня была чуть длиннее обычной, но все равно подчеркивала её стройные ноги.

Даня заглушил мотор и, не снимая шлема, обжег толпу ледяным взглядом голубых глаз. Он дождался, пока Даша подойдет к нему, и собственническим жестом притянул её к себе за плечо.

– Иди, – коротко бросил он, его голос из-под визора прозвучал глухо и властно. – Я заберу тебя сразу после уроков. И не вздумай задерживаться.

– А если у меня дополнительные? – Даша вскинула голову, пытаясь вернуть себе привычный кокетливый тон, но под его взглядом её уверенность таяла, как воск.

– Никаких дополнительных, – отрезал он. – Я проверю.

Она кивнула и пошла к дверям, чувствуя на себе десятки пар глаз. В вестибюле её тут же перехватила Маша. Подруга выглядела взбудораженной, её глаза горели любопытством.

– Дашка! Ты что, с Рыжим приехала? – Маша схватила её за локоть и утянула в сторону раздевалок. – Ты же вчера говорила, что у него крышу сносит от ревности! А сегодня вы... вы как пара?

– Мы не пара, Маш, – Даша старалась говорить спокойно, хотя сердце до сих пор пускалось вскачь при воспоминании о ночи в его квартире. – Просто он... он решил, что мне нужна охрана.

– Охрана? – Маша прыснула. – Да он на тебя смотрит так, будто готов сожрать любого, кто подойдет ближе чем на метр! Кстати, о «подойдет». Ден тебя все утро искал. Он вон там, у расписания, злой как черт.

Даша посмотрела в сторону стенда. Ден действительно стоял там, сжимая в руках лямки рюкзака. Заметив Дашу, он рванулся к ней, игнорируя предупреждающий шепот одноклассников.

– Даш, нам надо поговорить, – он преградил ей путь, его лицо было бледным. – Что это было сейчас на парковке? Почему ты с ним? Он же психопат, все это знают!

– Ден, уйди, пожалуйста, – тихо сказала Даша, пытаясь обойти его. – Это не твое дело.

– Не мое? – парень сорвался на крик. – Я вчера полвечера тебе звонил после клуба! Ты не брала трубку! А теперь ты приезжаешь с этим... рыжим животным? Он тебя запугал?

Даша хотела ответить, но слова застряли в горле. Она увидела, как входные двери школы снова распахнулись. Даня не уехал. Он вошел в холл, медленно снимая перчатки. Его рост в сто девяносто два сантиметра делал его похожим на скалу, о которую сейчас должен был разбиться Ден.

– Какие-то проблемы, парень? – голос Дани пророкотал над головами учеников.

Ден обернулся, его кулаки сжались.

– Оставь её в покое, – выцедил он, хотя голос предательски дрогнул. – Она тебя боится.

Даня усмехнулся, и эта усмешка была страшнее любого крика. Он подошел вплотную к Дену, возвышаясь над ним.

– Боится? – Рыжий перевел взгляд на Дашу, и в этом взгляде на долю секунды промелькнуло воспоминание о том, как она кусала его грудь сегодня на рассвете. – Даша, ты меня боишься?

Даша замерла. Она знала, что если сейчас скажет «да», Ден попытается её защитить, и это закончится для него больницей. А если скажет «нет»...

– Нет, – четко произнесла она, глядя прямо в глаза Дани. – Ден, иди на урок. Между нами ничего нет и быть не может.

Ден посмотрел на неё с такой болью и разочарованием, что Даше на мгновение стало совестно. Но когда Даня положил свою тяжелую ладонь ей на затылок, прижимая к своему боку, вся жалость исчезла. Осталось только это дикое, неправильное чувство принадлежности.

– Ты слышал её, – бросил Даня, даже не глядя больше на соперника. – Проваливай.

Весь учебный день прошел как в тумане. Даша чувствовала на себе взгляды учителей и шепот за спиной. На переменах она старалась не выходить из класса, но Даня находил её везде. Он не заговаривал с ней, просто стоял в дверях или у окна, контролируя каждое её движение. Это было удушающе и возбуждающе одновременно.

Когда прозвенел последний звонок, Даша не стала медлить. Она быстро собрала сумку и вышла в коридор. Даня уже ждал её у выхода.

– Домой? – спросила она, когда они подошли к байку.

– Нет, – он протянул ей шлем. – Нам нужно закончить вчерашний разговор. Ты слишком много себе позволяла сегодня в коридоре, Даша.

– Я? – она возмутилась. – Я же сказала ему уйти!

– Ты позволила ему кричать на меня. Ты позволила ему думать, что у него есть шанс, – он завел мотор. – Садись.

Они снова неслись по городу, но на этот раз Даня не поехал к заброшке. Он привез её в тихий парк на окраине, где в это время почти не было людей. Остановившись в тени густых деревьев, он слез с байка и рывком снял с неё шлем.

– Ты думаешь, если я привез тебя к себе и позволил спать в моей кровати, то всё закончилось? – он прижал её к стволу старого дуба. – Ты продолжаешь играть, Даша. Твой флирт с этим слабаком... ты делаешь это специально, чтобы увидеть, как я сорвусь?

– А если и так? – она дерзко вскинула подбородок, хотя сердце ушло в пятки. – Тебе же нравится это, Даня. Нравится чувствовать себя хозяином.

Он зарычал, и в этом звуке было столько первобытной страсти, что у Даши подкосились ноги. Он схватил её за руки, поднимая их над её головой.

– Мне нравится, когда ты молчишь и слушаешься, – прошипел он. – Ты вчера получила урок, но, видимо, этого мало.

Он резко развернул её спиной к себе, прижимая грудью к шершавой коре дерева. Даша вскрикнула от неожиданности, когда почувствовала, как его рука бесцеремонно задирает её юбку.

– Даня, здесь же могут увидеть! – взмолилась она, хотя сама уже сгорала от нетерпения.

– Пусть смотрят, – отрезал он. – Пусть знают, что ты принадлежишь мне. Каждым сантиметром этой кожи.

Он нанес первый удар — хлесткий, сухой. Кожа мгновенно отозвалась обжигающим холодом, который тут же сменился пульсирующим жаром. Даша уткнулась лбом в дерево, закусив губу, чтобы не закричать на весь парк.

– Это за то, что стояла рядом с ним слишком долго, – удар.

– Это за то, что смела спорить со мной утром, – еще один.

Даня бил ритмично, вкладывая в каждое движение свою нерастраченную нежность, превращенную в грубую силу. Даша чувствовала, как слезы катятся по щекам, но это были не слезы боли. Это был выход всего того напряжения, которое копилось в ней годами. Она любила его. Любила этого невыносимого, огромного, рыжего парня, который не умел выражать чувства иначе.

– Хватит... – прошептала она, когда силы начали покидать её.

Он остановился, тяжело дыша ей в затылок. Его руки, только что причинявшие боль, теперь осторожно обняли её за талию. Он прижался к ней всем телом, и Даша почувствовала, как он дрожит.

– Если ты еще раз... – он не договорил, просто уткнулся лицом в её рыжие волосы. – Я с ума схожу, когда вижу тебя с другими. Ты понимаешь это?

– Понимаю, – она повернулась в его руках, обхватывая его шею. – Я тоже схожу с ума, Даня.

Он поцеловал её — на этот раз не грубо, а с какой-то отчаянной жаждой. В этом поцелуе было всё: и извинение, и клятва, и признание, которое он никак не мог облечь в слова.

– Поехали ко мне, – выдохнул он ей в губы. – Я не хочу тебя никуда отпускать.

– А моя мама? – Даша улыбнулась, поправляя растрепанные волосы.

– Я снова напишу ей. Скажу, что ты помогаешь Маше с проектом. Мне всё равно, что они подумают.

Они вернулись в его квартиру, когда сумерки уже начали сгущаться над городом. Даня вел себя иначе — в его движениях появилась осторожность. Он сам заварил чай, сам принес ей свою теплую толстовку.

– Садись, – он указал на диван, а сам сел на пол у её ног, положив голову ей на колени.

Даша запустила пальцы в его жесткие рыжие волосы, перебирая пряди. Тишина в комнате была уютной и наполненной смыслом.

– Ты правда ударишь меня, если я кому-то расскажу? – тихо спросила она, вспоминая его вчерашнюю угрозу.

Даня усмехнулся, прикрыв глаза.

– Рассказывай кому хочешь, Даша. Все и так всё поняли сегодня в школе. Ты теперь помечена.

– Помечена? – она приподняла бровь.

– Моим запахом. Моими руками. Моим байком, – он поднял голову и посмотрел на неё своими невероятными голубыми глазами. – Ты теперь часть моей жизни. И я не дам тебе уйти.

– А я и не собираюсь, – она склонилась к нему, касаясь носом его носа. – Только... будь со мной чуть нежнее иногда. Ладно?

Он промолчал, но притянул её к себе, усаживая на свои колени. Его руки замкнулись на её талии, как стальной обруч.

– Посмотрим на твое поведение, рыжая бестия, – проворчал он, но в его голосе Даша отчетливо услышала улыбку.

Они просидели так долго, наблюдая, как город за окном зажигает огни. Впереди было много трудностей — ревность Дена, косые взгляды в школе, объяснения с родителями. Но сейчас, в этой полутемной комнате, существовали только они двое. Два рыжих пламени, которые наконец-то слились в одно, чтобы согревать друг друга в этом холодном мире.

Даша заснула прямо у него на руках, чувствуя себя в полной безопасности. Она знала, что завтра Даня снова будет рычать на неё, снова будет требовать послушания и, возможно, снова накажет за какую-нибудь провинность. Но она также знала, что он никогда не позволит никому другому даже пальцем её тронуть.

И, засыпая, она снова ощутила на своих губах вкус его поцелуя — вкус свободы, боли и бесконечной, всепоглощающей любви.