Наследие
Наследие истинной тьмы
Утро началось не с привычного, раздражающего звона будильника и не с холодного, оценивающего взгляда Ча Хэ Ин, а с грохота бас-гитары, который, казалось, заставлял вибрировать сами стены особняка. Я открыл глаза и впервые за восемнадцать лет не почувствовал тяжести в груди. Серые глаза, обычно напоминающие грозовую тучу, сегодня казались чуть светлее. Хэ Ин ушла, и вместе с ней из этого дома выветрился запах дорогого парфюма, смешанный с вечным недовольством.
На душе было на удивление спокойно. Теневой Монарх, повелитель мертвых, сильнейший человек на планете — и я просто лежал, глядя в потолок, наслаждаясь тишиной, которую нарушал лишь приглушенный стенами ритм музыки сверху.
Я поднялся, накинул домашний халат и спустился на кухню. К моему удивлению, там уже вовсю кипела жизнь. Запахло не «стерильным» кофе, который всегда пила Хэ Ин, а чем-то по-настоящему домашним — жареным беконом, тостами и... персиковым джемом.
Юки стоял у плиты. На нем были только свободные черные штаны, открывавшие вид на его атлетичное телосложение. Идеально развитые мышцы, не перекачанные, а сухие и функциональные, как у хищника, были покрыты сетью татуировок — те самые абстрактные линии, которые, как я теперь понимал, напоминали узоры маны в момент призыва теней. Его короткие черные волосы с выбритыми висками были в полном беспорядке, а в ушах поблескивали серьги.
– О, папа, проснулся? – Юки обернулся, ловко подбросив на сковороде яичницу. Его небесно-голубые глаза сияли энергией. – Садись, завтрак почти готов.
– Ты сам готовишь? – я присел за массивный стол из темного дерева.
– Пришлось научиться, когда живешь один, – он пожал плечами, перекладывая еду на тарелки. – Либо готовишь, либо ешь лапшу из стаканчика до конца дней своих. А я люблю поесть вкусно.
Он поставил передо мной тарелку и сел напротив, сразу же вгрызаясь в тост.
– Слушай, пап, я тут подумал... – Юки обвел взглядом кухню, которая выглядела как страница из каталога дорогой мебели. – В этом доме нужен ремонт. Серьезно. Эта стерильность давит на мозги. Всё такое белое, правильное, скучное. Раз уж этой мегеры здесь больше нет, может, переделаем всё? Выберем то, что нравится именно тебе, а не то, что «престижно» для общества.
Я огляделся. Юки был прав. Весь этот интерьер создавала Хэ Ин, стараясь сделать наш дом витриной для высшего света. Здесь не было места для меня — охотника, который прошел через ад, чтобы спасти мир.
– Ты прав, – согласился я, пробуя яичницу. Она была великолепной. – Можно начать с гостиной. И гаража.
– О-о-о, гараж — это святое! – Юки просиял. – Кстати, ты сегодня выглядишь намного лучше. Наконец-то выспался?
– Пожалуй, – я усмехнулся. – Впервые за долгое время я не чувствовал, что должен соответствовать чьим-то ожиданиям в собственном доме.
Юки внимательно посмотрел на меня, отставив кружку с чаем.
– Ты сегодня в Ассоциацию? – спросил он, и его голос стал серьезнее. – Добивать дело с этой бешеной сучкой?
Я кивнул. Мой взгляд снова стал холодным, как лед.
– Да. Развод — это только начало. Она напала на тебя, и она восемнадцать лет лгала мне. Я не привык оставлять такие долги неоплаченными. Председатель уже ждет меня.
– Сделай её, пап, – Юки усмехнулся, и в его глазах на мгновение мелькнула та самая тьма, которая делала нас похожими. – Она заслужила каждый грамм того дерьма, которое на неё сейчас свалится.
После завтрака я переоделся в свой привычный черный костюм. Рост сто девяносто сантиметров и широкие плечи делали меня внушительной фигурой, но сегодня во мне было что-то новое — решимость человека, который обрел то, что считал навсегда утраченным.
– Я скоро вернусь, – сказал я Юки, который уже возился со своим шлемом в прихожей. – Не разнеси дом, пока меня нет.
– Постараюсь! – крикнул он в ответ. – Но если тени решат устроить перестановку без меня, я не виноват!
Дорога до Ассоциации заняла не больше пятнадцати минут. Мой черный седан прорезал утренний туман Сеула, словно нож — масло. Когда я вошел в здание, сотрудники замирали и кланялись еще ниже, чем обычно. Аура Монарха Теней сегодня была настолько плотной, что даже обычные люди чувствовали, как волосы на затылке встают дыбом.
В кабинете председателя уже сидели юристы и представители дисциплинарного комитета. И, конечно, там была Хэ Ин. Она выглядела жалко — бледная, с темными кругами под глазами, она все еще пыталась сохранять гордый вид, но её руки, сжимавшие сумочку, мелко дрожали.
– Господин Сон, – председатель поднялся мне навстречу. – Мы ознакомились с вашим заявлением и предоставленными доказательствами.
Я сел во главе стола, не удостоив Хэ Ин даже взглядом.
– Начнем, – коротко бросил я.
Следующий час был похож на экзекуцию. Мои юристы методично уничтожали репутацию Ча Хэ Ин. Видеозаписи из дома, где она пыталась ударить Юки, отчеты о её «медицинской тайне», которую она скрывала годами, и, самое главное, свидетельства того, что она использовала ресурсы Ассоциации в личных целях, чтобы скрывать правду о своем здоровье.
– Это ложь! – выкрикнула она в какой-то момент, вскакивая с места. – Джинву, ты не можешь так со мной поступить! Я твоя жена!
– Ты была моей женой, – я наконец посмотрел на неё. В моем взгляде не было ни ненависти, ни жалости. Только пустота. – Но ты никогда не была матерью моему сыну. И ты никогда не была честна со мной.
– Этот мальчишка... он монстр! – она указала на папку с документами Юки. – Вы видели, что он сделал? Он использовал теневую магию против человека! Он опасен!
– Он защищался от агрессора, – перебил её председатель Ассоциации, чей голос звучал сухо и официально. – Госпожа Ча, согласно нашим правилам, применение магии против гражданского лица или другого охотника без санкции карается лишением лицензии. Учитывая все обстоятельства, комиссия приняла решение.
Хэ Ин замерла, её лицо стало белым, как полотно.
– Ваша лицензия охотника S-ранга аннулирована навсегда, – продолжил председатель. – Вы обязаны вернуть все государственные гранты и выплаты, полученные за последние пять лет, так как ваша неспособность участвовать в рейдах была скрыта путем фальсификации медицинских отчетов.
– Джинву... – она посмотрела на меня, в её глазах плескалось отчаяние. – Пожалуйста...
– Развод будет оформлен до конца дня, – я поднялся, застегивая пуговицу пиджака. – Можешь оставить себе квартиру в центре, которую я купил тебе на прошлую годовщину. Это будет последним, что ты от меня получишь. Больше не ищи встреч со мной или Юки. Если я увижу тебя рядом с ним еще раз...
Я не закончил фразу, но тени в углах кабинета внезапно ожили, превращаясь в острые клыки. Хэ Ин осела обратно в кресло, закрыв лицо руками.
Я вышел из кабинета, чувствуя, как с моих плеч окончательно спал груз прошлого. На улице светило яркое солнце. Я достал телефон и набрал номер Юки.
– Пап? – голос сына был бодрым, на фоне слышался рев мотора. – Ты закончил с этой сучкой?
– Закончил, – я не смог сдержать улыбки. – Она больше нас не побеспокоит. Где ты?
– Я в гараже, проверяю твою «Ламбу». Слушай, старик, тут на заднем колесе давление чуть ниже нормы, я подкачал. Ты когда приедешь? Я уже нашел отличный трек за городом, там сегодня никого нет.
– Буду через двадцать минут. И Юки?
– А?
– По дороге я куплю те персики, о которых ты говорил. Самые лучшие, какие найду в Корее.
– О-о-о, вот это я понимаю — разговор! – Юки рассмеялся. – Жду тебя, папа. Давай быстрее, а то я тут сам начну гонять по двору!
Я сел в машину и нажал на газ. Впереди был целый день, и я знал, что он будет лучшим за последние восемнадцать лет. У меня был сын — дерзкий, талантливый, сильный и, несмотря на всё, по-своему добрый. У меня была жизнь, которую я наконец-то мог назвать своей.
Когда я подъехал к дому, Юки уже выкатил из гаража ярко-оранжевую «Ламборгини». Он сидел на капоте, подставив лицо солнцу, и выглядел абсолютно счастливым. Увидев мою машину, он вскочил и замахал рукой.
Я вышел из автомобиля, держа в руках пакет с крупными, ароматными персиками.
– Ну что, гонщик? – спросил я, подходя к нему. – Готов показать Монарху Теней, как нужно управлять скоростью?
– Ты еще спрашиваешь! – Юки выхватил персик из пакета и с наслаждением откусил кусок. – Садись за руль, старик. Я буду штурманом. Но на обратном пути — рулю я!
– Посмотрим на твое поведение, – я потрепал его по взъерошенным волосам.
Мы сели в машину. Мощный двигатель взревел, откликаясь на нажатие педали. Мы выехали за ворота, оставляя позади всё, что тянуло нас вниз. В зеркале заднего вида я видел наш дом — теперь он действительно принадлежал нам.
– Знаешь, пап, – сказал Юки, когда мы выехали на шоссе. – Я всегда думал, что быть сыном великого Сон Джинву — это проклятие. Что мне придется вечно соответствовать твоему величию.
– И что ты думаешь теперь? – спросил я, не отрывая взгляда от дороги.
Юки посмотрел на меня, и в его небесно-голубых глазах я увидел искреннюю гордость.
– Теперь я думаю, что быть твоим сыном — это круто. Не из-за силы. А из-за того, что ты настоящий.
Я ничего не ответил, но крепче сжал руль. В этот момент я понял, что все битвы, через которые я прошел, все смерти, которые я видел, стоили того, чтобы сейчас сидеть здесь, в этой быстрой машине, рядом с этим парнем.
Мы летели по шоссе, два Монарха, отец и сын, и мир вокруг нас казался бесконечным и полным возможностей. Тень Юки, лениво вытянувшаяся на пассажирском сиденье, довольно заурчала, подражая звуку мотора. Наше наследие только начиналось.