← Назад к обзору

Наследник

Сладость на грани бездны

– Ты уверен, что твой отец не почувствует этот барьер? – Ли Вон стоял посреди своей комнаты, нервно перебирая край футболки. – Я слышал, что для Теневого Монарха нет преград.

Алекс, прислонившись к дверному косяку, с легкой усмешкой наблюдал за суетой парня. За последнюю неделю их отношения развивались со скоростью лесного пожара. Ли Вон стал для него тем самым якорем, который удерживал его в реальности, не давая окончательно раствориться в холодной мане теней.

– Отец уважает мое личное пространство, Ли Вон. К тому же, я сам установил этот барьер. Моя мана идентична его собственной, для него это звучит как тишина, – Алекс подошел ближе, и в его руках материализовался спелый, бархатистый персик. – Расслабься. Сегодня нас никто не побеспокоит.

Ли Вон посмотрел на фрукт, затем на Алекса. Взгляд юноши был темным, тягучим, полным того самого «избытка», о котором предупреждал Джинву. Но теперь это не было пугающим. Для Ли Вона эта сила была сродни гравитации — непреодолимая и естественная.

– Ты принес персики даже сюда? – Ли Вон улыбнулся, чувствуя, как страх отступает, сменяясь томительным ожиданием.

– Я обещал тебе самое сладкое, что есть в моем мире, – Алекс сделал еще шаг, сокращая дистанцию до минимума. – Но самое сладкое в этом мире сейчас стоит передо мной.

Он поднес персик к губам Ли Вона, слегка надавливая на нежную кожицу. Сладкий сок брызнул, стекая по подбородку парня. Ли Вон инстинктивно приоткрыл рот, принимая угощение. В ту же секунду Алекс прикусил плод с другой стороны.

Между их губами была лишь тонкая преграда из мякоти персика. Запах фрукта смешался с ароматом кожи Алекса — запахом грозы и дорогого парфюма. Алекс подался вперед, тесня Ли Вона к кровати. Когда их губы наконец встретились через сладость плода, Ли Вон почувствовал, как по его телу прошла электрическая волна.

Это не был просто поцелуй. Это был обмен энергиями. Алекс чувствовал, как его мана, обычно суровая и разрушительная, смягчается, соприкасаясь с чистой, светлой аурой Ли Вона. Юноша повалил парня на мягкое покрывало, нависая сверху. Его атлетичное тело, скрытое под легким свитером, ощущалось Ли Воном как раскаленная плита.

– Алекс... – выдохнул Ли Вон, когда губы юноши переместились на его шею. – Я... я никогда не думал, что это может быть так.

– Тише, – прошептал Алекс, и его голос вибрировал прямо у уха Ли Вона. – Просто чувствуй меня. Только меня.

Одежда была отброшена в сторону с той же легкостью, с которой Алекс расправлялся с врагами на тренировках. На свету лампы кожа Алекса казалась фарфоровой, а татуировка на груди и руке пульсировала глубоким фиолетовым светом, реагируя на его страсть. Ли Вон завороженно коснулся пальцами узоров, чувствуя под ними мощное биение сердца.

– Она такая красивая, – прошептал Ли Вон, обводя контуры тени на плече Алекса. – Твое наследие... оно не кажется мне страшным.

– Потому что ты единственный, кто видит за этой тенью меня, – Алекс перехватил его руку, целуя ладонь. – Ты — мой свет, Ли Вон. Мой единственный настоящий закон.

Когда Алекс вошел в него, Ли Вон вскрикнул, на мгновение зажмурившись. Сила наследника Монарха была ошеломляющей. Это было ощущение полноты, граничащее с болью, но боль эта была сладкой, желанной. Алекс замер, давая парню привыкнуть, его лицо было сосредоточенным, почти торжественным.

– Ли Вон, посмотри на меня, – приказал Алекс.

Парень открыл глаза. Янтарный блеск его зрачков встретился с ярко-голубым пламенем Алекса. В этот момент барьер между ними окончательно рухнул. Ли Вон закинул ноги на талию юноши, притягивая его ближе, умоляя о большем.

Алекс начал двигаться, медленно меняя угол входа, проникая глубже, чем позволяла физиология. Его мана окутала их обоих, создавая кокон, в котором время и пространство перестали существовать. Ли Вон выгибался под ним, его пальцы впились в широкие плечи Алекса, оставляя красные следы.

– Еще... пожалуйста, Алекс, еще! – Ли Вон стонал, его голос срывался на всхлипы. – Я хочу чувствовать всё... всю твою силу.

– Я здесь, – Алекс ускорил темп, его движения стали резкими, властными. – Я весь твой. Каждая капля этой тьмы принадлежит тебе.

Комната наполнилась звуками их тяжелого дыхания и тихим шелестом теней, которые радостно танцевали на стенах, празднуя триумф своего господина. Алекс чувствовал, как избыток энергии, который мучил его по утрам, теперь находит свое идеальное применение. Он не просто занимался любовью — он запечатлел себя в Ли Воне, создавая связь, которую не смогла бы разорвать даже смерть.

Ли Вон чувствовал, как его сознание растворяется. Каждое движение Алекса отзывалось в нем вспышками сверхновой. Это было доминирование, но лишенное жестокости; это была передача власти над собой в руки того, кого он боготворил.

– Алекс... я так люблю тебя! – Ли Вон закинул голову назад, его тело задрожало в преддверии финала. – Пожалуйста, не останавливайся... никогда не отпускай меня.

Юноша прижал его к себе так крепко, словно хотел срастись с ним воедино. Он чувствовал каждую судорогу Ли Вона, каждый его вздох.

– И я тебя люблю, Ли Вон, – прошептал Алекс, и в этот момент его мана совершила финальный выброс. – Ты — мой мир. Моя тишина.

Когда всё закончилось, они долго лежали в тишине, переплетя пальцы. Ли Вон устроил голову на груди Алекса, слушая, как постепенно замедляется его сердце. Фиолетовое свечение татуировки угасло, сменившись мягким мерцанием.

– Ты в порядке? – Алекс бережно убрал влажную прядь волос со лба Ли Вона.

– Я чувствую себя так, будто заново родился, – Ли Вон улыбнулся, прикрывая глаза. – Или будто я только что проглотил целое солнце.

Алекс усмехнулся, целуя его в макушку. Он чувствовал невероятную легкость. Наставление отца сработало, но совсем не так, как предполагал Джинву. Созидание произошло не в пустоте, а здесь, в этой маленькой комнате, в сердце обычного человека.

– Знаешь, – Алекс посмотрел на остатки персика на прикроватной тумбочке, – отец говорил, что мне придется ждать тысячу лет. Кажется, я обманул судьбу.

– Теневые Монархи всегда нарушают правила, – пробормотал Ли Вон, засыпая в его объятиях.

Алекс обнял его крепче, глядя в окно, где за барьером шумел ночной Сеул. Он знал, что впереди их ждут трудности. Его статус, его сила, мир охотников — всё это рано или поздно попытается разлучить их. Но сейчас, чувствуя тепло Ли Вона, Алекс был уверен в одном: он защитит эту тишину любой ценой.

Даже если ему придется сразиться со всеми тенями мира, он не позволит никому забрать у него этот свет. Потому что теперь Сон Алекс знал: истинная сила не в том, чтобы повелевать легионами смерти, а в том, чтобы быть любимым тем, кто не боится твоей тьмы.

– Спи, мой адвокат, – прошептал юноша, закрывая глаза. – Завтра мы придумаем новые законы. Только для нас двоих.

И в этой тишине, под защитой барьера и верных теней, наследник Монарха впервые за долгое время обрел настоящий покой, вкус которого был слаще любого персика в садах его отца.