Наследник Халдеи
Армия спасённого рассвета
Холодный шотландский камень хранил вековое молчание, но для Гарри Фудзимару этот покой был мёртвым. В коридорах восточного крыла не слышалось ни мерного гула систем жизнеобеспечения, ни гидравлического шипения шлюзов симулятора, ни шагов ночного патруля. Лишь заунывный вой ветра за стрельчатыми витражами да далёкое потрескивание факелов, чадивших смолистым дымом.
Гарри сидел на полу посреди отведённых ему покоев. Ноги скрещены, спина идеально прямая. Перед ним на низком столике мягко светилась портативная квантовая консоль Халдеи – матовый металлический шестигранник, развернувший в воздухе мерцающую лазурную голограмму.
Над проектором возникло лицо Рицуки Фудзимару. В его усталых глазах читалась та особая тревога, которую не скрыть никаким командирским спокойствием. Рядом с ним, заглядывая через плечо, стояла Мэш. Её короткие лиловые волосы были слегка растрёпаны, а в руках она всё ещё сжимала планшет с телеметрией пространственного шлюза.
– Значит, ты закрепился, – произнёс Рицука, внимательно оглядывая каменную кладку за спиной сына. – Как местная атмосфера? Мана пригодна для дыхания?
– Высокая концентрация природной сырости, низкая структурированность, – ровным тоном доложил Гарри, словно читал сводку после высадки в Сингулярность. – Эфир вялый, застоявшийся. Местные называют это магией, но по сути это просто хаотичные выбросы неконтролируемой энергии, которые они пытаются направлять с помощью деревянных палочек-резонаторов. Защитный барьер «Альфа-3» развёрнут. Внешних попыток взлома пока не зафиксировано, хотя местный директор явно прощупывал периметр следящими плетениями.
– Старый дурак, – раздался язвительный голос Да Винчи откуда-то из-за пределов кадра. – Его так называемые «древние чары» трещат по швам от одного взгляда на нашу квантовую шифровку! Мы перехватили сигнатуру артефакта, который выдернул тебя, Гарри-кун. Это деревянная лоханка, накачанная концепцией нерушимой клятвы. Разорвать её снаружи без детонации пространственного кармана мы пока не можем. Потребуется время.
– Я знаю, – кивнул Гарри. – Я доведу этот фарс до конца. Пройду их испытания, сломаю контракт изнутри и вернусь.
Рицука долго молчал, вглядываясь в лицо приёмного сына. Наконец он тяжело вздохнул и покачал головой:
– Нет, Гарри. Ты не будешь делать это в одиночку.
Юноша удивлённо приподнял бровь:
– Отец, у меня сорок полноценных цепей и Мистический Код класса «Эгида». Мой уровень боевой подготовки превосходит любого мага в этом замке. Я справлюсь сам. Тебе незачем рисковать ресурсами Халдеи.
– Ты мой сын, – твёрдо отрезал Рицука, и в его голосе прорезалась та непререкаемая сила, перед которой когда-то склоняли головы цари и божества. – И ты Мастер. Ты вырос среди героев, Гарри. Ты учился у них, проливал с ними пот и кровь. Думаешь, я позволю тебе сидеть во вражеском логове одному, пока эти напыщенные аристократы строят козни за твоей спиной? Ты видел их лица в зале. Они не понимают, кто ты. Они считают тебя потерянным щенком, которого можно снова запереть в чулане.
– Сэнпай прав, Гарри, – тихо, но с глубокой материнской нежностью добавила Мэш. – Когда сэнпай шёл через сингулярности, он никогда не был один. Сила Мастера – не в том, чтобы нести весь мир на своих плечах. Сила Мастера – в узах, которые он разделяет со своими Слугами.
– Но переброска Духовного Графа через параллельный континуум без стабильного Грааля… – начал было Гарри.
– А кто тебе сказал, что у нас нет Грааля? – широко улыбнулась возникшая в проекции Да Винчи. Она помахала в камеру светящимся золотым кубком, заключённым в изолирующий саркофаг. – Мы стабилизировали нулевой энергоблок базы. Пропускной способности нашего моста хватит, чтобы поддерживать постоянный контракт. Конечно, призвать всю армию Халдеи мы не сможем – твоё тело просто не выдержит обратной нагрузки по Цепям, даже с нашей подпиткой. Но целевую группу сопровождения… о, это мы устроим с величайшим удовольствием!
– Они сами вызвались, Гарри, – мягко произнёс Рицука. – Как только сирена взвыла, в командный отсек пришли те, кто с пелёнок считал тебя своим воспитанником. Они готовы. Ты готов принять их зов?
Сердце Гарри глухо ударилось о рёбра.
Он опустил взгляд на свои ладони, затянутые в перчатки Мистического Кода. Перед глазами пронеслись воспоминания: тяжесть тренировочного меча, запах гари на кухне Эмии, ехидный смех Мориарти над шахматной доской, холодные лекции Скатáх и бесконечное, несокрушимое тепло людей, ставших для него настоящей семьёй.
– Всегда готов, Командующий, – выдохнул он.
– Тогда действуй, – улыбнулся Рицука. – Разверни круг, сын. Напомни этому выродившемуся мирку, что такое истинное величие человеческой истории.
Связь перешла в режим пассивного энергоснабжения. Консоль на полу глухо загудела, её грани раскрылись, выбрасывая в воздух четыре миниатюрных излучателя. Тонкие лазурные лазеры очертили на каменных плитах идеальную геометрическую фигуру – трёхконтурный круг призыва системы ФЭЙТ, переплетённый защитными рунами и формулами сжатия пространства.
Гарри поднялся на ноги. Он расстегнул ворот плаща, обнажая шею и ключицы, где под кожей уже разгорались лазурным светом сорок Магических Цепей. Боль была привычной – жгучей, очищающей, словно сквозь вены пропустили расплавленное серебро.
Он вытянул правую руку вперёд. Три алых командных заклинания на его тыльной стороне ладони вспыхнули багровым пламенем.
– Серебро и железо – в основу, – голос Гарри зазвучал низко, ровно, отдаваясь вибрацией в самых глубоких фундаментах древнего замка. – Камень и договор – в основание. Воздвигнись, стена, против нисходящего ветра! Пусть закроются все четыре врата, пусть выйдет из венца вращающийся трёхпутный перекрёсток, ведущий к царству!
Камни под ногами задрожали. Воздух в комнате стал густым, потрескивающим от колоссального напряжения. В окнах зазвенели витражи. За пределами защитного барьера замок Хогвартс почувствовал неладное: древние охранные чары школы, дремавшие веками, внезапно взвыли в астральном плане, наткнувшись на явление, превосходящее их по мощи в сотни раз.
– Пусть исполнится! Объявись во имя разрушения сего мира! Ответьте на мой зов, герои былых эпох, стражи человеческого рассвета! Я – Гарри Фудзимару, ваш наследник и ваш Мастер! Явитесь пред моим щитом!
Ослепительный столб пламени – чистого, первородного, бело-золотого – ударил из центра круга прямо в потолок. Сводчатая каменная кладка гостевых покоев не разрушилась лишь потому, что активированный барьер Да Винчи мгновенно искривил пространство, превратив скромную комнату в подобие бесконечного тронного зала между измерениями.
Один за другим, рассекая ткань реальности, в сиянии маны начали материализоваться Духовные Графы.
Первой шагнула вперёд фигура в лазурно-серебряных латах. Золотые волосы, собранные в аккуратную косу, изумрудные глаза, полные непоколебимого достоинства, и невидимый клинок, воздух вокруг которого дрожал от святой силы.
– Сэйбер, Артурия Пендрагон. Я явилась на твой зов, мой юный Мастер, – голос Королевы Рыцарей прозвучал чисто, как удар колокола. Она посмотрела на Гарри, и в её строгом взгляде мелькнула тёплая гордость. – Ты вырос, Гарри. Твоя осанка делает честь истинному воину.
Слева от неё с оглушительным звоном вонзился в пол массивный двуручный меч, объятый алыми молниями.
– Ха! Ну наконец-то! – Мордред сдёрнула рогатый шлем, встряхивая растрёпанными пепельными волосами, и хищно оскалилась. – Я уже думала, мы застрянем в Антарктиде, пока ты тут в одиночку разбираешься с местными клоунами! Слышишь, малец, если кто-то посмеет косо на тебя посмотреть, я лично раскрою им черепа этим мечом!
– Мордред, веди себя прилично в присутствии Мастера, – раздался спокойный, ироничный голос из тени.
Мужчина с загорелой кожей, белыми как снег волосами и в тёмно-красном плаще поверх черного композитного доспеха скрестил руки на груди. Арчер Эмия окинул комнату цепким взглядом профессионального убийцы:
– Воздух затхлый. Стены сырые. И, судя по запахам с нижних этажей, местная кухня – это форменное преступление против человечества. Гарри, ты ел нормальную еду после перемещения? Нет? Я так и знал. Разверну полевой паёк через пять минут.
– О, оставь свои кулинарные нравоучения, мой дорогой Эмия! – театральный, бархатный смех заставил воздух завибрировать. Из клубов серебристого дыма материализовался элегантный джентльмен в безупречном фраке, с седой бородой, тростью-пулемётом и сияющими золотыми крыльями за спиной. Джеймс Мориарти весело подмигнул Гарри: – Мой юный ученик! Ты обыграл меня в шахматы накануне своего исчезновения, и я просто обязан взять реванш! А местная обстановка… о, британский замок, лицемерный старик во главе, глупые традиции… Какое восхитительное поле для парочки идеальных преступлений!
– Успокойтесь, профессор. Ваши преступления оставьте для симулятора, – раздался негромкий голос, сопровождаемый чирканьем спички.
Шерлок Холмс, затянутый в длинное тёмное пальто, спокойно раскурил трубку, окутавшись ароматным дымом, блокирующим чужое ментальное сканирование. Его проницательные глаза скользнули по стенам замка:
– Дело крайне прозрачное, Гарри. Структура здешнего общества деградировала до феодального застоя. Маги заперли себя в иллюзии величия. Директор школы лжёт, твои биологические родственники запутались в собственном страхе, а за кулисами бродит бестелесный призрак местного террориста. Элементарно. Мы препарируем эту проблему до основания.
Рядом с Холмсом мягким белым светом вспыхнуло знамя с золотыми лилиями. Рулер Жанна д’Арк, облачённая в сияющие латы поверх синего платья, опустила древко знамени на каменные плиты и с бесконечной добротой улыбнулась Гарри:
– Да пребудет с тобой благословение Господне, Гарри. Мы здесь, чтобы защитить твою душу от лжи и ненависти. Ты не осквернишь своё сердце местью.
Воздух в комнате внезапно похолодел. Температура упала на двадцать градусов за долю секунды. Камни пола покрылись тончайшим слоем морозного узора, и из ледяного тумана шагнула хрупкая девушка в пышном белоснежном одеянии великой княжны. На её плече сидело странное пушистое существо с огромными глазами, в которых клубилась метель.
– Привет, Гарри, – тихо прошептала Анастасия Романова, и её губы тронула озорная улыбка. – Здесь так душно… Вий говорит, что этот замок просто просит, чтобы его хорошенько заморозили. Можно я превращу кабинет их директора в гигантскую сосульку? Ну пожалуйста?
– Не раньше, чем он закончит тренировку, маленькая княжна, – ледяной, властный голос разрезал пространство, заставив даже Мордред невольно выпрямиться.
Скатáх, Королева Теней, материализовалась в своём облегающем боевом одеянии цвета запекшейся крови. Два алых копья Гáэ Болг за её спиной излучали первобытную жажду убийства. Её алые глаза впились в лицо юноши:
– Ты держишь стойку, сопляк. Хорошо. Но если ты позволишь местным слабакам замедлить твои рефлексы хотя бы на долю вздоха, я лично выпорю тебя древком копья прямо на глазах у этой толпы.
– Эй-эй, мастер Скатáх, полегче с парнем! Он только что прибыл! – раздался дерзкий хохот, и рядом с ней материализовался Кухулин. Ирландский пёс крутанул своё алое копьё, закинул его на мускулистые плечи и подмигнул Гарри: – Здорово, малой! Ну что, покажем этим напыщенным чародеям, как сражаются настоящие кельты?
– Аха-ха-ха-ха! Битва! Слава! Кровь во имя Бисямонтэна! – безумный, восторженный смех разорвал тишину. Нагао Кагетора, Лансер в белых монашеских одеждах поверх доспехов, выхватила длинное копьё и сделала яростный выпад в пустоту, её глаза горели безумием бога войны: – Мастер! Где враги?! Укажи мне их полководца, и я принесу тебе его голову на блюде до рассвета!
– Успокойся, бешеная монашка, – лениво протянул голос у самой двери.
Там, прислонившись к косяку и положив ладонь на рукоять невероятно длинной катаны, уже стоял Сасаки Коджиро. Он сорвал соломинку, зажал её в зубах и с лёгкой усмешкой посмотрел в коридор:
– Врата под защитой. Пока я здесь, сквозь эту дверь не пролетит даже ласточка. Не говоря уже о местных волшебниках с их палочками.
– Позвольте и нам позаботиться о безопасности периметра, юный господин, – из двух противоположных теней под потолком соткались двое шиноби. Фуума Котаро опустился на одно колено, его алые волосы скрывала маска: – Пятый Фуума Котаро прибыл. Ловушки замка изучаются.
– Автоматон Като Данзо готова к исполнению приказов, – механически, но с удивительной теплотой произнесла женщина-ниндзя, склонив голову. – Пульс Мастера в норме. Уровень стресса – в пределах допустимого. Я разверну сенсорную сеть скрытности.
– Ох, сколько шума, сколько драмы! – лепестки цветов – розовых, весенних, благоухающих свежестью Авалона – осыпались с потолка. Мерлин стоял посреди комнаты, опираясь на свой витиеватый посох. Его длинные серебристые волосы мягко мерцали в полумраке, а на губах блуждала та самая невыносимая, всезнающая улыбка: – Мой милый мальчик! Ты только посмотри на этот замок! Какая ностальгия! Конечно, до настоящего Камелота ему далеко, но местный колорит весьма забавен. Особенно эти картины… они такие сплетники! Я уже узнал три пикантные тайны про основателей школы!
– Замолчи, проклятый инкуб, – раздался тихий, леденящий душу шёпот.
Пространство затрещало под тяжестью магии, превосходящей саму концепцию смертного мира.
Моргана. Королева Фей Лостбельта. Берсеркер абсолютной власти.
Она шагнула из черного зеркала маны. В её высокой короне, в черных и серебряных шелках, с массивным боевым копьём-посохом, она выглядела воплощением неумолимой, монаршей кары. Её холодные голубые глаза скользнули по Гарри, и в них вспыхнуло то собственническое, яростное пламя, которое делало её страшнее любого зверя:
– Мой ребёнок. Мой наследник. Те, кто посмел осквернить твою кровь отречением, познают гнев истинной владычицы Британии. Этот остров принадлежит мне. И ты принадлежишь мне. Если кто-то из них протянет к тебе руку, я сотру эту школу с лица земли и выжгу их имена из ткани пространства.
– Моргана, полегче с угрозами, – раздался мягкий, спокойный женский голос.
Рёги Шики, Сэйбер в белом кимоно и кожаной куртке поверх него, стояла чуть в стороне. Её руки были спрятаны в рукава, а взгляд пустых, бездонных глаз смотрел сквозь стены замка:
– Здесь нет ничего стоящего твоего гнева. Всё здесь хрупкое. Слишком хрупкое. Я вижу линии смерти на каждом камне этой башни. Одно движение – и этот замок рассыплется в песок. Не стоит суетиться по пустякам.
– Именно! Никакой суеты, только точный научный расчёт! – жизнерадостно пискнула миниатюрная девушка в круглых очках, выкатившись из светового круга на роликовых коньках. Райдер Леонардо Да Винчи – её юная версия, созданная для полевых операций – с торжествующим видом подняла гаечный ключ: – Материализация мобильного штаба завершена! Квантовый якорь зафиксирован! Пространственный модуль расширения активирован!
И наконец, восемнадцатым из тени книжных полок медленно вышел худой, высокий мужчина с длинными тёмными волосами, в строгом профессорском костюме и красном шарфе. Он держал в зубах незажжённую сигару, а под его глазами темнели глубокие круги хронической усталости.
Лорд Эль-Меллой II, вместилище Чжугэ Ляна.
Он окинул каменную кладку взглядом, полным глубочайшей профессиональной скорби, и шумно выдохнул:
– Боги… какая дикость. Изоляционистская британская школа магии конца двадцатого века. Устаревшие формулы, отсутствие базовой техники безопасности, абсолютное непонимание теории духовных тел. И ради *этого* меня оторвали от проверки курсовых работ в Часовой Башне? Гарри, мальчик мой, я искренне надеюсь, что местная учебная программа не успела отравить твой разум, иначе мне придётся заставить тебя переписывать основы магического анализа с первого тома.
Комната, расширенная до размеров монументального зала благодаря технологиям Да Винчи и барьеру Морганы, наполнилась жизнью.
Восемнадцать Слуг высшего ранга. Героические Души, спасшие саму ткань человеческой истории. Легенды, боги, короли и мыслители.
И все они стояли вокруг семнадцатилетнего юноши, глядя на него не как на случайного командира, а как на плоть от своей плоти.
Гарри медленно опустил руку. Командные заклинания тускло мерцали под кожей, стабилизируя потоки праны.
– Докладываю обстановку, – спокойно произнёс юноша, и все разговоры мгновенно стихли. Даже Кагетора замерла, с благоговением слушая своего Мастера. – Мы находимся на территории школы Хогвартс. Моё имя было принудительно вписано в артефакт под названием Кубок Огня. Турнир Трёх Волшебников. Три смертоносных испытания. Первое состоится через три недели.
– Что за испытание? – коротко спросил Эмия, уже материализовавший из воздуха набор кухонных ножей и начавший чистить яблоки из аварийного запаса.
– Информация засекречена организаторами, – ответил Гарри. – Но по структуре утечек данных и слухам, которые успел зафиксировать мой Мистический Код при сканировании учителей… Первое испытание связано с высшими магическими тварями. Вероятнее всего, драконы.
Мордред прыснула в кулак, пытаясь сдержать хохот.
Артурия лишь слегка приподняла бровь, коснувшись рукояти Невидимого Взора:
– Драконы? Местные выродившиеся ящеры? В этих землях ещё остались существа, смеющие называть себя драконами?
– По моим данным, это просто летающие рептилии с элементарным огненным дыханием, – фыркнул Эль-Меллой II, доставая из кармана серебряную зажигалку. – Никакого концептуального ядра, никакого дыхания Эпохи Богов. Примитивная биомагия. Любой первокурсник моего факультета сдал бы зачёт по их нейтрализации за десять минут.
– Скука! – протянула Скатáх, скрестив руки на груди. – Гарри, если ты потратишь на эту ящерицу больше одного удара копьём, я заставлю тебя бегать вокруг этого замка в полной броне до самого утра.
– Не волнуйся, учитель, – тонкие губы Гарри тронула едва заметная усмешка. – Я помню ваши уроки.
– Итак, господа и дамы, распределим роли! – захлопал в ладоши Мориарти, его глаза азартно блеснули. – Официально Гарри должен казаться одиноким студентом, чтобы местная публика не сошла с ума раньше времени. Большинство из нас останется в астральной форме или внутри этого расширенного карманного пространства. Котаро, Данзо – на вас внешняя разведка замка. Соберите компромат на всех членов их так называемого «Визенгамота» и руководства школы. Холмс…
– Я уже работаю, – не поворачивая головы, отозвался детектив, листая голографические страницы министерских архивов, взломанных квантовой консолью. – Система безопасности Министерства Магии этой эпохи базируется на бумажных пергаментах и зачарованных штемпелях. Это даже взломом назвать стыдно. Их министр берет взятки от бывших сторонников Волан-де-Морта, а школьные финансы Дамблдор тратит на закупку лимонных долек из особого сорта зачарованного сахара. Жалкое зрелище.
– Гарри, – Моргана подошла к юноше вплотную.
Её высокая фигура заслонила собой свет свечей. Тонкие, затянутые в черные перчатки пальцы мягко коснулись его щеки. Прикосновение было прохладным, но в глубине её глаз полыхала безграничная нежность:
– Ты не должен склонять голову перед теми, кто предал тебя. Если эта женщина… если твоя так называемая «мать» посмеет приблизиться к тебе со своими слезами раскаяния… скажи мне. Я превращу её кровь в жидкое стекло.
– Не стоит, Моргана, – мягко перехватил её запястье Гарри. – Они для меня – пустое место. Пыль под сапогами. Я не собираюсь тратить силы на тех, кого вычеркнул из своей жизни четырнадцать лет назад.
– Правильный ответ, – одобрительно кивнула Артурия. – Истинный правитель смотрит вперёд, а не оглядывается на пепелище старых обид.
– Так! Время ужина! – громко объявил Эмия, выставляя на наколдованный им стол глубокие тарелки с дымящимся японским рагу и свежим рисом. Запах пряного мяса и овощей мгновенно вытеснил вековую затхлость шотландского замка. – Мастер, садись за стол. Твои Цепи истощены после массового призыва. Тебе нужны калории и сон. А с местными магами мы разберёмся завтра.
Гарри сел на стул. Вокруг него шумели его Слуги – его наставники, его защитники, его безумная, легендарная, несокрушимая семья.
Мордред уже таскала мясо из тарелки Артурии, получая строгие выговоры; Мерлин пытался подарить Жанне зачарованный цветок, но был пригвождён к месту ледяным взглядом Скатáх; Анастасия смеялась, скармливая Вию кусочки моркови; а Эль-Меллой II яростно спорил с Да Винчи о теории магических контуров.
Впервые за этот бесконечный, тяжелый день Гарри почувствовал, как напряжение в плечах отпускает. Он сделал глоток горячего бульона, и на его лице появилась спокойная, уверенная улыбка.
Пусть Хогвартс строит свои планы. Пусть Дамблдор двигает свои невидимые пешки.
Халдея уже здесь. И рассвет этого мира будет принадлежать им.
***
В этот же самый миг, тремя этажами выше, в кабинете директора царил неописуемый хаос.
Все серебряные приборы на тонконогих столиках взбесились. Они свистели, плевались искрами, вращались с чудовищной скоростью и один за другим лопались с оглушительным треском. Хрустальные линзы астрономических телескопов треснули, не выдержав колоссального давления маны, прошившей лей-линии замка.
Дамблдор стоял посреди кабинета, сжимая Старшую палочку обеими руками. Его мантия вздымалась от ветра, гулявшего по запертой комнате. Лоб старца блестел от холодного пота.
– Альбус! Что происходит?! – в панике кричал Джеймс Поттер, вбегая в двери вместе с Сириусом Блэком.
За ними бледной тенью скользнул Северус Снейп, сжимавший левое предплечье. Его лицо было белее мела.
– Замок… – хрипло выговорил Снейп, опускаясь на колено от накатившей слабости. – Защитные барьеры Хогвартса… они рушатся. Что-то давит на них изнутри! Словно в подземельях восточного крыла открылись врата в преисподнюю!
– Это не преисподняя, – глухо отозвался Дамблдор. Его глаза за очками-половинками больше не блестели лукавством – в них застыл первобытный, леденящий страх. – Это присутствие. Древнее… чистое… нечеловеческое присутствие.
– Гарри? – воскликнула вбежавшая следом Лили. Глаза женщины были красными от слез. – Это мой сын?! Альбус, что с ним происходит?!
– Твой сын… – Дамблдор медленно опустил палочку, кончик которой слабо дымился. – Твой сын больше не один, Лили.
Старик повернулся к окну, выходящему на восточное крыло. Там, над древней каменной башней, ночное небо Шотландии раскололось: сквозь низкие осенние тучи пробивался тонкий, кристально-чистый столб лазурного света, уходящий в самую бездну космоса, к далёким, холодным звёздам.
– Он призвал свою армию, – прошептал директор. – И да простит нас Магия, если мы навлекли её гнев на этот замок.