← Назад к обзору

Наследники

Шепот пламени в тишине храма

Город Республика, раскинувшийся далеко внизу под скалами острова, казался отсюда лишь скоплением мерцающих огней, лишенных привычного шума и суеты. В самом же Храме Воздуха воцарилась редкая, почти звенящая тишина. Тензин вместе с семьей отправился с официальным визитом в Царство Земли, Корра и Асами улетели на южный полюс навестить родных, а Болин ухитрился затащить даже вечно серьезную Анилу на премьеру нового кинофильма в центре города.

Мако стоял на балконе жилого корпуса, вдыхая прохладный ночной воздух. Для него этот год стал чередой бесконечных открытий. Сначала — шок от смены Аватара, затем — медленное, почти болезненное осознание того, что его сердце, которое он считал давно закрытым на все замки после неудач с Коррой и Асами, вновь начало биться быстрее. И причиной тому был юноша, в котором странным образом сочетались безмятежность неба и ярость лесного пожара.

Мако обернулся и посмотрел на закрытую дверь спальни Юкио. Он знал, что Аватар спит. Последние недели были изматывающими: Юкио усмирял разбушевавшихся духов в окрестностях города, и его энергия была на исходе.

Тихо, стараясь не скрипеть половицами, Мако вошел в комнату. Внутри было тепло; Юкио, даже во сне сохраняющий связь со своей стихией огня, непроизвольно нагревал воздух вокруг себя. Единственным источником света была полная луна, чьи серебристые лучи падали на кровать, выхватывая из темноты атлетическую фигуру юноши.

Юкио спал, раскинувшись на животе. Одеяло сползло на пол, открывая взору широкие плечи, рельефную спину и идеальную кожу, на которой в лунном свете едва угадывались линии татуировок мага воздуха, уходящие под пояс домашних штанов. Его длинные черные волосы, обычно собранные в хвост, рассыпались по подушке, обрамляя лицо, которое сейчас выглядело непривычно мягким и беззащитным.

Мако замер, не в силах отвести взгляд. Каждый раз, когда он видел Юкио таким — не Аватаром, не воином, а просто парнем, которого он полюбил вопреки всем законам логики, — внутри него что-то сладко сжималось. Его чувства за этот год переросли из простого любопытства в глубокую, почти одержимую преданность.

– Ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь, – прошептал Мако, подходя ближе.

Он присел на край кровати. Юкио не проснулся, лишь едва заметно повел плечом и издал тихий, гортанный звук, похожий на мурлыканье. Мако протянул руку и кончиками пальцев коснулся его лопатки. Кожа была горячей, почти обжигающей.

Мако начал медленно покрывать его спину невесомыми поцелуями. Он двигался осторожно, прокладывая дорожку от основания шеи вниз вдоль позвоночника. Юкио во сне задышал чаще, его тело отозвалось на ласку едва заметной дрожью. Мако чувствовал, как его собственное возбуждение нарастает, пульсируя в венах в такт сердцебиению.

Спустившись к пояснице, Мако запустил пальцы под резинку его штанов. Он чувствовал, как напрягаются мышцы Юкио под его ладонями. Вид этого сильного, расслабленного тела, полностью доверившегося ему, кружил голову сильнее, чем любое вино.

Юкио медленно перевернулся на спину, всё еще не открывая глаз, но его губы тронула слабая, сонная улыбка. Он словно пребывал в полузабытьи, где реальность смешивалась с приятным сновидением. Мако, не теряя времени, прильнул к его губам в долгом, томительном поцелуе, прикусывая нижнюю губу парня.

– Мако... – выдохнул Юкио, наконец приоткрывая затуманенные глаза. – Это ты?

– Тише, – Мако прижал палец к его губам, а другой рукой продолжал исследовать его тело, спускаясь всё ниже. – Спи. Я просто хочу быть рядом.

Юкио потянулся к нему, обхватывая шею Мако руками и притягивая его ближе. Его ладони, горячие и влажные, заскользили по спине Мако, заставляя того вздрогнуть. В комнате стало ощутимо жарче — магия огня обоих парней резонировала, создавая вокруг них кокон из зноя и страсти.

Мако отстранился лишь на мгновение, чтобы стащить с себя футболку. В лунном свете их тела казались высеченными из одного куска мрамора, только разных оттенков. Юкио смотрел на него снизу вверх, и в его глазах, обычно ярко-голубых, сейчас плескалось расплавленное золото — знак пробуждающейся силы и желания.

– Я весь год ждал этого момента, – признался Мако, вновь склоняясь к нему. – Когда мы будем только вдвоем. Без долга, без духов, без всего мира.

– Тогда не останавливайся, – прошептал Юкио, выгибаясь навстречу его рукам. – Я принадлежу тебе, Мако. Всегда.

Мако обхватил его лицо ладонями, целуя так жадно, словно пытался вдохнуть в себя саму душу Аватара. Его пальцы продолжали дразнить, ласкать, исследовать, заставляя Юкио прерывисто стонать прямо ему в губы. Каждое прикосновение было как удар тока, как вспышка молнии в ночном небе.

Они были двумя сторонами одного пламени. Мако — сосредоточенный, точный, оберегающий. Юкио — всепоглощающий, вольный, созидающий. В тишине храма, под защитой древних стен и мудрых духов предков, они нашли свое собственное святилище.

– Ты — мой баланс, – пробормотал Юкио, когда Мако спустился поцелуями к его животу, заставляя мышцы пресса судорожно сокращаться.

– А ты — моя жизнь, – ответил Мако, окончательно теряя контроль над собой.

В ту ночь в Храме Воздуха не было Аватара и не было полицейского Республики. Были только два человека, чьи судьбы переплелись в узле, который не под силу разрубить ни времени, ни смерти. И когда за окном начали бледнеть первые звезды, предвещая рассвет, они всё еще были вместе, утомленные и счастливые, заснув в объятиях друг друга под шепот ветра, который, казалось, одобрял этот союз.

Наследие Аанга и Юми продолжалось не только в магии, но и в этой способности любить вопреки всему, находя свет даже в самой глубокой темноте. И Мако, засыпая на плече Юкио, знал: пока они вместе, никакие тени прошлого не смогут омрачить их будущее.