Не такой как все
Грань между светом и бездной
Я стоял у окна, сжимая пальцы на холодном подоконнике так сильно, что по армированному стеклу побежала едва заметная паутинка трещин. Мои чувства были обострены до предела. Я ощущал каждое колебание маны в здании, каждый вздох сотрудников и, самое главное, я ощущал темную, хаотичную ауру своего младшего сына.
Прошло почти два часа с того момента, как я позорно сбежал от двери кабинета Ли Вона. Два часа, в течение которых я пытался убедить себя, что мне это привиделось, что это был какой-то морок или искажение реальности. Но кровь, все еще приливавшая к лицу при каждом воспоминании о стонах адвоката и властных движениях Юки, говорила об обратном.
Наконец, в дверях главного холла показался он. Юки шел легкой, почти танцующей походкой, засунув руки в карманы узких черных брюк. Его растрепанные черные волосы были в полном беспорядке, а на губах играла едва заметная, сытая и довольная ухмылка. Он что-то тихо напевал себе под нос, и эта его безмятежность в сочетании с тем, что он только что сотворил, выводила из себя.
Хэ Ин, которая все это время мерила шагами вестибюль, сорвалась с места, как натянутая тетива. Сухо, стоявший рядом с ней, выпрямился, его лицо превратилось в маску холодного неодобрения. Он всегда был слишком правильным, слишком похожим на идеальную версию меня.
– Сон Юки! – Голос Хэ Ин прозвенел под сводами Ассоциации, заставив нескольких рядовых охотников вздрогнуть и поспешить скрыться. – Где тебя носило?! Ты пропустил тренировку, ты не отвечал на звонки! Ты хоть понимаешь, что такое дисциплина?
Юки остановился, лениво перевел взгляд на мать, и в его небесно-голубых глазах вспыхнул опасный огонек. Он выглядел невероятно красиво — фарфоровая кожа сияла в лучах заходящего солнца, а атлетичное телосложение подчеркивала тонкая черная футболка. Но за этой красотой скрывалась бездна.
– Ой, мам, сделай одолжение, закрой рот, – произнес он ровным, ледяным голосом. – У меня от твоего визга голова болит. Бесишь. Твой голос такой же противный, как и ты сама со своим вечным имиджем идеальной семьи.
Хэ Ин застыла, словно ее ударили наотмашь. Она была одной из сильнейших охотниц S-ранга, женщиной, которая не боялась монстров, но слова собственного сына вонзились в нее глубже любого клинка. Ее лицо побледнело, а затем залилось краской гнева.
– Да как ты смеешь... – Она замахнулась, чтобы отвесить ему пощечину, но рука не достигла цели.
В то же мгновение из тени Юки вырвались черные щупальца. Они двигались быстрее, чем мог уловить человеческий глаз. Одно из них обхватило запястье Хэ Ин, другое обвилось вокруг ее талии и резко вздернуло ее в воздух, лишая опоры под ногами.
– Юки, отпусти ее сейчас же! – Сухо шагнул вперед, его рука потянулась к рукояти меча, но еще несколько щупалец преградили ему путь, угрожающе извиваясь.
Я вышел из тени колонны, чувствуя, как воздух вокруг начинает вибрировать от моей собственной силы.
– Юки, хватит, – сказал я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все клокотало.
Младший сын повернул ко мне голову. На его лице промелькнула странная, хищная усмешка. Он слегка обнажил зубы, и я увидел, как его клыки стали чуть длиннее и острее, чем обычно. Щупальце, парящее возле лица Хэ Ин, плотно закрыло ей рот, заглушая попытки что-то сказать.
– Я скажу это один раз, – Юки достал из кармана пачку сигарет, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся, выпуская дым прямо в сторону матери. – Ты, мама, просто пиявка, которая присосалась к отцу и фамилии Сон. Ты так печешься об имидже, что забываешь: в тебе нет ни капли крови семьи Сон. Ты здесь чужая.
– Юки, это уже слишком! – выкрикнул Сухо, пытаясь прорваться сквозь заслон теней.
– А ты молчи, робот, – бросил Юки, даже не глядя на брата. – Ты так стараешься быть папиной копией, что растерял остатки собственного «я». Имидж, имидж... В твоей красивой голове есть хоть что-то, кроме желания соответствовать ожиданиям?
Он резко разжал щупальца, и Хэ Ин приземлилась на ноги, пошатнувшись. Сухо подхватил ее, придерживая за плечи. Она смотрела на младшего сына с ужасом, который теперь явно перевешивал гнев.
Юки медленно перевел взгляд на меня. Его глаза цвета ясного неба сузились, и в них промелькнуло лукавство, от которого у меня по спине пробежал холодок.
– И да, отец... – Он сделал паузу, намеренно растягивая слова. – Подглядывать за другими — это некрасиво. Тебе хоть понравилось шоу?
Я почувствовал, как жар снова заливает мою шею и щеки. Сухо и Хэ Ин недоуменно переглянулись, не понимая, о чем он говорит, но мне не нужны были объяснения.
– И знай, – добавил Юки, стряхивая пепел прямо на дорогой ковер Ассоциации, – у меня с Ли Воном все серьезно. Так что не вздумай вмешиваться со своими нравоучениями.
– Ах ты щенок! – Хэ Ин, придя в себя, снова попыталась сделать шаг к нему, но пространство вокруг Юки внезапно исказилось.
Из густой, непроглядной тьмы за его спиной соткалось существо, которое я никогда раньше не видел в своей теневой армии. Это было нечто гротескное, покрытое извивающимися отростками, с множеством горящих глаз. Оно не подчинялось мне. Оно принадлежало только ему.
– Мой король, – проскрежетало существо, склоняясь перед шестнадцатилетним мальчишкой. – Прикажете заставить эту женщину замолчать?
Хэ Ин отшатнулась, ее лицо стало мертвенно-бледным. Она была охотницей высшего ранга, но эта тварь источала силу, которая заставляла инстинкты кричать об опасности.
– Нет, – лениво отозвался Юки, туша сигарету о подоконник. – Но если она еще раз попытается на меня сорваться или что-то предпринять... можешь смело ее сожрать. Разрешаю.
Я сделал шаг вперед, становясь между своей семьей и этим монстром. Моя аура Теневого Монарха вспыхнула, подавляя чужое присутствие.
– Юки, уйми своего слугу. Ты переходишь все границы.
Сын посмотрел на меня без страха, с каким-то странным вызовом, смешанным с глубоко запрятанной обидой.
– Границы? Отец, ты сам научил меня, что сила — это единственное, что имеет значение. Я просто следую твоему примеру. Я не хочу быть частью этой фальшивой идиллии.
Он развернулся к выходу, и его монстр медленно растворился в воздухе, оставив после себя лишь запах озона и горелого табака.
– Я ушел, – бросил Юки через плечо, уже стоя в дверях. – Сегодня дома ночевать не буду. Передай Ли Вону, что я буду у него через десять минут.
Двери захлопнулись с тяжелым стуком. В холле воцарилась гробовая тишина. Хэ Ин бессильно опустилась на ближайшую скамью, закрыв лицо руками. Сухо стоял неподвижно, его кулаки были сжаты до белизны суставов.
– Джинву... – прошептала Хэ Ин, поднимая на меня полные слез глаза. – Что с ним происходит? О каком шоу он говорил? Что у него с адвокатом Чхве?
Я не знал, что ей ответить. Я смотрел на закрытую дверь и понимал, что мой младший сын — не просто бунтарь. Он — сила, которую я сам породил, но которую не могу контролировать. И то, что я увидел в кабинете Ли Вона, было лишь началом его освобождения от всего, что мы пытались ему навязать.
– Я разберусь с этим, Хэ Ин, – сказал я, хотя сам не был уверен в своих словах. – Сухо, отведи маму домой.
– А ты, отец? – Брат посмотрел на меня с немым вопросом.
– Мне нужно... подумать.
Я остался один в пустеющем холле. Тени вокруг меня шептались, передавая тревогу Игриса и других моих солдат. Юки был моим сыном, моей кровью, моей копией в плане мощи, но он выбрал путь, который вел прочь от света. И самое страшное было в том, что я, великий Теневой Монарх, впервые в жизни не знал, как защитить свою семью от одного из ее членов.
Я чувствовал, как в глубине моей души зарождается холод. Юки нашел того, кто принял его тьму. Ли Вон, тихий и рассудительный адвокат, стал якорем для этого неуправляемого шторма. Или, возможно, он стал тем, кто этот шторм подпитывал.
Я должен был поговорить с Ли Воном. Но сначала... мне нужно было умыться еще раз. Образ Юки на том столе все еще стоял перед моими глазами, напоминая о том, что мой маленький мальчик вырос в кого-то гораздо более опасного и искушенного, чем я мог себе представить.