← Назад к обзору

Не такой как все

Бунт в крови и запах божественной искры

Я сидел за своим рабочим столом, бессмысленно глядя на отчеты о магических искажениях, но перед глазами всё еще стояла та сцена в кабинете адвоката. Образ младшего сына, прижимающего к столу взрослого мужчину, не желал стираться из памяти. Это было неправильно, это было вызывающе, это было... так в стиле Юки.

Дверь моего кабинета открылась без стука. Юки вошел небрежной походкой, засунув руки в карманы джинсов. Его взъерошенные черные волосы и выбритые виски придавали ему вид опасного уличного бойца, а небесно-голубые глаза смотрели с нескрываемым вызовом. Он остановился напротив стола и вдруг хитро улыбнулся, обнажая чуть заостренные зубы.

– Что, старик, понравилось смотреть шоу? – Его голос был пропитан иронией.

Я почувствовал, как жар мгновенно прилил к лицу. Мои пальцы, сжимавшие ручку, дрогнули. Теневой Монарх, перед которым трепетали правители миров, сейчас краснел перед собственным шестнадцатилетним сыном.

– И давно у вас... такие отношения с адвокатом? – Я постарался придать голосу строгости, хотя вышло не слишком убедительно.

Юки пожал плечами, ничуть не смутившись.

– Мы уже как год вместе. А что? Тебя это задевает?

– Ты несовершеннолетний, Юки! – Я наконец нашел в себе силы возмутиться. – Ли Вон — взрослый человек, он нарушает закон, не говоря уже о профессиональной этике.

Сын звонко рассмеялся, и в этом смехе не было ни капли детской радости. Только холодная горечь.

– Закон? Этика? Пап, не смеши меня. Ты сам давно перерос законы людей. А насчет Ли Вона... он единственный, кто видит во мне личность, а не просто «второго сына великого Сон Джинву».

Он подошел ближе, оперся руками о мой стол и заглянул мне прямо в глаза.

– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты стал каблуком Хэ Ин. Ты потакаешь ей во всём, позволяя превращать нас в кукол для поддержания идеального имиджа семьи. Сухо уже сломался, он идеальный солдатик. Но я — нет.

– Твоя мать просто хочет для тебя лучшего будущего, – глухо произнес я.

– Она хочет картинку из журнала, – отрезал Юки. – Она ненавидит мою силу, ненавидит мои тени, потому что они не похожи на твоих благородных рыцарей. Она выбрала тебя, потому что ты был героем, но она влюбилась в имидж. Она стерва, помешанная на репутации, и ты это знаешь, просто боишься признать, потому что она «красивая жена». Ты выбрал ее вместо той жизни, которую мог бы иметь, если бы не боялся быть собой.

– Юки, замолчи, – мой голос стал ниже, тени в углах комнаты зашевелились, отвечая на мой гнев.

– Правда колет глаза? – Юки выпрямился. – Завтра приезжают иностранные делегации, очередные охотники высокого ранга. Мать уже подготовила мне костюм, да?

– Пожалуйста, просто будь там, – я вздохнул, стараясь унять внутреннюю бурю. – Это важно для Ассоциации.

– Посмотрим, – бросил он, направляясь к выходу. – И да, не лезь в мои отношения с Ли Воном. Ты свой шанс на настоящую свободу обломал сам, не мешай мне.

Он вышел, с грохотом захлопнув дверь. Я остался в тишине, чувствуя, как внутри всё выгорает. Он был прав и неправ одновременно, но его слова о Хэ Ин ранили сильнее любого меча.

На следующий день в главном холле Ассоциации было не протолкнуться. Прибыли охотники из Японии и США — элита, привыкшая к поклонению. Хэ Ин стояла рядом со мной в безупречном белом костюме, ее лицо было застывшей маской вежливости. Сухо стоял по другую сторону, воплощение дисциплины.

Юки появился в последний момент. Никакого костюма. Черная футболка, серые свободные штаны, кеды. Его вид был плевком в лицо официальности мероприятия.

– Сон Юки! – прошипела Хэ Ин, когда он прошел мимо, даже не взглянув на нее. – Как ты выглядишь? Вернись и переоденься немедленно!

Юки проигнорировал ее так искусно, будто она была пустым местом. Он прислонился к колонне, сложив руки на груди, и принялся рассматривать пришедших гостей с видом скучающего хищника.

– Эй, парень! – К нему подошел высокий японец с дерзким взглядом и длинными волосами, собранными в хвост. От него исходила мощная аура, не уступающая S-рангу. – Ты, кажется, сын того самого Сон Джинву?

Юки лениво перевел на него взгляд своих небесно-голубых глаз.

– К сожалению, его сын, – ответил он подчеркнуто равнодушно.

Японец усмехнулся, его глаза сверкнули интересом.

– Я слышал о тебе. Говорят, ты «ошибка природы» в семье Монарха. Хочу посмотреть, на что ты способен на самом деле. Давай бой? Прямо сейчас, на тренировочной арене.

– Хм, почему бы и нет? – Юки оттолкнулся от колонны. – Хоть какое-то развлечение в этом болоте.

Арена Ассоциации была защищена мощнейшими барьерами, но даже они задрожали, когда двое противников вышли в центр. Гости и сотрудники облепили трибуны. Хэ Ин стояла бледная от ярости, Сухо смотрел с беспокойством.

Японец начал разминаться, его мышцы бугрились под кожей.

– Я Асакура Акира, – представился он, снимая верхнюю куртку. – Потомок великого императора, в моих жилах течет кровь богов.

– А, что-то типа бога? – Юки усмехнулся, принимая расслабленную стойку. – Тогда можно не сдерживаться, да?

– Ха-ха! Как будто ты сможешь меня хотя бы ранить, малец! – Акира рванул вперед.

Он был быстр, невероятно быстр. Но Юки... Юки просто исчез.

В следующую секунду мой сын появился прямо перед Акирой. Удар кулаком был настолько мощным, что воздух вокруг них взорвался звуковой волной. Японец не успел поставить блок и отлетел к стене арены, пробив защитное поле.

Но Юки не дал ему опомниться. Он сократил дистанцию в один прыжок, замахиваясь ногой сверху вниз. Акира в последний момент перекатился, и пятка Юки раздробила усиленный бетон арены в пыль.

– Сильный удар, – прохрипел японец, поднимаясь. Его лицо теперь выражало крайнюю степень сосредоточенности. – Видимо, я тебя недооценил.

Они замерли друг против друга. Между ними возникло такое напряжение, что у зрителей на первых рядах заложило уши. А затем они сошлись в рукопашной. Это была симфония насилия: удары, блоки, захваты. Никто не уступал. Юки двигался с грацией кошки, его атлетичное тело работало на пределе возможностей.

– Хах, ты силен! – Акира сплюнул кровь.

– Ты тоже неплох, – Юки оскалился, и в этот момент его аура изменилась.

Тень за его спиной начала пузыриться и разрываться. Из нее вырвались черные, извивающиеся щупальца, покрытые острыми шипами. Они не были похожи на моих воинов — это была живая, первобытная тьма. Вместе с ними из тени поднялись два существа, отдаленно напоминающие людей, но полностью состоящие из теневой материи с множеством отростков.

– Пахнет богом... богом-хищником... – прошипели существа, их голоса звучали как скрежет металла по стеклу.

Акира побледнел, его божественная аура вспыхнула золотом, пытаясь отогнать тьму.

– Падшие? Не может быть... твоя сила... она из Первых! – выкрикнул он, едва успевая отражать натиск щупалец.

Юки двигался в тандеме со своими тенями. Это был танец смерти. Щупальца жалили, как скорпионы, пробивая золотую защиту японца. На плече Акиры появилась глубокая рана.

– Убийца богов, да, пацан? – Акира тяжело дышал, его золотой свет тускнел под напором иссиня-черной маны Юки.

Юки внезапно остановился. Щупальца замерли, подергиваясь, словно живые существа, ожидающие приказа.

– Думаю, хватит, – холодно произнес он. – Если я убью тебя здесь, эта «старая мадам» мне плешь проест.

Он небрежно кивнул в сторону Хэ Ин, которая стояла ни жива ни мертва, вцепившись в перила трибуны.

Акира выпрямился, вытирая кровь с лица. Он посмотрел на Юки, потом на нас с Хэ Ин, и вдруг понимающе усмехнулся.

– Выходит, ты не очень любишь свою мать, да?

– А за что ее любить? – Юки спрятал руки в карманы, тени мгновенно втянулись обратно в его тело. – За то, что она любит не меня, а образ идеального сына?

Асакура подошел ближе. Он был ранен, измотан, но в его глазах теперь светилось странное уважение.

– Понятно. Гнев внутри, но красота в сердце... Это многое объясняет. Твой взрывной характер, Юки... это не бунт. Это крик о свободе.

Японец протянул руку моему сыну.

– Знаешь, никогда не старайся стать таким, как твои родители. Иди по своему пути. Ты — не тень своего отца, ты — сама Тьма, которая порождает свет. И у тебя прекрасная пара. Тот адвокат... я видел его взгляд. Он единственный, кто не боится того, что внутри тебя.

Юки замер. Его колючий взгляд на мгновение смягчился. Он протянул руку и крепко пожал ладонь Акиры.

– Спасибо, Асахи. Может, ты и не такой придурок, как кажешься.

Я смотрел на них и чувствовал, как что-то внутри меня окончательно надломилось. Мой сын не был сломанным или неправильным. Он просто был слишком велик для тех рамок, в которые мы пытались его втиснуть.

Хэ Ин хотела что-то крикнуть, возмутиться поведением Юки, но я мягко положил руку ей на плечо.

– Оставь его, Ин, – тихо сказал я. – Он уже не наш маленький мальчик. Он — Монарх своего собственного мира. И нам придется с этим смириться.

Юки развернулся и пошел к выходу, не дожидаясь окончания церемонии. Я проводил его взглядом, зная, что сегодня вечером он снова будет в кабинете Ли Вона. И, честно говоря, я впервые за долгое время был за него спокоен. Он нашел свою истину там, где я побоялся искать свою. В абсолютной, неконтролируемой свободе быть собой.