← Назад к обзору

Не такой как все

Убийца богов и горький вкус истины

Тишина, воцарившаяся на арене после боя, была не просто отсутствием звука. Это был вакуум, в котором каждое слово Асакуры Акиры резонировало, словно удар колокола. Я стоял, не в силах пошевелиться, чувствуя, как внутри меня что-то безвозвратно рушится. Мой сын, мой непокорный Юки, только что получил признание от чужака — признание, которого он так и не дождался от собственной семьи.

– Ты слышал, что он сказал, Джинву? – Голос Хэ Ин дрожал от ярости, она сделала шаг вперед, ее лицо было искажено гримасой отвращения. – Он... он оправдывает этот позор! Твой сын спит с мужчиной, ведет себя как животное, а этот японец смеет называть это свободой?!

Я посмотрел на жену. Впервые за долгие годы я увидел ее не как спутницу жизни, а как постороннего человека. Ее идеальный белый костюм, безупречная укладка — всё это казалось теперь декорацией к спектаклю, который мне осточертел.

Асакура Акира, который уже собирался уходить, вдруг остановился. Он медленно обернулся, и его аура, до этого момента просто мощная, внезапно вспыхнула ослепительным золотом. Это не был свет охотника S-ранга. Это была тяжелая, древняя энергия, от которой подкашивались ноги у всех присутствующих. Аура истинного бога.

– Теперь я понимаю, почему он ненавидит вас, – произнес Акира, и его голос зазвучал одновременно из всех углов арены. – Юки был прав.

Он подошел к Хэ Ин вплотную. Охрана Ассоциации попыталась преградить ему путь, но они просто рухнули на колени, придавленные невероятной гравитацией, которую он излучал.

– Ча Хэ Ин... – Акира прищурился, и в его глазах вспыхнуло пламя. – Ты такая гнилая, что мне становится тошно от твоего запаха. Красивая обертка, внутри которой — лишь пустота и жажда контроля. Юки — единственный живой человек в этой фальшивой семейке. Он — пламя, а ты — лед, который пытается его потушить, потому что боишься обжечься.

– Да как ты смеешь?! – взвизгнула Хэ Ин, теряя всякое самообладание. – Ты — гость! Ты не имеешь права оскорблять меня в моем собственном доме! Мой сын — позор этого мира, и если ты такой же дегенерат, то убирайся вон из Кореи!

Воздух вокруг Акиры внезапно стал густым, как смола. Он щелкнул пальцами, и гравитационное давление возросло в десятки раз. Хэ Ин ахнула и упала на колени, ее лицо покраснело от напряжения.

– Боже, как он тебя еще не убил? – Акира наклонился к ней, и в его руке материализовалось копье из чистого света. – Твой язык слишком длинный, женщина. Он несет яд, который отравляет всё вокруг.

Он снова щелкнул языком, издав странный, сухой звук. В ту же секунду Хэ Ин схватилась за горло. Из ее рта хлынула густая алая кровь, окрашивая белый пиджак. Она пыталась что-то сказать, но из ее горла вырывался лишь невнятный хрип.

– Я лишил тебя его, – холодно констатировал японец. – Твой язык слишком долго жалил тех, кто этого не заслуживал. Я забрал твою возможность говорить на три дня. Пусть тишина научит тебя думать.

Я сделал шаг вперед, инстинктивно призывая силу Теневого Монарха. Тени взметнулись за моей спиной, готовые к бою.

– Асакура, остановись, – мой голос прозвучал как раскат грома. – Ты зашел слишком далеко.

Акира повернулся ко мне. Его взгляд был полон странного сочувствия. Гравитация, давившая на зал, внезапно исчезла, оставив после себя лишь звон в ушах.

– Сон Джинву... – Он вздохнул. – Ты вроде неплохой человек, но мне тебя искренне жаль. Ты заперт в этой золотой клетке, которую сам же и построил. Твой сын — единственный, кто достоин внимания в этом мире. Знаешь, почему?

Он сделал паузу, и в этот момент весь мир словно замер.

– Потому что он — Убийца Богов. Это не просто титул, Джинву. Это его природа. А значит, он единственный, кто может убить тебя. Того, кто возомнил себя богом в этом мире теней.

Я застыл. Холод пробежал по моему позвоночнику. Убийца Богов? Мой Юки, мой мальчик с щупальцами из бездны?

– Спроси у своей Системы, – бросил Акира, направляясь к выходу. – Она даст тебе ответ, если у нее хватит смелости. Прощай, Монарх. Надеюсь, когда твой сын придет за тобой, ты встретишь его достойно.

Он ушел, не оглядываясь. Хэ Ин лежала на полу, содрогаясь в беззвучных рыданиях, Сухо бросился к ней, пытаясь помочь, но я не мог пошевелиться. Слова японца крутились в моей голове, как заезженная пластинка.

И тут, прямо перед моими глазами, вспыхнуло знакомое системное окно. Оно было не синим, как обычно, а кроваво-красным, пульсирующим, словно живое сердце.

[ВНИМАНИЕ!]

[Обнаружена скрытая сущность: Наследник Бездны.]

[Статус: Пробуждение завершено на 90%.]

[Титул: Убийца Богов (Абсолютный антипод Монархов).]

[Предупреждение: Сила Сон Юки не происходит от Системы. Она является первородной Тьмой, возникшей до создания Правителей и Изначальных. Вероятность летального исхода для Теневого Монарха при прямом столкновении — 74%.]

Я смотрел на эти строки, и мои руки начали мелко дрожать. Система, которая всегда была моим верным инструментом, сейчас фактически выносила мне приговор. Юки не был просто «другим». Он был тем, кто должен был закончить цикл.

Я медленно перевел взгляд на выход, куда ушел мой сын. Где-то там, в тихом кабинете адвоката, он сейчас искал утешения в объятиях человека, которого я считал недостойным. Но если Юки — Убийца Богов, то Ли Вон... кто он для него? Якорь? Или единственная нить, связывающая его с человечностью?

– Папа! Помоги ей! – Крик Сухо вырвал меня из оцепенения.

Я посмотрел на Хэ Ин. Она выглядела жалкой. Вся ее спесь, вся ее власть над семьей испарилась в одно мгновение. И я понял, что Асакура был прав. Я сам позволил этому случиться. Я позволил своей любви к ней превратиться в цепи, которые душили моих детей.

– Отведи ее к медикам, Сухо, – глухо сказал я. – С ней всё будет в порядке. Это просто урок.

– Урок?! – Сухо посмотрел на меня с ужасом. – Он изувечил ее! На глазах у всех!

– Она сама напросилась, – отрезал я, и мой собственный голос показался мне чужим. – Иди. Мне нужно побыть одному.

Я развернулся и пошел прямиком в свой кабинет. Мне нужно было найти Юки. Не как Монарху, не как отцу, требующему послушания. А как человеку, который хочет понять, когда именно он потерял своего сына.

Я шел по коридорам, и тени расступались передо мной, но теперь в них не было прежней преданности. Они шептались. Они чувствовали присутствие чего-то более древнего и страшного, чем я. Они чувствовали Юки.

Я подошел к двери юридического отдела. Здесь всё еще пахло озоном и тем горьким ароматом, который всегда сопровождал Юки. Я не стал открывать дверь магией. Я просто постучал.

Тишина. Затем послышались шаги, и дверь открыл Ли Вон. Его рубашка была помята, волосы в беспорядке, но взгляд был твердым и спокойным. В нем не было страха перед Теневым Монархом.

– Господин Сон, – он слегка поклонился. – Юки сейчас не в духе.

– Я знаю, – я прошел внутрь, не спрашивая разрешения.

Юки сидел на том самом столе, где я видел его вчера. Он вертел в руках тяжелую пепельницу, и его щупальца лениво извивались за спиной, задевая папки с документами.

– Слышал, ты устроил шоу, – бросил он, не поднимая глаз. – Мамочка, небось, в обмороке?

– Она не может говорить, Юки, – тихо сказал я. – Асакура забрал ее голос.

Юки замер. Затем он медленно поднял голову, и в его голубых глазах вспыхнуло темное пламя.

– Всего лишь на три дня? Жаль. Я бы забрал навсегда.

– Юки... – я сел на стул напротив него. – Система сказала мне, кто ты.

Он усмехнулся, спрыгнул со стола и подошел к Ли Вону, по-хозяйски обнимая его за талию. Адвокат прижался к нему, словно ища защиты — или, наоборот, пытаясь удержать его от безумия.

– Система... – Юки выплюнул это слово. – Твоя маленькая игрушка наконец-то прозрела? Да, я — конец твоего правления, папа. Я — та тьма, которую ты не смог подчинить, потому что ты сам стал рабом своего света.

– Ты собираешься убить меня? – спросил я прямо.

Юки посмотрел на Ли Вона, потом снова на меня. Его лицо смягчилось лишь на мгновение.

– Не сегодня. Ли Вон говорит, что в тебе еще осталось что-то человеческое. Но если ты еще раз позволишь матери давить на меня... если ты еще раз попытаешься сделать из меня «правильного охотника»... я превращу твою Ассоциацию в пепел. И тебя вместе с ней.

Я смотрел на них — на своего сына, обладающего силой уничтожать миры, и на молодого мужчину, который держал его за руку так просто и естественно. И в этот момент я понял: Юки не бунтовал против меня. Он бунтовал против лжи.

– Я понял тебя, – я встал. – Я больше не буду вмешиваться. И Хэ Ин тоже. Я позабочусь об этом.

– Надеюсь, – Юки отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Я вышел из кабинета, чувствуя, как тяжесть последних лет начинает медленно спадать с моих плеч. Да, мой сын — Убийца Богов. Да, он любит мужчину и ненавидит систему. Но он настоящий.

В коридоре я снова вызвал системное окно.

– Ты слышишь меня? – прошептал я в пустоту.

[Слушаю, Игрок.]

– Перестань следить за ним. Удали все данные о Сон Юки из своего реестра. Он больше не часть твоей игры.

[Это невозможно. Сон Юки является...]

– Это приказ! – я высвободил свою ману, заставляя стены вибрировать. – Или я сам найду способ уничтожить тебя.

Система замолчала на долгую минуту. Затем экран мигнул и сменил цвет на нейтральный серый.

[Данные о субъекте «Сон Юки» удалены. Статус: Вне Системы.]

Я вздохнул с облегчением. Это было меньшее, что я мог сделать для него.

Вечером дома было непривычно тихо. Хэ Ин лежала в спальне, окруженная лучшими врачами, но они лишь разводили руками — магия Асакуры была им неподвластна. Сухо сидел в гостиной, потерянный и подавленный.

Я вышел на балкон и посмотрел на ночной Сеул. Где-то там, в огнях большого города, мой младший сын строил свою собственную жизнь, не оглядываясь на тени прошлого. Он был опасен, он был неуправляем, но он был свободен.

И, глядя на звезды, я впервые за долгое время улыбнулся. Быть отцом Убийцы Богов оказалось гораздо сложнее, чем быть Теневым Монархом. Но, возможно, это была единственная битва, которую стоило проиграть.