← Назад к обзору

Небесный король

Стеклянные осколки вечности

– Папа, ты снова здесь? – Голос Сухо, теперь уже двадцатидвухлетнего мужчины, прозвучал приглушенно, словно через слой ваты.

Я не вздрогнул. Монарх Теней не вздрагивает от неожиданных звуков. Я просто медленно закрыл вкладку на планшете, но изображение уже выжглось на сетчатке моих глаз, как клеймо.

– Просто проверял международные сводки по Божественным Вратам, – ответил я, стараясь придать голосу ту самую невозмутимость, которая стала моим единственным доспехом за последние пять лет.

– В социальных сетях? – Сухо подошел ближе и мягко положил руку мне на плечо. – Папа, прошло пять лет. Мама зовет ужинать. Сегодня годовщина вашего... ну, ты помнишь.

– Да. Помню. Иду.

Я встал, чувствуя, как суставы словно заржавели. Мое тело было бессмертным, оно не знало старения в свои двадцать шесть на вид, но душа... душа ощущалась древней, как сама пустота между мирами.

Когда Сухо вышел, я на мгновение снова открыл экран.

На фотографии был пляж. Белоснежный песок где-то на юге Италии, лазурная вода и ослепительное солнце. В центре кадра стоял Алекс. На нем были лишь легкие шорты и солнцезащитные очки, в руке он держал какой-то яркий тропический напиток. За пять лет он стал шире в плечах, его татуировки, казалось, стали еще ярче, переплетаясь в сложные узоры на атлетичном теле.

Рядом с ним, собственнически обнимая его за талию одной рукой, стоял Александр. Русский Король сиял ярче солнца, его белокурые волосы были растрепаны ветром. Другой рукой он показывал в камеру знак «виктория», широко и искренне улыбаясь.

Но не они были центром этой композиции. Между ними, вцепившись в руки отцов, стояли двое мальчишек лет двух. Матвей — маленькая копия Саши, с таким же наглым прищуром голубых глаз. И Юки — тихий, черноволосый мальчик, смотревший в камеру пронзительным взглядом Алекса. Чуть впереди кружилась в танце Ай, их пятилетняя дочь, чьи волосы развевались, как черное знамя.

Подпись под фото гласила: «Моя идеальная семья. Мой любимый и самый лучший муж @Okumura_Alex. Счастье любит тишину, но сегодня мы кричим о нем на весь мир».

Я выключил планшет. В груди привычно заныло — там, где когда-то Система пыталась прорастить связь родственных душ. Я сам вырвал этот росток. Сам, ради Хэ Ин, ради Сухо, ради своего «идеального имиджа».

Спустившись в столовую, я увидел накрытый стол. Хэ Ин выглядела прекрасно. Годы почти не коснулись её, лишь в уголках глаз появились едва заметные морщинки, которые она называла «лучиками счастья». Она улыбнулась мне, и я ответил ей тем же.

– Джинву, ты сегодня какой-то рассеянный, – заметила она, разливая чай. – Опять работа в Ассоциации?

– Да, – соврал я, и эта ложь привычно скользнула с языка. – Новые замеры в районе Пустыни Смерти. Ничего серьезного.

– Алекс прислал открытку, – вдруг сказала она, внимательно глядя на мою реакцию. – Приглашает нас на десятилетие Ай через пять лет. Говорит, что к тому времени Юки и Матвей уже начнут свои первые тренировки.

Я замер с ложкой в руке.

– Открытку?

– Да, обычную, бумажную. Она на камине.

Я встал и подошел к каминной полке. На плотном картоне был изображен заснеженный замок в Сибири. На обороте — каллиграфический почерк Алекса. Лаконичный, холодный, но вежливый. И в конце приписка, сделанная размашистым почерком Александра: «Приезжай, Монарх. Посмотрим, не заржавели ли твои тени в этом твоем уютном Сеуле».

– Мы поедем? – спросил Сухо, в его глазах вспыхнул тот самый азарт, который я видел у него пять лет назад.

– Посмотрим, – ответил я, возвращаясь за стол. – Это будет нескоро.

Весь вечер я был образцовым мужем. Я слушал рассказы Хэ Ин о её новой школе фехтования, обсуждал с Сухо его успехи в рейдах S-ранга. Я был тем самым Сон Джинву, которого знал мир. Героем. Опорой. Стеной.

Но когда дом погрузился в сон, я ушел в свой кабинет и плотно закрыл дверь.

Мои тени зашевелились в углах. Бериу и Игрис проявились из пустоты, молча склонив головы. Они чувствовали мое состояние. Они всегда его чувствовали.

– Мой Король, – прошелестел Бериу. – Ваше сердце... оно звучит как разбитое стекло.

– Замолчи, – приказал я, подходя к окну.

Сеул сиял огнями. Но для меня этот город стал клеткой. Пять лет назад я испугался. Испугался того хаоса, который принес бы в мою жизнь союз с другим мужчиной, с другим Королем. Я испугался разрушить образ «идеального героя», который так старательно выстраивал. Я выбрал комфорт. Я выбрал понятную, социально одобряемую любовь.

Александр не испугался. Он пришел и забрал то, что я оттолкнул. Он заполнил пустоту в душе Алекса своим ревущим пламенем, своей наглостью и своей преданностью.

Я открыл сейф и достал оттуда маленькую коробочку. В ней лежал кристалл — тот самый, который Алекс подарил мне перед отъездом. «Слеза Неба».

Если коснуться его, можно было почувствовать отголосок того, что могло бы быть.

Я закрыл глаза и сжал кристалл в ладони.

Перед моим внутренним взором возник сад. Тот самый, из моих старых снов. Но теперь он был другим. Теперь в нем было много детей. Моя дочь с серыми глазами и дочь Алекса с голубыми. Они смеялись, бегая между яблонь. А мы с Алексом сидели на траве, и в этом мире не было ни Системы, ни Богов, ни обязательств. Была только тишина и полное, абсолютное понимание.

– Ты сам выбрал это, Джинву, – раздался в моей голове голос Алекса, такой, каким он был пять лет назад. – Ты выбрал быть Тенью. А тени не могут жить на солнце.

Я открыл глаза. В кабинете было темно и холодно. Кристалл в моей руке перестал светиться.

Я Монарх Теней. У меня есть всё. Власть, деньги, бессмертие, любящая семья. Мой сын — сильнейший охотник нового поколения. Моя жена — легенда. Мой имидж безупречен.

Но почему тогда, глядя на экран планшета, где Саша обнимает Алекса за талию, я чувствую себя самым нищим существом во вселенной?

– Папа? – В дверь тихо постучали. Это была Хэ Ин. Она вошла, кутаясь в теплый халат. – Ты опять не спишь. Что-то случилось?

– Нет, дорогая, – я убрал кристалл в карман и подошел к ней, обнимая за плечи. – Просто старые раны иногда ноют на погоду.

– Ты стал таким закрытым, Джинву, – она печально вздохнула, прижимаясь ко мне. – Иногда мне кажется, что ты здесь только телом. А твоя душа где-то очень далеко. В той Пустыне, куда ты ходил с Небесными Королями.

Я поцеловал её в макушку, чувствуя укол вины. Она не заслужила этой пустоты. Она любила меня искренне, всей своей человеческой душой.

– Я здесь, – прошептал я. – Я никуда не уйду.

Это была правда. Я никуда не уйду. Я буду до конца играть свою роль. Я буду идеальным мужем и отцом. Я буду защищать этот мир, который стал для меня декорацией.

Но каждую ночь, когда город засыпает, я буду возвращаться в этот кабинет. Я буду смотреть на фотографии из Сибири, из Италии, из закрытых резиденций Небесных Королей. Я буду смотреть на то, как растет Ай, как крепнут Матвей и Юки.

Я буду смотреть на счастье, которое я сам отдал в чужие руки.

– Бериу, – позвал я, когда Хэ Ин ушла обратно в спальню.

– Да, мой Король?

– Найди способ... – я замялся, глядя на открытку на камине. – Найди способ отправить им подарок к дню рождения мальчиков. Что-то из моих личных запасов. Что-то, что защитит их лучше любого щита.

– Будет исполнено, – тень склонилась еще ниже. – От чьего имени отправить, господин?

Я помолчал, глядя на заходящую луну.

– От имени старого друга. Который слишком поздно понял цену тишины.

Пять лет. Пять лет я убеждал себя, что поступил правильно. Что долг выше чувств. Что стабильность важнее безумия.

Но глядя на то, как Саша улыбается на фото, прижимая Алекса к себе, я понимал: Александр — настоящий Король. Не потому, что он правит Россией или обладает силой солнца. А потому, что он оказался достаточно смелым, чтобы быть счастливым.

А я... я просто Монарх Теней. И моя участь — вечно наблюдать за чужим светом из своей идеальной, безупречной тьмы.

– С праздником, Алекс, – прошептал я в пустоту кабинета. – Ты действительно нашел свой дом.

Я выключил свет и вышел из комнаты. Впереди был еще один день моей идеальной жизни. Еще один день, когда я буду улыбаться на камеры, пожимать руки министрам и тренировать Сухо.

Мир будет в безопасности. Мой имидж останется нетронутым.

И только глубоко внутри, в самом ядре моей сущности, маленькая девочка с серыми глазами будет вечно плакать, глядя на завядший сад, который так и не стал реальностью.

Я лег в постель, закрыл глаза и приказал себе уснуть. Но перед сном я в последний раз представил себе тот пляж. Теплый песок, шум волн и смех детей.

– Моя идеальная семья, – повторил я слова Саши, пробуя их на вкус.

Они горчили. Но это была единственная правда, которая у меня осталась. Моя идеальная семья была здесь, в Сеуле. А мое сердце... мое сердце осталось в Сибири, в руках человека, который никогда не узнает, как часто я смотрю на его фотографии.

– Джинву? – Хэ Ин сонно обняла меня во сне.

– Спи, – ответил я, поглаживая её по руке. – Всё хорошо.

И это была самая большая ложь в моей жизни. Но как Монарх, я привык нести это бремя. В конце концов, тени созданы для того, чтобы скрывать то, что не должно видеть солнце.

Я заснул, и мне снова приснился сад. Но на этот раз он был занесен снегом. Холодным, чистым сибирским снегом. И посреди этого снега стоял Алекс. Он не смотрел на меня. Он смотрел на Сашу, который подбрасывал в воздух смеющегося Матвея.

Я стоял за оградой этого сада. Я был лишь прохожим. Тенью на белом полотне.

И это было правильно. Это было то, что я выбрал.

Стеклянные осколки моей вечности больше не резали руки. Они просто стали частью меня. Холодной, неподвижной и вечной.

На следующее утро я проснулся первым. Я приготовил завтрак, проводил Сухо на тренировку и поцеловал Хэ Ин перед уходом в Ассоциацию.

На моем рабочем столе в Ассоциации стояла рамка с нашим семейным фото. Я, Хэ Ин и Сухо. Мы улыбались. Мы были прекрасны.

Я поправил рамку, чтобы она стояла идеально ровно.

– Господин Сон, к вам посетитель из России, – раздался голос секретаря по селектору.

Мое сердце пропустило удар.

– Кто?

– Представитель Окумуры Алекса. Привез ответный подарок для вашего сына.

Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Игра продолжалась. Мы все были Королями на этой доске. Но только некоторые из нас знали, что самая главная фигура была потеряна еще пять лет назад, когда я решил, что тень может заменить свет.

– Проси, – сказал я, открывая глаза.

В кабинет вошел высокий мужчина в строгом костюме. Он поклонился и положил на стол небольшую коробочку, обтянутую синим бархатом.

– Господин Окумура просил передать, что долги всегда должны быть выплачены, – произнес он на безупречном корейском. – И еще... он просил передать лично вам эти слова: «Не ищи правду в отражениях, Джинву. Смотри в лицо реальности».

Когда он ушел, я открыл коробочку. В ней лежал кулон в виде черного дракона, сжимающего в когтях маленькое солнце.

Я долго смотрел на него. А потом убрал в ящик стола, к остальным своим тайнам.

Моя идеальная семья ждала меня дома. А мой идеальный мир продолжал вращаться, не замечая, что его защитник — всего лишь пустая оболочка, наполненная воспоминаниями о том, чего никогда не будет.

– Папа, ты скоро? – Пришло сообщение от Сухо. – Мама купила билеты в кино на вечер.

– Скоро, – напечатал я в ответ. – Уже выезжаю.

Я вышел из здания Ассоциации. Солнце Сеула палило нещадно. Я надел очки, скрывая свои серые глаза, и шагнул в толпу. Один из миллионов. Самый сильный. Самый одинокий.

Монарх Теней, который так и не научился жить на свету.