Небесный король
Стигматы и шепот бездны
Прошло три дня. Три бесконечных дня, в течение которых дом Сон напоминал склеп, где время застыло в густом, липком ожидании. Алекс спал. Он не просто отдыхал — он находился в каком-то глубоком, почти летаргическом анабиозе, который Небесные Короли называют «фазой восстановления Истока». Его тело, истерзанное очищением и битвой в Сахаре, поглощало энергию из пространства, восстанавливая поврежденные клетки и залечивая те жуткие стигматы, что он принес на своей коже.
Я несколько раз заходил к нему в комнату. Теневой Монарх внутри меня беспокойно ворочался, чувствуя исходящую от сына мощь. Даже во сне Алекс подавлял мои тени. Его аура, обычно острая и колючая, теперь стала тяжелой и плотной, как ртуть. Хэ Ин почти не отходила от его двери, прислушиваясь к мерному дыханию, а Сухо... Сухо просто сидел в тренировочном зале, глядя в пустоту.
На четвертое утро тишину нарушил шум на кухне.
Я спустился первым. Алекс сидел за столом, облаченный в простую серую толстовку, которая скрывала его татуировки и шрамы. Он выглядел... иначе. Исчезла та болезненная бледность и круги под глазами. Лицо посвежело, взгляд стал ясным, а движения — точными и уверенными. Он методично уничтожал огромную порцию риса с мясом, которую Хэ Ин, судя по всему, приготовила заранее, предчувствуя его пробуждение.
– Ну что, Монарх? – Алекс даже не поднял головы, когда я вошел, но его голос прозвучал бодро, с той самой долей ехидства, которой мне так не хватало. – Как тебе Сахара? Больше не тянет поиграть в героя в зонах без маны?
Я замер в дверном проеме. Его слова ударили под дых, напоминая о моем бессилии в той красной пустыне. Я прошел к столу и сел напротив него, чувствуя, как внутри разливается странное спокойствие. Он вернулся. По-настоящему вернулся.
– Нет, – ответил я честно, глядя ему прямо в глаза. – Больше не тянет. Я усвоил урок, Алекс.
– Рад слышать, – он усмехнулся, обнажая клыки, и отправил в рот очередной кусок мяса. – А то вытаскивать тебя на закорках под обстрелом божественных паразитов — сомнительное удовольствие. Ты тяжелый, старик. И твои тени в тот момент воняли страхом так, что у меня нос закладывало.
– Я был обузой, – признал я, не пытаясь спорить. – И я благодарен тебе за то, что ты сделал. Нам всем нужно было это увидеть, чтобы перестать жить в иллюзиях.
Алекс прожевал, внимательно глядя на меня. Его голубые глаза на миг вспыхнули чем-то теплым, почти человеческим, но он тут же скрыл это за маской безразличия.
– Ладно, проехали. Главное, что ты не рассыпался в пыль.
В этот момент на столе завибрировал его телефон. Экран вспыхнул, и я отчетливо увидел имя контакта: «Ли Вон».
Алекс тут же отложил палочки и нажал на кнопку приема, включив громкую связь. Видимо, ему было уже всё равно, что я услышу.
– Да, Ли Вон, – произнес Алекс, откидываясь на спинку стула. – Как ты?
– Заткнись, придурок! – Голос из трубки буквально взорвался яростью и какой-то странной, болезненной хрипотой. – Я из-за тебя стоять нормально не могу! Мои каналы выжжены наполовину, а ты еще смеешь спрашивать, как я?
Алекс не сдержался и весело рассмеялся. Этот смех был таким искренним и открытым, что я невольно вздрогнул.
– Ну, если бухтишь — значит, живой, – парировал сын. – Не жалуйся, Ли. Ты сам сказал, что печать требует полной отдачи. Кто же знал, что твой «Источник» такой хрупкий?
– Мой Источник в порядке, это ты — чертова бездонная яма! – Ли Вон на том конце провода, казалось, пытался отдышаться. – В следующий раз сам будешь латать свои дыры. И вообще... зайди ко мне позже. Нужно отдать тебе мази и обновить печати на предплечьях. И... у меня есть новые сведения о пустыне. Кажется, те твари в Сахаре были только разведкой.
Улыбка мгновенно исчезла с лица Алекса. Он стал серьезным, и аура Небесного Короля снова заполнила кухню холодом.
– Разведкой? – переспросил он тихим, опасным голосом. – Ты уверен?
– Более чем. Зайди, Ал. Это не телефонный разговор. Мне нужно показать тебе графики искажения реальности. И прихвати с собой те кристаллы, что мы добыли, мне нужно их стабилизировать.
– Хорошо, – кивнул Алекс, хотя собеседник его не видел. – Как только освобожусь — зайду. Отдыхай, Ли. И... спасибо за прошлую ночь. Без тебя я бы не вывез.
– Проваливай, – буркнул Ли Вон и повесил трубку.
Алекс положил телефон на стол и снова взялся за палочки, но аппетит у него, видимо, поубавился. Он задумчиво смотрел в тарелку, и я видел, как в его голове прокручиваются тысячи сценариев будущих битв.
– Ли Вон... он действительно твой наставник? – спросил я, пытаясь прощупать почву.
– Он больше, чем наставник, отец, – Алекс поднял на меня взгляд. – Он — мой якорь. В мире, где ты постоянно балансируешь на грани превращения в безумного дракона, тебе нужен кто-то, кто не побоится обжечь об тебя руки. Ли Вон — единственный, кто может выдержать мой резонанс.
– Он говорил о мазях... те следы на твоей спине...
Алекс поморщился, словно я напомнил ему о чем-то неудобном.
– Это побочный эффект синхронизации, – отрезал он. – Когда два мощных Истока сливаются для создания печати, происходит... выброс энергии. Кожа не всегда выдерживает. Это не пытки, Джинву. Это цена спасения. И Ли Вон платит её вместе со мной.
– Сухо думает, что он тебя мучает, – заметил я.
– Сухо думает категориями комиксов про героев, – фыркнул Алекс. – Он не понимает, что в высших эшелонах силы нет места для «чистых» побед. Там всегда грязь, кровь и жертвы. Передай брату, чтобы перестал точить на Ли Вона свой игрушечный меч. Если Ли захочет, он сотрет Сухо из реальности одним щелчком пальцев, даже не вставая с кровати.
Я кивнул. Теперь я понимал. Ли Вон был для Алекса тем, чем для меня когда-то была Система — необходимой, хоть и болезненной связью с силой. Но в отличие от Системы, Ли Вон был человеком. Или кем-то очень на него похожим.
– Ты снова уйдешь? – спросил я, глядя, как сын встает из-за стола.
– Уйду, – Алекс потянулся, и я услышал, как хрустят его позвонки. – Работа Короля не заканчивается после одной битвы. Сахара — это только начало. Если боги решили использовать наш мир как инкубатор, мне придется вырезать каждую опухоль, которую они попытаются здесь вырастить.
Он подошел к выходу с кухни, но остановился и обернулся.
– Кстати, старик. Твои тени... они стали чуть тише. Похоже, твой поход в Сахару пошел им на пользу. Они наконец-то поняли, что мир не вращается вокруг их Монарха.
– Я тоже это понял, Алекс, – ответил я.
Он кивнул, на этот раз без насмешки.
– Это хорошо. Может, из тебя еще выйдет толк.
Алекс исчез в коридоре, а через минуту я услышал, как хлопнула входная дверь. Он ушел к своему Ли Вону, к своим печатям и своим битвам, о которых мы никогда не узнаем всей правды.
Я остался сидеть на кухне, глядя на пустую тарелку сына. В доме снова стало тихо, но это была уже другая тишина. Не гнетущее ожидание смерти, а сосредоточенное затишье перед новой бурей.
Я знал, что Алекс вернется. Возможно, снова в шрамах, возможно, снова злой и циничный, пахнущий озоном и чужой кровью. Но теперь я знал одно: он не одинок в своем аду. У него есть Ли Вон, у него есть его сила, и теперь... теперь у него есть мы. Семья, которая больше не требует от него «идеального имиджа», а просто ждет его возвращения.
Я встал и начал убирать со стола. Теневой Монарх внутри меня больше не ворчал. Он смиренно ждал, осознавая свое место в новой иерархии этого расколотого мира.
– Береги себя, сын, – прошептал я в пустоту кухни. – И двигайся быстрее. Мы будем здесь, когда ты закончишь.
За окном занимался яркий, ослепительный день, но я знал, что где-то там, за гранью видимого спектра, Небесный Король-Дракон уже расправил свои призрачные крылья, готовясь к новому раунду войны с небесами. И на этот раз я не боялся за него. Я гордился им.