← Назад к обзору

Неовампиризм

Голод под неоновым небом

Первая неделя в академии ЮЭЙ напоминала затянувшийся сон. Для Изуку мир изменился не только из-за его новой природы, но и из-за того, как он теперь его воспринимал. Звуки стали оглушительными: он слышал биение сердец одноклассников, мерный ритм пульсации крови в их жилах. Запахи превратились в сложную карту — он мог отличить запах пота Бакуго, отдающий нитроглицерином, от легкого цветочного аромата Урараки.

Но самым сложным было не это. Самым сложным было солнце. Оно не сжигало его, как предсказывали древние легенды и как опасался его наставник в ином мире. Оно лишь приятно согревало кожу, заставляя Изуку чувствовать себя почти человеком. Однако «Зверь» внутри него — та самая тёмная сущность, что поселилась в его душе после обращения — недовольно ворчал на свет, предпочитая глубокие тени.

– Мидория, ты снова витаешь в облаках, – негромко произнёс Шинсо, когда они шли по коридору в сторону столовой. – Или ты просто прислушиваешься к тому, чьё сердце бьётся вкуснее?

Изуку вздрогнул и посмотрел на фиолетоволосого парня. Между ними установилось странное взаимопонимание. Шинсо, которого всю жизнь считали потенциальным злодеем из-за его причуды контроля разума, видел в Мидории родственную душу — кого-то, кто тоже стоял на грани между светом и тьмой.

– Прости, Хитоши, – Изуку слегка улыбнулся, обнажив чуть более острые, чем у обычного человека, резцы. – Просто здесь слишком много... жизни. Иногда это сбивает с толку.

– Тебе нужно поесть, – констатировал Шинсо, кивнув в сторону кафетерия. – Хотя я до сих пор не уверен, что ты там заказываешь. Кровавый пудинг?

– Обычный рис вполне подходит для поддержания видимости, – ответил Изуку, проходя в дверной проем. – Но ты прав, мне нужно кое-что покрепче.

В столовой было шумно. Внимание к Изуку всё ещё не угасло. Пропавший без вести ученик, вернувшийся с невероятной силой, был главной темой сплетен. Бакуго сидел в дальнем углу, окруженный своей «свитой», и сверлил спину Изуку взглядом, полным ярости и чего-то похожего на экзистенциальный ужас.

– Смотри-ка, наш «вампирчик» соизволил прийти, – пробормотал Кацуки, достаточно громко, чтобы Изуку услышал. – Эй, Деку! Ты теперь спишь в гробу или всё ещё в своей комнате, обклеенной плакатами Всемогущего?

Изуку остановился. Он медленно повернул голову, и на мгновение его глаза вспыхнули алым, отражая свет ламп. Воздух вокруг него словно похолодел.

– Каччан, – голос Мидории был тихим, но в нём слышался рокот лавины. – Если ты хочешь проверить, насколько крепко я сплю, можешь зайти в гости. Но предупреждаю: я очень не люблю, когда меня будят.

Бакуго стиснул зубы, а на его ладонях заплясали искры.

– Ты думаешь, что раз отрастил зубы, то стал крутым? Ты всё тот же бесполезный задрот!

– Довольно, – отрезал подошедший Иида, размахивая руками, как робот. – Бакуго, задирать одноклассников недопустимо для будущего героя! Мидория, пройдем к столу, не стоит провоцировать конфликты.

Изуку лишь вздохнул. «Зверь» внутри требовал поставить блондина на место, выпить его наглую уверенность вместе с кровью, но Изуку подавил этот порыв. Он всё ещё был тем самым мальчиком, который хотел спасать людей. Просто теперь у него были для этого когти.

***

Вечер застал Изуку на крыше одного из корпусов ЮЭЙ. Это было его любимое место — здесь ветер пах свободой, а не чужими эмоциями. Он смотрел на заходящее солнце, чувствуя, как внутри просыпается истинная сила.

– Я знал, что найду тебя здесь, – раздался голос из тени.

Из дверного проема вышел Шота Айзава. Его глаза были красными от усталости, а шарф-лента лениво покачивался на плечах.

– Сенсей, – Изуку не обернулся. – Я не нарушаю комендантский час.

– Знаю. Я пришел поговорить о твоей причуде... или как ты это называешь. Твои показатели на тренировках пугают даже директора Незу. Ты не просто силен, ты обладаешь рефлексами, которые выходят за рамки биологии.

– Это наследие Древнего, – ответил Изуку, наконец повернувшись к учителю. – Он сказал, что я — аномалия. Вампир, сохранивший связь с солнцем. В его мире это считалось бы божественным знаком. В нашем... я просто странный парень с жаждой крови.

– Твоя жажда, – Айзава подошел ближе, внимательно изучая зрачки ученика. – Насколько она контролируема? ЮЭЙ не может позволить себе иметь студента, который сорвется во время тренировочного боя и... осушит товарища.

Изуку замолчал. Он вспомнил того грабителя в переулке. Вкус его страха, смешанный с металлическим привкусом крови. Это было опьяняюще.

– Я контролирую её, – твердо сказал Мидория. – У меня есть запасы медицинской крови, которые мне предоставила Исцеляющая Девочка. Но «Зверь»... он не про кровь, сенсей. Он про доминирование. Он хочет, чтобы все вокруг признали меня хищником.

– И как ты с ним справляешься?

– Я напоминаю себе о том дне на крыше Орудеро, – Изуку горько усмехнулся. – О том, как я был слаб. И о том, что эта сила дана мне не для того, чтобы быть выше других, а чтобы больше никто не чувствовал себя так, как я тогда.

Айзава кивнул, удовлетворенный ответом.

– Завтра у нас будут занятия по спасению в зоне USJ. Будь готов. Там не будет места для философских размышлений. Только действие.

***

На следующий день класс 1-А отправился в тренировочный лагерь. Всё шло по плану, пока небо над центральной площадью USJ не разорвала черная воронка.

– Всем назад! – крикнул Айзава, надевая очки. – Это настоящие злодеи!

Изуку почувствовал их раньше, чем увидел. Запах сотен людей, пропитанных злобой и дешевым азартом. Но среди них выделялся один — запах разложения и сухой пыли.

– Тринадцать, защищай учеников! – скомандовал Сотриголова и бросился в толпу врагов.

– Мы не можем просто стоять! – вскрикнул Киришима, но в этот момент черная дымка Курогири окутала их, разбрасывая по разным зонам.

Изуку оказался в Зоне Наводнения вместе с Асуи и Минетой... точнее, с Шинсо, который заменил виноградного мальчика.

– Где мы? – Шинсо огляделся, стоя на палубе тонущего корабля. Вокруг из воды выныривали злодеи с водными причудами.

– В ловушке, – кратко ответил Изуку. Он закрыл глаза, настраиваясь. Его слух пронзил толщу воды. – Их около двадцати. Они ждут, когда мы прыгнем в воду.

– И что будем делать? – спросила Тсую, прижимая палец к губам. – Ква. В воде у них преимущество.

– Не у них, – прошептал Изуку.

Его тело внезапно начало вибрировать. Шинсо отшатнулся, когда кожа Мидории стала мертвенно-бледной, а ногти превратились в острые когти.

– Тсую, хватай Шинсо и прыгай на берег, когда я дам знак, – скомандовал Изуку. Его голос теперь звучал как скрежет металла по камню.

– А ты? – Шинсо нахмурился.

– А я поужинаю.

Изуку не стал ждать ответа. Он прыгнул в воду, но не как человек, а как снаряд. Как только он коснулся поверхности, его тело рассыпалось на десятки летучих мышей. Но это были не обычные рукокрылые — их крылья были острыми, как лезвия, а глаза светились алым.

Злодеи под водой даже не поняли, что произошло. Черный вихрь пронесся сквозь них. Изуку в форме стаи не нуждался в кислороде. Он двигался между ними, нанося удары и разрывая гидрокостюмы. Кровь начала окрашивать воду в розовый цвет.

Для вампира кровь в воде была как маяк. Изуку почувствовал, как «Зверь» внутри довольно заурчал. Он обрел человеческую форму прямо на глубине, схватил одного из злодеев за горло и, используя его как опору, рванулся к следующему.

Через минуту он вынырнул на поверхность, толкая перед собой плот из бессознательных тел.

– Путь свободен, – бросил он, запрыгивая на берег. Его одежда была мокрой, но он даже не запыхался.

– Мидория... ты их убил? – тихо спросил Шинсо, глядя на окровавленную воду.

– Нет. Просто лишил возможности двигаться. И немного... одолжил их сил, – Изуку вытер каплю крови с уголка губ. Его зрачки всё ещё были узкими щелочками. – Нам нужно к центру. Айзава-сенсей в беде.

Когда они добрались до центральной площади, картина была ужасающей. Айзава лежал на земле, прижатый огромным чудовищем с открытыми мозгами — Ному. Руки учителя были сломаны, а лидер злодеев, парень с руками по всему телу, безумно смеялся.

– О, еще один героический мусор пришел на подмогу? – прохрипел Шигараки Томура. – Ному, убей его.

Монстр издал истошный вопль и сорвался с места. Его скорость была невероятной, но для Изуку мир словно замедлился.

– Слишком. Медленно, – прошипел Мидория.

Он не стал уклоняться. Он встретил удар Ному своим ударом. Кулак вампира столкнулся с кулаком биоинженерного монстра. Ударная волна была такой силы, что стоявшие рядом злодеи разлетелись в стороны.

– Что?! – Шигараки замер. – Ному создан, чтобы противостоять Всемогущему! Как какой-то школьник может его сдерживать?

Изуку чувствовал, как кости в его руке трещат, но они тут же срастались благодаря сверхъестественной регенерации. «Зверь» внутри него взревел, требуя полной свободы.

– Ты пахнешь смертью и фальшью, – Изуку посмотрел прямо в глаза Ному. – У тебя нет души. Нет крови. Ты просто пустая оболочка.

Мидория использовал свою вторую способность. Кровь злодеев, оставшаяся на его одежде и коже после битвы в воде, внезапно зашевелилась. Она сползла на землю, формируя острые шипы.

– Кровавое поглощение: Оковы бездны! – выкрикнул Изуку.

Алые нити вонзились в тело Ному, связывая его по рукам и ногам. Ному дернулся, его огромные мышцы вздулись, разрывая путы, но на их месте тут же возникали новые.

– Это... манипуляция кровью? – прошептал Шинсо, наблюдая за битвой. – Но откуда у него столько крови?

– Это не только его кровь, – догадалась Тсую. – Он использует всё, что есть вокруг.

Однако Ному был слишком силен. Одним мощным рывком он разорвал все оковы и нанес Изуку удар в грудь, впечатав его в стену фонтана.

– Деку! – закричал Бакуго, который только что прорвался к центру вместе с Тодороки.

Шигараки торжествующе оскалился.

– Вот и всё. Конец игры.

Из облака пыли у фонтана раздался низкий, вибрирующий смех. Изуку медленно поднялся. Его школьная форма была разорвана, открывая бледную грудь, на которой на глазах затягивалась огромная вмятина. Но самым страшным было его лицо.

Вокруг Изуку начала клубиться черная аура, похожая на туман. Его волосы встали дыбом, а из-за спины развернулись огромные, призрачные крылья из чистой тьмы и запекшейся крови.

– Конец игры? – Изуку сделал шаг вперед, и земля под его ногами покрылась инеем. – Нет. Игра только начинается.

Он исчез. Даже Тодороки со своим льдом не успел заметить движения. В следующую секунду Ному взлетел в воздух от апперкота такой силы, что звук удара напомнил выстрел из пушки. Мидория оказался над ним, схватил монстра за голову и с разворота впечатал обратно в бетон.

– Ты... ты не человек! – закричал Шигараки, пятясь назад. – Кто ты такой?!

Изуку приземлился на грудь поверженного Ному, который пытался регенерировать, но черная аура Мидории словно пожирала его клетки, не давая им восстанавливаться.

– Я — тот, кто прыгнул в бездну и не разбился, – Изуку посмотрел на Шигараки взглядом истинного хищника. – Я — Изуку Мидория. И я буду величайшим героем, даже если для этого мне придется выпить всю тьму этого мира.

В этот момент двери USJ распахнулись с грохотом. На пороге стоял Всемогущий. Его привычная улыбка отсутствовала, а аура мощи заполняла всё пространство.

– ВСЁ В ПОРЯДКЕ! ПОЧЕМУ? ПОТОМУ ЧТО Я... – Символ Мира осекся, увидев представшую перед ним картину.

Центр площади был разрушен. Ному, венец творения злодеев, был прижат к земле окровавленным подростком, от которого исходила мощь, едва ли уступающая его собственной.

– Юный... Мидория? – прошептал Всемогущий.

Изуку медленно повернул голову к герою №1. Тьма вокруг него начала рассеиваться, крылья исчезли, а глаза снова стали изумрудными, хотя алый блеск никуда не делся.

– Вы опоздали, Всемогущий, – спокойно сказал Изуку, отпуская шею Ному. – Но не волнуйтесь. Я присмотрел за ними.

Шигараки, воспользовавшись замешательством, прыгнул в портал Курогири.

– Это не конец! Мы еще встретимся, вампир! – прошипел он, прежде чем исчезнуть.

Когда всё закончилось, и полиция начала уводить оставшихся злодеев, Изуку сидел на краю фонтана. К нему подошел Шинсо и молча протянул бутылку воды.

– Знаешь, Мидория, – сказал Хитоши, садясь рядом. – После такого... никто в классе больше не назовет тебя «бесполезным Деку».

– Наверное, – Изуку посмотрел на свои руки, которые всё еще слегка дрожали. «Зверь» внутри него был доволен. Он почувствовал вкус настоящей битвы. – Но теперь у них есть другой повод меня бояться.

– Пусть боятся, – пожал плечами Шинсо. – Главное, чтобы они знали: ты на их стороне.

К ним подошел Всемогущий. Он выглядел обеспокоенным.

– Юный Мидория, нам нужно серьезно поговорить. Твоя сила... это не обычная причуда. Я чувствую в ней что-то древнее. И очень опасное.

Изуку поднял взгляд на своего кумира. Раньше он бы затрепетал от волнения, но теперь он лишь вежливо кивнул.

– Я знаю, Всемогущий. Но не волнуйтесь. Я контролирую свою тьму. Ведь в конце концов, даже у самой долгой ночи всегда есть рассвет. И я — тот, кто может по нему гулять.

Всемогущий промолчал, но в его глазах промелькнула тень сомнения. Он видел многих героев, но Изуку Мидория был кем-то иным. Он был героем, рожденным из смерти, и его путь только начинался. А где-то в другом мире, на троне из костей и серебра, Древний вампир наблюдал за своим учеником через кровавое зеркало и довольно улыбался. Его наследник не подвел.