← Назад к обзору

Неожиданно

Цена корысти в тени монарха

Воздух в номере отеля «Grand Seoul» застыл, превратившись в густую, осязаемую субстанцию, которую было трудно вдыхать. Сон Джин Ву стоял неподвижно, но сама реальность вокруг него вибрировала от сдерживаемой ярости. Дверь за Алексом закрылась, отсекая мягкий свет коридора, и в комнате остались только двое: Теневой Монарх и женщина, которая решила, что сможет переиграть судьбу.

Мина, еще минуту назад выглядевшая торжествующей и уверенной в своей власти над ситуацией, теперь сжалась в кресле. Без присутствия Алекса, который служил своего рода громоотводом, давление маны Джин Ву обрушилось на нее всей своей тяжестью. Она чувствовала, как невидимые тиски сжимают ее легкие, а тени на стенах начинают удлиняться, превращаясь в когтистые лапы, тянущиеся к ее горлу.

– Ты... вы не можете... – ее голос сорвался на хриплый писк. – Я родила вам внучку! Я имею право на...

– Право? – Джин Ву произнес это слово так тихо, что оно прозвучало страшнее любого крика. Он медленно повернул голову, и его глаза вспыхнули ледяным фиолетовым светом. – Ты говоришь о правах, используя моего сына как разменную монету?

Он сделал один шаг вперед. Пол под его ногами не скрипнул, но Мине показалось, что само здание содрогнулось.

– Я видел много монстров, – продолжал Джин Ву, его голос резонировал прямо в ее сознании. – Оборотней, демонов, ледяных эльфов. У них были разные мотивы: голод, инстинкты, приказы правителей. Но ты... ты хуже многих из них. Ты хладнокровно спланировала, как использовать человеческую слабость, чтобы вцепиться в чужую жизнь ради золота и статуса.

– Это не правда! Я любила его! – выкрикнула она, пытаясь защититься ложью, которая рассыпалась в прах под его взглядом.

– Не смей лгать тому, кто видит саму суть души, – отрезал Монарх. – Я чувствую твой страх, перемешанный с жадностью. В тебе нет ни капли любви ни к Алексу, ни к тому существу, которое ты только что произвела на свет. Для тебя этот ребенок — лишь пропуск в мир, где тебе не место.

Тени у ног Джин Ву забурлили, и из них медленно поднялся Игрис. Рыцарь в алых доспехах стоял молчаливым изваянием, положив руку на эфес своего меча. Его присутствие окончательно лишило женщину остатков самообладания. Она разрыдалась, но это были слезы не раскаяния, а осознания полного проигрыша.

Джин Ву подошел к окну, глядя вниз, на улицу, где черный спорткар Алекса как раз выезжал с парковки. Его сын, его дерзкий, непонятый мальчик, сейчас увозил на заднем сиденье новую жизнь. Жизнь, которая началась с обмана, но которую Алекс решил принять с честью, превосходящей его ранг Е.

– Мой сын сказал, что не хочет тебя видеть, – произнес Джин Ву, не оборачиваясь. – Обычно я прислушиваюсь к желаниям своих детей. Но в твоем случае я добавлю кое-что от себя. Ты хотела стать частью семьи Сон? Ты хотела, чтобы мир узнал о тебе?

Мина с надеждой подняла голову, но тут же вскрикнула. Тень Игриса накрыла ее полностью.

– С этого момента, – голос Джин Ву стал суровым и официальным, как смертный приговор, – тебя не существует для этого мира. Твое имя будет стерто из всех реестров. Твои счета будут аннулированы. Ни один человек, ни одна камера не вспомнит твоего лица. Ты получишь сумму, достаточную, чтобы уехать в самую глухую провинцию другой страны и никогда, слышишь, никогда больше не приближаться к границам Кореи.

– Вы не можете так поступить! Это похищение! Это...

– Это милосердие, – Джин Ву резко обернулся, и его мана вспыхнула, на мгновение превратив его силуэт в гигантскую фигуру Теневого Правителя. – Потому что, если я увижу тебя еще раз, или если ты попытаешься продать свою историю прессе, или если твое присутствие хоть на секунду омрачит жизнь моей внучки... тени заберут тебя. И поверь, смерть в их объятиях — это самое легкое, что может с тобой случиться.

Он кивнул Игрису. Рыцарь шагнул к женщине, и та потеряла сознание от ужаса прежде, чем он успел ее коснуться.

– Уведи ее, – приказал Джин Ву. – Проследи, чтобы она исчезла тихо. Документы подготовят мои люди из ассоциации.

Когда комната опустела, Джин Ву остался один. Он тяжело вздохнул и опустился в то самое кресло, где недавно сидела Мина. Гнев медленно уступал место горькой печали.

Он вспомнил лицо Алекса. Семнадцать лет. Возраст, когда нужно думать о выпускных экзаменах, о видеоиграх, о первой влюбленности. Алекс и так всегда чувствовал себя лишним. Сухо был его законным наследником, гордостью Ча Хэ Ин, мальчиком, чьи способности расцветали под лучами всеобщего одобрения. А Алекс... Алекс был плодом его собственной ошибки, напоминанием о времени, когда Джин Ву еще не до конца осознал, что значит быть богом среди людей.

Джин Ву всегда старался быть справедливым. Он любил Алекса. Его дерзость, его татуировки, его нежелание следовать правилам — всё это было защитной реакцией на мир, который требовал от него быть «мини-версией» великого отца. Но сегодня Алекс удивил его. В его голосе, когда он говорил о ребенке, не было страха. Была только сталь.

– Ребенка оставим... – прошептал Джин Ву, глядя на пустую люльку. – Ты растешь быстрее, чем я думал, сын.

Он закрыл глаза и сосредоточился на связи со своими тенями. Он чувствовал Алекса. Тот уже подъезжал к их особняку. Джин Ву представил лицо Хэ Ин, когда она увидит мужа и сына с младенцем на руках. Будет буря. Но Хэ Ин была доброй женщиной, она примет эту девочку, даже если это разобьет ей сердце в первый момент.

Джин Ву поднялся и активировал «Обмен тенями».

Мгновение — и он оказался в гостиной своего дома. Запах дорогого дерева, тихая музыка, свет ламп. Ча Хэ Ин сидела на диване с книгой, а Сухо о чем-то увлеченно рассказывал, размахивая руками.

Дверь распахнулась, и вошел Алекс. Он был все в той же черной накидке с золотым драконом, растрепанный, с горящими глазами. В руках он бережно прижимал к груди сверток, из которого доносилось тихое сопение.

Разговор в комнате оборвался. Сухо застыл с открытым ртом. Хэ Ин медленно поднялась, ее книга с глухим стуком упала на ковер.

– Алекс? – ее голос дрогнул. – Что это... кто это?

Алекс прошел в центр комнаты, игнорируя ошеломленные взгляды. Он посмотрел на отца, который только что материализовался у окна, ища поддержки, но тут же перевел взгляд на Хэ Ин.

– Это моя дочь, – четко произнес Алекс. – Ее зовут...

Он запнулся, осознав, что еще не придумал имя. Он посмотрел на крошечное личико, на эти удивительно яркие голубые глаза, которые теперь были широко открыты и изучали мир.

– Ее зовут Сон Си А, – закончил он, и в его голосе прозвучал вызов. – И она будет жить здесь. Со мной.

Сухо первым нарушил тишину, издав нервный смешок.

– Ты... ты серьезно? Алекс, это какая-то пранк-игра? Ты притащил ребенка? Откуда?

– Замолчи, Сухо, – негромко сказал Джин Ву, выходя из тени.

Хэ Ин подошла к Алексу. Она смотрела не на него, а на младенца. Ее рука непроизвольно потянулась к свертку, но она вовремя остановилась, глядя на пасынка. В ее глазах была боль, понимание и бесконечная усталость.

– Ты уверен, Алекс? – спросила она то же самое, что и Джин Ву в отеле.

– Я никогда не был уверен ни в чем так сильно, – ответил парень. – Я знаю, что я не идеален. Я знаю, что я — обуза для этой семьи с моим рангом и моим характером. Но она... она не виновата в том, как появилась на свет. Я не брошу ее в приют и не отдам той женщине.

Алекс взглянул на Сухо, который все еще выглядел так, будто у него случился системный сбой.

– Тебе придется привыкнуть к роли дяди, братец. Хотя, судя по твоему лицу, ты к этому готов меньше, чем я к отцовству.

– Да пошел ты, – буркнул Сухо, но в его глазах промелькнуло любопытство. Он подошел ближе. – У нее... у нее твои глаза. Реально.

Джин Ву наблюдал за этой сценой со стороны. Его семья, такая сложная, собранная из осколков разных жизней и судеб, сейчас проходила через очередное испытание. Он подошел к Хэ Ин и обнял ее за плечи. Она прислонилась к нему, тяжело вздохнув.

– Мы справимся, – тихо сказал он ей на ухо.

– Конечно, справимся, – Хэ Ин наконец улыбнулась, хотя улыбка была грустной. – У нас нет другого выбора.

Алекс посмотрел на них всех — на великого отца, на идеальную мачеху, на талантливого брата. Впервые за семнадцать лет он не чувствовал себя тенью. Он чувствовал себя щитом.

– Я пойду в свою комнату, – сказал он. – Ей нужно отдохнуть. И мне тоже. Завтра... завтра решим, что делать с документами и остальным.

– Алекс, – окликнул его Джин Ву, когда тот уже был на лестнице.

Парень обернулся.

– Я горжусь тобой, – просто сказал Теневой Монарх.

Алекс ничего не ответил. Он лишь крепче прижал к себе Си А и скрылся в глубине коридора. Его шаги были уверенными, а спина — прямой.

В ту ночь в особняке семьи Сон долго не гас свет. Пока Джин Ву и Хэ Ин обсуждали, как скрыть этот факт от назойливых репортеров и ассоциации, Алекс сидел в своей комнате. Он уложил дочку в импровизированную постель из мягких подушек и сел рядом на пол.

Он достал из уха серьгу, повертел ее в руках и положил на тумбочку. Его взгляд упал на татуировку ассасина на предплечье. В играх, которые он так любил, всегда была возможность начать заново, загрузить сохранение или выбрать другой путь. В реальности у него была только одна попытка.

– Ну что, Си А, – прошептал он, протягивая палец, который девочка тут же схватила. – Похоже, мы с тобой в одной лодке. Против всего этого безумного мира охотников.

Он знал, что впереди — бесконечные бессонные ночи, скандалы, косые взгляды и шепот за спиной. Но глядя на то, как маленькая девочка доверчиво сжимает его руку, Алекс понял: его ранг Е больше не имел значения. Потому что для этого маленького существа он уже был рангом S.

А где-то в тени, невидимый для человеческого глаза, стоял Берилл, верный муравей-рыцарь, которому Джин Ву поручил охранять покой молодого господина и его новой подопечной. Берилл склонил голову, признавая нового члена стаи. Глава семьи Сон стала больше, и тени были готовы защищать ее до последнего вздоха.