Нестандартный рыцарь Ситри версия 2
Будни наёмника, священный холод и кошачий хаос
Город Куо жил двойной жизнью, о чём подавляющее большинство его обывателей даже не догадывалось. Днём здесь звенели школьные звонки, пахло свежей выпечкой из пекарен и цветущей сакурой, а по узким асфальтовым улочкам спешили клерки в одинаковых строгих костюмах. Но стоило солнцу опуститься за кроны вековых кедров, как из теней выползала изнанка: падшие ангелы шептались на руинах осквернённых святынь, низшие бесы искали лёгкой наживы, а наследницы благородных демонических домов вели шахматные партии, в которых разменными фигурами были живые души.
Впрочем, Гарри Поттера всё это возвышенное мистическое дерьмо сейчас волновало меньше всего.
Перед ним стояла куда более экзистенциальная проблема.
– Буруню-ю-ю! – раздался визгливый, скрипучий голос откуда-то снизу, из района его коленей. – Ты почему стоишь столбом, чужеземец?! Клиенты жаждут карри! Клиенты требуют кошачьего сока! Если соус остынет, я вычту из твоей ставки триста тысяч йен и продам твою белую сову на чёрном рынке фальшивых талисманов! Нья-ха-ха!
Гарри медленно, с глубоким вздохом, в котором сквозила вековая усталость Сакаты Гинтоки, опустил взгляд.
Прямо перед ним, уперев крошечные лапки в бока, стояло нечто. Существо ростом сантиметров в сорок пять, отдалённо напоминающее белую кошку с человеческим лицом, неестественно круглыми красными глазами-бусинками и в крошечном строгом платьице, сердито виляло коротким хвостом.
Неко Арк.
Каким ветром это межпространственное недоразумение занесло в неприметный переулок торгового квартала Куо, Гарри не знал. Как не знал и того, какому безумному божеству взбрело в голову открыть здесь филиал кафе «Аненербе». Но факт оставался фактом: утром, когда Гарри вышел за свежим молоком для Хедвиг, это существо материализовалось из мусорного бака, сунуло ему под нос контракт с сургучной печатью гоблинского банка и пообещало заплатить редкими алхимическими ингредиентами, включая очищенную серебряную пыль для пуль, если он отработает официантом ровно четыре часа.
А так как удача Гарри с самого рождения имела уверенный ранг «Е», контракт магически защёлкнулся на его запястье прежде, чем он успел выхватить «Беретту».
– Послушай сюда, мутировавший комок шерсти, – лениво протянул Гарри, поправляя белый фартук, надетый прямо поверх его чёрной рубашки с закатанными рукавами. Под фартуком, на поясе за спиной, привычно и надёжно оттягивали ремень два заряженных пистолета. – Если ты ещё раз заикнёшься про Хедвиг, я засуну твой дурацкий соус тебе в глотку, утрамбую его шомполом от снайперской винтовки Балалайки и отправлю бандеролью обратно в твоё бредовое карманное измерение. Усёк, мелкий пушистый террор?
– Двуногий раб угрожает великой мне?! – Неко Арк комично подпрыгнула на месте, описав сальто. – Твоя дерзость будет записана в гроссбух вселенского зла! А теперь неси заказ к третьему столику, пока я не вызвала сюда такси из летающих ракет! Буруню-ю!
Она с громким «хлоп» растворилась в воздухе, оставив после себя лишь слабый запах жжёной карамели и пороха.
Гарри потёр переносицу, проклиная тот день, когда решил, что подработка наёмником в Ронапуре подготовит его ко всему. К русским десантникам – да. К триадам мистера Чанга – запросто. К обезумевшей карликовой кошкодевочке, искривляющей ткань реальности? Определённо нет.
Подхватив тяжёлый деревянный поднос с тремя тарелками дымящегося карри и гигантской кружкой странного зеленоватого напитка с пузырями, Гарри толкнул бедром створчатые двери и вышел в зал.
Кафе представляло собой форменное безумие. За столиками сидели совершенно несовместимые личности: пара низших духов в соломенных шляпах мирно резалась в кости с трёхглазым демоном-бродягой, в углу дремал огромный волк-оборотень в деловом костюме, а за дальним столом трое подозрительных магов в плащах яростно спорили о курсе рун на чёрном рынке.
– Ваш заказ, господа чудовища, – с безупречной улыбкой лондонского дворецкого произнёс Гарри, выставляя тарелки перед оборотнем и духами. – Острое карри с мясом неизвестного происхождения и особый напиток заведения. Если у вас выпадут зубы или начнётся спонтанная левитация – администрация ответственности не несёт, претензии принимаются исключительно в письменном виде на дне ближайшего вулкана.
– Эй, парень, – прорычал волк, обнюхивая тарелку и прищурив желтые звериные глаза. – А ты дерзкий для простого мясного мешка. Дьявольщиной от тебя несёт за версту, но пистолеты за поясом… Ты чей будешь?
Гарри окинул оборотня скучающим взглядом, в котором на миг промелькнуло что-то до боли напоминающее Данте перед дракой в баре. Он медленно наклонился, опёрся ладонью о край стола и негромко произнёс:
– Я тот парень, который сейчас работает на полставки за расходники для патронов. И поверь мне, блохастый, у меня был очень долгий день. Если из-за твоих дурацких вопросов остынет карри и эта мелкая белая бестия снова начнёт орать своё «буруню», я вытащу серебряную пулю девятого калибра и проверю, насколько быстро заживает твоя мохнатая черепушка. Вопросы?
В зале на секунду повисла тишина. Оборотень замер, всматриваясь в холодные серые глаза юноши, в глубине которых на долю секунды зажглись ледяные искры древней северной магии. Звериное чутьё взвыло в голове монстра сиреной воздушной тревоги: перед ним был не слуга и не мальчик на побегушках. Это был хищник. Охотник, привыкший убивать тех, кто считает себя выше смертных.
– Вопросов… нет, – хмыкнул оборотень, осторожно придвигая к себе тарелку. – Приятно видеть в этом заведении кого-то с яйцами.
– Всегда к вашим услугам, – осклабился Гарри, отвесив шутовской поклон. – Не забудьте оставить чаевые. Желательно наличными, а не проклятыми безделушками.
Часы в углу наконец пробили четыре пополудни.
Едва раздался последний удар, магический браслет на запястье Гарри вспыхнул и осыпался пеплом. В воздухе материализовался увесистый холщовый мешочек, набитый зачарованными слитками серебра высокой пробы, и маленькая карточка с кривой надписью: «Твой кофе был отвратителен, буруню! Приходи на следующей неделе!».
– Чёрта с два я сюда вернусь, – пробормотал Гарри, пряча слитки в пространственный карман пиджака.
Сдёрнув фартук и швырнув его на пустую барную стойку, он толкнул входную дверь и с наслаждением вдохнул свежий весенний воздух нормального мира.
Теперь оставалось разобраться со вторым пунктом его сегодняшнего расписания. Куда более приземлённым, но от этого не менее важным.
***
Додзё клуба кендо Академии Куо напоминало раскалённую духовку.
Воздух внутри помещения был настолько густым и душным, что его, казалось, можно было резать мечом. Солнце палило сквозь высокие окна, нагревая лакированный деревянный пол до состояния сковороды, а старый настенный кондиционер марки «Тошиба», сиротливо висевший под самым потолком, издавал предсмертные хрипы, выплевывая вместо спасительного холода лишь струйки горячего воздуха с запахом палёной проводки.
– Раз-два! Тя! – раздавались уставшие выкрики.
Девушки из клуба кендо, одетые в белые кейкоги и тёмно-синие хакама, тяжело двигались по залу. Тренировка явно не задалась. Длинные волосы липли к взмокшим шеям, деревянные синаи норовили выскользнуть из влажных ладоней, а на лицах читалось искреннее желание бросить всё и пойти топиться в школьном бассейне.
Мураяма опустила меч, вытерла пот со лба широким рукавом и с ненавистью посмотрела на дребезжащий агрегат под потолком.
– Проклятая жестянка! – в сердцах воскликнула она, уперев меч концом в пол. – Катасе, мы так до конца недели не доживём! До турнира префектуры всего три недели, а мы варимся заживо в собственном соку!
– Сенсей сказала, что школьный завхоз придёт только в следующий вторник, – уныло отозвалась Катасе, обмахиваясь веером из сложенной тетрадки. – У него радикулит и запой. Или запойный радикулит. В общем, нам конец. Мы растаем, превратимся в лужицы, и трио извращенцев будет радостно вытирать нами пол.
– Не смей даже упоминать этих дегенератов! – зарычала Мураяма, и её хвостики воинственно качнулись. – Если Хёдо или этот лысый сунутся сюда сейчас, я забуду правила федерации и расколю им черепа настоящим катаной!
– О-о-о, какая кровожадность, – раздался от дверей знакомый, насмешливый голос с лёгким иностранным акцентом. – А я-то думал, благородное искусство меча учит внутреннему покою, гармонии с миром и дзэн-буддистскому созерцанию цветущей вишни.
Мураяма резко обернулась.
В дверном проёме, небрежно прислонившись к косяку, стоял Гарри Поттер. Школьный пиджак он перекинул через плечо, держа его одним пальцем, верхние пуговицы белой рубашки были расстёгнуты, открывая ключицы, а в левой руке он держал массивный металлический ящик с инструментами, украшенный армейскими трафаретными надписями на русском языке.
При виде его растрёпанных тёмных волос и насмешливых зелёных глаз Мураяма внезапно почувствовала, как к её щекам прилила кровь – и дело было вовсе не в жаре.
– П-Поттер-сан? – она торопливо выпрямилась, непроизвольно поправляя пояс хакама. – Что ты здесь делаешь? Посторонним вход в додзё во время тренировок…
– Да ладно тебе, Мураяма, брось формальности, – перебила её Катасе, оживившись и толкнув подругу локтём. – Это же наш «Домовой Куо»! Президент Шитори прислала тебя, да? Скажи, что да! Спаси нас, о великий британский мастер отвёрток и гаечных ключей!
Гарри фыркнул, шагнув внутрь зала. Его ботинки глухо стучали по паркету.
– Кайчо тут ни при чём. Я просто проходил мимо и услышал, как из вашего зала доносятся стоны, подозрительно похожие на предсмертные хрипы грешников в девятом круге ада. А так как я человек исключительно сердобольный…
Он остановился перед Мураямой, окинул её быстрым, цепким взглядом профессионального стрелка, подмечая сбитое дыхание и покрасневшую от перегрева кожу, и вдруг выдал фирменную, слегка хулиганскую ухмылку в стиле Рё Саэбы:
– К тому же, оставлять таких очаровательных мечниц задыхаться в духоте – это преступление против эстетики. Международный суд в Гааге мне этого не простит.
Мураяма вспыхнула ещё ярче, до самых кончиков ушей.
– Д-дурак! – выпалила она, инстинктивно вскидывая синай, словно собиралась огреть его по макушке. – Не говори таких глупостей! И вообще… у тебя разрешение есть?
– А твоя следующая фраза будет: «Если ты ничего в этом не смыслишь, то только всё сломаешь, идиот!» – перебил её Гарри, вскинув указательный палец в классической позе Джозефа Джостара.
– Если ты ничего в этом не смыслишь, то только всё сломаешь, ид… – Мураяма осеклась, её рот смешно округлился, а глаза распахнулись. – Ч-что?! Откуда ты…
– Магия предвидения, детка, – подмигнул Гарри, ставя тяжёлый ящик на пол с глухим металлическим стуком. – Чистая психология японских цундере. А теперь отойдите в сторонку и не мешайте хирургу проводить вскрытие пациента.
Он стянул пиджак, аккуратно бросил его на скамейку, оставшись в одной тонкой рубашке, и закатал рукава до локтей, обнажая крепкие, жилистые предплечья с тонкими полосками старых шрамов – подарками тренировок с ножами в Ронапуре. Девушки из клуба невольно переглянулись; за внешностью вежливого иностранца-тихони явно скрывалось тело тренированного бойца.
Гарри пододвинул высокую деревянную лестницу-стремянку, легко взобрался наверх и придирчиво осмотрел кондиционер.
– Ну и рухлядь, – пробормотал он, доставая из ящика набор отвёрток и индикатор напряжения. – Фильтры забиты наглухо, компрессор заклинило от нагара, а проводка… Господи, кто её паял? Слепой гоблин-недоучка под действием галлюциногенных грибов?
– Его можно починить? – с надеждой снизу спросила Катасе.
– Для обычного электрика – проще выкинуть с крыши, – отозвался Гарри, ловко откручивая пластиковую панель. Руки его двигались с пугающей, механической точностью. – Но вы имеете дело с выпускником школы выживания «Отеля Москва». Старшина Сидоров гонял нас по сборке дизельных генераторов в полной темноте под миномётным обстрелом. Так что этот кусок пластика меня не напугает.
Он снял переднюю крышку, открывая закопчённые внутренности прибора.
Ситуация действительно была плачевной. Мотор компрессора сгорел, а медные трубки теплообменника были забиты грязью. Чтобы заставить эту штуку работать, требовались новые запчасти, которых у него с собой не было.
«Ну что ж, – подумал Гарри, прикрыв глаза. – Время для небольшого колдовского мошенничества. Прости, Кайчо, но демоническая сила должна служить практическим целям».
Он положил ладонь прямо на металлическую решётку испарителя.
Внутри него шевельнулась магия. Не та демоническая сила, которую дала ему фигура Коня, и не простая волшебная энергия палочки. Это было нечто куда более древнее и холодное. Та самая магия его скрытой родословной, спавшая в его крови до той роковой ночи в Годриковой Лощине.
«Структурный анализ: целостность нарушена, – мысленно приказал себе Гарри, вспоминая уроки Майи Хисау по укреплению материи. – Восстановление: медь, фреоновый контур. И… немного ледяного дыхания».
Тончайшая сеть синеватых рунических линий вспыхнула на его пальцах, незаметная снизу за корпусом прибора. Металл тихо запел. Окалина и нагар на контактах осыпались мелкой пылью, обугленная изоляция проводов стянулась, восстанавливая гибкость, а внутри трубок, где должен был циркулировать хладагент, сформировался стабильный микро-контур морозного плетения.
Щёлкнув тумблером, Гарри быстро прикрутил пластиковый корпус обратно на четыре самореза, спрыгнул с лестницы, мягко приземлившись на носки, и нажал кнопку на пульте управления.
Кондиционер тихо загудел. Жалюзи плавно опустились, и из недр прибора в душный зал хлынул поток невероятно чистого, морозного, почти альпийского воздуха.
– О-о-о-о-о!.. – синхронно выдохнули два десятка девушек.
В додзё мгновенно повеяло прохладой. Воздух стал свежим, пахнущим горным снегом и озоном.
Катасе буквально растеклась по полу прямо под потоком холодного воздуха, блаженно прикрыв глаза:
– Божественно… Я в раю… Поттер-сан, я готова выйти за тебя замуж прямо сейчас…
– В очередь, Катасе, – усмехнулся Гарри, убирая инструменты обратно в металлический ящик и защёлкивая замки. – Моё сердце принадлежит исключительно моему холодильнику и здоровому восьмичасовому сну.
Мураяма подошла к нему. Её синай был опущен, а взгляд бегал по пуговицам его рубашки. Она явно боролась со смущением, пытаясь подобрать правильные слова.
– Спасибо, – наконец тихо, но искренне произнесла она, глядя снизу вверх. – Правда, Поттер-сан. Ты нас очень выручил. Без кондиционера сенсей просто отменила бы подготовку, а для нас этот турнир… он очень важен.
Гарри посмотрел на неё. В его насмешливых глазах на миг промелькнула теплота. Он протянул руку и, прежде чем девушка успела среагировать, легонько щёлкнул её по кончику носа:
– Не за что, капитан. Только не переусердствуйте с тренировками. Меч требует холодной головы, а не разбитого тела. Если перегреетесь – морозный воздух не поможет, придётся мне лично нести тебя в лазарет на руках.
– Ч-чего?! – Мураяма отшатнулась, прижав ладонь к носу, её лицо полыхало ярче спелого помидора. – К-кто тебе позволил такие вольности?! Наглец! Извращенец! Ты… ты ничем не лучше Хёдо!
– Эй, обижаешь, – Гарри картинно прижал руку к сердцу, сделав оскорблённое лицо. – Хёдо пялится на ваши формы из кустов через бинокль, пуская слюни, как павловская собака. Я же восхищаюсь исключительно вашей боевой грацией и делаю это с расстояния вытянутой руки, параллельно спасая вас от теплового удара. Чувствуешь разницу в классе, женщина?
Катасе с пола громко захихикала, а остальные девушки из клуба заулыбались.
Мураяма сердито надула губы, но синай поднимать не стала. Вместо этого она быстро метнулась к своей спортивной сумке, достала оттуда аккуратно упакованную баночку холодного зелёного чая и протянула её Гарри, демонстративно отвернув лицо в сторону:
– На. Выпей. А то ещё свалишься по дороге от обезвоживания, а потом президент Шитори с нас шкуру спустит.
– Принимается в качестве официальной платы за ремонт, – Гарри с улыбкой забрал банку. Его пальцы на секунду коснулись её тонких пальцев, заставив девушку вздрогнуть. – Удачи на тренировке, мечницы. И помните: если этот ящик снова начнёт кашлять – зовите. Домовой Куо всегда к вашим услугам.
Подхватив ящик с инструментами и набросив пиджак на плечо, он салютовал им двумя пальцами от виска и не спеша зашагал к выходу.
Мураяма смотрела ему вслед, пока его широкая спина не скрылась за поворотом коридора. Её сердце почему-то колотилось с совершенно неприличной скоростью, и холодный воздух кондиционера здесь был абсолютно ни при чём.
***
Пока в Академии Куо решались жизненно важные вопросы ремонта бытовой техники и девичьего смущения, на другом конце города, на заброшенном холме, разворачивалась настоящая трагедия.
Старая католическая церковь, давно заброшенная и осквернённая, тонула в багровых лучах заката. Воздух вокруг неё был пропитан тяжелой, удушливой аурой святой силы, смешанной с запахом серы, крови и гнили.
Внутри главного зала, среди разбитых деревянных скамей и полуразрушенных статуй святых, воздух дрожал от концентрированной жестокости.
– А-ха-ха-ха-ха! – безумный хохот Фрида Селзена эхом отражался от каменных сводов.
Беглый священник-экзорцист, размахивая пистолетом со святыми пулями и световым мечом, скакал по алтарю, словно ядовитая обезьяна. Его белый плащ был забрызган свежей кровью, а безумные глаза вращались в орбитах.
– Ну же, маленькие демонические свиньи! Покажите папочке Фриду, как вы визжите! Очищение! Смерть нечестивым во имя Господа!
На каменном полу, прикованная к ритуальному кресту светящимися цепями, висела Асия Ардженто. Её монашеское одеяние было разорвано, золотистые волосы спутались, а по бледным щекам непрерывно текли слёзы.
Прямо перед ней парила Рейнар. Её огромные чёрные крылья падшего ангела вздымали пыль с пола, а в руках сияли два массивных зеленых кольца – Сумеречное Исцеление, насильственно вырванное из души девочки.
– Наконец-то! – торжествующе взвизгнула Рейнар, любуясь артефактом. – Абсолютная сила исцеления теперь моя! Ни Азазель, ни эти высокомерные ублюдки из Григори больше не посмеют смотреть на меня свысока!
– Асия-а-а-а-а! – истошный, полный отчаяния вопль разорвал тишину церкви.
Иссей Хёдо, весь в синяках и ссадинах, с горящей алой перчаткой Усиливающего Механизма на левой руке, попытался сделать шаг вперёд, но упал на колени, сплёвывая кровь. Рядом с ним тяжело дышал Киба Юто, его демонические клинки были зазубрены после схватки с Калаванер и Миттельт, а маленькая Конеко Тоджо сжимала окровавленные кулачки, загораживая своего товарища.
– Бесполезно, червь, – холодно усмехнулась Рейнар, глядя на угасающую девочку на кресте. – Человек не может пережить извлечение Священного механизма. Она уже мертва. Твоя драгоценная монашка отправилась прямо в ад… Ах да, демоны ведь туда и попадают, не так ли?
Глаза Асии медленно закрывались. Дыхание становилось прерывистым, почти неслышным.
– Иссей-сан… – прошептали её бескровные губы. – Спасибо вам… за то, что… были моим… другом…
Голова девочки бессильно опустилась на грудь. Зелёное сияние жизни окончательно покинуло её тело.
– НЕТ! АСИЯ-А-А! – взвыл Иссей, колотя кулаком в каменные плиты пола. Слёзы ярости и бессилия застилали ему глаза.
– Как трогательно, – осклабился Фрид, вскидывая пистолет и целясь Иссею прямо в лоб. – Пора отправить и тебя вслед за ней, мусор!
*ВЖУХ!*
Чудовищный выброс багровой энергии снёс витражи церкви наружу.
Пространство позади избитых пэров разорвалось гигантским магическим кругом с гербом дома Гремори. Из густого алого тумана, словно богиня возмездия из преисподней, шагнула Риас Гремори. Её длинные волосы цвета свежей крови развевались от распирающей её силы, а лазурные глаза горели ледяной ненавистью. По правую руку от неё, с хищной улыбкой на устах, замерла Акено Химеджима, вокруг пальцев которой уже плясали желтые молнии святого грома.
– Вы посмели пролить кровь на моей территории, – голос Риас звучал подобно раскату грома, заставляя каменные стены церкви дрожать. – Падшие… вы ответите за каждую каплю.
– Гремори?! – Рейнар испуганно отшатнулась в воздухе, прижимая кольца к груди. – Какого чёрта ты здесь делаешь?!
– Уничтожаю мусор, – отрезала Риас. – Акено! Киба! Конеко! Убейте их.
Бойня началась мгновенно.
Молнии Акено разорвали воздух, испепеляя остатки алтаря и заставляя Миттельт истошно верещать от боли. Киба превратился в серебристую вспышку, разрезая световые копья Калаванер, а Конеко с глухим рыком метнула во Фрида обломок каменной колонны весом в полтонны, заставив безумного экзорциста с визгом улепётывать через пролом в стене.
Риас же медленно подошла к телу Асии. Её лицо было непроницаемым, но в глубине глаз плескалась холодная решимость политика и госпожи.
– Президент… умоляю… спасите её! – рыдал Иссей, подползая к ногам наследницы. – Сделайте что-нибудь! Вы же демон! Вы можете всё!
– Успокойся, Иссей, – мягко, но властно произнесла Риас, опускаясь на одно колено рядом с безжизненным телом монашки. В её тонких пальцах материализовалась блестящая фигура Слона, пульсирующая густым багровым светом. – Я верну её. Но с этого момента её жизнь принадлежит мне. И дому Гремори.
Она прижала фигуру к груди девочки:
– Именем Риас Гремори… восстань, мой Слон!
Багровый свет затопил неф церкви, выжигая скверну падших и знаменуя рождение нового демона.
***
Пока на холме гремели молнии и вершились судьбы мира, Гарри Поттер сидел на крыше Академии Куо, свесив ноги над бездной четырёхэтажного здания.
Рядом с ним стояла открытая банка зелёного чая, подаренная Мураямой, и лежала пачка тонких сигарет. Ночь окончательно вступила в свои права, укутав город бархатным чёрным покрывалом, усыпанным редкими звёздами.
Хедвиг сидела на его плече, тихо перебирая клювом пряди его тёмных волос и довольно жмурясь. Она только что с аппетитом уничтожила две полоски свежего бекона и теперь наслаждалась ночной прохладой.
– Спокойно тут, правда, девочка? – негромко произнёс Гарри, глядя на далёкие огни ночного города.
Сова тихо ухнула, словно соглашаясь.
Внезапно воздух за его спиной дрогнул. Раздался тихий шелест ткани и мерный, уверенный стук каблуков по бетонным плитам крыши.
– Нарушаешь правила безопасности, Гарри, – раздался спокойный, строгий голос.
Гарри даже не повернул головы. Он лишь усмехнулся краешком губ, сделал глоток остывшего чая и ответил:
– Кайчо, если бы правила безопасности работали, я бы сейчас учился на седьмом курсе Хогвартса, зубрил бесполезные заклинания и ждал, пока мой тупоголовый братец в очередной раз спасёт мир ценой чужих жизней. Присаживайся. Ночной воздух здесь отличный. Особенно после того, как я реанимировал вентиляцию в додзё кендо.
Сона подошла к краю крыши. Ветер трепал полы её школьного пиджака и короткие чёрные волосы. Её очки блеснули в свете луны. Она не стала садиться на пыльный парапет, оставшись стоять рядом, сложив руки на груди.
– Девочки из клуба кендо передавали тебе благодарность, – произнесла она. – Мураяма лично заходила в совет, чтобы подтвердить, что претензий к студенческому совету по поводу оборудования у них больше нет. Ты произвёл на неё впечатление.
– Я неотразим, Сона, смирись с этим, – хмыкнул Гарри, доставая сигарету и чиркая армейской зажигалкой Zippo с гравировкой советской звезды – сувениром от Балалайки. Огонёк на миг осветил его резкие, хищные черты лица. – Мой шарм смертоносен. Мистер Чанг всегда говорил, что хорошая улыбка открывает больше дверей, чем связка динамита. Хотя динамит надёжнее.
– Не кури при мне, – автоматически бросила Сона, но отбирать сигарету не стала. Вместо этого её взгляд устремился на восточную часть города, туда, где над лесистым холмом всё ещё мерцали слабые отголоски демонической и святой энергии. – Ты почувствовал?
– Всплеск у старой церкви? – Гарри выпустил тонкую струйку сизого дыма в ночное небо. – Сложно было не заметить. Твоя красноволосая подруга устроила там знатную дискотеку. Молнии, крики, запах палёных перьев… Классическая разборка банд в Ронапуре выглядела скромнее.
Сона нахмурилась, поправив очки тонким пальцем:
– Риас уничтожила группу падших ангелов-отступников. И забрала к себе человека. Девочку, владеющую Сумеречным Исцелением.
– Ту самую блондиночку-монашку, с которой вчера днём таскался Хёдо? – уточнил Гарри.
– Да.
Гарри молча затянулся, глядя на тлеющий огонёк сигареты. В его взгляде появилась та самая холодная, циничная глубина, которая пугала даже бывалых наёмников.
– Предсказуемо, – сухо обронил он. – Дохнасик вчера охотился за мной, думая, что у меня есть механизм. Значит, его шайка целенаправленно зачищала город от носителей артефактов. Они выпотрошили девчонку, а Риас подождала самого удобного момента, чтобы появиться в лучах славы, покарать злодеев и получить себе в услужение редчайшего целителя за копейки. Блестящая многоходовка в стиле чистокровных снобов. Старик Дамблдор аплодировал бы стоя.
Сона вздрогнула, удивлённо посмотрев на своего Коня.
– Ты думаешь… Риас спланировала это?
– Я не думаю, Кайчо. Я знаю, как работают такие люди, – Гарри стряхнул пепел в ладонь и сжал кулак, развеивая его магией. – Мои так называемые родители и великий директор Хогвартса делали то же самое. Они позволяли ситуации дойти до критической точки, позволяли людям страдать, чтобы потом явиться в белых плащах и потребовать абсолютной преданности за «спасение». Хёдо теперь будет молиться на неё до конца своих дней. А бедная монашка станет верной собачкой, потому что идти ей больше некуда. Политика – грязное дело, Сона. Особенно когда её ведут высшие демоны.
Сона долго молчала. Ветер тихо свистел между натяжными тросами антенн на крыше.
– Я не такая, Гарри, – тихо, но с железной твёрдостью произнесла она, глядя ему прямо в глаза. – Я спасла тебя не ради твоей силы. В тот момент я даже не знала, кто ты. Я просто… не могла позволить человеку умереть на моей территории.
Гарри повернул к ней голову. Несколько секунд они смотрели друг на друга: наследница древнего демонического клана Ситри и беглый волшебник-наёмник с кровью древних ледяных лордов.
Затем Гарри тепло, по-настоящему улыбнулся, затушил сигарету о подошву и поднялся на ноги, отряхивая брюки.
– Я знаю, Сона, – мягко сказал он, сделав шаг ближе. – Именно поэтому я всё ещё здесь. И именно поэтому я починил тот дурацкий кондиционер, дежурю в совете и терплю выходки Саджи. Ты играешь честно. Для демона это чертовски редкое качество.
Сона слегка смутилась, но быстро взяла себя в руки, кашлянув в кулак и вернув лицу строгое выражение:
– Рада, что мы понимаем друг друга. Кстати… где ты был сегодня с полудня до четырёх? Цубаки сказала, что ты исчез сразу после уроков, а от твоей куртки до сих пор странно пахнет… карри и кошачьей шерстью?
Гарри поперхнулся воздухом. Его глаза забегали, а на лице появилось выражение абсолютной паники, достойное Джозефа Джостара, пойманного на измене:
– Э-э-э… Ну… Знаешь, Кайчо, Куо – удивительный город! Здесь столько культурных достопримечательностей! Бездомные кошки, опять же… Требуют ласки и заботы…
– Гарри Поттер, – Сона опасно со