Неудача и когти
Сладкий мед и лесные ягоды
Два месяца пролетели так стремительно, словно их унес попутный порыв ветра Барбатоса. За это время жизнь Беннета изменилась самым поразительным образом.
Его легендарная неудача, конечно, никуда не делась — он по-прежнему умудрялся спотыкаться на пустом месте, притягивать к себе сердитых ос и рвать штанины о невидимые коряги. Но теперь в этой череде мелких катастроф появился островок невероятной, почти пугающей стабильности. Раз в семь дней он отправлялся в сумрачные чащи Вольфендома с увесистым свертком свежей дичи, а возвращался с мешком редких трав, чистейшей кристальной руды и диковинных лесных даров, за которые алхимики и кузнецы Мондштадта отдавали кругленькие суммы.
Впервые в жизни у лидера «Отряда Бенни» появились собственные сбережения. Старый Джек наконец-то получил запас отличной согревающей мази для поясницы и перестал кряхтеть по ночам. Папа Рой щеголял в новых добротных сапогах на толстой подошве, а папа Трой с гордостью пил по вечерам дорогой сидр из таверны «Доля ангелов», во всеуслышание хвастаясь своим названым сыном. В штаб-квартире гильдии на Беннета больше не смотрели с одной лишь жалостью — в глазах бывалых ветеранов читалась искренняя гордость.
Но была одна вещь, которая не давала Беннету покоя.
Его загадочная «болезнь» не проходила. Напротив, с каждым визитом в лес она лишь обострялась.
Стоило Беннету хотя бы вспомнить о Вольфендоме, как дыхание перехватывало. А уж когда перед ним среди ветвей возникала знакомая долговязая фигура с гривой пепельных волос и алыми, внимательными глазами, сердце и вовсе пускалось в безумный галоп. К щекам приливал такой жар, будто юношу окатили кипятком из котелка. Руки начинали дрожать, слова путались, а в животе разгорался странный, щекочущий костер, не имевший никакого отношения к элементу Пиро.
Беннет уже давно догадывался, что никакая это не лесная простуда. Опытный искатель приключений прекрасно знал симптомы лихорадки, и среди них не было глупой, неконтролируемой улыбки, которая растягивала губы при виде чужой растрепанной макушки. В глубине души он понимал правду. Но признаться самому себе в том, ЧТО именно он чувствует к дикому, настороженному лесному парню, было настолько ошеломляюще и страшно, что Беннет упрямо зажмуривался и отмахивался от этих мыслей.
«Просто мы с ним очень сдружились, – твердил он себе по утрам, наклеивая свежий пластырь на нос. – Просто я переживаю за него. Друзья ведь всегда волнуются друг за друга, правда?»
Сегодня снова было воскресенье — день их условленной встречи.
Сидя за грубым дубовым столом на кухне штаба, Беннет лениво ковырял ложкой овсяную кашу с яблоками. Утреннее солнце мягко падало на деревянные половицы, за окном перекликались птицы, но кусок почему-то не лез в горло.
В голове неотступно вертелась одна и та же мысль, вспыхнувшая внезапно и засевшая глубоко, словно заноза:
«А чем вообще питается Рейзор?»
Беннет замер с ложкой у рта. В груди неприятно кольнуло.
Все эти недели он исправно носил сырое мясо для волчьей стаи. Но ведь Рейзор жил отдельно от них. Катерина говорила, что великий волк изгнал его из логова. Рейзор бродил по окраинам чащи в одиночестве, спал под открытым небом или в корнях старых дубов. Неужели он тоже питается одной лишь сырой дичью, только что содранной с кабаньих костей? А если удачной охоты не было несколько дней? Он же человек! У него человеческий желудок, ему нужна горячая пища, витамины, соль, нормальный хлеб...
Беспокойство, острое и колючее, затопило Беннета с головой. Каша была забыта. Он быстро вытащил из кармана потертый кожаный кошелек и вытряхнул монеты на ладонь.
Золотистый металл тускло блеснул. Моры было более чем достаточно. Хватит и на лучший кусок свинины для волков, и на кое-что особенное.
Спрятав кошелек, Беннет вскочил со стула, едва не опрокинув кружку с чаем, натянул сумку через плечо и вихрем вылетел на залитые солнцем улицы Мондштадта.
– Доброе утро, Сара! – запыхавшись, выпалил он, подбегая к прилавку «Хорошего охотника».
– Ох, Беннет, здравствуй, – приветливо улыбнулась официантка, отставляя в сторону деревянный поднос. – Ты сегодня ранний. Неужели снова на опасную вылазку?
– Вроде того! Сара, мне нужно самое лучшее, самое вкусное и сытное, что у вас есть! – Беннет решительно выложил на прилавок горсть звенящих монет. – Запеченного цыпленка в медовом соусе, бутылку холодного яблочного сока и... порцию мондштадтских оладий с картофелем и вареньем! И заверни, пожалуйста, поплотнее, чтобы подольше не остыло.
Сара удивленно приподняла брови, глядя на столь щедрый заказ, но спорить не стала. Уже через четверть часа Беннет бережно принимал объемистый сверток, пахнущий так одуряюще сладко — поджаристой куриной корочкой, пряными травами, сахаром и лесными яблоками, — что у него самого потекли слюнки.
После этого он завернул к лавке охотников, где выменял внушительный кусок свежего мяса для волков, тщательно упаковал все в походную сумку и наконец зашагал к мосту, ведущему прочь из города.
Дорога до Вольфендома заняла около двух часов. С каждым шагом воздух становился все прохладнее, а сосны — выше и темнее. Но если раньше эти мрачные чащи вызывали у Беннета суеверный холодок, то теперь он шел вперед легким, почти летящим шагом. Сердце в груди колотилось от безудержного, глупого счастья. Он закрывал глаза на эту предательскую дрожь, списывая все на быструю ходьбу и тяжесть ноши, но легкая полуулыбка не сходила с его лица. Он предвкушал эту встречу. Ему не терпелось увидеть Рейзора.
Дойдя до древней расколотой плиты, Беннет привычно опустился на колени. Он развернул мясо, почтительно оставил его на сером замшелом камне и тихо произнес в тишину леса:
– Для Лупикал.
Среди дальних сосен мелькнула серая тень с янтарными искрами глаз. Лес принял угощение.
Облегченно вздохнув, Беннет подхватил свою сумку со второй, бережно сохраненной частью ноши и зашагал к опушке, где они обычно встречались.
Долго ждать не пришлось. Едва Беннет вышел на небольшую залитую рассеянным светом поляну, как кусты папоротника бесшумно раздвинулись. Из зарослей, легко перепрыгнув через поваленную березу, появился Рейзор.
С его последнего визита парень ничуть не изменился: те же взлохмаченные серые волосы, в которых запуталась пара сухих хвоинок, та же звериная грация в каждом движении. Но стоило их взглядам встретиться, как напряженная настороженность в алых глазах Рейзора мгновенно растаяла, сменившись странным, мягким светом.
– Рейзор, дело сделано! – весело объявил Беннет, широко улыбаясь и приподнимая руку в приветственном жесте.
– Спасибо, вот, – тихо отозвался волчонок.
Он подошел ближе и глухо опустил на траву тяжелый плетеный короб. Внутри тускло мерцали крупные куски белого железа и редчайшие кристаллы магической руды — кузнец Вагнер за такое сокровище был готов отдать половину своей мастерской.
– Вот спасибо так спасибо! – искренне восхитился Беннет, разглядывая богатую добычу. А затем заговорщицки прищурился и похлопал ладонью по теплому матерчатому свертку, который держал под мышкой: – Кстати, для тебя я тоже кое-что принес! Еда из города!
Рейзор замер. Его тонкие ноздри тут же дрогнули. Он вытянул шею, шумно втянул воздух и склонил голову набок, с неподдельным интересом разглядывая сверток.
– Вот чем пахнуть от Беннета... – задумчиво и протяжно произнес он, словно разгадал великую лесную тайну.
Беннет почувствовал, как к щекам снова предательски подступает румянец. Значит, Рейзор учуял запах еще до того, как они заговорили!
Оглядевшись по сторонам, искатель приключений приметил неподалеку широкий, ровный спил старого дуба, идеально подходивший на роль импровизированного стола. Смахнув с коры сухие листья, Беннет торжественно водрузил сверток на пень и начал его разворачивать.
Аромат вырвался на свободу, в мгновение ока заполнив поляну запахом уюта, пряностей и тепла. На вощеной бумаге лежал целый запеченный цыпленок с золотистой, хрустящей корочкой, рядом громоздилась стопка толстых, румяных картофельных оладий, политых сладким ягодным джемом, а венчала все это запотевшая стеклянная бутылка с яблочным соком.
– Угощайся, сам выбирал! – с гордостью заявил искатель приключений, подбоченившись и сияя так, словно только что откопал сундук с драгоценностями в древних руинах. – Это из «Хорошего охотника», там Сара готовит — пальчики оближешь! Тебе ведь тоже нужно нормально есть, не все же сырой дичью перебиваться!
Рейзор смотрел на еду широко распахнутыми глазами. Он сделал шаг вперед, протянул руку с забинтованными пальцами, словно хотел коснуться теплой птицы, но внезапно замер на полуслове. Его алые глаза странно блеснули. Он резко отдернул руку, посмотрел на Беннета, потом снова на угощение.
– Я вернусь, – отрывисто бросил он.
Прежде чем Беннет успел хотя бы моргнуть, Рейзор развернулся на пятках, оттолкнулся от земли с нечеловеческой силой и серым вихрем метнулся в чащу. Ветки орешника сомкнулись за ним, скрыв юношу из виду.
– Куда?.. – растерянно выдохнул Беннет в пустоту.
Рука его так и осталась висеть в воздухе. На поляне воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь мерным шорохом листвы на ветру.
Улыбка сползла с лица Беннета. В груди что-то болезненно, тоскливо оборвалось и ухнуло вниз, в холодную бездну.
«Неужели... он подумал, что я над ним насмехаюсь? – с ужасом подумал паренек, обхватив голову руками. – Он ведь дикий! Волки не знают тарелок и печеных цыплят! Вдруг он решил, что я считаю его неспособным прокормить себя? Или что я пытаюсь приручить его, как домашнюю собаку?!»
В голове поднялся настоящий шторм паники. Мысли метались, наскакивая одна на другую, словно взбесившиеся слаймы. Беннет судорожно мерил шагами поляну, то и дело поглядывая на злосчастного цыпленка, который теперь казался ему верхом глупости и бестактности.
«Блин, что же делать? А вдруг я его задел? Вдруг я разрушил все то хрупкое доверие, которое мы