← Назад к обзору

Незапланированный откат жизни

Грань дозволенного и пламя терпения

– Господин Уайзмен, вы снова допустили ошибку в классификации свитков эпохи раннего Возрождения! – голос Элиозы, нынешней Магия Вэндэ, занимавшей место Кариотта, звенел в тишине библиотеки, как битое стекло.

Кариотт, стоя на стремянке, даже не вздрогнул. Он методично протирал корешок старого фолианта, его движения были точными и спокойными. Он знал, что никакой ошибки нет — он лично перепроверил эти свитки еще триста лет назад, в своей прошлой жизни. Но сейчас он был лишь «советником» и «библиотекарем-аккумулятором», а Элиоза — полноправной хозяйкой Башни, чья сила, по её собственному мнению, давала ей право на любое высокомерие.

– Прошу прощения, госпожа Элиоза, – мягко отозвался Кариотт, спускаясь вниз. – Я обязательно перепроверю записи. Возможно, пыль исказила даты.

– Пыль в вашей голове, Уайзмен! – она фыркнула, поправляя пышную мантию. – Если бы не покровительство Зео, вы бы давно вылетели отсюда. Вы бесполезны. Единственное, что в вас есть ценного — это ваша внешность, которая так вскружила голову моему брату.

При упоминании Маркуса Кариотт почувствовал, как в глубине коридора, за стеллажами с запрещенной литературой, опасно треснул воздух. Он знал, что там, скрытые чарами невидимости, сидят Эльфария и Элленор. А где-то под потолком, затаившись среди теней и грозовых туч, вибрировал от ярости Зео.

– К слову о моем брате, – Элиоза победно улыбнулась, не замечая, как люстра над её головой начала мелко дрожать. – Маркус подготовил новое предложение. Он считает, что раз вы теперь «официальный советник», ваш статус достаточно подрос для союза с нашей семьей. Я дала свое благословение. Считайте это приказом.

– Брак — дело добровольное, госпожа Элиоза, – Кариотт сохранял невозмутимость, хотя кончики его пальцев начало покалывать от жара. – И я уже неоднократно давал ответ вашему брату.

– Ваше мнение никого не интересует! – она топнула ногой, и магическая волна пробежала по полу, опрокидывая стопку книг. – Вы — инструмент Зео. А Зео... Зео слишком молод и глуп, чтобы понимать выгоду от такого союза. Маркус ждет вас сегодня вечером в саду. И не вздумайте опаздывать.

Как только Элиоза, шурша шелками, покинула архив, из-за стеллажей вышли Эльфария и Элленор. Лицо Эльфарии было белее снега, а глаза светились потусторонним лазурным светом. Элленор судорожно сжимала кулаки, вокруг которых закручивались маленькие, но смертоносные смерчи.

– Кариотт, скажи мне одну вещь, – голос Эльфарии был подозрительно тихим. – Почему она еще жива? Почему её язык всё еще находится во рту, а не приморожен к потолку этой библиотеки?

– Потому что мы договорились, Эльфария, – Кариотт начал поднимать рассыпанные книги. – Мы не используем силу против тех, кто слабее нас. Мы не тираны. В этой жизни мы должны быть лучше.

– Лучше?! – сверху, прямо из грозовой тени, спрыгнул Зео. Его волосы стояли дыбом от статики, а глаза метали настоящие молнии. – Она назвала тебя инструментом! Она приказала тебе выйти замуж за этого... этого слизняка Маркуса! Кариотт, моё терпение не просто закончилось, оно испарилось, превратилось в плазму и взорвалось!

– Зео, успокойся, – Кариотт подошел к нему и положил руку на плечо. – Это просто слова. Она не знает правды. Для неё я — обычный человек.

– Именно! – вскрикнула Элленор. – Она издевается над тобой, потому что думает, что ты беззащитен! Она унижает тебя перед нами, зная, как ты нам дорог! Кариотт, это не дисциплина, это мазохизм!

– Я старший среди вас, – Кариотт выпрямился, и в его голосе прозвучали те самые стальные нотки, которые заставляли легионы замирать в прошлой жизни. – И я сказал: никакого насилия. Мы проигнорируем этот инцидент.

– Мы не можем игнорировать Маркуса! – Зео схватил Кариотта за лацканы пальто. – Он придет в сад. Он снова будет трогать твои руки своими потными лапищами. Он будет нести чушь о «защите» и «семейном очаге». Ты понимаешь, что я сожгу этот сад вместе с ним, если увижу это снова?

– Зео Торзеос Рейнболт, – Кариотт мягко, но непреклонно отстранил его руки. – Ты — Магия Вэндэ. Ты должен быть выше личных обид. Вечером я пойду в сад и окончательно объясню Маркусу, что его притязания бессмысленны. Без магии. Без криков. Просто словами.

– Словами... – Эльфария горько усмехнулась. – Ты слишком веришь в людей, Кариотт. В этой жизни и в прошлой — это твоя главная слабость.

Вечер опустился на Башню, окутывая сады густым фиолетовым туманом. Кариотт шел по гравиевой дорожке, чувствуя на себе три пристальных взгляда. Он знал, что друзья следуют за ним по пятам, скрытые мощнейшими чарами. Они не доверяли ни ему, ни, тем более, Маркусу.

Маркус ждал у фонтана. Он выглядел нелепо в своем расшитом золотом камзоле, с огромным букетом редких цветов, которые, судя по запаху, стоили целое состояние.

– Кариотт! – он расплылся в улыбке, завидев библиотекаря. – Я знал, что моя сестра убедит тебя. Ты выглядишь чудесно в этом лунном свете. Почти как настоящий аристократ, а не простой служащий.

Кариотт остановился в паре шагов, заложив руки за спину.

– Маркус, я пришел лишь для того, чтобы повторить: я не приму ваше предложение. Ни сегодня, ни когда-либо еще. Моя жизнь принадлежит Башне и... моим обязанностям.

– О, брось эти глупости! – Маркус подошел ближе, его голос стал приторно-сладким. – Твои обязанности — это перекладывание пыльных бумажек для этого выскочки Зео. Он ведь просто использует тебя. Элиоза рассказала мне про «аккумулятор». Это же варварство! Он высасывает из тебя жизнь. Со мной ты будешь в безопасности. Я куплю тебе собственную библиотеку, и тебе никогда больше не придется кланяться этим заносчивым магам.

В кустах справа что-то хрустнуло. Температура воздуха в саду упала на десять градусов.

– Маркус, вы не понимаете, о чем говорите, – вздохнул Кариотт. – Зео — мой друг. И я нахожусь здесь по собственной воле. Пожалуйста, заберите цветы и идите домой.

– Нет, это ты не понимаешь! – Маркус вдруг схватил Кариотта за запястье, и его лицо исказилось от жадности и упрямства. – Ты просто боишься его! Но моя семья имеет влияние в Совете. Мы можем лишить Зео его статуса за незаконные эксперименты над тобой. Ты станешь свободен! Пойдем со мной сейчас, и я обещаю, что завтра Зео Торзеос будет лишен жезла и изгнан из Башни с позором!

Это было последней каплей. Не для Кариотта — он лишь прикрыл глаза, понимая, что сейчас произойдет неизбежное.

Земля под ногами Маркуса задрожала. Фонтан за его спиной мгновенно превратился в ледяную статую, изображающую кричащего демона. Воздух вокруг них сгустился настолько, что Маркус начал задыхаться, а над его головой с оглушительным треском разверзлось небо, хотя секунду назад оно было ясным.

– Ты... – голос Зео донесся, казалось, из самой бездны. – Ты сказал, что лишишь меня жезла?

Маг молний проявился прямо из воздуха, его тело было охвачено белым пламенем электрических разрядов. Рядом с ним, словно две богини возмездия, стояли Эльфария и Элленор. Эльфария держала в руках ледяной клинок, от которого исходил пар абсолютного нуля, а вокруг Элленор выл ураган, срезающий верхушки деревьев.

– Зео, нет! – крикнул Кариотт, пытаясь перекрыть шум бури. – Не смей!

– Молчи, Кариотт! – Зео обернулся к нему, и его взгляд был страшен. – Ты просил нас не трогать слабых. Но этот червь посягнул на самое святое. Он захотел разрушить наш дом. Он захотел забрать тебя у нас, используя ложь и интриги своей никчемной сестренки!

Маркус упал на колени, выронив букет. Его лицо посинело от холода и страха. Он пытался что-то сказать, но Элленор взмахом руки лишила его возможности издавать звуки, заключив его голову в вакуумную сферу.

– Мы терпели её оскорбления, – Эльфария сделала шаг вперед, и трава под её ногами превращалась в хрупкое стекло. – Мы терпели его глупость. Мы слушали тебя, Кариотт, потому что мы уважаем твою мудрость. Но дисциплина без защиты — это слабость. И если ты не хочешь защищать свое достоинство, это сделаем мы.

– Вы убьете его на глазах у всей Башни! – Кариотт рванулся к Зео, хватая его за руки. – Остановись! Вы разрушите всё, что мы строили! Вы станете теми монстрами, от которых мы бежали!

Зео посмотрел на Кариотта. В его глазах боролись ярость и бесконечная, болезненная преданность.

– Ты правда думаешь, что мне важна эта Башня без тебя? – прошипел Зео. – Ты правда думаешь, что я буду сидеть на троне Магия Вэндэ и смотреть, как всякие ничтожества вытирают об тебя ноги? Я лучше сожгу этот мир дотла, Кариотт!

– Тогда сожги меня первым! – выкрикнул Кариотт, распахивая руки и вставая между Зео и парализованным Маркусом.

В саду воцарилась мертвая тишина. Только ветер Элленор продолжал завывать в отдалении.

Кариотт стоял прямо, его очки поблескивали в свете молний. В этот момент он не был библиотекарем. Он был Великим Магом Огня, чья внутренняя сила была настолько огромной, что она подавляла даже ярость Зео.

– Вы трое... – Кариотт обвел их взглядом. – Вы забыли, почему мы здесь. Мы здесь, чтобы жить. По-настоящему. А жизнь — это не только битвы и триумфы. Это умение терпеть глупцов, не опускаясь до их уровня. Зео, отпусти его. Сейчас же.

Зео тяжело дышал. Искры на его коже начали медленно гаснуть. Он посмотрел на Маркуса, который уже терял сознание от нехватки кислорода, а затем снова на Кариотта.

– Ты слишком добр к ним, – прошептал Зео, опуская руки.

Элленор неохотно развеяла вакуумную сферу, и Маркус рухнул лицом в гравий, судорожно хватая ртом воздух. Эльфария спрятала ледяной клинок, но её взгляд остался таким же холодным.

– Убирайся, – бросил Зео Маркусу, даже не глядя на него. – И передай своей сестре: если я еще раз услышу хоть одно кривое слово в адрес моего советника... если я увижу, что она дает ему «приказы»... я лично позабочусь о том, чтобы ваша семья исчезла из архивов Башни. Навсегда. И никакие законы Совета меня не остановят.

Маркус, не помня себя от ужаса, вскочил и бросился прочь, спотыкаясь и роняя камзол. Он бежал так, будто за ним гнались все демоны преисподней одновременно.

Когда он скрылся из виду, Зео повернулся к Кариотту. Его ярость сменилась глубоким разочарованием и обидой.

– Ты защитил его, – сказал Зео. – Снова. Почему ты всегда выбираешь их, а не нас?

– Я выбираю вас, Зео, – Кариотт подошел к нему и крепко обнял, прижимая к себе. – Именно поэтому я не дал вам совершить ошибку. Вы — магистры. Вы — будущее этого мира. Вы не должны пачкать руки кровью таких, как Маркус. Они того не стоят.

Эльфария и Элленор подошли ближе. Элленор шмыгнула носом, вытирая слезы.

– Но это так больно, Кариотт... Слышать, как они говорят о тебе. Как будто ты пустое место.

– Для них я могу быть кем угодно, – Кариотт отстранился и посмотрел на своих девочек, ласково коснувшись их щек. – Главное, что вы знаете, кто я. И я знаю, кто вы. Этого достаточно.

– Недостаточно, – буркнул Зео, утыкаясь лбом в плечо Кариотта. – Завтра я иду к Совету.

– Зео... – предостерегающе начал Кариотт.

– Нет, слушай! – Зео поднял голову. – Я не буду никого убивать. Но я официально изменю твой статус. Ты больше не «аккумулятор». Ты — Верховный Советник Магия Вэндэ с правом вето на любые административные решения. И если Элиоза захочет тебе что-то приказать, ей придется сначала подать письменный запрос в трех экземплярах. А я буду их терять. Каждый раз.

Кариотт не выдержал и рассмеялся. Этот смех, чистый и искренний, окончательно развеял остатки магического напряжения в саду.

– Верховный Советник, значит? – Кариотт покачал головой. – Ты понимаешь, что это прибавит мне работы?

– А я буду тебе помогать! – вызвалась Элленор. – Я буду твоим личным курьером. Ни один приказ Элиозы не дойдет до твоего стола, я обещаю!

– А я прослежу за тем, чтобы в твоем кабинете всегда было прохладно и пахло свежестью, – добавила Эльфария с легкой улыбкой.

Кариотт посмотрел на них — на свою семью, которую он обрел снова в этом странном танце времени. Они были невыносимы, импульсивны и опасно сильны. Но они были его.

– Хорошо, – сдался он. – Но при одном условии.

– Каком? – хором спросили они.

– Прямо сейчас мы идем на кухню. Зео, ты достаешь тот самый чай. Эльфария, ты делаешь лед. Элленор, ты отвечаешь за атмосферу. Мы будем пить чай и забудем об Элиозе и её брате хотя бы до утра.

– Идет! – Зео подхватил Кариотта под руку, увлекая его к Башне. – Но чур пирог с черникой режу я!

– Только если ты не попытаешься разогреть его молнией, Зео! – крикнула вслед Эльфария, догоняя их.

Они уходили вглубь сада, и их голоса затихали в ночном воздухе. Разгромленный фонтан начал медленно оттаивать, а брошенные Маркусом цветы завяли под весом выпавшего инея.

Башня стояла незыблемо, храня в себе тайны прошлого и амбиции настоящего. Но этой ночью в одном из её окон горел теплый свет, и слышался смех людей, которые наконец поняли: истинная сила не в том, чтобы сокрушить врага, а в том, чтобы сохранить тепло в кругу тех, кто готов ради тебя на всё.

А на следующее утро вся Башня обсуждала две новости. Первая: Маркус Элиоз внезапно решил уехать в длительное паломничество в далекие монастыри, отказавшись от всех светских притязаний. Вторая: библиотекарь Кариотт Уайзмен получил новый кабинет на верхнем этаже, прямо рядом с покоями Зео Торзеоса, и теперь даже сама Элиоза при встрече с ним старалась вежливо здороваться, нервно поглядывая на искрящиеся кончики пальцев проходящего мимо Мага Молний.

Дисциплина была сохранена. Но границы были обозначены сталью и льдом. И больше никто в этой жизни не смел называть Кариотта Индиана Уайзмена «простым инструментом». Ведь даже у самого спокойного пламени есть предел, за которым начинается настоящий пожар.