Ночь под жаром
Глава 1: Вкус Запретного
Санс продолжил медленно и уверенно двигаться, полностью погружая костяной фаллос Папируса в свой рот. Каждый его глоток был глубоким, каждый выдох обдавал кость теплом, заставляя магию Папируса пульсировать ещё сильнее. Оранжево-неоновое свечение стало ярче, отбрасывая причудливые тени на стены комнаты. Папирус, полностью захваченный новыми ощущениями, изогнулся на кровати, его обычно горделивая осанка сменилась на покорную, податливую.
– Ох-х-х… Санс… – выдохнул Папирус, его голос был прерывистым, полным невысказанного удовольствия. Его руки, всё ещё сжимающие одеяло, дрожали.
Санс поднял взгляд, его неоново-синие зрачки горели сквозь полумрак, отражая тёмный, почти хищный блеск. Он слегка изменил темп, добавляя к медленным, глубоким глоткам более быстрые, поверхностные ласки языком, скользя им по всей длине фаллоса, особенно задерживаясь на кончике, где магия сияла наиболее ярко.
Папирус застонал громче, его таз непроизвольно начал двигаться навстречу движениям Санса. Он чувствовал, как по его костям разливается жар, как его тело отзывается на каждое прикосновение брата. Это было не похоже ни на что, что он когда-либо испытывал. Чувство вины и смущения всё ещё таилось где-то на задворках его сознания, но оно было заглушено волной чистого, всепоглощающего наслаждения.
Санс, чувствуя, как Папирус начинает двигаться, усмехнулся. Он слегка прикусил кончик, нежно, почти незаметно, и Папирус резко вздрогнул, издавая протяжный стон, который эхом разнёсся по комнате.
– Нравится, брат? – пробормотал Санс, его голос был приглушен, но Папирус всё равно услышал его. – Чувствуешь, как это… *правильно*?
Папирус не мог ответить. Он мог только кивать, его оранжево-неоновые зрачки были затуманены, а дыхание сбилось. Он был полностью во власти Санса, его тело подчинялось каждому движению. Он чувствовал, как его костяной фаллос набухает ещё больше, как магия внутри него начинает бурлить, готовясь вырваться наружу.
Санс увеличил скорость, его голова ритмично двигалась вверх и вниз, его язык работал без устали, вылизывая, обсасывая, дразня. Он чувствовал, как Папирус приближается к краю, как его тело напрягается, как его стоны становятся всё более отчаянными.
– Ох-х-х… Санс… Я… я… – Папирус задыхался, пытаясь найти слова, но они не приходили. Он чувствовал, что вот-вот взорвётся.
Санс слегка отстранился, лишь на мгновение, чтобы посмотреть на Папируса. Его неоново-синие зрачки вспыхнули с особой яркостью, отражая предвкушение. Он видел, как Папирус почти плачет от наслаждения, как его тело дрожит, как его магия бушует.
– Почти, брат, – прошептал Санс, снова погружая фаллос в рот. – Позволь мне довести тебя до конца. Позволь мне показать тебе, насколько *хорошо* это может быть.
Он снова начал двигаться, на этот раз быстрее, глубже, его движения стали более интенсивными, более требовательными. Он чувствовал, как Папирус начинает сжиматься вокруг его языка, как его костяной фаллос пульсирует в его рту.
– САНС! НЬЕХ-ХЕХ-ХЕХ-ХЕХ! – Папирус закричал, его голос был полон экстаза. – Я… я… я…
И в этот момент, с последним глубоким глотком Санса, Папирус разрядился. Волны оранжево-неоновой магии вырвались из его фаллоса, наполняя рот Санса тёплой, искрящейся энергией. Санс сглотнул, чувствуя, как магия Папируса разливается по его собственному телу, вызывая лёгкое покалывание и приятное тепло.
Папирус рухнул обратно на кровать, его тело обмякло, а дыхание было тяжёлым и прерывистым. Его оранжево-неоновые зрачки медленно вернулись к нормальному размеру, но в них всё ещё читалось послевкусие глубокого удовольствия. Он смотрел на Санса, его разум был пуст, кроме одного всепоглощающего чувства: *удовлетворения*.
Санс медленно поднялся, вытирая губы тыльной стороной ладони. Его неоново-синие зрачки всё ещё горели, но теперь в них читалось не только хищное удовлетворение, но и лёгкая, игривая ухмылка.
– Ну, брат, – сказал Санс, его голос был немного хриплым. – Как тебе моя *помощь*? Я же говорил, что будет *незабываемо*.
Папирус попытался сесть, но его тело всё ещё дрожало. Он посмотрел на Санса, его щёки, если бы они у него были, горели бы ярким румянцем.
– САНС… Я… Я… НЬЕХ-ХЕХ-ХЕХ… – он не мог найти слов. Это было слишком. Слишком хорошо. Слишком… *много*.
Санс подошёл ближе и сел рядом с ним, обнимая брата за плечи. Он почувствовал, как Папирус напрягся, а затем расслабился в его объятиях.
– Тише, брат, – прошептал Санс, его голос был мягким и успокаивающим. – Всё в порядке. Никто ничего не узнает. Это наш маленький секрет.
Папирус поднял взгляд на Санса, его оранжево-неоновые зрачки были полны смеси смущения и благодарности. Он не мог поверить, что это только что произошло. Его старший брат… сделал это для него. И это было… невероятно.
– Но… Санс… – Папирус начал, но Санс перебил его.
– Никаких "но", Папирус. Ты получил то, что хотел, и я помог тебе. Разве не для этого нужны братья? Чтобы помогать друг другу во всём?
Папирус на мгновение задумался. В некотором смысле, Санс был прав. Санс всегда был рядом, всегда поддерживал его, хоть и в своей своеобразной манере. И сейчас… сейчас он сделал нечто совершенно неожиданное, но в то же время невероятно интимное.
– Но… это же… – Папирус всё ещё пытался найти слова, чтобы выразить свои смешанные чувства. – Это же… не… *нормально*.
Санс усмехнулся, его неоново-синие зрачки игриво вспыхнули. – А что такое "нормально", Папирус? Мы живём в мире, где монстры и люди сосуществуют, магия – это обыденность, а скелеты могут разговаривать. Разве это "нормально"? Мы отличаемся от людей, брат. У нас свои правила. Или, по крайней мере, мы можем их устанавливать.
Он слегка сжал плечо Папируса. – И, знаешь, я думаю, что тебе понравилось. Не так ли?
Папирус опустил взгляд, его щёки снова вспыхнули бы, если бы он мог. Он не мог отрицать этого. Ему понравилось. Очень понравилось. Это было… освобождающе. И приятно до сумасшествия.
– НЬЕХ-ХЕХ-ХЕХ… Я… я не знаю, что сказать, Санс, – пробормотал Папирус. – Я… я никогда не думал, что…
– Что я могу быть таким *полезным*, да? – Санс закончил за него, его усмешка стала шире. – Ну, теперь ты знаешь. И, знаешь, Папирус, если тебе когда-нибудь снова понадобится *помощь*… ты всегда можешь обратиться ко мне. Я всегда готов *обслужить* своего младшего брата.
Слово "обслужить" прозвучало с особым подтекстом, и Папирус понял его. Он посмотрел на Санса, и на этот раз в его оранжево-неоновых зрачках не было ни ужаса, ни смущения, только… любопытство и лёгкое, только зарождающееся возбуждение.
– Ты… ты правда… – Папирус начал, не договаривая.
Санс кивнул, его неоново-синие зрачки горели с обещанием. – Я правда. И, знаешь, Папирус, это не единственное, что я могу сделать. Если ты будешь *хорошим* мальчиком… я могу показать тебе ещё много *интересных* вещей.
Папирус замер. Его мозг, обычно занятый мыслями о спагетти и тренировках, теперь был полностью поглощён этой новой, неизведанной территорией. Он чувствовал, как его тело снова начинает реагировать на слова Санса, на его близость, на его обещания.
– Но… Санс… – Папирус снова начал, но на этот раз его голос был не таким протестующим, скорее вопрошающим. – Мы же… братья.
Санс наклонился ближе, его дыхание опалило кость щеки Папируса. – Именно. И мы всегда будем братьями. Но это не значит, что мы не можем исследовать… *новые грани* наших отношений. Разве нет?
Он слегка коснулся костяным пальцем подбородка Папируса, заставляя его поднять взгляд. – Ты доверяешь мне, Папирус?
Папирус посмотрел в глаза Санса. В этих неоново-синих зрачках он видел не только игривость и хитрость, но и что-то глубокое, что-то, что всегда было между ними, даже если он не всегда это понимал. Он доверял Сансу. Всегда доверял.
– Да, Санс, – прошептал Папирус, его голос был едва слышен. – Я доверяю тебе.
Санс усмехнулся, его улыбка была мягкой, но в то же время полной скрытого смысла. – Отлично. Тогда позволь мне показать тебе, что такое *настоящее* доверие, брат. И что такое *настоящее* удовольствие.
Он слегка отстранился, встал с кровати и направился к двери. – А пока… я думаю, тебе нужно немного отдохнуть. Ты выглядишь… *измотанным*. Но не волнуйся. Я загляну позже. И, возможно, мы сможем *продолжить наше обучение*.
Санс подмигнул, его неоново-синие зрачки вспыхнули. Затем он вышел из комнаты, оставив Папируса одного.
Папирус остался сидеть на кровати, его разум был в смятении. Его тело всё ещё гудело от недавнего оргазма, а в голове звучали слова Санса. "Новые грани наших отношений". "Настоящее удовольствие". "Продолжить наше обучение".
Он медленно опустил руку, касаясь своего всё ещё чувствительного фаллоса. Он чувствовал, как магия слегка пульсирует, напоминая ему о том, что только что произошло. Это было неправильно. Он знал это. Его наивная, чистая натура кричала об этом. Но… это было так хорошо. И Санс… Санс был его братом. Он всегда заботился о нём.
Папирус закрыл глаза, пытаясь осмыслить всё это. Его мир, который всегда был таким простым и понятным, теперь был перевёрнут с ног на голову. Он чувствовал смесь смущения, вины, любопытства и… странного, нового возбуждения.
Он не знал, что будет дальше. Но одно он знал точно: его отношения с Сансом никогда не будут прежними. И, к своему собственному удивлению, он не был уверен, что хочет, чтобы они были прежними. Возможно, эти "новые грани" были не такими уж и плохими. Возможно, они были… *захватывающими*.
Папирус вздохнул, и в его оранжево-неоновых зрачках зажёгся новый, незнакомый огонек. Огонек любопытства, предвкушения и… немного запретного желания. Он ждал. Ждал, что принесёт следующий визит Санса. И что ещё его старший брат покажет ему.