← Назад к обзору

Новая жизнь

Золото в колосьях и смех в тишине

Санкт-Петербург за пять лет стал для Алекса Сергеева не просто убежищем, а плотью и кровью. Здесь, среди гранитных набережных и переменчивого ветра, он окончательно похоронил Сон Юки. Его кожа, когда-то фарфоровая и бледная, теперь приобрела здоровый оттенок, а движения стали еще более уверенными и спокойными. Татуировки, спускающиеся вдоль позвоночника, больше не казались ему проклятием — они были лишь частью его истории, скрытой под дорогой тканью мягкого джемпера.

Пекарня «Karmic Bread» превратилась в процветающую сеть, но Алекс по-прежнему любил проводить утро в самом первом заведении на набережной. Однако сегодня был особенный день. Он не стоял у печи. Он ждал.

– Папа! Смотри, я поймал тень! – Маленький Марк, пятилетний сорванец с такими же взъерошенными черными волосами, как у отца, но с теплыми карими глазами Ли Вона, восторженно прыгал по гостиной их загородного дома.

Его сестра-близнец, Мия, сидела на ковре, сосредоточенно перебирая деревянные кубики. У неё были глаза Алекса — небесно-голубые, пронзительные, но наполненные не холодом, а тихим любопытством. Она была спокойнее брата, но Алекс знал: в этой тишине скрыта огромная сила. Иногда тени в углах комнаты шевелились, когда Мия была чем-то недовольна, и только Игрис, невидимый для всех, кроме семьи, мягко успокаивал их.

– Марк, не прыгай на диване, – Ли Вон вышел из кухни, вытирая руки полотенцем. – Дедушка и бабушка скоро будут здесь. Ты же хочешь выглядеть как приличный мальчик?

Ли Вон почти не изменился, лишь в уголках глаз появились крохотные морщинки от частого смеха. Он был тем якорем, который удерживал Алекса в реальности, не давая силе «Кармического возмездия» превратить его в очередного холодного бога.

– Я всегда приличный! – Марк состроил рожицу и запрыгнул на руки к Алексу. – Пап, а дедушка Иль Хван правда такой сильный, как ты рассказывал? Он может поднять гору?

– Гору — вряд ли, – Алекс улыбнулся, прижимая сына к себе. – Но он очень мудрый человек. И он очень хочет с вами познакомиться.

Внезапно воздух в комнате едва заметно завибрировал. Алекс почувствовал знакомые ауры еще до того, как у ворот остановился автомобиль. Игрис проявился в тени за креслом, его доспехи тускло мерцали.

– Они прибыли, мой король, – прошелестел голос верного рыцаря. – И с ними... та, чья кровь чиста, несмотря на источник.

Алекс кивнул. Он знал, что сегодня увидит не только деда Иль Хвана, бабушку Кхен и тетю Джи-А. Сегодня он впервые увидит Су Мин. Свою сестру. Девочку, чье рождение стало символом падения семьи Сон, но которая сама была лишь невинным ребенком.

Когда дверь открылась, в дом вошел Сон Иль Хван. Годы и битвы оставили на его лице новые шрамы, но взгляд был ясным. За ним следовала Кхен и сияющая Пак Джи-А. А за руку Джи-А держалась восьмилетняя девочка. У неё были длинные темные волосы и очень серьезный взгляд.

– Юки... то есть, Алекс, – Иль Хван шагнул вперед, и в его глазах блеснули слезы. – Боже, как ты возмужал.

– Здравствуй, дедушка, – Алекс обнял старика, чувствуя его крепкую хватку. – Добро пожаловать домой.

Кхен и Джи-А тут же переключили внимание на близнецов. Мия и Марк, поначалу стесняясь, начали осторожно подходить к гостям. Но Алекс смотрел только на девочку, стоявшую чуть поодаль.

Су Мин смотрела на него с нескрываемым благоговением. Она знала историю — ту версию, которую ей разрешил знать Иль Хван. Она знала, что её старший брат — легенда, человек, который выбрал свой путь.

– Привет, Су Мин, – Алекс присел перед ней на корточки, так, чтобы их глаза были на одном уровне.

– Ты... ты правда мой брат? – прошептала она на корейском. Её голос дрожал. – Дедушка сказал, что ты очень добрый.

– Правда, – Алекс мягко улыбнулся и протянул ей руку. – И я очень рад, что ты наконец приехала. Познакомься, это Марк и Мия. Твои племянники.

– Я — тетя? – Девочка удивленно округлила глаза, и на её лице впервые проступила детская, искренняя улыбка. – Ого. Я думала, тети — это только взрослые, как Джи-А.

Ли Вон подошел к ним, неся поднос с чаем и домашним печеньем.

– Ну, в нашей семье всё немного необычно, – сказал он, подмигивая Су Мин. – Я Ли Вон. Пойдем, я покажу тебе сад, там Марк устроил целую крепость.

Через час дом наполнился шумом. Марк таскал Су Мин за собой, показывая свои игрушки и пытаясь объяснить правила игры, которую сам выдумал на ходу. Мия, обычно не подпускавшая к себе чужих, позволила девочке взять себя за руку и повести к кубикам.

Алекс и Иль Хван сидели на террасе, наблюдая за детьми.

– Она очень похожа на Хэ Ин, – тихо сказал Иль Хван, глядя на Су Мин. – Те же черты лица, та же грация. Но в ней нет той гордыни. Я старался, Юки. Я правда старался воспитать её иначе.

– Я вижу, дедушка, – Алекс отпил чай. – В ней нет тьмы. Она просто ребенок. Я никогда не винил её. Дети не выбирают своих родителей и те грехи, которые совершаются до их рождения.

– Джинву и Хэ Ин... – Иль Хван запнулся, подбирая слова. – Они до сих пор там, в провинции Канвон. Живут затворниками. Джинву почти не пользуется магией. Он словно... выгорел.

– Это его выбор, – Алекс остался холоден. – Кармическое возмездие работает именно так. Оно не убивает тело, оно заставляет душу вечно смотреть на свои ошибки. Если он когда-нибудь найдет в себе силы раскаяться по-настоящему, возможно, его огонь вернется. Но это больше не моя забота.

– Ты сменил имя, фамилию, страну... – Иль Хван посмотрел на внука с гордостью. – Но ты сохранил самое главное. Ты сохранил способность любить. Глядя на тебя и Ли Вона, я понимаю, что род Сон не проклят. Он просто нуждался в ком-то, кто сможет сломать старые правила.

В этот момент из дома выбежала Су Мин, преследуемая Марком.

– Юки! Смотри, что Мия сделала! – закричала она, забыв, что должна называть его Алексом.

Она подбежала к брату и протянула ему маленькую фигурку из пластилина. Это был неуклюжий, но узнаваемый рыцарь.

– Это Игрис, – прошептала девочка. – Я видела его в тени. Он сказал, что он мой друг, потому что я твоя сестра.

Алекс замер. Он посмотрел в угол террасы, где Игрис едва заметно склонил голову. Рыцарь, который веками служил Монархам, признал маленькую девочку частью своей стаи.

– Он прав, Су Мин, – Алекс взял фигурку и бережно поставил её на стол. – Игрис всегда защищает тех, кто нам дорог.

Девочка вдруг обняла его за шею, уткнувшись носом в плечо.

– Спасибо, что не сердишься на меня, – прошептала она так тихо, что услышал только он. – Я боялась, что ты меня ненавидишь из-за мамы и папы.

Алекс почувствовал, как в груди что-то окончательно оттаяло. Последний осколок льда, оставшийся от Сон Юки, превратился в воду.

– Ты — это ты, Су Мин. Ты — моя сестра. И в этом доме ты всегда будешь в безопасности. Запомни это.

Вечер прошел в удивительной гармонии. Кхен и Джи-А наперебой рассказывали Ли Вону новости из Кореи — уже не о скандалах, а о том, как восстанавливается мир охотников. Мия уснула прямо на коленях у бабушки, а Марк и Су Мин строили планы на завтрашний поход в пекарню.

Когда гости ушли в свои комнаты, а дети были уложены, Алекс и Ли Вон остались вдвоем в гостиной у камина.

– Ты в порядке? – Ли Вон прижался к его боку, накрывая их общим пледом.

– Лучше, чем когда-либо, – Алекс закрыл глаза, слушая треск поленьев. – Знаешь, я долго думал, что мой побег был просто способом выжить. Но сегодня, глядя на Су Мин и наших детей, я понял — это был способ победить.

– Победить кого? – тихо спросил Ли Вон.

– Судьбу, – Алекс повернулся к мужу и поцеловал его в лоб. – Судьбу, которая пророчила мне быть тенью великого брата или инструментом в руках отца. Вместо этого я стал отцом Марка и Мии. Я стал мужем самого лучшего адвоката в России. И я стал братом для девочки, которой больше не на кого опереться.

Ли Вон улыбнулся и крепче обнял его.

– Ты просто стал человеком, Алекс. И это самое великое достижение для того, кто родился в семье богов.

Где-то в тенях Игрис стоял на страже, его алое пламя в шлеме горело ровно и спокойно. В этом доме больше не было места для мести или боли. Только золото колосьев, запах свежего хлеба и смех детей, которые никогда не узнают, что такое Кармическое возмездие, потому что их отец уже выплатил все долги прошлого.

Над Петербургом вставала луна, освещая тихий дом, в котором Сон Юки окончательно стал легендой, а Алекс Сергеев обрел свое бессмертие в любви близких. И это было единственное возмездие, которое имело значение.