официантка в закусочной которая меня соблазняет!
Взгляд из тени
Т/И привыкла к самым разным посетителям. Закусочная на углу, где она работала официанткой, привлекала весьма эксцентричную публику. Но этот... этот был особенным. Высокий, тощий, с кожей цвета пепла и абсолютно лысой круглой головой, он выглядел так, будто сошел со страниц комикса про пришельцев. А его глаза! Огромные, темно-голубые, они казались бездонными, когда он вперивал их в Т/И.
Она заметила его в первый же день. Он сидел за самым дальним столиком, заказывал неизменно один и тот же бургер с двойной котлетой и не отрывал от нее взгляда. Сначала это было немного жутковато. Потом стало забавно. А потом... потом Т/И начала играть.
Сегодняшний вечер не был исключением. Питер – так звали молчаливого поклонника, она узнала это по его карточке, которую он всегда оставлял вместе с щедрыми чаевыми – сидел на своем обычном месте. Его взгляд, как всегда, был прикован к ней. Т/И, с ее белыми волосами, белыми глазами и бледной кожей, казалось, сияла в полумраке закусочной. Ее рабочая форма – белая рубашка с красными полосками, белый фартук с бейджем имени, черные брюки – подчеркивала стройность фигуры.
Она подошла к его столику с блокнотом и ручкой.
— Что желаете сегодня, Питер? — ее голос был мягким, почти мурлыкающим, и она специально задержала взгляд на его губах, прежде чем поднять его к его глазам.
Питер вздрогнул, словно его поймали на чем-то запретном. Его острые, похожие на акульи, зубы показались на мгновение, когда он приоткрыл рот.
— Т-то же самое, — прохрипел он, его голос был низким и немного сиплым.
— Конечно, — Т/И улыбнулась, и эта улыбка была чистым соблазном. Она наклонилась чуть ближе, так что ее белые волосы слегка задели его плечо. — И что-нибудь к нему? Может быть, молочный коктейль?
Питер сглотнул. Его огромные глаза расширились еще больше.
— М-молочный коктейль... клубничный, — выдавил он.
— Отличный выбор, — Т/И выпрямилась, но прежде чем уйти, ее палец слегка коснулся его руки, когда она забирала меню. Это было мимолетное прикосновение, но она видела, как он вздрогнул.
Вернувшись за стойку, Т/И почувствовала прилив азарта. Она любила эту игру. Он был таким предсказуемым, таким... податливым. Ее подруга и коллега, Лиза, смахнула крошки со стойки и бросила на нее понимающий взгляд.
— Опять дразнишь своего инопланетянина? — усмехнулась Лиза.
Т/И пожала плечами.
— Он сам напрашивается. И, кстати, он очень щедрый.
— Это да, — согласилась Лиза. — Но ты с ним осторожнее. Он выглядит... странно.
— Все мы немного странные, Лиза, — ответила Т/И, ставя бургер и коктейль на поднос. — А он просто... выразительный.
Когда она принесла заказ Питеру, то снова наклонилась, чтобы поставить стакан с коктейлем. Ее декольте, хоть и неглубокое, оказалось прямо перед его глазами. Он втянул воздух, и Т/И почувствовала легкое дуновение. Возможно, это был его длинный язык? Она не была уверена.
— Что-нибудь еще, Питер? — прошептала она, ее дыхание опалило его ухо.
Он покачал головой, его глаза были затуманены.
— Нет... спасибо.
Т/И улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой и отошла, зная, что оставила его в полном замешательстве.
Так продолжалось несколько недель. Каждый вечер Питер приходил, сидел, смотрел, а Т/И дразнила его. Она то невзначай касалась его руки, то задерживала взгляд, то наклонялась так, чтобы он мог почувствовать ее запах, или увидеть что-то, что заставит его сердце биться быстрее. Она видела, как он сжимает кулаки, как его огромные глаза темнеют, как он замирает, когда она проходит мимо. Это было как игра с огнем, и Т/И наслаждалась каждой секундой.
Однажды вечером, после закрытия закусочной, когда Т/И уже переоделась в свою обычную одежду – черное худи с большой белой полосой посередине, под которым была белая майка, и черные штаны – она вышла на улицу. Воздух был прохладным, и легкий ветерок играл с ее белыми волосами. Она шла по темной улице, погруженная в свои мысли.
Внезапно она почувствовала чье-то присутствие. Обернувшись, она увидела его. Питер. Он стоял в тени, его серая кожа почти сливалась с ночным мраком. Его огромные глаза светились в темноте, как два синих фонаря.
Сердце Т/И пропустило удар. Это было впервые, когда он следовал за ней. И в этот момент, впервые за все время, она почувствовала не азарт, а легкий укол страха.
— Питер? — ее голос прозвучал немного неуверенно.
Он медленно вышел из тени. Его фигура казалась еще выше и тоньше в свете уличного фонаря.
— Т-Т/И, — его голос был глухим.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она, пытаясь придать своему голосу уверенности.
— Я... я просто... — он запнулся. — Я хотел убедиться, что ты доберешься домой безопасно.
Т/И почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Это звучало не как забота, а как... одержимость.
— Я в порядке, — сказала она, делая шаг назад. — Мне нужно идти.
Она развернулась, чтобы уйти, но Питер оказался перед ней, преграждая путь. Он двигался с удивительной скоростью.
— Нет, — сказал он, и в его голосе прозвучало что-то новое, что-то властное. — Не уходи.
Т/И подняла голову, глядя ему в глаза. В них было что-то дикое, необузданное. Она видела в них голод.
— Питер, что с тобой? — она попыталась пройти мимо него, но он схватил ее за руку. Его пальцы были длинными и сильными.
— Ты дразнила меня, — прошептал он, приближаясь. Его дыхание было горячим. — Ты играла со мной.
— Я... я не... — Т/И почувствовала, как ее сердце колотится в груди. Она поняла, что зашла слишком далеко.
— Ты пробудила во мне что-то, Т/И, — его голос стал еще ниже, почти рычащим. — Я не могу больше терпеть. Я хочу тебя.
Он потянул ее к себе, и Т/И почувствовала, как ее тело прижалось к его худому, но крепкому телу. Она почувствовала запах его кожи – странный, но не неприятный, с нотками металла и чего-то сладкого.
Его огромные глаза горели. Его длинный язык мелькнул, касаясь ее щеки. Он был шершавым, как наждачка. Т/И вздрогнула, но он держал ее крепко.
— Ты будешь моей, Т/И, — прошептал он, и его острые зубы показались, когда он улыбнулся. — Только моей.
И в этот момент, когда его губы накрыли ее, Т/И поняла, что ее игра закончилась. И она проиграла.
Его поцелуй был грубым, требовательным, но в то же время в нем чувствовалась отчаянная нежность. Его язык проник в ее рот, исследуя каждую впадинку, переплетаясь с ее языком. Т/И попыталась отстраниться, но Питер держал ее слишком крепко. Он был силен, гораздо сильнее, чем казался.
Его руки скользнули по ее спине, прижимая ее еще плотнее. Т/И почувствовала его возбуждение – твердое, мощное, проступающее сквозь ткань его брюк. 25 сантиметров, как она и читала в интернете о подобных существах. Это был не просто фанфик, это была реальность.
Паника начала нарастать, но странное чувство возбуждения тоже пронзило ее. Она дразнила его, и вот теперь она пожинает плоды.
Питер оторвался от ее губ, тяжело дыша. Его глаза горели безумным огнем.
— Я так долго ждал тебя, Т/И, — прохрипел он, его голос был полон желания. — Ты не представляешь, как я хотел тебя.
Он снова поцеловал ее, на этот раз более глубоко, более яростно. Его руки начали исследовать ее тело, скользя под худи, касаясь ее кожи. Т/И почувствовала, как по ее телу пробежали мурашки. Она была напугана, но в то же время ее тело реагировало на его прикосновения.
Его пальцы впились в ее талию, поднимая ее над землей. Он нес ее, словно она была невесомой. Т/И не знала, куда он ее несет, но она чувствовала, что это будет долгое путешествие. Путешествие в мир, где она будет принадлежать только ему.
Закусочная осталась позади, огни города меркли. Вокруг них был только мрак и звук их дыхания. Питер крепко прижимал ее к себе, его сердце колотилось в унисон с ее собственным. Он был хищником, а она – его добычей. И, к своему собственному удивлению, Т/И почувствовала, как в ней просыпается что-то первобытное, что-то, что отвечало на его дикий зов.
Она закрыла глаза, отдаваясь его воле. Она знала, что эта ночь изменит все. И, возможно, глубоко внутри, она этого хотела.