← Назад к обзору

официантка в закусочной которая меня соблазняет!

Глава 1: Пленница Луны

Питер нес ее сквозь ночь. Скорость, с которой он двигался, была поразительна – деревья и тени сливались в размытые пятна. Т/И ощущала лишь сильный порыв ветра и крепкие объятия, не дававшие ей соскользнуть. Она не знала, куда он ее несет, и паника, которая уже было отступила, снова начала подступать к горлу. Но странно – это была не та паника, что парализует. Это был скорее дикий, первобытный страх, смешанный с не менее диким любопытством.

Она приоткрыла глаза. Луна, полная и яркая, висела высоко в небе, заливая лес серебристым светом. Они были уже далеко за пределами города, среди густых деревьев, чьи кроны сплетались над головой, образуя темный туннель. Питер не издавал ни звука, лишь его дыхание, горячее и прерывистое, опаляло ее ухо. Его мускулы под тонкой кожей были напряжены, и Т/И почувствовала, что он несет ее с легкостью, словно она ничего не весит.

Ее мысли метались. Что он собирается с ней делать? Зачем он ее похитил? Она дразнила его, играла с ним, но никогда не думала, что это зайдет так далеко. Часть ее, та, что была рациональной и испуганной, кричала, чтобы она вырывалась, звала на помощь. Но другая часть, та, что была соблазненной и заинтригованной, шептала, чтобы она ждала, чтобы она посмотрела, что произойдет дальше. Ведь он же сказал, что хочет ее. Только ее.

Внезапно Питер остановился. Т/И почувствовала, как ее ноги коснулись земли. Они стояли на небольшой поляне, окруженной вековыми деревьями. В центре поляны возвышалось что-то, что Т/И сначала приняла за огромный валун, но присмотревшись, поняла, что это вход в пещеру. Темный, зияющий провал в земле, из которого тянуло сырым холодом.

Питер не отпускал ее. Его руки все еще обнимали ее талию, прижимая к себе. Он склонил голову, и его огромные глаза впились в ее лицо. В лунном свете они казались еще более глубокими, почти черными.

– Мы пришли, – прошептал он, его голос был низким и хриплым. – Это мой дом.

Т/И сглотнула. Дом. Пещера. Это не было похоже на романтическое убежище.

– Твой... дом? – ее голос дрогнул.

Питер кивнул. Его длинный язык мелькнул, касаясь ее нижней губы. Это прикосновение было неожиданным, вызывающим дрожь.

– Здесь ты будешь в безопасности, – сказал он, его взгляд был полон странной нежности, смешанной с чем-то диким. – Здесь ты будешь только моей.

Он потянул ее за собой, ведя к входу в пещеру. Т/И не сопротивлялась. Ее ноги двигались сами по себе, словно не принадлежали ей. Она была загипнотизирована его взглядом, его прикосновениями.

Внутри пещеры было темно, но Питер, казалось, видел в кромешной тьме. Он вел ее по извилистому коридору, пока они не оказались в просторном гроте. Здесь было немного светлее – откуда-то сверху пробивался слабый лунный свет, освещая стены, покрытые странными символами и рисунками. В центре грота лежало нечто, похожее на ложе, сделанное из мха и сухих листьев.

Питер подвел ее к ложу и бережно опустил на него. Мох был мягким и пружинистым, и Т/И почувствовала, как под ней проминаются листья. Она подняла глаза на Питера. Он стоял над ней, высокий и худой, его силуэт вырисовывался на фоне тусклого света. Его глаза по-прежнему горели.

– Т/И, – его голос был едва слышен. – Ты не представляешь, сколько ночей я мечтал об этом.

Он медленно опустился на колени рядом с ней. Его серая кожа в лунном свете казалась почти фосфоресцирующей. Он протянул руку и осторожно коснулся ее щеки. Его пальцы были прохладными, но их прикосновение вызывало жар.

– Я знаю, что ты напугана, – сказал он, его взгляд был полон понимания. – Но я не причиню тебе вреда. Я просто хочу, чтобы ты была со мной.

Т/И не знала, что ответить. Часть ее все еще была напугана, но другая часть, та, что играла с ним в закусочной, чувствовала странное удовлетворение. Она добилась своего. Она пробудила в нем нечто, что превзошло все ее ожидания.

– Почему ты это делаешь, Питер? – прошептала она.

Он склонил голову.

– Потому что я люблю тебя, Т/И, – его слова прозвучали искренне, без тени сомнения. – С того самого момента, как я увидел тебя в закусочной. Ты была светом в моей темноте.

Он приблизил свое лицо к ее. Т/И почувствовала его дыхание на своих губах.

– Ты дразнила меня, – продолжил он, его голос был низким и манящим. – Ты играла с моим сердцем. И теперь... теперь ты будешь моей.

Его губы снова накрыли ее. На этот раз поцелуй был не таким грубым, как на улице. В нем было больше нежности, больше отчаяния. Его язык ласкал ее, исследуя каждый уголок ее рта. Т/И почувствовала, как ее тело расслабляется под его прикосновениями.

Его руки скользнули под ее худи, касаясь ее обнаженной кожи. Т/И вздрогнула, но не отстранилась. Ее соски затвердели под его пальцами. Она почувствовала, как ее собственное тело начинает отзываться на его ласки.

Питер медленно, словно боясь спугнуть ее, приподнял ее худи. Его огромные глаза скользнули по ее телу, задерживаясь на ее груди. Он издал низкий, гортанный звук, который Т/И не могла понять, но который заставил ее сердце забиться быстрее.

– Ты... прекрасна, – прохрипел он.

Его пальцы коснулись края ее майки, и он осторожно начал поднимать ее вверх. Т/И почувствовала прохладу пещерного воздуха на своей коже. Вскоре ее майка была снята, и она осталась в одном лифчике.

Питер склонился над ней, его длинный язык медленно скользнул по ее шее, спускаясь к ключицам. Т/И почувствовала, как по ее телу пробежали мурашки. Его язык был шершавым, но в то же время нежным. Он оставлял за собой влажный след, который тут же обдувал прохладный воздух.

Он опустился ниже, его губы коснулись ее груди, прямо над лифчиком. Т/И выгнулась, ее дыхание участилось. Она чувствовала, как ее тело горит, как желание нарастает внутри нее.

Питер расстегнул крючки ее лифчика, и он соскользнул с ее груди. Ее средняя грудь, как она сама ее описывала, теперь была полностью открыта его взору. Он издал еще один гортанный звук, и Т/И почувствовала, как его глаза впились в ее соски.

Он склонился и осторожно взял один сосок в рот. Т/И ахнула. Его язык ласкал ее, его острые зубы слегка покусывали, посылая волны удовольствия по всему ее телу. Она запустила пальцы в его лысую голову, сжимая ее.

Питер отстранился от ее груди, его глаза горели.

– Ты готова, Т/И? – прошептал он, его голос был полон предвкушения.

Т/И кивнула, не в силах произнести ни слова. Ее тело горело, ее разум был затуманен желанием. Она больше не была напугана. Она была готова отдаться ему.

Он встал, и Т/И увидела, как он расстегивает свои брюки. Его член, о котором она читала в интернете, предстал перед ней во всей своей красе. 25 сантиметров чистой, мощной плоти. Он был толстым, темно-серым, с легким фиолетовым оттенком. На его головке виднелись странные, почти незаметные бугорки. Т/И сглотнула. Он был даже больше, чем она себе представляла.

Питер снова опустился на колени, его член твердо стоял между ними. Он протянул руку и осторожно коснулся ее промежности, сквозь ткань ее штанов. Т/И почувствовала, как ее тело вздрогнуло в ответ. Она была мокрой, ее клитор пульсировал.

Он медленно расстегнул ее брюки, и Т/И почувствовала, как они скользнули вниз по ее ногам. Она осталась полностью обнаженной перед ним. Питер издал низкий, довольный рык.

Он лег рядом с ней, прижимаясь всем телом. Его кожа была прохладной, но его член был горячим и твердым. Он поцеловал ее, его язык ласкал ее губы, пока его рука скользила между ее ног, касаясь ее влажной киски.

Т/И застонала, выгибаясь под его прикосновениями. Его пальцы были длинными и ловкими, и он прекрасно знал, куда давить. Она почувствовала, как ее клитор набухает, как влага стекает по ее бедрам.

Питер отстранился, его глаза горели. Он приподнялся, и Т/И увидела, как он медленно приближает свой член к ее входу. Она почувствовала легкое давление, затем острое, но приятное покалывание.

– Расслабься, Т/И, – прошептал он, его голос был полон нежности. – Я буду осторожен.

Он начал медленно входить в нее. Т/И ахнула. Он был огромным, и она почувствовала, как ее тело растягивается, чтобы принять его. Боль была острой, но быстро сменялась нарастающим удовольствием.

Питер двигался медленно, давая ей время привыкнуть к его размеру. Т/И сжимала его, ее мышцы обхватывали его член, словно перчатка. Она чувствовала, как он заполняет ее, как он проникает глубоко внутрь.

Когда он вошел полностью, Т/И застонала. Это было невероятное ощущение. Она никогда не чувствовала ничего подобного. Ее тело дрожало, ее дыхание было прерывистым.

Питер начал двигаться. Сначала медленно, потом быстрее, его бедра ритмично врезались в ее. Т/И цеплялась за него, ее ногти впивались в его серую кожу. Она чувствовала, как ее тело приближается к краю, как удовольствие нарастает с каждым толчком.

Его острые зубы слегка покусывали ее шею, его длинный язык ласкал ее ухо. Он издавал низкие, гортанные звуки, которые заставляли ее дрожать.

Т/И почувствовала, как ее тело сжимается, как волны удовольствия накатывают на нее. Она закричала, ее голос эхом разнесся по пещере, когда она достигла оргазма. Ее тело выгнулось, и она почувствовала, как ее мышцы сжимаются вокруг его члена.

Питер застонал, его движения ускорились. Он кончил глубоко внутри нее, его семя горячим потоком излилось в ее лоно. Он рухнул на нее, тяжело дыша, его тело дрожало.

Они лежали так некоторое время, их тела сплелись, их дыхание смешалось. Т/И чувствовала себя опустошенной, но в то же время невероятно удовлетворенной. Она открыла глаза и посмотрела на Питера. Он лежал на ней, его голова покоилась на ее груди. Его огромные глаза были закрыты, и на его лице было выражение глубокого покоя.

Она провела пальцами по его лысой голове. Его кожа была гладкой и прохладной. Она почувствовала странную нежность к нему. Он похитил ее, но в то же время подарил ей нечто, чего она никогда не испытывала.

Питер приподнял голову и посмотрел на нее. Его глаза были полны нежности.

– Ты моя, Т/И, – прошептал он. – Теперь ты действительно моя.

Т/И улыбнулась. Она была его. И, к своему собственному удивлению, она была не против. Игра закончилась. Теперь началась новая жизнь. Жизнь, в которой она была пленницей Луны, пленницей его любви. И, возможно, глубоко внутри, она этого хотела.

Он снова поцеловал ее, на этот раз нежно и долго. Она ответила на поцелуй, ее тело расслабилось в его объятиях. Они лежали в темноте пещеры, освещенные лишь слабым лунным светом, который пробивался сквозь щели в потолке. Вокруг них царила полная тишина, лишь их дыхание нарушало ее.

Т/И закрыла глаза, прислушиваясь к биению его сердца. Она чувствовала себя в безопасности, несмотря на всю дикость ситуации. Она была с ним. И в этот момент, это было все, что имело значение. Она была пленницей, но это была пленница, которая нашла свой собственный вид свободы в объятиях своего похитителя.