Огненый дракон сиавший воздушными драконом
Печать Первородного Ветра
Когда Аппа тяжело опустился на заснеженные плиты Северного Племени Воды, Юми — как она теперь просила себя называть, отбросив на время имя Акира — первой спрыгнула на лед. Воздух здесь был пропитан солью и древностью, но стоило её сапогам коснуться земли, как всё племя, вышедшее встречать Аватара, замерло.
Люди не просто расступались. Они склонялись в глубоком, почтительном поклоне, едва не касаясь лбами холодного снега. Вождь племени, величественный мужчина в тяжелых мехах, вышел вперед и, вопреки всем протоколам, склонил голову ниже, чем перед самим Аватаром.
– Мы ждали тебя, Древняя, – прошептал он. – Оазис стонет. Духи мечутся.
Юми лишь коротко кивнула, её лицо было непривычно серьезным.
– Веди, – бросила она.
Команда Аватара следовала за ней в полном молчании. Сокка то и дело оглядывался на кланяющихся воинов, Зуко хмурился, чувствуя исходящий от Юми жар, а Аанг ощущал, как Раава внутри него вибрирует от близости чего-то монументального.
Когда они вошли в Оазис Духов, тишина стала почти осязаемой. Ту и Ла, две рыбки — черная и белая, — кружили в своем вечном танце, но вода в пруду бурлила. Стоило Юми подойти к кромке, как рыбки выпрыгнули из воды, замирая в воздухе перед ней.
Она заговорила. Это не был человеческий язык. Звуки напоминали треск лесного пожара, рокот проснувшегося вулкана и свист ветра в скалах. Ребята переглянулись — они не понимали ни слова, но по тому, как менялось лицо Юми, становилось ясно: новости плохие.
Внезапно Юми резко выпрямилась и с оглушительным звуком хлопнула в ладоши.
Стена чистого, яростного пламени взметнулась вверх, опоясывая весь Северный полюс гигантским куполом. Огонь не обжигал лед, он вибрировал в дюйме от него, создавая непроницаемый барьер.
– Кажется, они уже здесь, – произнесла Юми, глядя в сторону открытого моря.
Там, за пеленой снега и огненного марева, показались черные силуэты. Множество кораблей, чья конструкция не принадлежала ни одной из известных наций. На главном судне, стоя на носу, возвышался мужчина с безумным взглядом. Это был Таллак. О нем ходили легенды как о человеке, одержимом охотой на духов. Но теперь было ясно: его цель — не просто трофеи. Ему нужны были Ту и Ла.
– Эй, Ту! – крикнула Юми, обращаясь к пруду. – Заморозь море. Но живое не трогай, рыбе еще плавать в этой воде.
Поверхность океана за барьером мгновенно сковалась льдом, превращая флот Таллака в неподвижные изваяния. Корабли заскрипели, металл начал деформироваться под давлением льда.
Юми вышла вперед, к самому краю ледяного утеса.
– Дети, вам лучше не вмешиваться, – не оборачиваясь, бросила она Аангу и остальным. – Это старые долги.
Из рядов противника, буквально соткавшись из морозного тумана, вперед вышла девушка. У неё были огненно-рыжие волосы, которые, казалось, жили собственной жизнью, и пронзительные зеленые глаза, светящиеся недобрым светом. В руках она сжимала странный посох, испещренный рунами, которые пульсировали тусклым фиолетовым сиянием.
– Ты... – прорычала Юми, и воздух вокруг неё пошел рябью от жара.
– Да, я, дорогая, – Ай, так звали пришедшую, злорадно усмехнулась, перехватывая посох. – Как твоя спина? Всё еще болит?
Юми непроизвольно дернула плечом, где под одеждой скрывался шрам от вырванного крыла.
– Хочешь такой же? Могу устроить, – её голос превратился в низкое рычание.
Бой начался мгновенно. Это не было похоже на магию огня, которую знал Зуко. Это была битва стихий в их первозданном виде. Огонь Юми был золотым и белым, он резал лед, как масло. Огонь Ай был тяжелым, багровым, пропитанным какой-то чужой, темной силой.
Сокка, вжавшись в ледяную стену, наблюдал за тем, как две женщины превращаются в вихри пламени.
– Мне кажется, или нам реально лучше не лезть? – прошептал он, прикрывая лицо рукой от летящих искр. – Нас же просто придавят как тараканов, даже не заметив.
Зуко не отвечал. Он завороженно смотрел на Юми. Он видел учителей, видел драконов Ран и Ша, но эта мощь... Она была за пределами человеческого понимания. Каждый удар Юми сотрясал ледяной шельф.
В какой-то момент противницы столкнулись в центре, скрестив руки и посох. Между ними возникла колоссальная ударная волна. Воздух зазвенел, и даже Аанг почувствовал, как его сносит назад.
– Зачем вы здесь?! – прорычала Юми, глядя в глаза Ай.
– Мы ищем Первого, – Ай оскалилась. – Того, с кого всё началось. Чтобы поглотить его силу.
Юми побледнела. Тот ужас, что отразился в её глазах, напугал Аанга больше, чем вся армия Таллака.
– Вы сумасшедшие... – выдохнула она. – Если вы это сделаете, миру конец. Равновесие рухнет навсегда!
– Ха-ха! Миру и так пора обновиться!
Юми резко оттолкнула Ай и потянулась к своим запястьям. Она рывком сняла золотые браслеты-утяжелители. Когда они упали на лед, раздался грохот, достойный обвала горы. Под весом золота лед треснул, образовав огромные воронки, уходящие в темную глубину океана.
Юми начала разминаться, её тело словно увеличилось в размерах, а татуировка дракона на спине начала светиться ослепительным светом.
– Теперь поиграем по-взрослому, – прошипела она.
Но Ай была готова. Она вскинула свой посох, и руны на нем вспыхнули черным пламенем. Юми, опьяненная собственной возвращенной скоростью, не успела отразить этот странный, бесшумный выпад.
Удар посоха пришелся прямо в центр её груди. Юми отшвырнуло с такой невероятной силой, что она пробила несколько ледяных наростов и влетела обратно в Оазис, рухнув прямо у пруда с духами.
– Юми! – закричал Аанг, бросаясь к ней.
Она лежала на боку, тяжело и хрипло дыша. Из раны на боку текла кровь, но она была странного цвета — золотистая, светящаяся. Но страшнее было другое: её сущность словно начала мерцать. Цвет глаз менялся с голубого на серый, а жар, всегда исходивший от неё, внезапно сменился прохладным бризом.
Ту и Ла в мгновение ока оказались возле неё. Они начали кружить над раной, окутывая Юми нежным голубым сиянием, пытаясь исцелить древнюю плоть.
Таллак и Ай, видя, что защитница повержена, попытались прорваться в Оазис, но барьер, созданный Юми ранее, всё еще держался, подпитываемый её угасающей волей. Понимая, что сейчас им не заполучить духов, враги начали медленно отступать к кораблям, но Ай обернулась и крикнула:
– Это только начало! Первая печать сорвана!
Юми приподнялась на локтях, кашляя золотой кровью.
– Ту... Ла... – прохрипела она. – Вы должны вернуться. Уходите в мир духов. Немедленно. Они ищут Его... Первого.
После этих слов Духов Океана и Луны охватила такая паника, какую мир не видел со времен начала времен. Они переглянулись, их глаза вспыхнули, и в следующее мгновение пруд опустел. Рыбки исчезли, оставив после себя лишь легкую рябь на воде.
Юми сидела на снегу, прижимая руку к ране. Сияние Ту и Ла затянуло порез, но что-то внутри неё безвозвратно сломалось. Она подняла ладонь, пытаясь привычным жестом вызвать пламя, чтобы согреться.
Вместо яростного огненного шара с её пальцев сорвался легкий, прозрачный вихрь. Поток воздуха ласково взъерошил её волосы и затих.
Юми замерла, глядя на свои руки с неописуемым выражением лица.
– Зашибись... – выдохнула она, и в её голосе смешались ярость и горький смех. – Просто зашибись. Вместо огненного дракона я стала воздушным.
Она подняла глаза на Аанга, который стоял рядом, не зная, как реагировать.
– Этот чертов посох... – Юми сжала кулаки, и вокруг неё закружились маленькие смерчи. – Она не просто ранила меня. Она перевернула мою природу. Аанг, кажется, теперь мы с тобой в одной лодке. И эта лодка летит черт знает куда.
Сокка подошел ближе, осторожно ткнув пальцем воздух рядом с Юми.
– То есть... ты теперь маг воздуха?
– Я — Дракон, парень, – огрызнулась Юми, хотя в её глазах стояли слезы. – И сейчас я очень злой Дракон, у которого отобрали его внутреннее солнце и дали вместо него сквозняк.
Она тяжело поднялась, опираясь на плечо подоспевшего Зуко. Тот выглядел совершенно растерянным — его наставница, воплощение огня, теперь пахла озоном и предгрозовым небом.
– Нам нужно уходить, – сказала Юми, глядя на пустой пруд. – Если они ищут Первого, значит, весь мир в опасности. А я... мне нужно научиться летать заново. Без крыльев и без огня.
Она посмотрела на небо, где луна начала тускнеть без присутствия Ту и Ла в этом мире.
– Аанг, готовь своего зубра. Похоже, чайная пауза затянулась. Нас ждет начало конца.